Поделиться
За книгами Анатолия Митева, писателя-фронтовика, а в мирное время —главного редактора детского журнала «Мурзилка» и студии «Союзмультфильм», когда-то выстраивались очереди в книжных магазинах. А в библиотеках томики его произведений почти всегда были на руках. За что же так любили автора маленькие и взрослые читатели? Прежде всего — за искренность, теплоту и проникновенность, с которыми он рассказывал о суровом периоде нашей истории — Великой Отечественной войне. Без надрыва и пафоса, с добротой и светлым юмором. На протяжении нескольких поколений дети и их родители проникались уважением и любовью к защитникам Отечества, читая рассказы Митяева. Его нестареющую прозу и сегодня любят, и переиздают. Например, сборник небольших военных рассказов «Подвиг солдата».
Большинство текстов, вошедших в эту книгу, Анатолий Митяев создал сразу после того, как вернулся с фронта домой. Именно тогда он и решил, что будет писать о войне, и прежде всего — для детей. Он сам был, в сущности, ребёнком, когда добровольцем ушёл воевать — Митяеву едва исполнилось восемнадцать. Пройдя войну, он сохранил детское восприятие мира — не разучился видеть и чувствовать его красоту, радоваться простым вещам. Он умел находить интонацию, которая трогает, побуждает сопереживать. Может быть, поэтому его проза понятна не только юным читателем, но увлекает и взрослых.
Анатолий Митяев пишет так, что видишь себя рядом с его героями. С молоденьким солдатом-новобранцем Борисом Михайловым из рассказа «Треугольное письмо». Он написал матери — о том, что жив-здоров, что кормят вкусно и сытно. Но не успел отдать письмо в полевую почту. Дивизион подняли по тревоге. И прежде, чем Борис сумеет отправить весточку домой, ему придётся многое пережить. Анатолий Митяев описывает мысли и чувства героя с такой простотой и точностью, что происходящее в рассказе живо становится перед глазами, словно на киноэкране.
Сразу же встаёт перед мысленным взором во всей своей красе и главный герой рассказа «Серьги для ослика». Это, собственно, сам ослик — маленький, трогательный, серый. Морские пехотинцы нашли его на одной из крутых тропинок, когда держали оборону в горах. Ослик оказался умным — научился самостоятельно спускаться вниз, в хозяйственную роту, и приносить фляги с водой. Солдатам проделывать такой путь было опасно — местность простреливалась немцами. Но случилось так, что фашисты не пощадили и животное. К счастью, ослик не погиб, да ещё оказался настоящим героем!
Интересно, что военная проза Анатолия Митяева автобиографична. На основе личных воспоминаний автора написаны и рассказы из сборника «Подвиг солдата». У их героев есть реальные прототипы, а многие из них носят имена и фамилии боевых товарищей писателя. Митяев говорил: «Познать и прочувствовать войну — это значит отдать почести тем, кто погиб во имя нас, живущих». Именно для этого он и писал свои книги.
Все выпуски программы Литературный навигатор
Гурий Захаров и Татьяна Соколова
Поделиться
Фото: Yan Krukau / Pexels
Художники Гурий Захаров и Татьяна Соколова сорок лет прожили в браке. Были единомышленниками во всём — в быту и в творчестве. Вдохновляли и дополняли друг друга. И воплощали в своих художественных работах радостные и будничные моменты семейной жизни.
Гурий и Татьяна познакомились в московском Строгановском художественном училище. В начале 50-х годов прошлого века оба были его студентами. Она изучала скульптуру, он — графику. На первый взгляд, они были совсем разными. Татьяна — коренная москвичка из семьи высокопоставленного военного. Квартира в районе Таганской площади, автомобиль с шофёром... Гурий — парень из провинциального городка, родился и вырос в Кимрах под Тверью. Но для молодых людей всё это не имело никакого значения. Они мыслили в одном направлении, у них были одинаковые взгляды на жизнь и творчество. Оба любили бродить по Москве ранним утром, когда каждый уголок любимого города, ещё безлюдного, так и просился на холст. Во время таких прогулок Татьяна и Гурий разговаривали обо всём на свете. И часто один из них начинал фразу, а второй — заканчивал. В 1954 году молодые люди поженились. У них родилась дочь Наталья.
Наталья Гурьевна вспоминала о браке родителей: «Здесь, видимо, не обошлось без ангельского крыла. Папу и маму всю жизнь связывала преданная любовь», — говорила она. Любовью друг к другу дышало и их творчество. В работах Гурия Филипповича Захарова почти всюду — супруга. Вот она идёт по узкому тротуару, припорошённому снегом, на гравюре «Улица Марксистская». А вот вся семья собралась за столом на уютной кухне у открытого окна на полотне «Московский ужин». И в творчестве Татьяны Михайловна Соколовой семья стояла на первом месте. Вдохновлённая семейными буднями, она создала «Портрет мужа», несколько вариантов скульптуры «Материнство». Дочь Наташа стала героиней нескольких десятков её работ.
Творчество и домашний быт у Гурия Захарова и Татьяны Соколовой не спорили друг с другом, а органично переплетались. Татьяна Михайловна легко могла отвлечься от ваяния на стряпание пирогов. Художница была ещё и прекрасной портнихой — собственноручно шила мужу и дочери одежду. А Гурий Филиппович, как сам шутил, частенько подрабатывал у супруги дровосеком. Татьяна Соколова предпочитала работать с деревом. Муж добывал для неё подходящий материал. В 1969 году семья купила дачу — маленький деревянный дом на берегу Клязьмы в селе Любец. В первое же лето Гурий Филиппович обнаружил на дне реки дубовые брёвна. По-видимому, они долго там пролежали, и благородно потемнели от воды и времени. После тщательной просушки, под резцом Татьяны Соколовой они превратились в шедевры. Именно из этого дуба, например, скульптор выполнила свою работу «Архангел». А однажды в ближайшем лесу Гурий Филиппович нашёл для супруги вековую сосну. Из неё родилась знаменитая скульптура «Материнство».
Когда в 1994 году Гурий Захаров скончался, Татьяна Михайловна на какое-то время перестала работать. «Словно он руки мои с собою забрал», — говорила она. Позже Соколова всё-таки смогла вернуться к творчеству. В 1998 году месте с дочерью Натальей она создала барельефы для строящегося Храма Христа Спасителя — фигуры преподобного Иосифа Волоцкого и святителя Стефана Пермского. Скончалась Татьяна Михайловна в 2010 году. Скульптор упокоилась рядом с супругом, на кладбище Донского монастыря в Москве. А в 2022 году в Государственной Третьяковской галерее открылась и несколько месяцев работала объединённая выставка работ Гурия Захарова и Татьяны Соколовой. Её символично назвали «Вдвоём».
Все выпуски программы Семейные истории с Туттой Ларсен
Пословицы о печке и «отопительная» лексика
Поделиться
Фото: Ekaterina Grosheva / Unsplash
Печка — это не просто часть деревенского быта, а настоящий символ русской жизни, источник тепла и уюта. В старину с её помощью готовили еду, грелись зимой и даже лечились от недугов. Неудивительно, что печь заняла особое место в русском фольклоре.
В русских сказках и былинах печка упоминается часто. Например, богатырь Илья Муромец провёл на печи тридцать три года, сказочный Емеля на ней ездил, а героиня сказки «Гуси-лебеди» спряталась в печке от Бабы-Яги: «Девочка скорее — пирожок в рот, а сама с братцем — в печь, села в устьице». Устьице — это большое отверстие, куда ставят пищу для приготовления. А перед устьем — выступ, который называется «шесток». Отсюда и выражение «Всяк сверчок знай свой шесток».
В нашем языке сохранилось множество поговорок и пословиц о печке. Например, «Что есть в печи, всё на стол мечи» — это призыв к гостеприимству и щедрости. Пословица «Лежебока хочет есть, да не хочет с печи слезть» говорит о человеке ленивом, которому не хочется даже пошевелиться.
Чтобы подчеркнуть жизненный опыт, говорили: «Сам семи печей хлебы едал». Есть и такая народная мудрость: «Жарко печь натопишь — угоришь, много зла накопишь — уморишь». Она предостерегает: избыток печного жара может обернуться бедой, как и накопленное зло. Поговорка «Хоть горшком назови, только в печь не ставь» говорит о том, что зачастую важны не слова, а дела.
Многим из нас известна поговорка «танцевать от печки» в значении «начинать с самого начала». Лингвист, академик Виноградов, утверждал, что это выражение вошло в русский язык в XIX веке благодаря роману писателя Василия Слепцова «Хороший человек». Там герой рассказывал, как его учили танцевать: если он путал фигуры, учитель отправлял его обратно к печке, расположенной в углу комнаты, откуда открывался простор для танца.
Знакома нам и поговорка «проще пареной репы», а появилась она благодаря печке. Репу резали и слоями закладывали в чугунный горшок, а потом парили, то есть оставляли в тёплой печи на ночь. Что может быть проще!
Печь оставила свой значимый след как в русской прозе, так и в поэзии.
Вспомним знаменитые строки Пушкина в стихотворении «Зимнее утро»:
Вся комната янтарным блеском
озарена. Хрустальным треском
трещит натопленная печь.
Приятно думать у лежанки...
Слово «лежанка» — самое тёплое место сверху печки, там грелись, спали, лечили простуду.
Получается, что русская печь — это часть нашей истории и традиции, древнейший символ домашнего очага. И культурный феномен, отразившийся в языке.
Автор: Нина Резник
Все выпуски программы: Сила слова
4 марта. «Тайна младенчества»
Поделиться
Фото: Alexandr Istomin/Unsplash
Дитя во чреве матери получает питание и дышит через пуповину. Родительница вкушает хлеб, а ребёнок под сердцем получает всё необходимое через поступающую к нему кровь посредством пуповины. Какое удивительное явление, если вспомнить о великом чуде нашего духовного питания — Тайной Вечери Христа и вкушении Животворящих Плоти и Крови Сына Человеческого под образом хлеба и вина. Дивны дела Твои, Господи!
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
