«Радость и печаль». Священник Анатолий Главацкий

В этом выпуске программы «Почитаем святых отцов» ведущий диакон Игорь Цуканов вместе со священником Анатолием Главацким читали и обсуждали фрагменты из книги блаженного Августина «Исповедь» об источниках настоящей радости и печали, о том, почему земные радости и стремление к комфорту часто заканчиваются разочарованием и не приносят пользу душе, а также как научиться видеть смыслы в приходящей печали и научиться благодарить Бога за всё, в том числе, за те грехи, которые мы не совершили, так как благодать Божия помогла устоять.

Разговор шел о том, почему человек впадает в грех, как действует страсть, а также какой критерий может подсказывать, пребываем ли мы в общении с Богом и благословляет ли Господь наше начинание.

Ведущий: Игорь Цуканов

---

Игорь Цуканов

— «Страсти кипели во мне, несчастном. Увлечённый их бурным потоком, я оставил Тебя, я преступил все законы Твои и не ушёл от бича Твоего. А кто из смертных ушёл? Ты всегда около, Милосердный в жестокости, Посыпавший горьким-горьким разочарованием все недозволенные радости мои. Да ищу радость, не знающую разочарования. Только в Тебе и мог бы я найти её. Только в Тебе, Господи, Который создаёшь печаль в поучение, поражаешь, чтобы излечить, убиваешь, чтобы мы не умерли без Тебя».

Добрый вечер, дорогие друзья! «Почитаем святых отцов» в эфире Радио ВЕРА. У микрофона клирик Храма святой Троицы города Химки отец Анатолий Главацкий. Батюшка, добрый вечер, благословите!

Анатолий Главацкий

— Добрый вечер!

Игорь Цуканов

— И дьякон Игорь Цуканов, и мы сегодня снова возвращаемся к Блаженному Августину. Мы уже с отцом Анатолием брались за разбор первой книги его «Исповеди», а сегодня мы почитаем, если Бог даст, полностью, может быть, успеем вторую и третью книги «Исповеди» Блаженного Августина. Вот та цитата, которая прозвучала в начале нашей программы — у меня здесь как-то зацепились глаза, отец Анатолий, за слова «Да ищу радость, не знающую разочарования».

У Блаженного Августина об этом вообще много говорится, о том, что те радости и те удовольствия, за которые мы стараемся ухватиться, конечно, чреваты именно разочарованиями, то есть, вроде это и радость, а не до конца, какой-то всегда горький есть осадок, горький привкус, да?

Анатолий Главацкий

— Этот раздел начинается со слова «страсти». Почему? Вот интересно, что само слово «страсть» зависит от этимологии, от слова «страдание». То есть страсть вызывает некую привязанность у человека к вещам, к миру, к должности. И у страсти есть одна внутренняя интересная особенность: она той мерой, которая человека вначале удовлетворяет, его со временем перестает удовлетворять. И Блаженный Августин, зная такую внутреннюю особенность, ведь он искал, искал, он же сначала был в Карфагене, в то время там получал образование, потом продолжил получать образование в Риме. То есть такие серьёзные города, где развлечений было достаточно много и возможности были огромные. И он понимал, что те радости, которые даёт современный мир, не успокаивают душу. Совсем недавно у нас была неделя «О Закхее», и там говорится о том, что Закхей был начальником налоговой инспекции. И все знали, как он стяжал всё это богатство.

Но удивительно, что он был маленького роста, и когда Галилейского Проповедника окружало большое количество народа, он не мог Его увидеть. Он что сделал? Он взял и залез на дерево. То есть он в какой-то момент понял, что ему без разницы, что думают люди, как они к нему будут после этого относиться.

Господь сказал: «Пойдём к тебе в дом и будем обедать», — он говорит: «Всё, Господи, я ощутил, я понял». Закхей готов раздать всё своё богатство, для того чтобы удовлетворить эту внутреннюю духовную потребность быть с Богом. И здесь, мне кажется, очень важный момент, на который обращает наше внимание Блаженный Августин. То есть радость именно не от материальных вещей, не от каких-то увлечений, которые иногда не знают меры у человека. И мы встречаемся в нашей жизни, в соцсетях, когда человек всё время вызывает вот это «Вау! Вот я то сделал, вот я это...» — и ему, чтобы удовлетворить потребности своих подписчиков, нужно всё время делать что-то больше, больше, больше.

Блаженный Августин говорит о том, что это не приносит внутренней радости и спокойствия гармоничного человеку. Поэтому, я думаю, очень интересные цитаты, интересные слова. Мне в этом абзаце понравилась ещё очень интересная мысль Блаженного Августина, что Господь создаёт «печаль нам в поучение» и посылает нам смерть вовремя.

У меня был период такой, когда я нёс послушание на кладбище, и очень часто люди спрашивали: «Почему молодые люди умирают?» Вот Блаженный Августин интересно отвечает: «чтобы мы не умерли без Тебя».

У нас много и болезней у молодёжи, и иногда люди... Вот вчера мне позвонила женщина и попросила молитв за её сына, который умер в сорок четыре года. Ничего не предвещало — раз — сердце остановилось, и всё. Представляете, конечно же, внутренний у неё такой вопль: «Почему? Молодой мужчина в таком возрасте, раз — и сердце остановилось». Вопль материнской боли. А Блаженный Августин интересно отвечает: «чтобы без Тебя не умерли», чтобы человек не отдалился от Тебя, вовремя его призываешь к Себе.

Игорь Цуканов

— Ну, он говорит об этом очень ещё тактично, что, конечно, обращает на себя внимание, потому что иногда эту мысль можно сформулировать более прямолинейно, что люди на войне погибают, потому что иначе бы они погибли в непотребном образе жизни, а тут вот, вроде как...

Анатолий Главацкий

— ...есть возможность «положить душу за други своя».

Игорь Цуканов

— Да, но это всё-таки очень прямолинейная конструкция и достаточно жёсткая, может быть, даже циничная иногда.

Анатолий Главацкий

— Я думаю, что здесь, пройдя свой опыт жизненный, у него было множество примеров разных, и вот здесь некий интересный у него способ изложения — он как бы рассказывает про себя, но анализируя и жизни своих современников, которые, возможно, уходили достаточно молодыми.

Когда изучаем святых отцов, очень часто нам кажется, что они брали и писали какой-то трактат, как у нас докторская работа: вот человек сидит за компьютером, пишет за чашечкой чая, в удобной атмосфере, в тепле. Думаю, что как раз святые очень часто писали через боль своих прихожан и через боль тех людей, которые их окружали. И мы эту реальность не всегда понимаем, почему Василий Великий, Афанасий Великий достаточно яро обличают еретиков? А потому что это была боль именно их церкви, которую они возглавляли. Это действительно были страдания прихожан. И боль, и страдания заставляли пастырей своего времени обращаться к своим прихожанам с такими глубокими поучениями.

Мы можем над разными цитатами по-разному размышлять, но, тем не менее, это очень интересный момент, что он это тоже проговаривает. Значит, для него это тоже был один из моментов, который нужно было осветить. Кто-то из прихожан его, действительно, страдал этой болью. И он аккуратно говорит, допустим, про какую-нибудь «Марью Ивановну», которая очень страдала от того, что её сын достаточно рано умер. Но мы её просто не знаем, но любя её как свою прихожанку, переживая за неё, за её внутреннее состояние, он таким способом вспоминает об этой «Марье Ивановне».

Игорь Цуканов

— «Чтобы мы не умерли без Тебя».

Анатолий Главацкий

-Да. Давайте дальше тоже почитаем. «Горе мне, и я осмеливаюсь говорить, что Ты молчал, Господи, когда я уходил от Тебя. Разве так молчат? Кому, как не Тебе, принадлежали слова, которые через мою мать, верную служанку Твою, твердил Ты мне в уши? Ни одно из них не дошло до сердца моего, ни одного из них я не послушался. Это казалось мне женскими уговорами. Мне стыдно было и слушаться. А на самом деле они были Твоими. Но я не знал этого и думал, что Ты молчишь, а говорит моя мать, Ты через неё обращался ко мне, и в ней презрел я Тебя». Чудесно, очень интересная, глубокая тоже мысль, осознание тех событий, которые происходили в его жизни, тех людей, которые окружали его. И, безусловно, он говорит о своей матери, которая его любила.

Я однажды был в школе, с ребятами, с десятым классом общался, разговаривал. Вот один говорит: «Батюшка, скажите, пожалуйста, почему Бог не придёт к нам и не скажет нам, что «Вась, ты плохо поступаешь?»

Я говорю: «Потому что Господь по своему человеколюбию вразумляет нас, и через наших близких и родных, о том, чтобы мы образумились. Потому что, чтобы услышать Бога, нужно настроиться на определённую частоту, как радио, радиоприёмник». И сердце наше так же настраивается, наш разум, на то, чтобы слышать Бога и видеть Его, чтобы и печаль воспринимать как поучение Божье, воспринимать как заботу и любовь. И наши близкие и родные тоже, которые нас любят и переживают, и Господь через них, через их любовь подаёт нам вразумление, подаёт правильные добрые слова. Ведь наши близкие и родные тоже как-то тактично нам иногда говорят о том, что пора бы уже, вот скоро Великий Пост, готовьтесь в храм сходить, постом-то нужно поисповедоваться, причаститься.

Поэтому здесь, конечно, это осознание; тогда он этого не понимал, а тут он уже по-другому начинает, когда настраивается на совершенно другое состояние своё внутреннее, он по-другому и оценивает тот опыт, который у него был в общении с его близкими и родными.

Игорь Цуканов

— Ну и ещё, конечно, Отец Анатолий, Вы произнесли слово «человеколюбие Божие», мне кажется, что Он к нам обращается через наших близких — это, конечно, тоже свидетельство Его человеколюбия, потому что к словам ближних мы можем где-то не прислушаться, то есть Господь нам даёт возможность выбрать, как отреагировать: послушаться — не послушаться. Отец Дмитрий Смирнов в своё время говорил, что если бы ангел с неба пришёл в своём обличье этом мощном, страшном, сказал бы всем людям: «Ну-ка, быстро на колени вставайте и все кайтесь!» — у людей бы не было выбора, то есть люди бы, конечно, испугались, встали бы на колени, стали каяться, но это не было бы свободным движением их сердца.

Анатолий Главацкий

— Ну да, это тоже очень важный момент.

Игорь Цуканов

-А здесь, когда к нам обращаются наши близкие, то мы можем нашу волю здесь подключить, либо так поступить, либо иначе, то есть у нас есть выбор. Если мы откликнемся на их призыв, то это будет именно свободное движение нашего сердца, а это для Бога очень ценно.

Анатолий Главацкий

— И в этом и есть наша зона ответственности, то есть Бог нам подсказал движение наше, а человек решает, что выбрать.

Игорь Цуканов

— Читаем вторую часть «Исповеди», и вот очередной фрагмент. «Гордость прикидывается высотой души, хотя Ты один возвышаешься над всеми, Господи. Разве честолюбие не ищет почести и славы? Но Тебя одного надлежит почитать больше всех и славить вовеки. И жестокая власть хочет внушить страх, но кого следует бояться, кроме одного Бога? И нежность влюбленного ищет ответной любви, но нет ничего нежнее Твоего милосердия. И любознательность, по-видимому, усердно ищет знания, но Ты один обладаешь полнотой его. Даже невежество и глупость прикрываются именами простоты и невинности, но ведь ничего нельзя найти проще Тебя. Лень представляется желанием покоя, но только у Господа верный покой. Роскошь хочет называться удовлетворенностью и достатком, но только Ты полнота и неиссякающее изобилие сладости, не знающей ущерба. Расточительность принимает вид щедрости, но ведь все блага в избытке раздаешь Ты. Скупость хочет владеть многим — Ты владеешь всем. Зависть ведет тяжбу за превосходство — что превосходит Тебя? Гнев ищет мести — кто отомстит справедливее Тебя? Страх, боясь необычной и внезапной беды, заранее старается обеспечить безопасность тому, что любит. А что для Тебя необычно? Что внезапно? Кто сможет отнять от Тебя то, что Ты любишь? И где, кроме Тебя, полная безопасность? Люди убиваются в печали, потеряв то, чем наслаждалась их жадность, которая не хочет ничего терять, но только от Тебя нельзя ничего отнять. Так блудит душа, отвратившаяся от Тебя и вне Тебя ищущая то, что найдет чистым и беспримесным, только вернувшись к Тебе. Все, кто удаляются от Тебя и поднимаются против Тебя, уподобляются Тебе в искаженном виде, но даже таким уподоблением они свидетельствуют о том, что Ты творец всего мира, и поэтому уйти от Тебя вообще некуда».

Такая продолжительная цитата. Суть ее в том, что люди, если я правильно понимаю, когда ищут каких-то земных ценностей, стремятся к каким-то земным радостям или комфорту некому, то они не учитывают одной простой вещи, что все эти вещи очень ограниченны и очень временны: что безопасность, что поиск какой-то справедливости и так далее. И, в общем, конечно, если мы обращаемся к Богу, то именно в Боге мы находим все это в такой подлинной мере, в подлинной степени. И интересная эта фраза, что «все, кто удаляются от Тебя и поднимаются против Тебя, уподобляются Тебе, но в искаженном виде».

Анатолий Главацкий

— Да, очень удивительно, как он эту продолжительную цитату резюмирует в такую очень интересную мысль. Я думаю, что здесь для того, чтобы немножко всю эту мысль Блаженного Августина понять, наверное, нужно... Я бы сакцентировал внимание на такой мысли: «Люди убиваются в печали, потеряв то, чем наслаждались». То есть человек наслаждается, и Блаженный Августин перечисляет: человек ищет отдыха, человек ищет желаемого покоя, желает почестей, славы, кто-то любви, нежности...

И они тратят много сил на то, чтобы обустроить какую-то внешнюю или земную материальную жизнь, забывая о тебе, Господи. И получается, что это некий искаженный вид того блаженства, которое ты, Господи, задумал. Да, если вспомнить еще слова Спасителя, что «Царство Небесное внутри нас есть».

И здесь, я думаю, основная мысль Блаженного Августина, что нужно начинать с того, чтобы внутри у человека были гармоничные отношения с Богом, чтобы он их построил, чтобы он эту свою потребность и любви Божией, и понимание, что эту наполненность может дать только Господь. Да, безусловно, скажем, наши родители, неидеальны, вот иногда люди думают: «Если бы мои родители чего-то там дали». Он говорит, да какая разница, зачем ты от кого-то чего-то требуешь? Приблизься к Богу, и Господь даст тебе все, что тебе нужно. Люди некоторые переживают, что нет второй половинки. Господь говорит: «Приблизься к Богу!» Не зря святые отцы говорят, что «мы как лучики от Солнца — чем дальше мы от Бога, тем дальше этот лучик, с точки зрения физики, геометрии, отдаляется от других людей. И чем ближе он приближается к центру, к Солнцу, к Богу, тем ближе к нему становятся другие люди». Да, вот эти лучики, которые отходят, и они ближе друг к другу.

И действительно, очень интересная мысль, которую он завершает, что люди, увлекаясь своими желаниями, думают, что они принесут какую-то пользу, благо, но нарушая через это духовные законы, получается, что их некое благо — оно уже в кавычках, такое, которое может быть временным или может зависеть от каких-то обстоятельств, но внутреннего состояния радости человек не достигает, такой блаженной, спокойной, где бы человек действительно понимал, что ему не так много нужно для того, чтобы эту радость от жизни, от общения с другими людьми испытывать. Ведь очень часто высокие какие-то требования у людей: если отпуск, то он должен быть вот таким, если машина — она должна быть вот такой, если жильё — должно быть вот таким, каким-то необыкновенным. А вы-то где? А где эта радость общения людей?

У меня был интересный пастырский случай, когда люди набрали кредитов на машину хорошую, жилище хорошее, отдых хороший, самая лучшая школа детям, ещё-ещё... Потом в какой-то момент просто взяли и развелись. То есть вот и вопрос: ребята, вы не потеряли во всём этом стремлении к земным благам, к земным радостям радости небесные, духовные? Эта радость не должна быть одногранной, материальной, то есть в благополучии. Чтобы другие направления жизни человека не страдали. И чтобы люди не потеряли друг друга во всём этом стремлении за благом только материальным, который здесь останется и никуда его человек не возьмёт.

Игорь Цуканов

— Тут, конечно, сразу вспоминаешь одну из первых фраз «Исповеди», которая как квинтэссенция всего вышесказанного звучит: «Для Себя Ты создал нас, Господи, не успокоится сердце наше, пока не отыщет Тебя» (или «не обрящет Тебя»?) Но, конечно, думаешь о том, что всё-таки нужно через какой-то опыт обязательно пройти, чтобы это понять, потому что очень сложно, конечно, в юности человеку, если у него нет какого-то воспитания настоящего христианского, почувствовать эту тщетность, какую-то ненадёжность всего земного благополучия, земной безопасности или всего, что Блаженный Августин здесь перечисляет.

Всё-таки человек стремится, конечно, сначала к этому.

Анатолий Главацкий

— Ну, наверное, круг общения, в котором человек тоже вращается. То есть если он будет общаться со спортсменами, они будут рассказывать, насколько важно участие в Олимпийских играх. Если человек будет общаться с музыкантами, они будут рассказывать, как важно участвовать в тех или иных концертах, в каких-то достижениях для получения какого-то уровня, признания его музыкального. Когда молодые люди начинают в своей жизни применять и Священное Писание, и знать Житие Святых, они тоже понимают, насколько нужно уметь этот фокус держать, то есть этот баланс хранить, они тоже об этом задумываются. И, слава Богу, в храме у нас молодёжь приходит на исповедь, и после службы тоже задают вопросы для того, чтобы найти какое-то гармоничное сочетание в современном мире духовно-материальных благ.

И тут приятно, что молодёжь об этом задумывается. Вот он, круг общения: «Скажи мне, кто твой друг, я скажу, кто ты».

Игорь Цуканов

— Очередной фрагмент, который нам предстоит сейчас услышать и обсудить.

«Я свидетельствую, что все отпущено мне, и то зло, которое совершил я по своей воле, и то, которого не совершил, руководимый Тобою. Кто из людей, раздумывая над своей немощью, осмелится приписать свое целомудрие и невинность собственным силам и станет меньше любить Тебя, будто ему не нужно Твоего милосердия, по которому отпускаешь Ты грехи обратившимся к Тебе?»

Анатолий Главацкий

— Вот интересное наблюдение, которое Блаженный Августин здесь делает, что человек внимательный, «богомыслящий», не только какие-то свои достижения приписывает Богу, но и те грехи, которых он не совершил, он тоже приписывает Богу. То есть он видит божественный промысел, очень объемно благодарит Бога и за те вещи, которых в его жизни не было.

Игорь Цуканов

— Да, то, что он устоял.

Анатолий Главацкий

—  Мысль, наверное, в этом, отец Игорь, заключается: не то, что он не совершил греха какого-то, а именно то, что он устоял от греха — это тоже некое действие благодати Божьей. И вот дальше же он продолжает: «Кто осмелится сказать, что это принадлежит его собственным силам?»

То есть здесь некое действие благодати Божией, которая помогает человеку и устоять от греха, и продолжить своё развитие. Потому что Евангелие, которое мы читаем, там интересно, что Господь ждёт от нас плодов, что не просто человек не грешит. Кто такие фарисеи? Те, кто были ветхозаветными праведниками, которые соблюдали заповеди. Но в чём заключались ветхозаветные заповеди, если мы их вспомним? «Не сотвори себе кумира, не произноси имени Божьего понапрасну, не прелюбодействуй, не воруй, не завидуй». То есть человек, как считал ветхозаветный образ мышления, если он это-это не сделал, соответственно, какой вывод? Он праведник.

А Господь говорит, что «Я посылаю благодать, основу царства благодати», и говорит о том, что мы уже должны делать, за что мы получаем осуждение, что мы не несли Слово Божье, мы его не исполняли, не делали. То есть здесь уже деятельность, то есть новозаветный совершенно другой подход. Господь помогает нам творить то, что мы развиваемся, благодаря помощи Божьей. Но Бог именно этого ждет, что мы тоже будем идти дальше в нашей духовной жизни.

Игорь Цуканов

— Дальше Блаженный Августин пишет: «Что извлек я, несчастный, из того воровства, в котором мне было мило само воровство и ничто другое» (Это он, сделаем маленькую ремарку, вспоминает о своей юности, когда однажды вместе со своими товарищами, подбитый своими товарищами на воровство, участвовал в том, что обтряс чужую грушу, кажется. Совершенно без всякой нужды, просто, как он сам пишет, «по любви» или из интереса к этому беззаконному действию). «Что извлек я, несчастный, из того воровства? Один бы я не совершил этого воровства, в котором мне нравилось не украденное, а само воровство. Одному воровать мне бы не понравилось, я бы не стал воровать. О, вражеская дружба, неуловимый разврат ума, жажда вредить на смех и в забаву, стремление к чужому убытку без погони за собственной выгодой, без всякой жажды отомстить, а просто потому, что говорят: „Пойдем сделаем“ — и стыдно не быть бесстыдным».

Ну, наверное, вот это какой-то частный случай того, что святые отцы называют «прилог», когда извне к тебе приходит некий помысел, и ты на него, если откликаешься, совершаешь уже грех. Этот прилог может прийти как таким мысленным образом от лукавого, так, видимо, прийти через людей. И часто, наверное, в юности, действительно, компаниями ребята совершают какие-то вещи, которые они в одиночку, может быть, и постыдились бы делать. Да, вот какая-то такая природа?

Анатолий Главацкий

— Ну, я думаю, что да, здесь он описывает это внутреннее состояние, где он рассказывает... Очень часто грехи совершаются не потому, что человеку это нужно, а просто из интереса, особенно в молодости...

Игорь Цуканов

—  ради адреналина, как говорят.

Анатолий Главацкий

— И он говорит о том, что немаловажную роль в этом играет дружба. То, о чём мы сегодня тоже говорили — «Скажи мне, кто твой друг».

И Блаженный Августин продолжает эту мысль, что дружба бывает не совсем к пользе. Пойдём дальше читать?

«Почему человек хочет печалиться при виде горестных и трагических событий, испытать которые он сам отнюдь не желает? И тем не менее он, зритель, хочет испытать печаль. И сама эта печаль для него наслаждение. Удивительное безумие. Человек тем больше волнуется в театре, чем больше он сам застрахован от подобных переживаний. Но когда он мучается сам за себя, это называется обычно страданием. Когда мучается вместе с другими — состраданием. Но как можно сострадать вымыслам на сцене? Слушателя ведь не зовут на помощь, его приглашает только печалиться. Каждый человек, конечно, хочет радоваться. Страдать никому не хочется, но хочется быть сострадательным. А так как нельзя сострадать, не печалясь, то на это и есть единая причина. Почему печаль полезна? Сострадание вытекает из источника дружбы. Но куда он идёт? Куда течёт? Зачем впадает он в поток кипящей смолы? В свирепый водоворот чёрных страстей, где сам по собственному выбору меняется, утрачивает свою небесную ясность, забывает о ней. Хотя человека, опечаленного чужим несчастьем, одобряют за эту дружбу любви, но, по-настоящему милосердный, он предпочёл бы не иметь причины для своей печали. Потому что и была мила ему печаль. Не та, которая проникает до глубины души. Мне ведь не нравилось терпеть то, на что я любил смотреть. Рассказ о вымышленных страданиях как бы скрёб мою кожу. И как я, расчесываясь ногтями, начиналось воспаление».

Игорь Цуканов

— Тут, мне кажется, поднимается важная тема печали. Многие страсти имеют для человека некоторую притягательность. Человеку нравится печалиться. Человеку нравится иногда обижаться очень. Человеку нравится осуждать. Потому что человек чувствует себя каким-то авторитетным. Ставит себя над тем человеком, о котором он выносит свой суд.

То есть, есть в этом некоторое удовольствие. Но как сам Блаженный Августин здесь пишет, что это какой-то «водоворот чёрных страстей», как «поток кипящей смолы».

То есть это какое-то тёмное удовольствие. Когда он пишет о том, что в театре очень приятно печалиться и сострадать героям, потому что от тебя на самом деле не требуется как-то участвовать в их беде. Ты здесь просто зритель. Если бы тебе пришлось самому испытать эти страдания, которые герои на сцене испытывают, или как-то тебя бы призвали им помочь, то да, здесь бы можно было говорить о сострадании. А так это получается игра какая-то. Такая печаль, которая приятна.

Анатолий Главацкий

— Я бы, наверное, резюмировал вот эту цитату: люди, которые ищут земной радости, тратят много сил, они сталкиваются с печалью. Если человек выбирает какую-то себе стратегию, посмотришь иногда соцсети, человек там рассказывает, что в 25 лет он достиг какого-то «успешного успеха», он купил себе машину, дом, бизнес какой-то. У кого-то это получилось, у кого-то не получается — и человек начинает печалиться. И человек через вот эту новостную ленту провоцирует такие вещи — человека к печали.

И Блаженный Августин говорит, что это как некий театр, где человек печалится каким-то вещам, навязанным ему каким-то ценностям, которые, может быть, в его жизни не имеют какой-то ценности. Но попадая в этот круговорот, он утрачивает свою небесную ясность и забывает о ней. Вот удивительно, то есть, если человек стремится к какому-то благу, пусть даже земному, пусть он это будет использовать на благо, будет давать людям какое-то благо, то есть для других.

Но Блаженный Августин говорит: а где эта мера? Он говорит, что когда он её теряет, вот эту небесную ясность — это такая открытая дверь для печали, которая может его жизнь испортить и даже погубить кого-то. Поэтому, мне кажется, очень интересная мысль, сегодня именно он нам раскрывает (не зря же тот раздел, который мы взяли, где он говорит про радость). Вот у нас все говорят о том, что нужно сделать: этот человек достиг за год или за два какого-то успеха, а другой не может, а для другого свой темп. Как и в духовной жизни, мы читаем жития святых: кто-то ушел в лес и там святым стал, а другой не ушел в лес, святители в лес не уходили, но святыми не переставали быть, несли благо. Мученики свой подвиг проявили, свою решимость быть свидетелями для своих современников.

И этот поиск, очень важный, ясности человека своей личной, индивидуальной о том, что для кого-то это приемлемо — вот такой подвиг, для кого-то другой. Почему у нас есть разные рамки святых. Каждый из нас может подобрать себе приемлемый какой-то подвиг, который он может нести, сохраняя небесную ясность, то, о чём нам сегодня говорит Блаженный Августин.

Игорь Цуканов

— Ну да, и при этом очень важно не подменять одно другим, мне кажется, об этом он тоже говорит, Блаженный Августин, что одно дело — печаль, которая действительно человека настигает в каком-то смысле от Бога, когда...

Анатолий Главацкий

—  ...он печалится о том, что сделал неправильный какой-то поступок, вот мы перед этим читали цитату. А другое дело, когда какая-то наигранная история, за которую он переживает. Ну, по-современному можем сказать, когда человек смотрит сериал, очень переживает, как там живут главные герои, что там главную героиню все обманывают, она ещё об этом не знает и не догадывается — настолько печалится, что уже на своих близких и родных сил нет. Когда они приходят и рассказывают, что их надо пожалеть, поддержать, а уже и сил никаких не осталось, все силы на какие-то виртуальные вещи ушли.

Игорь Цуканов

— Ну, это, кстати, очень актуально сейчас ещё и в связи с тем, что все читают новости и тоже печалятся из-за этих новостей зачастую...

Анатолий Главацкий

— Опять же, не происходит так, как мы хотим.

Игорь Цуканов

— ...но при этом зачастую у нас нет возможности как-то лично поучаствовать в каких-то событиях, как-то помочь тем людям, которые страдают, скажем, о которых мы читаем. Зато есть люди, которым мы как раз помочь можем, которые находятся от нас на расстоянии вытянутой руки, а внутренних сил уже нет.

Нам нравится печалиться о том и о тех ситуациях, где мы никак не можем поучаствовать, а там, где мы можем поучаствовать, там уже как-то...

Анатолий Главацкий

— И советы тоже давать мы любим, что нужно было бы кому сделать.

Игорь Цуканов

— Напоминаем вам, что мы сегодня читаем вместе с отцом Анатолием Главацким, клириком Свято-Троицкого храма города Химки замечательную «Исповедь» Блаженного Августина. И вот мы уже добрались до второй книги, до второй части этой «Исповеди», уже даже ее заканчиваем. И вот очередной фрагмент.

«Попал я в среду людей, горделиво бредящих, слишком преданных плоти и болтливых. Речи их были сетями дьявольскими, птичьим клеем, состряпанным из смеси слогов, составляющих имена — Твое, Господа Иисуса Христа и Параклита, Утешителя нашего Духа Святаго. Эти имена не сходили у них с языка, оставаясь только словесным звоном и шумом. Истина не жила у них в сердце. Они твердили: „Истина, истина!“ — и много твердили мне о ней, но ее нигде у них не было. И однако я ел эту пищу, думал, что Ты здесь, без удовольствия, правда, потому что я не чувствовал у себя на языке подлинного вкуса Твоего. Тебя не было в этих пустых измышлениях, и я от них не насыщался, а больше истощался. Еда во сне совершенно напоминает еду, которую ешь, бодрствуя, но она не питает спящих, потому что они спят».

Здесь Блаженный Августин вспоминает о тех годах, которые он провел, находясь в общине манихеев, которые превратно учили, использовали ту же риторику, зачастую те же самые слова, те же имена Божии, которые и христиане используют, но учили превратно и при этом очень любили мудрствовать, как-то рассуждать на эти темы. Вообще, в то время, насколько я помню, это было как-то принято, что даже на базарах, на рынках в Византии было принято обсуждать богословскую проблематику, сколько воль у Сына Божьего, сколько природ.

Но очень мне понравилось, как Блаженный Августин пишет о том, что слов было много, и они «звенели у него в ушах» буквально, но «не было Тебя, Бога, в этих пустых измышлениях», и от них «я не насыщался, а больше истощался». Вот это какое-то очень точное замечание, когда слишком много болтаешь на темы, связанные с нашей верой, но как-то действительно от этого пустеешь — такое духовное явление.

Анатолий Главацкий

— Ещё Соломон замечает в книге «Экклезиаст» — «суета сует» и «томление духа».

Почему он говорит «суета сует»: она истощает человека, и человек внутренне опустошается, он чувствует, что в этой суете... Где она нужна? Вот интересно, что когда мы смотрим на последовательность богослужения, там есть интересный момент, где нет лишних движений, не надо куда-то идти и чего-то лишнего делать.

То есть батюшка идёт туда, там делает то-то. Он стоит перед престолом во время богослужения. А лишние движение не нужны.

И он прекрасно это замечает, очень интересное у него внутреннее понимание, что он ощущает в тот момент, чтобы в этой секте манихеев, которые учили о том, что Иисус Христос не был Богом. Первый момент.

Второй момент: у них отличительная особенность была в очень сильном аскетизме, и поститься нужно жёстко, и всё-всё-всё там... И он говорит, что это всё на самом деле ещё больше истощало его. Всё это были какие-то лишние движения, и он чётко понимал, что они не приносят для него никакой пользы и не подают благодати для того, чтобы, действительно, он её ощущал как некую помощь, изменение, исправление своей жизни. И именно это его сподвигло в 387 году прийти к (это было уже в Милане), к святителю Амвросию Медиоланскому для того, чтобы попросить о крещении.

И вот это внутреннее ощущение... Он достаточно искренне рассказывает о себе в своей «Исповеди». Понятно, что это некий отчасти и собирательный опыт тех людей, которые были с ним, которых он знал, и будучи преподавателем риторики в Риме, и будучи в этой секте манихеев, что они между собой (так как они были такими мыслителями и рассуждали очень много в поиске этой наполненности благодатью) её не ощущали, ни в театрах её не ощущали, ни даже в секте манихеев они её не ощущали. И когда он уже стал слушать проповеди Амвросия, когда он уже стал на этот путь — что его именно сподвигло креститься — ощущение вот этой благодати, ощущение наполненности. И это, мне кажется, такой яркий пример, где он чётко показывает: когда внутренний человек не просто, как мы говорим: «Ну, вы в храм ходите», а люди думают, что надо перемещаться в пространстве, то есть по воскресеньям из точки А поехать в точку Б. А это действительно совершенно другое состояние, где человек получает через таинства церковные благодать, которой он сам себя наполняет.

И эту благодать он приносит домой, он приносит своим детям, он показывает, каково это состояние внутреннее, на что нужно в жизни ориентироваться. Мне кажется, это такое чудесное замечание и знание внутреннего своего мира и понимания.

Игорь Цуканов

—  И важные критерии того, действительно ли ты пребываешь в каком-то общении с Богом, потому что это сложно словами определить, но человек обычно всё-таки чувствует какую-то наполненность, либо он чувствует, наоборот, некую пустоту.

Это понятные вещи.

Анатолий Главацкий

— У нас где-то в «Патерике» древнем есть такой интересный рассказ, где говорится, как один человек пришёл к старцу и говорит: «А как мне распознать, ведь в жизни много разных ситуаций, так ли я делаю или не так?» И он говорит: «По внутреннему твоему состоянию, если ты чувствуешь, что ты сделал это и чувствуешь внутренне, что ты поступил по совести, у тебя есть мир и спокойствие, что всё, что зависело, ты сделал, что тебе нужно было. А если ты чувствуешь какой-то упадок, внутреннее уныние, отчаяние, это значит, что это совершенно не то было, бесполезно, никому это пользу не принесло».

По-моему, у Варсонофия Оптинского есть одно из писем, где кто-то его спрашивает о вранье: «Вранье-то бывает такое маленькое, малюсенькое, а бывает чуть-чуть побольше, а есть большое». Он говорит: «Вы знаете, вранье — оно и есть вранье, это мы сами себя утешаем, что это принесёт, может быть, какую-то пользу. Если вы в исторической перспективе понаблюдаете, то увидите, что Бог не зря говорит о том, что не нужно врать, не нужно придумывать себе, что это принесёт какую-то пользу. Вы увидите, что никакой пользы это никому не принесло».

Действительно, ощущение даров Святого Духа человекам — это очень важно.

Игорь Цуканов

— Благодать мира и праведности, да.

Анатолий Главацкий

— Да, и вот то, что описывает сегодня Блаженный Августин, ещё и внутреннее состояние, когда ты что-то делаешь, то, как ты себя ощущаешь — мне кажется, это тоже очень важный опыт духовной жизни, такая внимательность к своей духовной жизни, к тому, что там происходит.

Игорь Цуканов

— И вспоминаются, конечно, слова евангельские от Господа Иисуса Христа о том, что «когда молитесь, не говорите лишнего».

Это немножко другая ситуация, это ситуация молитвы, но тоже здесь можно это вспомнить. Что «не уподобляйтесь язычникам, которые в многословии своём думают, что будут услышаны Богом».

Это касается молитвы, но и разговоров о Боге тоже, потому что всё-таки говорить о Боге нужно тоже очень благоговейно и не во всякой ситуации. Ну, об этом Григорий Богослов, святитель, писал, что «богословствовать дозволено не всякому».

Анатолий Главацкий

— И не везде. И не на всякое время.

Мы должны понимать критерий, что это действительно является неким особым состоянием человека, где он может говорить и общаться на какие-то такие темы, чтобы и говорить о них, размышлять о них, и чтобы от этого ещё была и польза.

Игорь Цуканов

—  Но, с другой стороны, отец Анатолий, вновь и вновь на протяжении всей нашей беседы думаю о том, что, наверное, невозможно эти вещи с самого начала усвоить и сразу начать жить именно так, вот именно в какой-то благоговейной тишине, каком-то таком богомыслии, когда ты боишься лишнее сказать о Боге. Всё равно, даже если человек имеет хорошее христианское окружение, но всё равно неизбежен, наверное, какой-то личный опыт проб и ошибок. И это же всё равно промысел Божий, что Господь проводит человека через какие-то секты, как у Блаженного Августина, и через опыт грехов, опыт воровства даже, чтобы человек потом осознал, чтобы он почувствовал эту горечь, эту пустоту и стал искать чего-то другого.

Анатолий Главацкий

— Суть же этой «Исповеди» в чём заключается? В том, что он прошёл этот опыт, и он опытом определённым делится, что он искал, но опять же, какой очень важный момент — это время. То есть время, за которое человек может принести пользу, сделать что-то доброе, благое.

Мы можем резюмировать, для чего он пишет «Исповедь», что всякий опыт, как апостол Павел в одном из посланий говорит: «Всё нам дозволено, но не всё нам причиняет добро и идёт на пользу». Соответственно, да, есть этот опыт, учитесь на ошибках чужих. Да, мы действительно можем сказать о том, что Бог даёт нам свободу. Человек ищет Бога, он ищет тот путь, он ищет какой-то подвиг, своё место, предназначение, как он может реализовать это всё. Но не всякий опыт, который человек делает, будет ему потом полезен.

Апостола Петра тоже вспомним — Господь его восстановил в апостольстве.

И он потом до конца дней, по воспоминаниям, его глаза были красными от слёз, в которых он раскаивался о своём поступке отпадения своего.

Поэтому здесь ещё очень важный момент — насколько человек изучает опыт других людей, чтобы не повторять их ошибки.

Игорь Цуканов

— Блаженный Августин ведь об этом тоже пишет. Он там в одном месте, сейчас нет перед глазами этой цитаты, но он в одном месте пишет:

«Кому, Господи, я исповедуюсь во всём, о чём я говорю? Тебе ли, Который прекрасно об этом знает? Нет, я пишу, в первую очередь, для людей, которые будут читать мои записи и, может быть, как-то управят свой путь чуть-чуть более точно, чуть-чуть меньше ошибок совершат».

Анатолий Главацкий

— Поэтому я думаю, что действительно, хорошее резюме, отец Игорь, Вы сейчас подвели нашей беседе о том, что, действительно, надо использовать опыт других людей. Блаженный Августин как раз об этом говорит, чтобы мы не тратили время на поиск Бога в своей жизни.

Игорь Цуканов

— Не изобретали велосипед, как бы так.

Дорогие друзья, мы вместе с вами и вместе с отцом Анатолием Главацким, клириком Свято-Троицкого храма города Химки сегодня разбирали «Исповедь» Блаженного Августина, ту часть «Исповеди», которую условно можно объединить темой «Радость и печаль». Много фрагментов, которые мы сегодня с отцом Анатолием читали, были посвящены этой антитезе: откуда берется в человеке радость настоящая и что для него является источником печали, как этой печали избегать?

Спасибо Вам огромное, дорогой батюшка, за этот вечер, проведенный вместе с нами, с нашими радиослушателями. Будем надеяться, что мы продолжим чтение Блаженного Августина в следующий раз. А пока что будем прощаться и еще раз благодарим отца Анатолия.

Анатолий Главацкий

— Во славу Божию. Всех благ.

---

Все выпуски программы Почитаем святых отцов

• «О памятозлобии». Священник Анатолий Главацкий
• «Следование за Христом». Священник Анатолий Главацкий
• «Святитель Иоанн Златоуст о том, что приносит вред человеку». Архимандрит Симеон (Томачинский)