Поделиться
Фото: Flávia Gava/Unsplash
Заботливые и многоопытные родительницы ещё совсем недавно туго перепелёнывали новорождённых малышей. Для чего? Скованные во внешних движениях груднички быстрее развиваются внутренне, ментально и эмоционально, находясь в подобном, на первый взгляд, неестественном для них положении. Таково же правило и духовной жизни во Христе — добровольное ограничение себя во всём внешнем ради пребывания в уме и сердце Божией благодати, которая приходит к нам в ответ на внимательную молитву.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
2 мая. О вере
Поделиться
О вере человека в Бога и вере Бога в человека — клирик храма Живоначальной Троицы у Салтыкова моста в Москве священник Николай Конюхов.
Меня в своё время поразила фраза Антония Сурожского о том, что не только мы верим в Бога, но и Бог верит в нас. Это такая совершенно нетривиальная мысль. Дело в том, что Бог не даёт нам того, чего не умеет Сам. И есть действительно вот этот невероятный камень, который Бог создал, который Он не может поднять. Это наша свобода воли.
То есть Бог дал нам возможность выбирать между добром и злом, пошёл на этот риск, понимая, что мы можем не выбрать Его. Тем не менее, это та плата за свободу, та плата за то, чтобы мы добровольно Его выбирали и добровольно Его любили. И Бог верит в нас, что мы придём к пониманию о том, что именно высшее благо для человека — это быть с Богом и оправдать вот это доверие Божие.
И наша вера — это такой ответный шаг в сторону Бога. Как Иоанн Златоуст говорил, что «Бог всегда нам протягивает Свою руку и ждёт, когда бы мы протянули её в ответ». То есть Бог не хватает нас. Он ждёт нашего свободного произволения, нашего свободного решения, чтобы протянуть вот эту руку веры и дать возможность Богу притянуть нас на Небо.
Все выпуски программы Актуальная тема:
2 мая. О молитве
Поделиться
О рассеянной молитве — клирик Московского подворья Троице-Сергиевой Лавры священник Димитрий Диденко.
О молитве часто мы думаем как о чём-то обязательном и поэтому тяжёлом. Надо прочитать правила, надо удержать в это время внимание, надо не отвлечься. Мы часто каемся в этом на исповеди и повторяем снова, потому что почти каждый из нас знает это ощущение: слова идут, идут уже привычно, а ум рассеивается. Может быть, здесь дело не только в слабости внимания. Иногда мы подходим к молитве как к повинности, которую нужно отработать и тогда она постепенно становится формальной и перестаёт откликаться изнутри.
В Евангелии есть притча о талантах. В этой притче господин даёт слугам деньги и уходит. Двое из них, как мы помним, пускают их в дело, рискуют, действуют, приобретают больше. А один закапывает, чтобы потом просто вернуть хозяину. И именно это и оказывается проблемой с нашей молитвой: мы берём этот великий дар и не используем, а просто пытаемся его вернуть, чтобы хозяин от нас отстал.
Молитву можно просто произнести, прочитав текст, и ничего в неё не вложить, а можно пойти на риск и впустить в неё свою реальную жизнь. Что это значит? Молитва оживает, когда в ней появляется настоящее, когда мы говорим Богу не только правильные слова, но и то, что действительно есть у нас сейчас: например, усталость, тревога или благодарность.
Такая даже короткая молитва может стать живой. Молитва может подниматься изнутри нашего переживания. Если человек приносит в неё свою жизнь, пусть даже неустроенную и противоречивую, то появляется свет. Очень важно помнить, что молитва не требует идеального состояния. Она требует честности и, может быть, самое важное — перестать прятать от Бога свою настоящую жизнь и зажечь огонь молитвы там, где есть реальное переживание.
Все выпуски программы Актуальная тема:
2 мая. О бодрствовании
ПоделитьсяО духовном бодрствовании — клирик московского храма Сорока мучеников Севастийских в Спасской слободе протоиерей Максим Первозванский.
Нам с вами Господь говорит, что «вы должны бодрствовать» и ждать, потому что мы не знаем, «в какую стражу ночи приидет вор». Эта фраза сказана в контексте двух разных притч. Первая из них о возвращении господина, которого должны ждать слуги, а вторая — в контексте вора, потому что если бы знал хозяин дома, в какую стражу ночи придёт вор, то он бы бодрствовал и не дал бы подкопать дома своего.
«И я говорю вам: бодрствуйте», — говорит Господь, то есть ждите Меня, ждите Моего пришествия, не расслабляйтесь, не думайте, что если вот сейчас такое время, что вроде бы и не похоже, где там эти три шестёрки заблудились: в очередном ИНН или, может быть, ещё где-то, не является ли антихристом кто там очередной кандидат на должность антихриста у очередной группы людей излишне бодрых. Этого мы не знаем.
Мы должны быть в постоянном ожидании. Мы должны верить в то, что Господь любит нас и торопится прийти к нам, а когда Он сочтёт нужным это сделать, мы не знаем, поэтому готовимся в любой момент, но готовимся не так, что уходим в заволжские леса или зарываемся в пензенские пещеры. Ждём, сеем хлебушек, сажаем картошку, ходим на работу, рожаем детей и ждём прихода Господа.
Все выпуски программы Актуальная тема:
