Поделиться
— Никитушка, дорогой, как славно, что ты приехал!
— Рад вас навестить, Маргарита Константиновна!
— С дороги, наверное, голодный? У меня всё готово. Садись скорее за стол, пока не остыло.
— Маргарита Константиновна, я проголодаться не успел! Ехал из Петербурга на скоростном поезде. Всего-то около 4-х часов в пути. Но всё такое ароматное, что не откажусь!
— Давай-ка тарелку, я тебе салат положу. Рыбу попробуй обязательно. И хлеб бери, он рядом с тобой.
— Спасибо, Маргарита Константиновна! Но хлеба пока что-то не хочется. И так столько вкусного!
— Ах, Никитушка... Наверное, это хорошо, что сегодня и без хлеба голодным не останешься. И в то же время, хлеб — это ведь гораздо больше, чем просто изделие из муки. Я тётку свою вспомнила, Евдокию — твою прабабушку. Она девчонкой в Великую Отечественную войну Ленинградскую блокаду пережила.
— Я прабабушку, к сожалению, не застал...
— А я хорошо её помню. В середине 80-х она в Москву приезжала. Я как раз институт закончила. Мы с ней пошли в Третьяковку на Крымском Валу — галерея тогда только-только открылась. Там проходила выставка «40 лет победы над фашизмом». Тётя долго стояла возле работы скульптора Дмитрия Шаховского «Хлеб».
— Маргарита Константиновна, а сейчас она экспонируется? Я бы тоже хотел её увидеть!
— Конечно! Пойдём с тобой завтра, и посмотрим.
— Договорились! А пока, вот, я её на сайте Третьяковской галереи открыл.
— Верно, Никитушка, это она. Работа 1967 года. В композиции три человеческие фигуры из светлого дерева соединены как бы в одно целое. Двое детей — мальчик и девочка — ждут, пока их мать разделит маленький кусочек хлеба, нарежет его на тонкие ломтики...
— Пронзительная работа!
— Скульптор Дмитрий Михайлович Шаховской умел вкладывать в простые сюжеты духовную глубину. Это отмечали и зрители, и критики. Может быть, потому что с детства воспитывался в атмосфере духовности и веры. Отец художника был православным священником.
— Семья скульптора, наверное, как и моя прабабушка, пережила блокаду?
— Нет, Никита. Дмитрий Шаховской всю жизнь прожил в Москве. Великую Отечественную он встретил 13-летним пареньком. В столице тогда было тяжело. Враг стоял на самых подступах. В Москве, как и в Ленинграде, с первых дней войны хлеб стали выдавать по карточкам. Люди часами стояли в очереди за заветным кусочком. Отменили хлебные карточки только в 1947-м, спустя два года после Победы.
— Цену скудного военного пайка он знал хорошо...
— Дмитрий Михайлович говорил, что отразил в скульптуре воспоминания о ценности военного хлеба. О том, как по-особенному звучали в те годы строки молитвы «Отче наш», которую его мать читала над маленькой краюшкой: «Хлеб наш насущный даждь нам днесь». И память о самой матери — Мария Дмитриевна Шаховская, историк, писательница и переводчица, скончалась в военном 1942-м от туберкулёза.
— Художника воспитывал отец?
— Увы, его тоже уже не было в живых. Отца скульптора, священника Михаила Шика, расстреляли в 1937-м на Бутовском полигоне. Между прочим, Дмитрий Михайлович Шаховской в 2000-х годах участвовал в создании храма во имя Мучеников и исповедников Российских в Бутово.
— Мне кажется, и скульптура «Хлеб» наполнена жертвенностью. Мать делит кусочек между сыном и дочерью, отрывая от себя...
— Да, Никитушка, матери в войну отдавали последние крохи детям. Об этом тоже напоминает нам скульптор Дмитрий Шаховской. В своей работе он говорит о хлебе как об одной из основ жизни, благословении, данном человеку Богом.
— Теперь я это понял! И благодаря Дмитрию Шаховскому и его скульптуре «Хлеб» всем сердцем почувствовал!
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Все выпуски программы Свидание с шедевром
«Жизнь в орбите Лавры». Николай Бульчук
Поделиться
Гостем программы «Лавра» был главный редактор радио «Радонеж» Николай Бульчук.
Наш гость рассказал о том, как его жизнь и церковный путь связаны с Троице-Сергиевой Лаврой и ее знаменитыми старцами.
Ведущие: Кира Лаврентьева, архимандрит Симеон Томачинский
Все выпуски программы Лавра. Духовное сердце России
«Как увидеть свои грехи?» Священник Анатолий Правдолюбов, Даниил Костромин, Екатерина Каштанова
ПоделитьсяВ этом выпуске программы «Клуб частных мнений» клирик храма Воскресения Словущего на Арбате священник Анатолий Правдолюбов, сотрудник миссионерского отдела Московской епархии Даниил Костромин и специалист по связям с общественностью Екатерина Каштанова размышляли о том, как человеку научиться видеть свои грехи и недостатки и как их исправлять.
Разговор шел о том, что может помочь человеку увидеть себя настоящего, как познание себя связано с познанием Бога, а также почему для христианина важно учиться видеть свои грехи и слабые стороны, и почему не стоит впадать от этого в уныние, а наоборот, благодарить Бога и идти дальше, сделав нужные выводы.
Ведущая: Наталия Лангаммер
Все выпуски программы Клуб частных мнений
Красная кукуруза
Поделиться
Фото: Madison Inouye / Pexels
Давным-давно жили в маленькой горной деревушке мать с сыном. Сына звали Вэй, был он статным и красивым юношей. Его старая мать уже десять лет как ослепла, и приходилось Вэю работать за двоих.
Каждый день он собирал в горах хворост на продажу, тем они и жили.
Как-то продал Вэй две огромные вязанки хвороста на базаре, на вырученные деньги купил две горсти риса им с матерью на ужин, и отправился домой.
И полпути не прошёл, видит — сидит у обочины дороги старая-престарая женщина и горько плачет.
— Что с тобой, бабушка? — спрашивает Вэй.
— Ох, внучек, — отвечает старушка. — Упала я, ногу об острый камень расшибла.
Оторвал Вэй лоскут от своей рубашки, перевязал старушке ногу.
Попробовала старушка встать, вскрикнула и опять упала.
— Видно, придётся мне тебя на спине нести, — сказал Вэй. — Где ты живёшь?
— Вон там, — показала старушка на высокую гору на востоке.
Самому-то Вэю-то надо было идти в другую сторону, на запад. Но он молча посадил старушку на спину и понёс, куда он говорила.
Долго им пришлось идти: спускался Вэй в ущелья, переходил бурливые речки вброд, поднимался по крутым горным тропам. Пот так и катился с парня градом, а всё же донёс Вэй старушку до её бедной хижины на вершине горы.
Оказалось, что она там одна жила — ни сына у неё не было, ни дочери. Пожалел её Вэй, развязал свой мешочек с рисом и высыпал половину, подумав про себя: «Матери хватит, а я сегодня без ужина обойдусь».
— Спасибо, внучек, — сказала старушка. — Нечем мне тебя отблагодарить за твою доброту. Возьми хотя бы вот этот початок сухой кукурузы, посади его в огороде, и будешь обо мне вспоминать.
Вернулся Вэй домой, достал из мешка початок кукурузы. Что за диво? Никогда прежде он такой кукурузы не видел. Не белая, не жёлтая, а красная, как солнце на закате. И каждое зерно величиной с орех. Попробовал он на вкус одно кукурузное зёрнышко — сладкое, как мёд! Всего одно разгрыз и наелся досыта, сразу силы могучей прибавилось.
Мать тоже съела одно красное зёрнышко — и вдруг прозрела! Вся деревня сбежалась посмотреть на такое чудо.
Посадил Вэй у себя за домом кукурузное поле, а урожай собрал такой, что и всем соседям хватило. Счастливо зажили люди — ни голодных, ни больных не осталось в той деревне.
Одно не давало Вэю покоя — ведь он так и не поблагодарил старушку за такой подарок. Может, у неё нога всё ещё не зажила и надо ей помочь, позаботиться о её доме?
Собрал однажды Вэй целый мешок гостинцев и отправился на восток навестить старушку. Долго добирался он до вершины горы...
Оглянулся — а там ни хижины нет, ни двора с плетёной изгородью, и место так заросло травой, словно сюда никогда нога человека не ступала.
Понял тогда Вэй, что встретилась ему на дороге не простая старушка. А почему она подарила ему чудесную красную кукурузу, вы уже и сами догадались.
(по мотивам китайской сказки)
Все выпуски программы Пересказки
