Поделиться
— Андрей Борисович, здравствуйте! Прошу прощения, что заставила вас ждать. Совещание затянулось.
— Рад видеть вас, Маргарита Константиновна! Ничего страшного, я пока по Третьяковке прогулялся. Зашёл в зал древнерусского искусства. На иконы посмотрел. Помолился тихонько. Удивительная, благолепная красота!
— Да, Андрей Борисович, древние иконописцы, несомненно, оставили нам истинные шедевры. Уникальные не только художественной ценностью, но, прежде всего Богодухновенностью. Впрочем, как раз она-то, пожалуй, от времени не зависит. Есть и современные мастера, чьи иконы становились даже чудотворными.
— Вы правы, Маргарита Константиновна! Например, иконописец Александр Соколов — образ Богородицы «Неупиваемая чаша» его работы находится в серпуховском Высоцком монастыре, помолиться перед ним приезжают паломники со всей России.
— Или наш соотечественник, ставший афонским монахом — Ефрем (Макаров). Чудотворный список иконы Божьей Матери «Всецарица» его авторства хранится в московском Новоспасском монастыре. А знаете, Андрей Борисович, вот, заговорили мы с вами об иконописцах, и мне вспомнилась одна картина. Как раз отсюда, из Третьяковской галереи.
— Как интересно! Может быть, прямо сейчас на неё и посмотрим?
— С радостью! Пойдёмте, Андрей Борисович. Полотно называется «Инок-живописец», его автор — художник Александр Степанович Янов. Вот и оно, взгляните. Работа 1885 года.
— При первом взгляде мне показалось, что это икона! Огромный, величественный лик Спасителя... И только в следующее мгновение я понял, что лик ещё не дописан. И увидел небольшую фигуру в чёрном монашеском облачении — подряснике и шапочке-скуфье.
— На полотне иконописец, стоящий на высоких лесах, расписывает, по-видимому, стену храма. Он изображён спиною к зрителю, склонённым над работой. Выписывает сияющий нимб вокруг главы Спасителя.
— Такое впечатление, что художник намеренно сконцентрировался не на самом иконописце, а на образе Христа под его кистью — можно предположить, это Спас Вседержитель.
— Так и есть, Андрей Борисович. Александр Янов таким образом, вероятно, хотел подчеркнуть, что явление святого лика из-под кисти иконописца — дело таинственное, чудесное. И даже сам мастер, с одной стороны — лишь свидетель этого чуда. А с другой стороны, без его участия оно бы не совершилось. Иконопись, как тайну сотворчества Бога и человека, изображает на своём полотне художник.
— Действительно, на картине показана и рабочая атмосфера. Видна сырая штукатурка на стене — именно по такой пишутся фрески. На деревянной подставке рядом с иконописцем — палитра и кисти. У ног инока — яичная скорлупа.
— Эта деталь говорит о том, что инок самостоятельно изготавливал краски. С яичными желтками и белками смешивали пигмент, чтобы придать ему необходимую стойкость, густоту и текстуру. Получалась так называемая темпера. Это древнейшая в истории живописи техника изготовления красок.
— Маргарита Константиновна, а ведь, наверное, далеко не каждому доверили бы писать лик Самого Спасителя. Может быть, это говорит об особом мастерстве героя картины?
— Действительно, Андрей Борисович, писать Христа или Пресвятую Богородицу благословляли самых опытных иконописцев. Однако опыт подразумевался не только профессиональный, но, прежде всего, духовный.
— Помнится, в «Стоглаве» — сборнике документов московского Стоглавого Собора 1551 года, есть особое определение для иконописцев: «Подобает быть живописцу смиренну, кротку, благоговейну, приходить к отцам духовным и во всём с ними совещаться, хранить чистоту душевную и телесную, жить в посте и молитве».
— Посмотрите, Андрей Борисович: инок пишет образ, стоя на лесах. А чуть ниже мы видим приставленную к ним лестницу. Всё это вместе можно воспринимать как образ «лествицы духовной». Символа восхождения в стяжании христианских добродетелей. Продвигаясь по этому пути, герой картины Александра Янова «Инок-живописец», очевидно, достиг той высокой ступени духовного совершенствования, на которой смог приступить к работе над ликом Спасителя.
— Об этом говорит и смиренная поза, в которой запечатлён иконописец.
— Хотя мы и не видим его лица, кажется, что он тихо молится.
— И этот благоговейный, молитвенный настрой передаётся с полотна нам, зрителям.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Все выпуски программы Свидание с шедевром
Послание к Римлянам святого апостола Павла
Поделиться
Рим., 111 зач., XIII, 1-10
Комментирует священник Стефан Домусчи.
Здравствуйте, дорогие радиослушатели! С вами доцент Московской духовной академии, священник Стефан Домусчи. Христиане, как и все прочие люди, призваны платить налоги, вкладываясь в благополучие общества. Этим мы подтверждаем свою принадлежность к гражданству конкретного государства. Но есть ли налог, который подтверждает нашу принадлежность Царствию Небесному? Ответ на этот вопрос звучит в отрывке из 13-й главы послания апостола Павла к Римлянам, который читается сегодня в храмах во время Богослужения. Давайте его послушаем.
Глава 13.
1 Всякая душа да будет покорна высшим властям, ибо нет власти не от Бога; существующие же власти от Бога установлены.
2 Посему противящийся власти противится Божию установлению. А противящиеся сами навлекут на себя осуждение.
3 Ибо начальствующие страшны не для добрых дел, но для злых. Хочешь ли не бояться власти? Делай добро, и получишь похвалу от нее,
4 ибо начальник есть Божий слуга, тебе на добро. Если же делаешь зло, бойся, ибо он не напрасно носит меч: он Божий слуга, отмститель в наказание делающему злое.
5 И потому надобно повиноваться не только из страха наказания, но и по совести.
6 Для сего вы и подати платите, ибо они Божии служители, сим самым постоянно занятые.
7 Итак отдавайте всякому должное: кому подать, подать; кому оброк, оброк; кому страх, страх; кому честь, честь.
8 Не оставайтесь должными никому ничем, кроме взаимной любви; ибо любящий другого исполнил закон.
9 Ибо заповеди: не прелюбодействуй, не убивай, не кради, не лжесвидетельствуй, не пожелай чужого и все другие заключаются в сем слове: люби ближнего твоего, как самого себя.
10 Любовь не делает ближнему зла; итак любовь есть исполнение закона.
Недавно я встретил рекламу, которая меня поначалу смутила. Она гласила: «Отпуск круглый год». «Что это, — подумал я, — реклама безработицы?» Ведь если человек весь год в отпуске, в большинстве случаев это значит, что он просто не работает. Разобравшись, я понял, что это туристический слоган, говорящий о возможности отдыхать в любое время года. И всё же редко какого работающего человека не посещала мечта какое-то время побыть в состоянии, когда ты сделал всё, что должен был сделать, и можешь жить в своё удовольствие, посвящая время себе любимому. Многими людьми именно так и воспринимается отпуск: всем всё раздал, всё сделал и свободен, хотя бы на какое-то время.
Обычно, рассуждая о христианстве, его представляют как религию долга, в котором человек всё время окружен невероятным количеством правил и условностей. При этом, попробовав разобраться, мы увидим, что наша обычная, семейная, общественная, рабочая жизнь, наполнена несоизмеримо большим количеством долгов. Естественно, можно попробовать жить, как будто никому ничего не должен, однако довольно быстро почувствуешь, что и тебя никто не должен кормить, поить, предоставлять крышу над головой или чинить эту крышу, если она начала протекать. Светское общество и без всякой религии окружает человека огромным количеством обязанностей, о чём и пишет апостол Павел в послании к Римлянам. Причем многие из этих обязанностей настолько очевидны, что апостол предлагает исполнять их не из-за страха наказания, а просто «по совести», как те, что исполняют все люди. Но если все обязанности, которыми нагружает нас общество, и так общечеловеческие и в той или иной мере были и есть в любых обществах, то есть ли какие-то собственно христианские обязанности, которых общество не знает? Оказывается, есть. Фактически, речь идёт про одну сугубо христианскую обязанность, которая называется «любовь». Обычные люди могут признавать, что они обязаны работать, чтобы получать зарплату, обязаны соблюдать законы и платить налоги, чтобы государство их оберегало и поддерживало достойный уровень жизни. Но никому из светских людей и в голову не придёт сказать, что кто-то кого-то должен любить. Любовь вообще воспринимается как что-то максимально далёкое от понятий «долг» или «обязанность». Однако апостол Павел утверждает, что, даже раздав все формальные и светские долги, христианин не должен забывать о последнем и по большому счёту единственном долге любви. Он называет любовь взаимной, потому что обращается к общине верующих, но помня Нагорную проповедь Христа, мы понимаем, что и неверующих призваны любить не меньше. Будучи христианами и стремясь к Царству Небесному, мы стараемся соблюдать заповеди: не блудить, не убивать, не клеветать, не завидовать... и наши христианские представления о долге дробятся и мельчают, так что в итоге и нам кажется, что мы как верующие всем всё должны. На самом же деле, как ученики Христовы, как граждане Небесного Царства, мы призваны только к одному: никому не делать зла и любить друг друга.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Псалом 6. Богослужебные чтения
Поделиться
Каждый вечер, когда в храме начинается богослужение утрени, читается «шестопсалмие» — особо избранные шесть псалмов. И один из них — а именно 6-й — мы сегодня внимательно послушаем.
Псалом 6.
1 Начальнику хора. На восьмиструнном. Псалом Давида.
2 Господи! не в ярости Твоей обличай меня и не во гневе Твоём наказывай меня.
3 Помилуй меня, Господи, ибо я немощен; исцели меня, Господи, ибо кости мои потрясены;
4 и душа моя сильно потрясена; Ты же, Господи, доколе?
5 Обратись, Господи, избавь душу мою, спаси меня ради милости Твоей,
6 ибо в смерти нет памятования о Тебе: во гробе кто будет славить Тебя?
7 Утомлен я воздыханиями моими: каждую ночь омываю ложе моё, слезами моими омочаю постель мою.
8 Иссохло от печали око моё, обветшало от всех врагов моих.
9 Удалитесь от меня все, делающие беззаконие, ибо услышал Господь голос плача моего,
10 услышал Господь моление моё; Господь примет молитву мою.
11 Да будут постыжены и жестоко поражены все враги мои; да возвратятся и постыдятся мгновенно.
Перед нами — мощная картина состояния души человека, осознавшего свой грех, свою неправильность. Давид не говорит Богу — «забудь», «оставь» — он говорит нечто совсем иное: наказывай — но не в ярости, а как Отец; обличай — но с любовью, исцеляй, как врач — но не проходи мимо. То, как псалмопевец говорит о «сокрушении костей», «воздыханиях», «мокрой от слёз постели», «иссохших глазах» — всё это свидетельствует о том, что покаяние Давида захватило целиком весь его телесный состав.
Почему сегодня важно услышать то, о чём говорится в псалме? Современный человек уже достаточно сильно «обремёнен» психологизацией, которая не только приучила внимательно наблюдать за своим внутренним состоянием — но и убедила в том, что человеку должно быть всегда «позитивно». И даже когда на самом деле было совершено нечто, за что — стыдно, противно и больно — даже в такой ситуации нельзя предаваться унынию, печали и расстраиваться.
Мысль, которую старается нам донести пророк Давид, совершенно иная, диаметрально противоположная. Настоящее покаяние не может совершаться исключительно «в голове», или «в словах». Тем более оно не может быть «романтизировано» или «эстетизировано». Боль от осознания греха должна быть — но вот здесь и пролегает граница между сознанием верующего и неверующего. Верный Христу — даже оступившись — не боится этой боли осознания, он не игнорирует её, не сбегает в мнимую «позитивность», чтобы хоть так себя немного «обезболить». Он вместе с Давидом вопиет к Богу — и просит Его не о забвении греха, но об исцелении — даже если для этого придётся много чего претерпеть.
Неспроста именно этот псалом так часто мы слышим в храмах за богослужением. Он показывает, что для живого человека совершенно нормально переживать, причём очень сильно, насыщенно — осознание своей греховности — но при этом не впадать в отчаяние. Ведь несмотря на всю кажущуюся безысходность положения и глубокую скорбь от раскаяния в своих поступках, Давид с полной уверенностью говорит: «Уже услышал меня Господь; Он точно примет моё покаяние и мою молитву!»
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«Святитель Игнатий Брянчанинов о духовных смыслах искусства». Священник Михаил Дочия
Поделиться
В этом выпуске программы «Почитаем святых отцов» ведущий диакон Игорь Цуканов вместе со священником Михаилом Дочия читали и обсуждали фрагменты из произведения святителя Игнатия Брянчанинова «Христианский пастырь и христианин-художник», посвященные духовным смыслам искусства.
В частности, разговор шел о том, почему для творческого человека важно реализовывать свои таланты, и о чем стоит помнить христианину, чтобы его творчество могло помогать другим идти к Богу и познавать Его. Кроме того, мы говорили, как красота окружающего мира может свидетельствовать о Творце, и почему настоящее успокоение человек может найти только в Боге.
Ведущий: Игорь Цуканов
Все выпуски программы Почитаем святых отцов
