«О вере и доверии Богу». Архимандрит Симеон (Томачинский)

В этом выпуске программы «Почитаем святых отцов» ведущий диакон Игорь Цуканов вместе с доцентом кафедры филологии Московской Духовной академии архимандритом Симеоном (Томачинским) на основе фрагментов из книги «Духовное пробуждение» преподобного Паисия Святогорца говорили о значении веры и о том, как она связана с доверием Богу.

Разговор шел о том, что значит «ходить перед Богом», почему порой Господь может не давать нам просимого в молитвах, а также какая связь есть у веры с любовью к Богу.

Ведущий: Игорь Цуканов

---

Диакон Игорь Цуканов (читает цитату)

«Вера усиливается молитвой. Человек, не возделавший в себе веру измлада, но расположенный к этому, может возделать её молитвой, прося у Христа прибавить ему веру. Будем просить Христа прибавить нам веру и умножить её. Чего попросили у Христа апостолы? „Приложи нам веру“. Если ты говоришь „приложи“, это значит, что ты вверяешь себя Богу. Ведь если человек не вверит себя Богу, то что Он приложит этому человеку? Мы просим у Бога прибавить нам веру не для того, чтобы творить чудеса, но для того, чтобы больше Его возлюбить»

Диакон Игорь Цуканов
— Добрый вечер, дорогие друзья! Программа «Почитаем святых отцов» на Радио ВЕРА. У микрофона архимандрит Симеон (Томачинский) — доцент Московской духовной академии. Отец Симеон, благословите. Добрый вечер.

Архимандрит Симеон (Томачинский)
— Добрый вечер.

Диакон Игорь Цуканов
— Я — диакон Игорь Цуканов, и сегодня мы с батюшкой договорились почитать выдержки из второго тома собраний бесед преподобного Паисия Святогорца. Том этот называется «Духовное пробуждение». А тема, которую поднимает здесь преподобный Паисий, — это вера и доверие Богу. Всё, о чём мы сегодня будем говорить, так или иначе связано с доверием Богу и с верой. И в чём разница между верой и доверием? Вообще, интересно: когда разговариваешь с людьми о том, что для них вера, можно услышать очень разные ответы. Но в основном всё сводится к тому, что «я верю, что Бог есть». А многие святые отцы всё-таки говорят, что вера — это больше про доверие, да, отец Симеон?

Архимандрит Симеон (Томачинский)
— Да, это замечательно. Я думаю, что без доверия веры не может быть. И вообще в проблеме веры иногда есть такое представление у людей: вот, например, у меня нет веры, и что я могу с этим сделать? Или наоборот, человек говорит: «Да, у меня есть вера, я верую», и вроде как всё, фиксация произошла, ты всего достиг, а дальше уже идёшь по накатанной. Но на самом деле вера — это динамическая величина. Как мы видим из Евангелия, даже апостолы, несмотря на то, что постоянно возрастали в вере, в кульминационный момент, когда было страдание Спасителя, а потом Его погребение Спасителя, не могли поверить в Воскресение, хотя уже рассказывали об этом жены-мироносицы, и Христос упрекал их за неверие. То есть это движение в вере бесконечно, и тут нельзя остановиться. Более того, если останавливаешься, то можешь потерять веру. Помните, апостол Павел говорит о кораблекрушении в вере? Вот притча о сеятеле показывает, что эти состояния — каменистая почва и почва, где птицы быстро расхищают, или, наоборот, плодоносная почва, — на самом деле всё это очень подвижно. Я помню прекрасную проповедь на эту тему одного из наших отцов, где он говорит, что мы думаем, будто себя уже к какому-то разряду отнесли, а на самом деле мы бываем и каменистой почвой, бываем и благодатной — и это во многом зависит от нашего самоопределения, от нашего внутреннего устройства. И здесь хорошо, что старец Паисий связывает веру с молитвой. Действительно, молитва всегда нам необходима, нам нельзя успокоиться: «Всё, мы уверовали, слава Богу, замечательно, и теперь всё пойдёт как по маслу». Нужно постоянное движение, потому что вера чаще всего проверяется в испытаниях, в трудных обстоятельствах. Конечно, хорошо верить, когда у тебя дом — полная чаша, и все благополучны, все здоровы. А когда тебя настигнет испытание, искушение, не дай бог, как на Иова? Помните, в каноне Андрея Критского говорится: «А что, душе, ты будешь делать, если что-то подобное приключится с тобой, аще чесому из недоведомых случится приити на тя?» Проявишь ли ты такую веру? В этом смысле «приложи нам веру» — это всегда актуально для каждого из нас. Это должно быть, наверное, нашей постоянной молитвой и просьбой, так же как «Господи, научи нас молиться», — тоже апостолы просили, и «приложи нам веру» — две составляющие, которые друг другу помогают.

Диакон Игорь Цуканов
— И очень хорошо, что этот вопрос возник у собеседника или собеседницы, скорее, старца Паисия.

Архимандрит Симеон (Томачинский)
— Да, чаще всего монахини спрашивали его. Вообще замечательно, что мы разбираем труды старца Паисия. Сейчас люди всё больше открывают его для себя, очень любят и у нас, и во всём мире. И сейчас тем более фильм вышел очень интересный.

Диакон Игорь Цуканов
— Да, неплохой.

Архимандрит Симеон (Томачинский)
— Его слова какие-то очень живые, к тому же он практически наш современник. И здорово, что он формулирует: вера нужна не просто сама по себе, а чтобы больше возлюбить Бога. То есть эти три богословские добродетели — вера, надежда, любовь — связаны друг с другом, они питают друг друга. И чтобы больше любить Бога, нужна вера.

Диакон Игорь Цуканов
— То есть вера — это не самоцель?

Архимандрит Симеон (Томачинский)
— Да, это мост такой. И не случайно апостол любви Иоанн Богослов больше любил Спасителя, он-то как раз и остался у креста, до конца был со Христом, и первым уверовал. Помните, в пещеру, когда вошёл и увидел плащаницу и сударь отдельно лежащий, и уверовал. То есть как раз к нему в меньшей степени или совсем не относится то, о чём говорится, что он не уверовал. (Читает цитату)

— «"Геронда, вы говорили нам о том, что всё должно возводить нас вверх, к Богу. Как мы можем этого достичь?
— Вы достигнете этого, извлекая пользу из всего, что встречается вам на жизненном пути. Знаете, какую духовную пользу и духовный опыт приобретает человек, извлекая из всего духовный смысл? Например, работая с цементом, ты можешь найти Бога. Дотрагиваясь до кирпича, ты можешь дотронуться до Бога. Ты берёшь одно, другое, третье и дотрагиваешься до Бога! Да, дотрагивайтесь до Бога во всём! Если человек не работает подобным образом, если он не видит Бога во всём, то и в церкви, если его привести туда, он останется далеко от Него. Поставь его петь на клиросе — он останется далеко от Бога. Дай ему читать духовную книгу — он снова останется далеко от Него. Какое духовное дело ни поручи ему, оно не будет возводить его к Богу.

Каждый человек из всего, что бы он ни видел, что бы ни делал — шил или вышивал, — должен извлекать духовную пользу. Цветы увидел? Увидел Бога! Увидел свиней? Да, брат ты мой, опять увидел Бога. Ты спросишь: «Так что же, значит, я могу видеть Бога и через свинью?» Да, через свинью. Посмотри, какой сотворил её Бог! Он дал ей рыло копать землю и на ощупь находить в ней луковицы растений. У неё такой нос, что ему нипочём острые осколки железа, стекла, колючки и тому подобное. Не только, видя прекрасный благоуханный цветок, надо говорить: «„Насколько же премудро сотворил это Бог!“ Видя свинью, тоже надо видеть Бога. А ещё лучше задуматься о том, что Бог мог создать меня свиньёй, а создал человеком».

— Конечно, старец Паисий говорит с неподражаемым таким юмором, ему присущим.

Диакон Игорь Цуканов 
— Но это, мне кажется, одна из его часто повторяемых идей: что нужно во всём течении своей жизни постоянно находить такие вот следы Бога. То есть любой опыт, любую вещь, с которой ты сталкиваешься, нужно учиться истолковывать в духовном смысле, чтобы эти вещи напоминали тебе о Боге и стараться делать из этого полезные для себя выводы. Например, что действительно вот есть свинья, а Бог-то сотворил меня всё-таки человеком.

Архимандрит Симеон (Томачинский)
— Да. Но это, наверное, и есть хождение пред Богом, как мне кажется, если мы научимся. Об этом и святой Феофан Затворник тоже писал: перетолковать вокруг себя все предметы, все действия, чтобы они напоминали о Боге. Но здесь ничего искусственного нет, ведь действительно удивительно любое создание. Просто старец Паисий намеренно избрал такое необычное: свиньи — нечистые животные, изгнание бесов в свиней и так далее. Но животное это только наполовину нечистое в том смысле, что не жуёт жвачку, но копыта раздвоены, так что в этом смысле есть чему поучиться. Иногда смотришь канал National Geographic или что-то такое про дикую природу — это же вообще удивительно, потрясающе совершенно. То есть вера может прямо на глазах тут как-то расти, потому что ну как такое создать невероятное разнообразие, красоту?

Диакон Игорь Цуканов
— Ещё и во взаимосвязи всё.

Архимандрит Симеон (Томачинский)
— Да, да, очень сложные взаимоотношения этих существ, и как они друг с другом коррелируют. Понятно, что этот мир уже падший в том смысле, что это уже не совсем райское состояние, отсюда их вражда и охота друг на друга. Но я знаю, что люди, которые держат кошек или собак, для себя тоже находят необыкновенное вдохновение и необычайную красоту в этих животных. Каждый из них со своим характером, со своими особенностями. Но это домашние питомцы, а тут свинья, и вот у неё найти, что, видите, она, оказывается, может находить луковицу растения самостоятельно и у неё так устроен нос, что нипочём всякие препятствия, осколки, стёкла. Кто это придумал? Неужели так само собой появилось?

Диакон Игорь Цуканов
— «Вся премудростию сотворил еси».

Архимандрит Симеон (Томачинский) 
— Да. В этом смысле очень интересно, что не только отрицательные эмоции могут вызывать эти животные. Хотя многие ведь держат, я не знаю, как сейчас, но раньше в сельской местности, и совсем недавно ещё люди выращивали, — они такие милые, особенно маленькие поросятки.

Диакон Игорь Цуканов
— Я ещё думаю о том, что в Евангелии ведь очень много насыщено вот этой живой природой и какими-то моментами, связанными с нашим миром. Очень много элементов в него входит. И когда мы видим эти вещи в нашей жизни, даже если это свиньи, даже если они у нас ассоциируются с изгнанием бесов, — прекрасно, это напоминает нам о Евангелии. Не обязательно восхищаться каким-то созданием Божиим, но можно вспомнить о том, что о нём тоже говорится в Евангелии. То есть много способов, на самом деле, обратить своё внимание к Богу.

Архимандрит Симеон (Томачинский)
— Да, и какое-то толкование для себя вынести, назидание, ведь эта природа дана нам и для поучения. Вот смотришь на птиц, как они себя ведут, и понимаешь, что это во многом аналог человеческих взаимоотношений. Я вот наблюдал дроздов, как они ели ягоды — созрела черёмуха, и они поедали. И как там одна требовала птица: «Принеси мне», и её, не знаю, муж или кто там, должен был ей таскать и прямо в рот класть эти ягоды, хотя она сидит рядом. И я думаю: «ты сама разве не можешь?» Нет, вот он должен, она так настойчиво требует: «Давай-давай-давай!».

Диакон Игорь Цуканов
— Да, что-то это напоминает.

Архимандрит Симеон (Томачинский)
— Да, интересно. И в этом смысле, я думаю, старец Паисий говорит с сёстрами, которые наверняка с сельским хозяйством тоже как-то связаны, потому что монастырь в Суроти в сельской местности, и наверняка у них какие-то животные были. Возможно, они сталкивались с ними, и это было особенно ценно.

Диакон Игорь Цуканов
— Читаем очередную цитату:

— «Геронда, почему, несмотря на то, что я прошу о чём-то с верой, Бог не даёт мне этого?
— Ты веруешь и просишь, но если у тебя нет смирения или же есть предрасположенность к гордости, то Бог не даёт просимого. Можно иметь веру не только с горчичное зерно, но и с килограмм горчицы, но если нет соответствующего вере смирения, то Бог не станет действовать, потому что это не пойдёт человеку на пользу. Если есть гордость, то вера не действует.

Если человек идёт по жизни с верой, без сомнения, и просит помощи Божией, то с ним потихонечку начинают происходить чудесные события: сначала маленькие, потом побольше, и он становится более верующим. Переживая на себе божественные тайны, человек становится богословом, потому что он не трогает их умом, а переживает в действительности. Однако для того, чтобы опытно пережить тайны Божии, надо иметь незлобие и простоту, чтобы твоя вера была незыблема. Надо безусловно веровать в то, что нет ничего такого, что не мог бы сделать Бог».

— Вот интересная мысль: если нет соответствующего вере смирения, то Бог не станет действовать, не станет исполнять просьбу. То есть вера — это не единственное, что нужно иметь человеку. Вообще, вера действует любовью, но вера действует ещё и смирением, получается.

Архимандрит Симеон (Томачинский)
— Кстати, об этом не так часто говорят, эта мысль не совсем очевидная. Хорошо, что она у старца Паисия проявилась: если есть гордость, то вера не действует. Мы же это встречаем и в Евангелии, Сам Христос говорит, что многие скажут в тот день: «Не Твоим ли именем мы пророчествовали, многие чудеса даже сотворили?» То есть понятно, что это говорят люди, которые вроде бы имели веру и даже с её помощью чуть ли не горы двигали, И Христос говорит: «А Я скажу им: Я никогда не знал вас; Отойдите от Меня, делающие беззаконие». То есть получается, что в человеке может проявляться вера и действовать как-то, но при этом он может быть далёк от Бога, потому что, например, обуян гордостью или погряз в каком-то грехе. Хотя рационально, наверное, до конца непонятно, как это... Но вот старец Паисий говорит, что вера вообще не действует, если есть гордость, потому что это неполезно самому человеку. Это должно быть, по идее, очевидно, что Господь хочет спасти человека, а для этого он должен приобрести кротость и смирение в первую очередь, всё остальное — второстепенно. Именно «научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем, и тогда обрящете покой душам вашим». Или как старец Паисий говорит: «незлобие и простоту» — собственно, это оно и есть, кротость и смирение. Потому что это не какой-то спортзал или фитнес-центр, где мы «прокачали» веру и теперь можем свысока посылать лучи, огни, двигать горы и прочее. но это должно быть на фундаменте смирения. Об этом говорят и авва Дорофей, и другие святые отцы, что фундамент смирения основной. Но то, что человеку это может мешать именно в приобретении веры — очень важная мысль.

Диакон Игорь Цуканов
— Ну и тут опять возникает вопрос: что такое вера? Потому что вера, как согласие с фактом того, что Бог есть, — наверное, можно соглашаться с тем, что Бог есть, при этом быть человеком гордым и самолюбивым. Но если воспринимать веру немножко более глубоко — что это верность Богу, доверие Богу, стремление к Богу постоянное... Было замечательное определение веры, что «это усилие, направленное к Богу». (Не помню, кто сказал; кто-то из наших современников.) Но тогда вопрос: можешь ли ты быть гордым и одновременно устремляться к Богу, и всю свою жизнь к Нему направлять — не к себе, а к Нему?

Архимандрит Симеон (Томачинский)
— Да, потому что кто-то может веру как инструмент использовать или просто потому, что это вроде как принято. Помните, Достоевский писал, что «если Бога нет, то всё позволено». Но бывает же сейчас, к сожалению, и такая вещь: «и Бог есть, и всё позволено». То есть человек вроде бы верит, уже всё знает и всё понимает, но как-то это в его сознании преломляется так, что, значит, всё можно тогда. И что это, как не гордость? Потому что вера должна нас вести к тому, что мы познаём Бога, а Он кроток и смирен сердцем, то есть мы хотим быть подобными Ему и тогда эти качества в себе стараемся приобретать. Здесь люди могут спросить: «Как же так? В Евангелии сказано: „Просите, и дастся вам“, и вроде бы это всегда работает». Но если в тебе живёт гордость, тебя самого это будет разрушать, зачем Бог будет это делать? Он же заботится о твоей душе, Он хочет, чтобы каждый из нас стал по-настоящему человеком, подобным Богу. Поэтому цель — смирение приобрести, а вера от него будет укрепляться. (Читает цитату.)

— «Геронда, я не чувствую себя в безопасности, тревожусь.
— Обезопась себя в Боге, детонька моя. Или ты только автомобильный ремень безопасности знаешь, а безопасность Божия тебе неведома? Перекрестись, и перед тем, как что-либо делать, скажи: „Христе мой, Владычица моя, Пресвятая Богородица, помогите мне“. Никогда не теряй доверие Богу, не зажимай себя куцей человеческой логикой, так ты и сама мучаешься, и божественной помощи мешаешь. Если после своих благоразумных человеческих действий ты будешь вверять Богу и себя саму, и всё, что ты делаешь, то это весьма поможет не только тебе, но и другим. Надо вверить Богу и руководство ходом дел, а самим с любочестием исполнять свой долг. Человек будет мучиться, если он не доверится Богу до такой степени, что совершенно отдаст себя в Его руки. Обычно сначала люди прибегают к утешению человеческому, а к Богу прибегают только после того, как разочаруются в людях. Однако если мы не хотим мучиться, то будем просить утешения божественного, потому что оно и есть единственное истинное утешение».

— Да, замечательно. Это очень важная тема, потому что в наши времена, наверное, мало кто в стороне от тревог и беспокойства. Такие события вокруг происходят, что, конечно, это очень важно. Человек читает новости и ему сразу уже становится плохо; не то что тревожно, а просто страшно. И в этом смысле нужен не только автомобильный ремень безопасности, но безопасность Божия, то есть научится вверять в руки Богу и себя, и своих детей, и своих близких. Всегда у людей возникает вопрос: где грань между тем, что я должен сам делать, а что должен Богу предоставить? Тут разные есть ответы, они замечательные: что надо трудиться так, как будто всё от тебя зависит, а молиться так, как будто от Бога всё зависит. Есть и какие-то другие советы. Но вот у старца Паисия предложение действительно отдать Богу руководство ходом дел, а самим с любочестием исполнять свой долг. «Любочестие» — слово для нас необычное немного...

Диакон Игорь Цуканов
— Но излюбленное у старца Паисия.

Архимандрит Симеон (Томачинский)
— Да-да-да. Часто у него повторяется «любочестие». И исполнять свой долг, то есть делай, что должен, и будь, что будет. Или ещё часто вспоминают: «На Бога надейся, а сам не плошай». Но это всё разные грани одного и того же: Господь руководит делом, человек предполагает, а Бог располагает.

Диакон Игорь Цуканов
— Результат в любом случае зависит от Него, да.

Диакон Игорь Цуканов (после перерыва)
— Добрый вечер ещё раз, дорогие друзья! «Почитаем святых отцов» на Радио ВЕРА. Собственно, этим мы и занимаемся вместе с архимандритом Сименом (Томачинским) — доцентом Московской духовной академии. Разбираем мы слова преподобного Паисия Святогорца из второго тома его бесед, который называется «Духовное пробуждение», и тема сегодняшних изречений старца — вера, доверие Богу. Мы продолжаем читать очередной фрагмент:

«Веры в Бога недостаточно, — пишет старец Паисий. — Необходимо и доверие Ему. Доверие Богу привлекает Его помощь. Христианин верует и вверяет себя Богу до смерти, и тогда он ясно видит Божью руку, спасающую его. Апостол Павел говорит, что вера — это значит веровать в невидимое, а не только в видимое. Возлагая своё будущее на Бога, мы обязываем Его нам помочь. Доверие Богу — это постоянная молитва, и в нужный час она приводит к божественным результатам, и тогда естественно, что человек живёт жизнью ангельской и преизливается в славословии: „Свят, свят, свят Господь Саваоф“. Потому что, имея доверие Богу, человек может сделать свою жизнь райской. Он славит Его за всё и как от доброго отца принимает Его руководство. В противном случае человек превращает свою жизнь в адскую муку. Великое дело — ещё в этой жизни отчасти чувствовать райскую радость».

— То есть, по сути, старец Паисий говорит о том, что когда человек вверяет себя Богу, то он уже чувствует такую радость, которая как-то приближает его, может быть, даже к райским каким-то отзвукам райского блаженства.

Архимандрит Симеон (Томачинский)
— Да, старец Паисий интересное использует выражение, что, «вверяя себя Богу, мы обязываем Его нам помочь».

Диакон Игорь Цуканов
— Да-да-да. Интересное выражение.

Архимандрит Симеон (Томачинский)
— Что как-то уже необходимо, чтобы Он нас покрывал. И если человек себя всецело вверяет в руки Божии, то это не значит, что у него не будет никаких испытаний, никаких проблем, просто он другими глазами будет на всё это смотреть. Потому что мы же знаем даже по окружающей жизни, по другим людям, что можно из мухи слона сделать. То есть люди на пустом месте делают из незначительных проблем невесть что, думают, что мир рушится. А здесь наоборот — это зависит от точки зрения. Это такая главная мысль, красная линия, проходящая через писание старца Паисия, о том, что «фабрика добрых помыслов» должна работать. То есть мы должны себя созидать именно внутренними мыслями, размышлениями, расположениями. И доверие Богу — это одна из фундаментальных вещей, чтобы везде видеть Божью руку. И, кстати, очень интересно, он обратил внимание, что это вера в невидимое: ты можешь ясным образом не видеть даже результатов этой заботы Божией о тебе. Они не то что явственно всегда проявляются, но они могут проявиться неведомым тебе образом, неосязаемым таким. Вот ты где-то ехал на машине, вроде нормально всё, а ты не знаешь, что, может, Господь тебя покрыл от какой-то серьёзной аварии, и ты никогда об этом не узнаешь, потому что это невидимая вещь. И плюс он говорит о том, что это простирается на будущее, которое мы тоже не видим. Понятно, что человеку свойственно желание знать, что случится, и так далее. Но если ты себя вверяешь Богу, то Он об этом позаботится, и это тоже невидимая вещь. Наше будущее невидимо, а Господь о нём заботится. И вера в то, что Он об этом позаботится, — это как раз настоящая вера, потому что вера, по апостолу Павлу, — веровать в невидимое. Такой интересный поворот, я как-то о нём, честно говоря, не задумывался.

Диакон Игорь Цуканов
— Мне кажется, что ещё очень помогает жить внимательно и наблюдать за своей жизнью, потому что любой человек в своей жизни, если будет смотреть через эту призму, увидит огромное количество случаев, когда Бог как раз уже явным образом вмешался. Есть вещи, которых мы не знаем, какие-то опасности, от которых Господь нас сохранил, а мы не ведаем, а есть вещи вполне очевидные — такие потрясающие совпадения, которые невозможно объяснить случайностью.

Архимандрит Симеон (Томачинский)
— Да, это замечательная идея. И особенно хорошо это записывать, потому что мы, к сожалению, забываем даже явственные какие-то вещи. Кажется, ну как я об этом забуду, такое явное чудо? — а забывается. Это очень важно зафиксировать, потому что сильно укрепляет веру и в трудных обстоятельствах может быть спасительно.

Диакон Игорь Цуканов
— И помогает доверять, потому что ты понимаешь: если Он здесь помог, тут помог, там помог, ну так неужели Он не поможет в каких-то других ситуациях?

Архимандрит Симеон (Томачинский)
— Да. Хотя мы же все изменчивые люди, и человек может оказаться в трудной ситуации с ослабленным духом, но будет такое напоминание о том, что было, что Господь уже помогал, всё время тебя вёл. Вы правы совершенно, смотря ретроспективно на свою жизнь, мы прямо видим очевидную руку Промысла Божия о каждом человеке абсолютно, неважно даже, крещёный он или не крещёный, верующий или не верующий, — Господь же всех ведёт. Каждый сможет это увидеть. Но вот зафиксировать и сделать уроком для себя сегодняшнего, чтобы доверяться Богу и вверять себя Ему, — это, конечно, очень здорово. И хорошо, что здесь именно тема доверия старцем Паисием особенно подчёркнута, потому что иногда слово «вера» нам представляется более отстранённым, а доверие — это очень понятная категория, она и в человеческих отношениях очень важна. Без доверия невозможны ни семья, ни какие-то деловые взаимоотношения, а уж с Богом тем более: как мы не будем доверять Ему всецело? Он же наш Отец, Он вообще главный заинтересованный в нашем спасении, в нашем преуспевании. Поэтому это точно Тот, на Кого можно сто процентов положиться, Кто не подведёт, не предаст, — это железно абсолютно. (Читает цитату.)

«Если человек хочет жить, не терзаясь, то он должен уверовать в то, что сказал Христос: „Без Мене не можете творити ничесоже“ (Ин. 15, 5). То есть нужно в положительном смысле этого слова отчаяться в самом себе и уверовать в силу Божию. Отчаявшись в хорошем смысле слова в себе самом, человек находит Бога: „Все упование мое на Тя возлагаю“. Уверенность в самом себе — это наш величайший злейший враг, потому что, когда мы этого не ждём, она беспощадно вдребезги разбивает то, что мы строили, и оставляет нас, несчастных, под открытым небом. Имея самоуверенность, человек связывается и не может ничего сделать или же борется в одиночку. Христос сначала искал веры в силу Божию, и после этого совершал чудо. „Если ты веруешь в силу Божию, — говорил Он, — то будешь исцелён“ (Мф. 9, Мк. 9). Не так, как ошибочно утверждают сегодня некоторые: „У человека есть силы, и, веря в них, он может сделать всё“. Да, Христос спрашивал: „Веруешь ли ты?“ Но, спрашивая это, Он имел в виду следующее: веруешь ли ты в Бога? Веришь ли, что Бог может сделать это? Он хотел, чтобы человек подтвердил то, что он верует в Бога, и тогда помогал ему. Нигде в Евангелии не написано, что надо верить в свой эгоизм. Оно, Евангелие, призывает веровать в Бога, в то, что Бог может помочь мне, может меня исцелить. Но эти люди извращают смысл евангельских слов и говорят: „У человека есть сила, и он должен верить в себя“. Но если кто-то верит в себя, то в этом есть либо эгоизм, либо беснование».

— Здесь, конечно, наши современные психологи просто возмутились бы.

Диакон Игорь Цуканов 
— Я тоже думаю, что сейчас очень популярны эти разговоры про то, что надо верить в себя. Хотя они всегда, наверное, были популярны.

Архимандрит Симеон (Томачинский)
— Но сейчас как-то особенно. И причём даже как-то подспудно звучит, что вера в себя — это как бы и вера в Бога. Но, видите, старец Паисий достаточно жёстко и по-евангельски вполне это показывает: действительно, если ты веришь только в себя, то твои замыслы, скорее всего, разрушатся. И тому примеров мы видим тьму — и в Священном Писании, и в нашей жизни. Наверное, уверенность в себе — это производная от веры в Бога в том смысле, что если мы доверяем Богу, то Бог в нашей жизни сделает всё по максимуму, чтобы мы состоялись. Мы, конечно, должны свои таланты применить в соответствии с притчей, вырастить их, взрастить как можно лучше, но это же только Бог творит. И, конечно, если уверенность в самом себе — это наш величайший злейший враг, я думаю, что тут нас бы просто камнями побили современные психоаналитики.

Диакон Игорь Цуканов
— Возможно, они отталкиваются просто от того факта, что огромное количество депрессий, психологических кризисов у людей бывает, и в качестве какого-то антидота к этому они говорят: «Нет, ты должен верить в себя, не надо отчаиваться, не надо впадать в тёмные состояния». Иногда это действительно помогает, но понятно, что это помогает исключительно как терапевтический приём, очень ограниченной сферы действия. А на самом деле, ну как верить в себя? Если всё зависит от Бога, то как можно верить в себя? Надо верить в Бога тогда, и в то, что Бог в силе тебе помочь.

Архимандрит Симеон (Томачинский)
— Как раз жизненные обстоятельства показывают, что в себя верить не стоит, потому что это такая ненадёжная субстанция, которая может подвести в самый ответственный момент. И в этом смысле здорово, что старец Паисий, наверняка знает все эти современные тенденции, не боится по-евангельски на это смотреть и говорить прямо. Потому что иногда верующих обвиняют, что они такие слабые, неуверенные в себе, поэтому им нужна вера в Бога, чтобы это как-то восполнить, компенсировать своё лузерство, неудачливость и так далее. Но всё обстоит совершенно иначе. Мы в тех же евангельских эпизодах видим, что начальник синагоги подходил, какие-то высокопоставленные люди обращались ко Христу, потому что понимали, кто они такие перед Ним, а Он всемогущий и может это сделать. В этом смысле надо себя отрезвлять, всё-таки на первом плане должен быть Бог. Мы не отрицаем, естественно, науку психологию, её помощь и способы вывести человека из трудных состояний, но всё-таки верующий человек и человек христианского мира должен понимать, как это соотносится с евангельским учением.

Диакон Игорь Цуканов
— Ну да. И тут сразу вспоминаются слова Христовы: «Сила Моя в немощи совершается». (Читает цитату.)

«Бог помогает там, где нужна Его помощь; там, где люди не могут ничего сделать по-человечески. Но нашей глупости Он помогать не будет, так мы выставляем на посмешище миру даже святых.

— Геронда, а всегда ли понятно, до какого предела нужно действовать по-человечески?»

— Вот, отец Симеон, тот самый вопрос, который мы уже затрагивали: действительно, где граница? Вот что старец отвечает:

— «Начнём с того, что это видно, но даже если человек имел расположение сделать то, что он мог, и не сделал это, потому что ему что-то помешало, то в трудную минуту Бог поможет ему. Однако если у него были силы, но не было расположения, Бог не станет ему помогать. Например, тебе велят закрывать на ночь дверь на засов, а ты ленишься, не запираешься и говоришь, что Бог тебя сохранит. Ты не закрываешься не потому, что полагаешься на Бога, а потому, что ленишься. Но как же тогда поможет тебе Бог? Разве Он станет помогать лентяю? Надо сделать то, что можно сделать по-человечески, и оставить Богу то, что по-человечески сделать нельзя. А если сделать чуть больше того, что ты можешь, но не от эгоизма, а от любочестия, считая, что ты не исчерпал ещё всех своих человеческих сил, то Бог увидит и это. Такое любочестие будет Ему благоугодно, и Он поспешит на помощь».

— Вот, мне кажется, замечательно объяснил старец Паисий, как понять, что нужно сделать своими силами, а в чём возложить на Бога упование. То, что по-человечески ты можешь сделать, что реально в твоих силах, то и сделай, понимая, что это всё-таки не гарантирует результат, результат — он от Бога. Есть вещи, которые по-человечески, наверное, невозможны. Ну, как вот когда кто-то заболел, рак обнаружили, и что ты можешь сделать по-человечески с этим? Максимум — помочь человеку лечь в хорошую больницу, но это совершенно не гарантирует ничего, всё остальное зависит от Бога, ну и от врачей. Мне кажется, тут понятно, да?

Архимандрит Симеон (Томачинский)
— Да, старец Паисий объяснил, что мы должны со своей стороны вообще-то всё выполнить максимально, даже с возможным перенапряжением сил ради решения ситуации. Это мы встречаем даже и в Деяниях апостолов, когда апостол Павел после долгого шторма и их скитаний говорит, что ему явился Ангел и сказал, что все мы спасёмся, а корабль разрушится. И после этого он видит, как корабельщики хотят спустить с кормы шлюпку и сбежать с корабля. Ну, слушай, Павел, расслабься, Бог же обещал, что всё будет хорошо. Нет, он говорит: «Остановите их! Если они сейчас убегут, то мы не спасёмся, погибнем».

Диакон Игорь Цуканов
— То есть нужно всё-таки сделать то, что от нас зависит.

Архимандрит Симеон (Томачинский)
— Да, он понял их намерения и, будучи узником, говорит: «Давайте, ребят, потрудитесь». И те действительно обрубили канаты у этой лодки, чтобы корабельщики не сбежали, и тогда уже это обетование исполнилось. А если бы они сидели сложа руки, то ничего бы не состоялось. И таких примеров много. Поэтому человек должен пройти свой путь — Бог спасает нас не без нас — он должен свою дистанцию пройти, причём с максимальной отдачей. Мы всё вспоминали: «На Бога надейся, а сам не плошай», а старец Паисий интересно говорит, что «нашей глупости Он помогать не будет». То есть если ты не взвесил всех обстоятельств, наговорил начальнику или кому-то ещё с три короба, возмутился — ну, извини, ты сам, наверное, виноват в том, что будет дальше. Конечно, Господь тебя не оставит, утешит, но здесь ты свою часть работы не выполнил, твоей глупости Господь не будет помогать.

Диакон Игорь Цуканов 
— Ещё меня очень утешает, что старец Паисий говорит: не нужно бояться совершить ошибку, не нужно думать: «А я точно здесь всё сделал или не точно? А может, я лишнее что-то сделал?» Ты сделай то, что Господь тебе даёт, у тебя есть разум, и своим разумом то, что ты понимаешь, надо сделать. Ошибся — это не проблема, проблема, когда ты сидишь и ничего не делаешь.

Архимандрит Симеон (Томачинский)
— Да, это здорово. Дальше читаем:

«Человек должен действовать по-человечески до какого-то предела, а потом оставлять всё на Бога. Стараться помочь в том, что не может быть сделано по-человечески, — это эгоистично. Часто вижу, что такое упрямство происходит по действию дьявола для того, чтобы вывести этого человека из строя. Я, худо-бедно, понимаю, до какого предела можно помогать по-человечески и с какого момента надо возлагать всё на Бога. Поэтому, видя, что по-человечески помочь положению нельзя, я воздеваю руки горе, возжигаю пару свечечек, возлагаю затруднение на Бога, и оно тут же разрешается. Бог знает, что я делаю это не потому, что мне лень действовать по-человечески. Поэтому, когда просят нашей помощи, мы должны поступать рассудительно и помогать насколько мы можем. А в том, что мы не можем, будем помогать хотя бы одной молитвой или же возложением всего на Бога, что тоже является некоей таинственной молитвой».

— Да, замечательные слова. Но добродетель рассуждения — она непростая, конечно, это такая вершина. Старец Паисий ей обладал, а у нас ещё большой путь, но надо учиться, в этом как-то трудиться, подвизаться, чтобы, по крайней мере, иметь представление о том, до какого предела мы действительно можем помочь. К нам всем, наверное, так или иначе кто-то обращается, иногда финансовая помощь или какая-то поддержка нужна. Но даже если мы ничего не можем сделать, то уж помолиться за человека всегда можно. Поговорить с человеком, выслушать его иногда — это уже великое дело. «И нам сочувствие даётся, как нам даётся благодать».

Диакон Игорь Цуканов 
— Мне кажется, что вообще эти вопросы теоретически не решаются, это всегда какая-то конкретная ситуация, и в конкретной ситуации как раз понятно, что можно сделать по-человечески, а чего сделать нельзя, и где требуется молитва. А вот абстрактно рассуждая, действительно могут возникать трудности: объясните, как, где граница, где предел, как это можно понять? Это в конкретной только ситуации.

Архимандрит Симеон (Томачинский)
— Ну вот здесь интересная мысль о том, что у нас может быть чрезмерное упование на себя и на свои возможности, и стараться помочь в том, что не может быть сделано по-человечески, — это эгоистично. Это важная мысль, чтобы мы понимали свои пределы. Даже у человека, облечённого властью, со связями и с деньгами, ресурс ограниченный, и далеко не всё он может сделать, а уж тем более мы, обычные люди. Поэтому здесь важно это понимать, чтобы порой не впадать в уныние: «как же так, я не смог помочь человеку». Но, может быть, это не в твоих силах, а в твоих силах как-то его утешить или помолиться за него. Некоторые чрезмерно в это включаются и потом надрываются, потому что в этом тоже какое-то самомнение есть. Но есть и те, кто специально этим занимается профессионально — фонды и так далее, — но и они прекрасно осознают свои пределы: что-то получается где-то, где-то не выходит, всех не накормишь, всех не обогреешь, хотя мы бы хотели всем помочь.

Диакон Игорь Цуканов (читает цитату)

«Бог по природе благ, и Он печётся о всём для нашего блага. Если мы чего-то попросим у Него, то Он даст нам это, если оно служит нашему благу. Бог щедро дарует нам необходимое для спасения нашей души и поддержания телесного здравия, и Его благословение пребудет на нас. А если Он чего-то нам не даёт — или для того, чтобы испытать нас, или же для того, чтобы нас уберечь, — то будем не только принимать это с радостью, но и размышлять об этом, чтобы получить от этого пользу. Он знает, когда и как помочь Своему созданию. Он помогает ведомым Ему способом в нужный для этого час. Однако часто Его немощному созданию не хватает терпения, оно хочет получить просимое сию же минуту, как малое дитя, которое просит у матери бублик недопечённым и не может потерпеть, покуда он будет готов. Наше дело — просить и терпеть, а добрая наша Мать Пресвятая Богородица даст нам просимое, когда оно будет готово».

Диакон Игорь Цуканов
— Ну вот здесь, наверное, сделаем паузу. Такая понятная мысль о том, что не нужно удивляться, если где-то Господь нам чего-то и не даёт, потому что Ему действительно яснее и понятнее, что нам нужно на самом деле. И как до этого старец говорил, что мы иногда просим и молимся с гордым сердцем, гордость стоит за нашей просьбой, и Господь просьбу гордого не то чтобы не слышит, но не спешит выполнять часто.

Архимандрит Симеон (Томачинский)
— Ну, вот этот «недопечённый бублик», конечно, мне очень нравится, «малое дитя...» Действительно, мы не всегда осознаём сроки и смыслы, которые в этой жизни есть, и не можем в силу своей человеческой ограниченности понимать, как всё устроено. Поэтому здесь важны терпение, как он говорит, и опять-таки доверие Богу, что Он исполнит, а ведь это может долго не исполняться. Мы на примере святых это видим, как долго они в скорби пребывают и в таком недоумении даже, прежде чем выполнится то или иное постановление Божие, то или иное событие воплотится в жизни. А потом, может быть оно и вообще каким-то иным образом воплотится. Если мы возвращаемся к вере в невидимое, то, может быть, конкретно то, что ты хотел, вот этот бублик, — может, он сгорел и его уже нельзя есть. Ну, съешь что-нибудь другое. Тут многообразие всяких вариантов.

Диакон Игорь Цуканов
— Человек часто унывает даже не из-за того, что не получает просимое, а из-за того, что ему кажется, что Бог его не слышит. Пример Иова, когда Иов кричал в небо очень долго, и на самом деле ему нужно было просто понять, что Бог его слышит. Когда Бог ему ответил, и ответил вообще не то, о чём Иов спрашивал, и, по сути, так поставил его на место своим ответом, но Иов услышал ответ, и для него в каком-то смысле это было главное — то, что Бог его слышит, что это всё не без Бога происходит.

Архимандрит Симеон (Томачинский)
— Но такой уровень испытаний и страданий, как у Иова, я думаю, нам близко, конечно, не претерпеть. (Читает цитату.)

— «Геронда, а в каких случаях помогают святые?
— Они помогают, когда в этом есть действительная нужда, а не когда мы лишь полагаем, что она есть. То есть они помогают, когда нам это на пользу. К примеру, ребёнок просит у отца мопед, но отец не покупает. Ребёнок говорит: „Мне нужен мопед, я устаю ходить пешком, мучаюсь“, — однако отец не покупает ему мопед, потому что боится, что сын разобьётся. „Я тебе потом машину куплю“, — говорит он сыну, кладёт деньги в банк, и когда их накопится достаточно, покупает машину. Так и святые: они знают, когда нам надо помочь».

Диакон Игорь Цуканов
— Очень понятный пример.

Архимандрит Симеон (Томачинский)
— Да-да. Не у всех, наверное, мопед был, но, в общем-то, мы понимаем, о чём речь. И действительно, сравнение с ребёнком, который то недопечённый бублик хочет, то мопед, ярко рисует эту ситуацию. Естественно, отец хочет добра своему сыну, он взвешивает все обстоятельства, потому что разбиться на мопеде — это действительно реальная опасность, лучше купить более безопасную машину. Интересное сравнение, но старцу Паисию, как святому, виднее.

Диакон Игорь Цуканов
— И опять это вопрос доверия Богу. Интересно, что все эти вещи, казалось бы, немножко о разном, но всё сводится в конечном счёте к умению доверять Богу, что Богу виднее во многих вещах.

Архимандрит Симеон (Томачинский)
— Да, и именно потому виднее, что Он нас любит и понимает, что нам идёт на пользу. Вот здесь ключевой момент — польза. С маленьким ребёнком прекрасный образ, потому что он действительно не понимает, что ему полезно. У него просто есть какие-то «хотелки», спонтанные желания, но он не видит всех опасностей, уместности и благовременности. В этом смысле родители предстают как образ Бога. Всегда вот это меня восхищает, что родительский взгляд, он такой близкий к Божественному. Родители лучше понимают в каких-то ситуациях, как Бог действует в нашей жизни.

—Диакон Игорь Цуканов
— Да, да, с родительским опытом, наверное, что-то такое приходит в некоторой мере, не в окончательной, но всё-таки. Огромное спасибо, дорогой отец Симеон, за этот час, который мы вместе с вами провели на Светлом радио. Напоминаем, друзья, что это была программа «Почитаем святых отцов». У микрофона были архимандрит Симеон (Томачинский) — доцент Московской духовной академии, и я, диакон Игорь Цуканов. Мы читали преподобного Паисия Святогорца, его размышления, рассуждения о доверии Богу, о вере в Бога, о том, как это важно, как этому учиться через молитву, через житейские ситуации. Огромное спасибо, отец Симеон.

Архимандрит Симеон (Томачинский)
— Спасибо вам. До свидания.

Диакон Игорь Цуканов
— Будем надеяться, что до следующей недели. Всего доброго, с Богом.

---

Все выпуски программы Почитаем святых отцов

• «Преподобный Паисий Святогорец о гордости». Архимандрит Симеон (Томачинский) 
• «Духовные наставления святителя Иоанна Златоуста». Священник Михаил Дочия
• «Святитель Филарет Московский о празднике Успения Пресвятой Богородицы». Священник Михаил Дочия