Поделиться
Фото: Jeff Smith/Unsplash
«...Баба Хима меня не увидела. Было тихо. Я выглянула: она опять крестилась перед иконой, одной рукой прижимая к себе наши хлебцы. И тут меня что-то стукнуло в самый живот: а Бог? Ему что же, маму не жалко, меня не жалко, сестру не жалко? У нас избы нет, коровы нет, те¬ленка нет, даже папы нет. На то Он и Бог, чтобы все это знать. А Он видел и ничего не сделал? А мог бы очень просто: баба Хима могла бы увидеть меня сразу, когда я в первый раз выглянула, и тогда бы все обошлось. Или коробка могла стоять так, что она бы до нее не дотянулась, да мало ли способов у Бога, на то ведь Он и Бог...
Вечером меня еще раз очень обидели, и я опять громко плакала, потому что сестра сказала маме, что хлебцы-то, наверное, съела я, и мама очень подозрительно на меня посмотрела. И опять Бог ничего им не доказал, а тоже мог бы. Больше я в Бога не верила, хотя маме об этом не сказала. Иногда по привычке обращалась к Нему в трудные минуты, но это ведь просто по привычке».
Это было чтение из книги Сильвы Дарел «Воробей на снегу», — книги русской писательницы, ныне живущей в Англии. Читала Наталья Продольнова.
Воспоминания пожилой женщины о своем детстве и молодости, девочки из благополучной семьи, живущей до лета 1941-го в Латвии, а затем прошедшей сквозь огонь, воду и медные трубы — то есть высылку в Сибирь и жизнь там, арест отца и собственный кошмарный ГУЛАГ, — оказались удивительно светлыми, живыми и духоподъемными.
Я бы и сейчас назвал их — как когда-то, в старинной своей рецензии, — книгой «Принцессы на горошине», — где трепетное целомудрие сплетено с мужеством, наблюдательностью и надеждой. ...Хотя вроде бы приведенный эпизод-закладка из ее навязанного сибирского отрочества говорит об обратном: богомольная хозяйка оказалась скаредной воровкой, вот и потеря детской веры...
Но дело, думаю не в вере. Потерялась детская сказка, вот и всё. Уже тогда воспитание верой в интеллигентских семьях было редкостью, и Бог для ребенка был кем-то вроде волшебника. Моя бабушка, кстати, вспоминаю по её рассказам, тоже теряла свою сказку и безуспешно ждала каких-то доказательств...
А вот всё последующее, — может, и не героине, так мне самому — открыло, что Господь пригрел неокрепшую и чистую душу нашей Сильвы. Об этом вся её книга, как и сюжет с тюремным этапом, идущим мимо родного дома:
«...Шли мы уже порядком. Я силилась хоть название улиц прочитать, но из-за мороза да темноты в нескольких шагах ничего было не разглядеть. И все равно что-то тревожное вдруг родилось внутри, даже сердце заколотилось. Конечно же, по этой улице мы с мамой несколько лет назад такой же морозной ночью, замирая от страха, бежали на вокзал встречать едущего с Дальнего Востока двоюродного брата.
О, Господи! Я вспомнила, что в местную тюрьму дорога вела мимо дома, где мы жили. Много раз я видела колонны арестантов на нашей улице.
И никогда мысли не приходило, что и я могу так шагать. „Странно, что не приходило!“ — мелькнуло.
Откуда силы у человека берутся? Только что качалась, упасть боялась, а вот вроде крылья вы¬росли, даже красавицы овчарки умным глазом по-косились: уж не бежать ли баба собирается?»
Вы слышали: «красавицы овчарки»? И откуда что берется?.. Откликаясь на чтение рукописи «Воробья на снегу», Булат Окуджава написал: «очень чистая, искренняя, точная вещь; и в то же время чрезвычайно человечная».
И добавил: «замечательна главная героиня».
...За эту её чистоту, думаю, было кому молиться — и с того, и с этого света.
Горькая сказка кончилась счастливо: спустя годы принцессу даже представляли настоящей английской королеве, а в советские (для нее — эмигрантские годы) она неустанно читала по русскому зарубежному радио не пропущенную к нам до поры классику, например, «Доктора Живаго» Бориса Пастернака.
Сильва Дарел-Рубашова здравствует и поныне, а книжка её, переведенная на многие языки, продолжает свою чистую, духоподъемную работу. Слава Богу.
25 марта. О личности и служении Святейшего и Блаженнейшего Католикоса-Патриарха всея Грузии Илии II
Поделиться
Сегодня 25 марта. Девятый поминальный день со дня кончины Предстоятеля Грузинской Православной Церкви Святейшего и Блаженнейшего Католикоса-Патриарха всея Грузии Илии Второго. О его личности и служении рассказывает режиссёр Константин Церцвадзе.
Ушла личность, которая десятилетиями была не просто главой Церкви, но нашим общим духовным компасом, великим примирителем, можно сказать, и живым символом национального единства.
Физически нет больше с нами нашего любимого патриарха Илии II. И эта внезапная тишина буквально оглушает. Мы привыкли, грузинский народ привык сверять ритм своих сердец по его мудрому и смиренному дыханию. И сегодня грузинская паства на самом деле чувствует себя осиротевшей.
Его святейшество называли библейским старцем. И дело не только в почтенном возрасте, но и в той невероятной мудрости, с которой он вёл наш народ, свой народ через самые тёмные и тернистые времена. Мы помним, в эпоху войн, раздора и лишений голос патриарха всегда оставался тем единственным маяком, который призывал нас к любви, к терпению, к стойкости. И для миллионов из нас он был личным духовным отцом. Его короткое слово обладало силой останавливать гнев и возвращать надежду там, где она, казалось, была утрачена навсегда.
Мне посчастливилось быть пономарём его святейшества. И в моей памяти, конечно, навсегда остался один глубоко личный момент. В мои студенческие годы жизнь была суровой, порой не было денег даже на хлеб. И в одной из воскресных служб патриарх подозвал меня к себе и протянул 10-ларовую купюру, сказав, что больше с собой у него сейчас нет. Я бережно спрятал её, пообещав себе сохранить этот дар на всю жизнь как реликвию. Но через несколько дней наступила ночь, когда голод стал невыносимым, и мне пришлось купить на эти деньги еду. Да, вот, казалось бы, очень простая история, но тогда наш патриарх спас одного голодного студента.
И только Бог знает, сколько ещё таких голодных студентов и сколько отчаявшихся людей патриарх буквально возвращал к жизни своей тихой заботой. И в этот скорбный час вспоминаются пророческие слова преподобного Гавриила (Ургебадзе), что наш патриарх носит два креста — народа и церкви. Благодаря неустанным трудам нашего любимого патриарха наш народ смог духовно возродиться, и по всей стране строились храмы, и сейчас строятся. Вера предков вновь стала нашей опорой. Огромная часть нашей молодёжи — 95% молодых людей — бесконечно доверяла (и, к сожалению, в прошедшем времени) нашему патриарху и готова была исполнить любое его благословение. Он для каждого из нас является примером для подражания.
Мы провожаем великого человека, но его молитвенный покров всегда останется в сердце каждого, кого он согрел своей любовью.
Все выпуски программы Актуальная тема:
25 марта. О творчестве художника Игоря Грабаря
Поделиться
Сегодня 25 марта. В этот день в 1871 году родился живописец Игорь Грабарь. О его творчестве — настоятель московского храма Живоначальной Троицы на Шаболовке протоиерей Артемий Владимиров.
Он оставил нам в наследие реорганизованную им Третьяковскую галерею, новые принципы расположения картин в полном каталоге-инвентаризации этого крупнейшего хранилища музея русской живописи. Многотомный труд по истории русского искусства пережил и Грабаря, и несколько поколений последующих историков искусства.
Игорь Эммануилович Грабарь раскрыл для нас древние краски «Святой Троицы» преподобного Андрея Рублёва. Грабарь возглавлял реставрационные мастерские на территории Марфо-Мариинской обители. Ему мы обязаны спасением шедевров отечественной иконописи.
Он талантливый художник, вобравший в себя, так сказать, все импульсы и струи гения Серебряного века, представителей классической живописи. И сегодня знакомство с живописным наследием Грабаря, его жизнерадостные пейзажи, портреты — это полное приобретение для человека, любящего отечественное искусство.
Все выпуски программы Актуальная тема:
25 марта. О многогранности культуры
ПоделитьсяСегодня 25 марта. В России отмечается День работника культуры. О многогранности культуры — клирик московского храма Благовещения Пресвятой Богородицы в Сокольниках протоиерей Василий Гелеван.
Культура. Оказывается, это очень многообразное явление, но всегда её объединяет одно — это что-то искусно сделанное. Культура как проявление искусного во всех сферах жизни. И это проявление возвышает нас, оно помогает нам сохранить связь поколений. И накопленный опыт всего лучшего воспринять и потом передать потомкам.
В Церкви тоже есть своё понятие культуры. И тоже есть проявление культуры. В Церкви есть иконопись. Это богословие в красках. Конечно, у нас есть наша музыкальная культура, наши церковные пения, система семи гласов. И что отличает наше церковное пение от светского? Так это некая аскетичность, лаконичность, в то же время выразительность, торжественность и возвышенность. Вот что такое духовная музыка. Вот что такое православная церковная культура.
И также можно сказать о нашей архитектуре. Она имеет свои особенности. Вся красота внутри, как сказано в Псалтири: «Вся красота царицы внутри её». У нас иконостас, у нас по всем стенам росписи, фрески и иконы.
Так и в духовной жизни. Мы только кажемся и не строим из себя никаких праведников. Вся наша работа направлена на внутреннее изменение самого себя. И к этому призывает нас пост. И к этому вообще весь год: призывает нас к внутреннему самоотречению от греха и самосовершенствованию, приближению к Богу.
Все выпуски программы Актуальная тема:
