Поделиться
2 Тим., 299 зач., IV, 9-22.
Глава 4.
9 Постарайся прийти ко мне скоро.
10 Ибо Димас оставил меня, возлюбив нынешний век, и пошел в Фессалонику, Крискент в Галатию, Тит в Далматию; один Лука со мною.
11 Марка возьми и приведи с собою, ибо он мне нужен для служения.
12 Тихика я послал в Ефес.
13 Когда пойдешь, принеси фелонь, который я оставил в Троаде у Карпа, и книги, особенно кожаные.
14 Александр медник много сделал мне зла. Да воздаст ему Господь по делам его!
15 Берегись его и ты, ибо он сильно противился нашим словам.
16 При первом моем ответе никого не было со мною, но все меня оставили. Да не вменится им!
17 Господь же предстал мне и укрепил меня, дабы через меня утвердилось благовестие и услышали все язычники; и я избавился из львиных челюстей.
18 И избавит меня Господь от всякого злого дела и сохранит для Своего Небесного Царства, Ему слава во веки веков. Аминь.
19 Приветствуй Прискиллу и Акилу и дом Онисифоров.
20 Ераст остался в Коринфе; Трофима же я оставил больного в Милите.
21 Постарайся прийти до зимы. Приветствуют тебя Еввул, и Пуд, и Лин, и Клавдия, и все братия.
22 Господь Иисус Христос со духом твоим. Благодать с вами. Аминь.
Комментирует протоиерей Павел Великанов.
Может показаться, что в этом перечислении имён, мало кому известных, нет ничего интересного. Но — это далеко не так. Перед нами — одна из интереснейших страниц апостольских посланий, которая показывает нам Павла как человека, а не как мифического героя или вообще вымышленный персонаж. Посмотрите, сколько обычной человеческой нежности и заботы в его словах, — где практически нет высокодуховных назиданий, перед нами — речь человека, ясно понимающего, что путь его земной жизни уже подошёл к концу, и вот теперь он хотел бы попрощаться с самыми дорогими его сердцу людьми, оставить какие-то поручения, благословения, добрые советы.
Но разве апостол не сказал сам — «желаю разрешиться и поскорее быть вместе со Христом»? Разве не умертвил он к итогу своей жизни все земные привязанности? Как могло в его сердце оставаться место для других людей — значит, оно так и не было целиком отдано Христу Спасителю? Разве это правильно?
Но откуда появляется в нашем сознании это противопоставление любви к ближним — любви к Богу? Почему одно обязательно должно исключать другое? Разве не скорбел Сам Христос Спаситель на Тайной Вечери, понимая, что это — Его прощальный ужин, и больше такого общения уже не повторится? Разве не просил Он Своих самых близких друзей разделить печаль Его молитвы в Гефсиманском саду?
Мы подходим к очень важному вопросу: превращает ли близость к Богу человеческое сердце в настолько духовный орган, что оно перестаёт чувствовать и переживать всё человеческое? То самое «бесстрастие» — по-гречески «апатия» — разве не есть умерщвление всего собственно человеческого ради торжества духовного?
Ответ мы видим в сегодняшнем послании, и он категоричен: нет, ни в коем случае! Более того: если раньше мы могли прочесть между строк в посланиях апостола иногда раздражение, иногда решительное негодование, или упрёк, или обиду — то здесь, в прощальном письме, мы видим его очень трогательным, исполненным великодушия и прощения. Он не стесняется своих чувств, не видит в них ничего зазорного — хорошо понимая, насколько болезненным будет его уход для окружающих. Умерщвление греховности и страстности как таковой вовсе не означает наступление «душевного коматоза», тотальной бесчувственности. Напротив: то, как переживают святые приближение конца, обостряет эту драму в разы. Потому-то Спаситель и молится до кровавого пота, что Он тонко чувствует, что Ему предстоит вскоре. Потому Он и отказывается, будучи на Кресте в страшных муках, принять обезболивающий и дурманящий состав — Он погружается в эту боль до самого дна, до предела — не потому, что Он уже ничего не чувствует, напротив, именно потому, что Он хочет прожить весь ужас ада ради спасения человека — без всякой анестезии.
Вывод, который напрашивается сам собой, может заставить крепко призадуматься: а не оправдываем ли мы временами бесчувственность нашего сердца выдуманным приоритетом духовного над душевным! Так и хочется сказать словами апостола: да не будет!...
5 февраля. «Смирение»
Поделиться
Фото: Ryoji Iwata/Unsplash
Смирение открывает ученику Христову непостижимое величие Господа, Который, Единый имея бессмертие, пребывает в неприступном свете Своего Божества. Так свидетельствует об этом апостол Павел. Духовный взор, обращённый внутрь сердца, к Создателю, тотчас приводит нас к смиренному постижению своей малости и ничтожества пред Богом. Нося в уме и чувстве сознание того, как велик и совершенен Творец, душа начинает уразумевать, сколь хорошо и спасительно ей смиряться в очах Господа.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Книжный марафон. Светлана Чехова
Поделиться
Несколько лет назад я бросила себе вызов. Приняла участие в необычном книжном марафоне. 52 книги за 52 недели. По одной в неделю. Целый год погружения в чтение. Признаюсь, это было нелегко, порой приходилось осиливать внушительные объёмы страниц, но именно тот год подарил мне не просто привычку, а настоящую, неугасающую любовь к книгам и бесценный багаж знаний, который помог качественно преобразить мою жизнь.
Выбирая книги для этого марафона, я решила отдать предпочтение духовной, классической и научной литературе. Составила список и приступила к чтению.
Одной из первых книг был труд святителя Луки Крымского «Я полюбил страдание, так удивительно очищающее душу». Это не просто автобиография, но и проникновенный рассказ о жизненном пути, полном испытаний, лишений и непоколебимой веры. Откровение души, прошедшей через горнило страданий и обретшей в них удивительную силу и чистоту.
Святитель Лука описывает свой путь от врача до архипастыря сквозь бури безбожного времени. Его рассказ пронизан искренностью и любовью к России, к Церкви, к своим пациентам.
Особенное внимание в книге уделяется периоду гонений. и репрессий, которым святитель Лука подвергался за свою веру. Он рассказывает о тюремных заключениях, ссылках, допросах, о клевете и предательстве. Но даже в этих нечеловеческих условиях он не терял веры, продолжал молиться и помогать людям.
Для меня Пример Святителя Луки стал ярким свидетельством силы духа, способной преодолеть любые испытания.
Не могла я не включить в свой список произведения Федора Михайловича Достоевского. Мне всегда нравилась его способность проникать в самые потаённые уголки человеческой души. В «Преступлении и наказании» Федор Михайлович не боится показывать уродство, низость, отчаяние. Но даже в этой тьме он всегда находит проблески веры в то, что человек способен на раскаяние и возрождение.
Первые недели марафона пролетали в вихре новых мыслей и осознаний. Классика требовала вдумчивого чтения, научные труды — переосмысления привычных представлений о мироздании, а духовная литература — погружения в глубины собственной души.
Быстро пролетел год, а вместе с ним — 52 прочитанные книги. Некоторые научили меня мудрости, другие вдохновили на перемены. А чтение духовной литературы стало неотъемлемой частью жизни. Ведь именно наставления святых и конечно, Священное писание показывают нам путь ко спасению.
Хорошо о пользе чтения сказал преподобный Иоанн Кассиан Римлянин: «Когда внимание души занято чтением и размышлением о прочитанном, она не опутывается сетями вредных помыслов».
Автор: Светлана Чехова
Все выпуски программы Частное мнение
5 февраля. О жизни и творчестве Вадима Шершеневича
Поделиться
Сегодня 5 февраля. В этот день в 1893 году родился поэт Вадим Шершеневич.
О его жизни и творчестве — настоятель московского храма Живоначальной Троицы на Шаболовке протоиерей Артемий Владимиров.
Полна событий, драматичных и даже трагических, жизнь творческих людей на пересечении двух столетий. Вадима Шершеневича характеризует самобытный талант. Будучи творческим оппонентом Маяковского, он перепробовал многие школы и направления, прежде чем выработал собственный оригинальный стиль.
Шершеневич, уже как зрелый поэт, имел огромную популярность в предреволюционной России. Не отнять у него знания европейских языков. Он был человеком, который послужил и во время Великой Отечественной войны, участвуя в литературных концертах на оборонных заводах, госпиталях Барнаула, где и скончался от двустороннего туберкулёза легких.
Сегодня, пожалуй, только специалисты по истории литературы хорошо знают творчество этого поэта. Между тем многие его новаторские произведения опираются на прекрасное гуманитарное образование. Вадиму Шершеневичу не откажешь ни в уме, ни в чувстве прекрасного.
Хотя человек своего времени, он, увы, будучи далеким от богопознания и богообщения, отдал дань тем легкомысленным настроениям, которые, наверное, препятствовали ему впоследствии найти мир с Господом, найти Христа, живого Бога, в собственном сердце.
Мы, изучая Серебряный век, видим, что люди того времени отличались систематическим образованием, глубокой образованностью, но им трудно было пробиться через их собственное эгоистическое «я» к свету смирения, любви и надежды на божественную благодать по вере в Господа нашего Иисуса Христа.
Все выпуски программы Актуальная тема
