Поделиться
о. Павел Великанов. Фото: (здесь была удалена ссылка)
Снег на Афоне – дело неслыханное. Тем более в таком количестве! Словно укутанная белым пушистым одеялом от вершины до самого побережья, Святая Гора на несколько недель погрузилась в несвойственное ей состояние. Видавшие виды престарелые монахи с изумлением покачивали головами: что будет? как перенесут такую нагрузку деревья? кто проложит тропинки между монастырями, засыпанные метровым слоем снега? Поначалу ещё теплилась надежда, что пригреет пусть и зимнее, но всё же теплое солнышко – и снег растает. Но хмурая январская погода не торопилась впускать в свои владения весеннее тепло, и в итоге пришлось монахам смириться, взяться за обычные лопаты, неприспособленные к уборке снежных завалов, потревожить тишину афонского безмолвья визгом бензопил, расчищая дороги от поваленных деревьев.
Святки – самое время, чтобы поделиться с близкими праздничной радостью. Инок Давид раздумывал недолго, и решил навестить своего давнего друга – тоже послушника, жившего через перевал.
Положив в рюкзак скромный гостинчик – большой кусок халвы – Давид собрался в путь. Идти, если бы не снег – по афонским меркам – недалеко: всего лишь четыре часа. Главное – обойти перевал, а там – уже и рядом. Прибавив с учётом снежных завалов ещё дополнительный час, Давид около двух часов дня отправил смс другу: «Привет! Ближе к вечеру, даст Бог, приду к тебе. Помолись!»
Ответа не последовало – но Давида это не смутило: он и сам никогда не держал телефон постоянно включённым.
Через час Давид отправил ещё одно сообщение: «Пойду напрямик через перевал. Снег выше колена. Тропы всё равно не видно».
Ответ пришёл сразу: «Держись, брат! Помощи тебе Божией! С наступающим праздником! Жду!»
Подбодрённый скорым ответом, Давид пошёл ещё уверенней. Завязав промокшие полы подрясника над монашеским поясом, он глубоко проваливался в подтаявший и вязкий снег. Каждый шаг для него был небольшим подвигом. Словно печать Иисусовой молитвы, в белоснежном покрове ритмично появлялись новые глубокие следы: «Господи, Иисусе Христе, помилуй мя!» Физической нагрузкой афонского монаха не напугать: будь ты келиотом, или насельником общежительного монастыря, в расслаблении здесь не выжить. Главное – взять правильный ритм. Вбивая ноги в хрустящую уже подмороженную корку наста, Давид старался совместить неторопливый ход и молитву. Усталость накатывала волнами, но разбивалась о сердечную теплоту обращённого к Богу сердца. Ему было тяжело – и одновременно хорошо.
Когда он дошел, мокрый насквозь от снега и пота, до вершины перевала, перед ним открылась феерическая картина. Из-под нависших серых туч вдруг протянулась бирюзовая полоса закатного неба, облака расцветились – и вдруг солнечный свет прожектором выхватил из сумерек склоны, деревья, обители, кельи – превращая их в какие-то гигантские рубины. Завороженный зрелищем, Давид погрузился в полную тишину. Где-то на задворках сознания пульсировала мысль: уже большая часть пути пройдена, но силы почти на исходе. Вынув телефон, он написал: «Я на перевале. Очень устал. Надеюсь, что дойду!»
Смеркалось быстро. Фонарик лишь выхватывал силуэты ближайших деревьев. Опускалась полная темнота. Разгорячённые нагрузкой мышцы начинали предательски остывать от мокрой одежды. Каждый новый шаг требовал предельного напряжения воли. Невыносимо хотелось спать. Небольшие остановки приходилось делать всё чаще. Сердце уже не восстанавливало ритм, а билось взахлёб. Сил не оставалось вообще. Давида охватила паника. Среди мысленной сумятицы откуда-то появились слова: «для меня жизнь – Христос, и смерть – приобретение» (Фил.1:21). Схватившись за слова, словно тонущий за спасательный круг, негнущимися пальцами он достал телефон, – и написал: «Простите! Ухожу. Домой!» Рухнув на спину, руки – крестом, заиндевевшими губами он тихо произнёс: «Господи! В руки Твои предаю дух мой!»…
Когда через два дня вызванные на поиски пропавшего монаха спасатели обнаружили в трехстах метрах от стен монастыря тело, они словно по команде обнажили головы. На снежном насте лежал, словно огромная чёрная птица, распластавшийся монах, со скрещенными на груди руками – и легкая улыбка озаряла его совершенно спокойное лицо.
Тюмень. Путешествие по городу
Поделиться
Фото: Artem Shuba / Unsplash
Тюмень — областной центр в азиатской части России, за Уралом, на юге Западной Сибири. Город стоит на берегах реки Туры. С тринадцатого по пятнадцатый век здешние земли принадлежали Тюменскому ханству. Его жители говорили на тюркском языке, в котором слово Тюмень означает «десять тысяч». По всей вероятности, в названии государства отразилось число его подданных. Однако, в пятнадцатом веке ханство ослабело, его столица опустела. В 1586 году на её месте по указу царя Фёдора Иоанновича русские казаки построили острог, который сохранил тюркское название — Тюмень. Крепость стала центром добычи пушнины. Недаром на гербе, который город получил в 1634 году, изображены лисица и бобр, стоящие на задних лапах. В восемнадцатом веке на геральдическом знаке появился также парусник с плоским днищем. Он символизировал, что Тюмень стала стартовой точкой для освоения не только новых земель, но и рек. И по воде, и по суше через Тюмень проходили торговые пути на запад России. В девятнадцатом столетии уже не деревянные судна, а пароходы бороздили воды Сибири. В 1912 году через город пролегла железная дорога — Транссибирская магистраль. Успешное промышленное развитие Тюмени отразилась в её облике. К началу двадцатого века город украшали пятнадцать православных храмов. Четыре из них были утрачены в советское время, а остальные сохранились и действуют.
Радио ВЕРА в Тюмени можно слушать на частоте 92,4 FM
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
6 мая. «Подснежники»
Поделиться
Фото: Bruno Kelzer/Unsplash
Едва лишь увидишь среди мёрзлой, зачастую ещё не освободившейся от талого снега земли первые подснежники, сразу останавливаешься и вперяешь взор в это диво дивное! Какое совершенство формы и непередаваемой словом гармонии красок и полутонов, которые свидетельствуюих о поистине Божественной премудрости Создателя! Но эти подснежники — лишь намёк на красоту образа и подобия Божиих в человеческой душе, очищенной и воскрешённой действием благодати Христовой.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
6 мая. О служении князя Петра Волконского
Поделиться
Сегодня 6 мая. В этот день в 1776 году родился генерал-фельдмаршал, герой Отечественной войны 1812 года князь Пётр Волконский. О его служении — исполняющий обязанности настоятеля московского храма равноапостольных князя Владимира и княгини Ольги в Черёмушках протоиерей Владимир Быстрый.
Сегодня мы расскажем о Петре Михайловиче Волконском, человеке, которого называли «тенью императора» и одним из главных организаторов победы в Отечественной войне 1812 года.
Волконский начинал как адъютант великого князя Александра, а затем стал ближайшим советником императора. Именно он убедил Александра I оставить неудачный Дрисский лагерь. Это решение спасло русскую армию от разгрома.
Но главная заслуга Волконского — создание русского Генерального штаба. Он основал училище колонновожатых, организовал картографическую службу и сбор разведданных. По сути, он превратил управление армией из кустарщины в точную науку.
При этом Волконский был не только штабным теоретиком. Например, под Аустерлицем он лично водил полки в атаку, а в 1812 году сражался при переправе через Березину и за храбрость получил орден Святого Георгия.
После войны он стал министром императорского двора и руководил всей придворной жизнью империи 26 лет, до самой смерти. Волконский — блестящий пример русского государственника, талантливый стратег, бесстрашный офицер и выдающийся администратор. Его наследие — это и победа над Наполеоном, и сам институт Генерального штаба, без которого немыслима современная армия.
Все выпуски программы Актуальная тема:
