Портрет прабабушки. Ольга Цой

Поделиться

Вспоминаю одну поездку. Я была подростком, дедушка приехал за мной в Москву, чтобы забрать к ним с бабушкой в гости на лето. Жили они в небольшом городке, два с половиной часа езды на электричке. Поезда тогда были суровые, шли долго, со всеми остановками, громко стуча и скрипя.

Обычно я спала все время поездки, прикорнув на дедушкином плече. Но в это путешествие, как только поезд тронулся, я почувствовала себя плохо. Ощутила сильную боль: резался зуб, разболелась десна. Никаких обезболивающих таблеток, даже воды попить, с собой не было. Нужно было терпеть. Просто терпеть и ждать, пока мы приедем домой.

Со стуком колес, с отсчетом минут боль усиливалась. Дедушка не знал, чем мне помочь, утешал и просил потерпеть. Снова потерпеть. А я, невоцерковленный подросток, начала тихо приговаривать про себя: «Господи... Господи... Господи, помилуй...». Боль накатывала и стихала, и с очередной волной моя молитва — Иисусова молитва — шепталась все громче. Иногда я почти кричала про себя: «Господи! Господи!», терпя и страдая.

И тут дедушка внимательно посмотрел на меня. Он, конечно, ничего не знал об Иисусовой молитве, которую я творила про себя. Он тихо произнес: «Как ты похожа на мою маму!».

Портрет прабабушки был ценностью нашей семьи. С самого детства я видела ее красивую черно-белую фотографию в большой тяжелой раме, висевшую на стене. Прабабушка, молодая и нежная, тихо улыбалась, ее глаза сияли. Она была похожа на ангела своим умиротворенным видом.

Тогда я не очень поняла, почему дедушка сравнил нас. Почему именно в момент моей боли, мучений, обратил внимание на наше сходство. Ведь, как мне казалось, на моем лице было написано страдание, а лицо его мамы, наоборот, выражало спокойствие, одухотворенность... Смотря в глаза прабабушки, я часто размышляла — о чем она думает? Что дает ей силу? Она была немкой. В годы Второй Мировой войны, будучи женой русского, была депортирована фашистами обратно в Германию, но там, работая на трудовой бирже, помогала нашим пленным, оформляя медицинские документы об их нетрудоспособности и тем спасая жизни, рискуя своей. И муж, и оба сына, один из которых и был моим дедом, воевали на фронте. Она не боялась боли и трудностей.

Спустя годы, вспоминая слова деда, я поняла: наверное, именно одухотворенность, стойкость и стали нашей точкой пересечения. Я так глубоко и искренне, от совершенной безысходности, была погружена всю дорогу в молитву, что она, вероятно, как-то преобразила мое лицо, смирила перед болью, придала сил, просветлила меня. «В болезнях прежде врачей и лекарств пользуйся молитвой», — писал преподобный Нил Синайский. Я перестала бояться.

По приезде боль утихла. Молитва помогла пережить поездку. Она облегчила мое состояние.

К сожалению, порой, чтобы вспомнить о Боге, нам надо попасть в беду, претерпеть сильную боль, столкнуться с искушениями. Но молитва действительно преображает даже внешне лицо человека, его привычки, его мысли. Какие светлые лица у монашествующих! Очень хочется, чтобы и в радости, в благоденствии, мы прибегали к молитве. Не только скорбели бы, но и улыбались, разговаривая с Богом.

Автор: Ольга Цой

Все выпуски программы Частное мнение

• Страсть приобретения. Ольга Шушкова
• Правильные слова правильно. Алёна Боголюбова
• Почему в храме нельзя разговаривать. Алёна Боголюбова