«Истоки и современность православной журналистики: личный путь». Николай Державин

(30.04.2024)

У нас в гостях был заместитель руководителя пресс-службы Патриарха Николай Державин.

Мы говорили с нашим гостем об истоках и современности православной журналистики, а также об особенностях работы комментатора праздничных богослужений в прямой трансляции.

Ведущая: Кира Лаврентьева

Кира Лаврентьева:

— «Светлый вечер» на Радио ВЕРА. Здравствуйте, дорогие наши слушатели. Меня зовут Кира Лаврентьева. С радостью представляю вам нашего сегодняшнего гостя. У нас в студии Николай Иванович Державин, заместитель руководителя пресс-службы патриарха. Здравствуйте, Николай Иванович.

Николай Державин:

— Добрый благодатный вечер.

Кира Лаврентьева:

— По голосу Николая Ивановича можно легко узнать. Многие слушатели знают его, он комментирует каждый год пасхальные и рождественские богослужения в храме Христа Спасителя. Не только их он комментирует, но голос его мы знаем именно по этим службам. Николай Иванович, мы вас сегодня пригласили поговорить на очень интересную тему, об истоках православной журналистики, тележурналистики, у этих истоков вы стояли. Особенно интересно, что именно сегодня, 30 апреля 1994-го года, 30 лет назад впервые вышла программа «Слово пастыря», тогда ее вел и всегда митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл, ныне святейший патриарх Московский и Всея Руси. И вы непосредственно занимались выпуском этой программы, стояли у ее истоков. Расскажите, пожалуйста, как это все начиналось?

Николай Державин:

— Милостью Божией и благословением священноначалия мне довелось быть причастным к зарождению православной журналистики, если можно так говорить. Для того чтобы понять, как это все начиналось, нужно вспомнить исторический контекст, что это было за время, 90-е годы. Что люди знали о Церкви, какие вообще были представления у людей о Церкви, о вере. Надо вспомнить, наверное, 1988-й год, это 1000-летие Крещения Руси. Поворотный момент в истории нашей страны и нашей Церкви, это время возрождения, это время надежд, это время восстановления порушенных в прошлом святынь. И это время, когда Церковь получила возможность говорить напрямую со своим народом, используя современные средства массовой информации. Вопрос заключался в том, как это делать? У нас у самих не было такого опыта, ведь в советское время собственно богослужебная жизнь ограничивалась чем? Совершением богослужений и треб. Всё. В лучшем случае, проповедь в храме. А здесь нужно было говорить широкой аудитории, причем, аудитории не воцерковленной во многом, и в этом была главная миссионерская задача Церкви. Слава Богу, что появились люди, которые откликнулись сердцем и душой на эти новые возможности Церкви. Нужно вспомнить многих людей, которые вносили, а некоторые до сих пор вносят свой вклад в это благое, доброе дело. И, конечно, главным двигателем, главным инициатором и проводником, я бы сказал, голосом Церкви, был в то время митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл, нынешний патриарх Московский и Всея Руси. Его программа «Слово пастыря» выходит уже 30 лет каждую субботу. Утро субботы для миллионов наших соотечественников и не только соотечественников начинается с программы «Слово пастыря», с живого вдохновенного, яркого, убедительного и понятного современникам слова. Конечно, были и другие программы, были первые трансляции богослужений на Пасху, на Рождество, я могу об этом тоже вспомнить. Самое первое богослужение, возможность транслировать богослужение по центральному телевидению появилось в 91-м году в праздник Рождества Христова из Богоявленского, тогда патриаршего собора, что в Елохове. Потом ежегодно и на Пасху и на Рождество мы транслировали в прямом эфире богослужения, возглавляемые патриархом. Для многих людей это тоже было событием, когда люди увидели красоту православного богослужения, услышали живое слово Церкви. Конечно, можно вспомнить и другие программы, которые мы стали вместе с коллегами, единомышленниками производить. Это и программа «Канон», это программа «Образ жизни», программа «Ныне», я был ведущим этой программы. Была программа «Ортодокс», была программа «Православная энциклопедия» в прямом эфире. Одна программа была даже ежедневная, называлась «Православный календарь» и выходила на Российском канале. То есть мы создали такое информационное агентство, в которое входило человек сорок сотрудников, и мы занимались регулярным производством такого телевизионного контента, как сейчас говорят, предлагая эти программы на различные каналы федеральные. Была мечта создать свой канал. Я очень хорошо помню, как мы обсуждали возможность появления такого канала для Русской Православной Церкви с митрополитом Смоленским и Калининградским Кириллом, именно он был идейным вдохновителем и автором этого проекта, который, слава Богу, сегодня уже реализован. Сегодня мы можем говорить о программах, выходящих на канале «Спас», есть канал «Союз», есть замечательное светлое Радио ВЕРА. Сегодня, как мне кажется, желающий может получить исчерпывающие и убедительные ответы на вопросы веры, было бы желание. Но как привлечь людей, каким языком с ними говорить, какой интонацией и кто может говорить — это главный, мне кажется, вопрос. Потому что сегодня, когда так развиты средства массовой коммуникации, у каждого в телефоне есть доступ в интернет, нужен какой-то ответ на сложный вопрос, пожалуйста, тут же вам будет все изложено, представлено, и показано, и рассказано во всех подробностях. Но ведь задача заключается не только в том, чтобы люди знали о Церкви или о Боге. Важно, чтобы они знали Бога, насколько это возможно, чтобы они жили церковной жизнью и чтобы их образ жизни реально менялся бы, и реально соответствовал бы евангельскому духу. Вот в этом главная задача.

Кира Лаврентьева:

— Вы делали не только «Слово пастыря» с владыкой Кириллом. Так же «По Святой Земле», где владыка рассказывал о всех местах Святой Земли. Был цикл об истории Церкви, где была замечательная возможность свидетельствовать о Церкви и ее жизни. Что было самое сложное? Ведь вы были первопроходцами после 70-ти лет советской власти.

Николай Державин:

— Вот это и было.

Кира Лаврентьева:

— Вы вышли на эту широчайшую публику телевизионный федеральный канал, 1-й канал, Николай Иванович, это, конечно, не шутки. Очень интересно узнать, какая была реакция сотрудников федеральных каналов, власти, чиновников. Какая реакция была, какой был отклик, и был ли он вообще?

Николай Державин:

— Был, конечно, очень большой, живой отклик. Я помню, сколько мы получали писем от телезрителей после первых эфиров программы «Слово пастыря» и после прямых эфиров трансляции патриаршего богослужения. Люди очень много писали, писали в Останкино, писали в патриархию. Я помню, мне передавали эти письма, и потом владыка Кирилл сам многие письма прочитывал. И даже потом сделали специальный цикл «Ответы на вопросы телезрителей». Было важно понять, что больше всего волнует, интересует наших зрителей, наших современников. Живой был отклик, реально был живой отклик. А самое сложное было что? Было сложно быть первопроходцами, потому что никто не знал, как это делать. Какой формат должен быть. Вырабатывались разные форматы, был реальный прямой эфир, интерактивная программа «Православная энциклопедия». Я приезжал в Останкино утром, выходил в прямой эфир, была связь со зрителем, они звонили в студию, можно было ответить на вопросы. Были программы в записи, программа «Слово пастыря» тоже была в записи, но сложность ее создания заключалась в том, что митрополит Кирилл был очень занят, как председатель отдела внешних церковных связей, у него было много поездок. Причем, он исполнял поручения священноначалия, и нужно было найти время. Были разные форматы, мы иногда записывали по две, по три, даже по четыре программы наперед. Надо было все продумать, причем в эти 15 минут нужно было изложить тему, ее раскрыть и сделать выводы. Митрополит Кирилл это делал просто феноменально. Мы все, кто участвовал в записях, поражались способности чувствовать время, умению поставить вопрос и исчерпывающе на него ответить и сделать вывод. Это особый дар, это совершенно очевидно, дар Божий. И плюс огромная работоспособность и отношение к делу именно такое, что надо делать максимально хорошо. У нас нет возможности записывать дубли, то есть надо сделать сразу и сделать максимально хорошо. И именно так он и записывал.

Кира Лаврентьева:

— То есть сразу с первого дубля 15 минут?

Николай Державин:

— Абсолютно. Никогда никаких дублей мы не писали. И что было еще интересно. Конечно, были придуманы новые формы, скажем, съемки на Святой Земле, по этим библейским, евангельским местам. Митрополит ходил, рассказывал, мы там его записывали. И тоже там всё было продумано. Была определенная концепция. Если он рассказывал об истории Церкви, это было последовательно из передачи в передачу. Если он рассказывал об основах православного вероучения, то это тоже было выстроено в определенный цикл. Если он отвечал на вопросы, то это тоже было сделано продумано, все взаимосвязано, логично и это, в конце концов, позволило даже издать книгу отдельную «Слово пастыря» по расшифровкам этих программ.

Кира Лаврентьева:

— Да.

Николай Державин:

— И эта книга читается, она интересна, она актуальна до сих пор, потому что митрополит Кирилл отвечал на самые актуальные, жизненно важные вопросы. В чем смысл жизни? Вообще для чего мы пришли в этот мир? Каково предназначение человека, даже не только христианина, а любого человека? Он задавался такими вопросами и находил на них ответы, причем, ответы авторитетные, убедительные. Еще знаете, о чем надо сказать? О его подаче. Как он это делал, каким голосом, с какой внутренней убежденностью, с каким желанием поделиться тем, чем он сам владеет, с широкой аудиторией, с каждым человеком — это конечно уникальное явление.

Кира Лаврентьева:

— «Светлый вечер» на р

Радио ВЕРА продолжается. Напоминаю, что у нас в гостях Николай Иванович Державин, заместитель руководителя пресс-службы патриарха. У микрофона Кира Лаврентьева. Николай Иванович, в течение первых тех лет передача «Слово пастыря» была посвящена историям Ветхого и Нового Завета. И при этом история библейских героев сопрягалась с повседневной жизнью современного человека. Как это развивалось потом? Почему сменили концепцию? Почему стали меняться вопросы, темы? Потому что письма стали другие приходить? Обратная связь другая? Даже, знаете, как вопрос задам? Вот это изменение концепции немножко менялось. «Слово пастыря», допустим, в 94-м году и в 2003-м году — это разные программы, уже разный подход. Это естественно, нормально, в ногу со временем шла программа. Я просто хочу понять, как вы понимали, что всё, пришло время переобуваться, пришло время немножко менять темы разговора, немножко менять подход. По обратной связи или это было чисто интуитивно, наитием, по Божьему Промыслу.

Николай Державин:

— И то и другое, я думаю. Мы, конечно, реагировали на запрос аудитории, и это было еще и Промыслом Божиим, по наитию. Вдумайтесь, за 30 лет вышло более полутора тысяч программ «Слово пастыря».

Кира Лаврентьева:

— Да.

Николай Державин:

— И они же все интересные. Они же все разные, одна другую не повторяет. Как это сделать так, чтобы было интересно, чтобы это было привлекательно, чтобы это заинтересовало, как сейчас говорят, зацепило бы зрителя, слушателя? Нужно было искать новые формы. И я помню, одно время мы даже делали постановочные съемки, декорации у нас даже были в Останкино, когда мы сопрягали съемки на Святой Земле, а вот в студии уже идет объяснение того, что мы там видели. И такая была форма придумана. Это все творческий процесс, результат совместного общего делания. Может быть, литургия, после литургия, говоря церковным языком. Но мы жили этим, мы видели, как люди реагируют. Я видел лично сколько раз, как люди реагировали на появление митрополита Кирилла в поездках: это же владыка, это же вот тот, который ведет программы «Слово пастыря».

Кира Лаврентьева:

— «Слово пастыря».

Николай Державин:

— И сам святейший недавно тоже об этом говорил, что он, благодаря этой программе, многое понял, чем живет и как живет народ в религиозном отношении. Для него было важно увидеть это все, почувствовать, общение с людьми ему всегда давало и дает очень много. Он видит живую реакцию, люди к нему подходят, спрашивают, что-то уточняют, говорят какие-то слова и благодарят. Но это же не просто так, это идет от сердца, значит это востребовано людьми, значит, это им важно и нужно было, чтобы такая программа выходило. Надо отдать должное, надо сказать, слава Богу, что на протяжении 30 лет голосом Церкви является голос тогда владыки, а ныне патриарха Кирилла, его такой мощный, сильный, яркий, убедительный, вдохновенный.

Кира Лаврентьева:

— Николай Иванович, вы рассказываете об этом, а я вспоминаю, что когда выходила программа «Слово пастыря» мне было совсем немного лет, и я с радостью сидела эти 15 минут, ничего не понимая, что говорит владыка Кирилл, но сидела перед телевизором, и это была такая волна тепла пасхального. Это сложно сейчас передать. Я думаю, что те, кто слышал ее тогда, в первые годы, 94-95-й год, помнят мои ощущения. Сейчас я смотрю на звукорежиссера Александру, она кивает. Какая-то волна тепла шла невероятная, какое-то отцовское чувство от владыки Кирилла, как будто мы к чему-то светлому прикасаемся, как возвращаемся домой. Это было невероятное переживание.

Николай Державин:

— Кира, я думаю, что здесь все сошлось. Конечно, Божественная благодать, она действует через людей. Плюс огромный опыт публичных выступлений митрополита, ныне патриарха.

Кира Лаврентьева:

— Сыграл, конечно, роль свою.

Николай Державин:

— Конечно. И его личностная харизма.

Кира Лаврентьева:

— Безусловно.

Николай Державин:

— Это абсолютно, это невозможно не видеть и не слышать, он просто завораживает, человек не может оторваться, он ждет, что дальше он скажет. Эти 15 минут проходят на одном дыхании, просто ощущение, что — а! — уже закончилась программа, а сколько интересного он сказал за это время. Какая плотность мысли, какая насыщенность во всем этом. И еще — какая личная убежденность в этом. А это ж чувствуется.

Кира Лаврентьева:

— Чувствуется, веришь ли ты в то, что ты говоришь, или не веришь.

Николай Державин:

— Не просто он передает некую сумму знаний, он этим живет, для него это смысл жизни. И это убеждает более всего. Известно такое выражение: «Слова назидают, а примеры влекут». Вот когда пример есть реальный, живой, яркий, вдохновляющий и ведущий за собой, тогда да, тогда это производит впечатление. Мне кажется, здесь в этом секрет.

Кира Лаврентьева:

— Со стороны может казаться, что снимать, допустим, 15 минут, а не два часа или полтора, намного легче, потому что это 15 минут, а не 60. Но люди, связанные с производственным процессом, телевизионным, нашим радийным, понимают, что это еще труднее, потому что тебе сложную мысль надо изложить успеть за 15 минут. Это высший пилотаж, это очень трудно. Вот расскажите, пожалуйста, об этом, Николай Иванович, как это было для вас? И естественно для съемочной группы?

Николай Державин:

— Мы смотрели и удивлялись, это лучше спросить у самого автора этой авторской программы, как он умудрялся это делать и как он это делает до сих пор. Но мы между собой, общаясь и делясь впечатлением, каждый раз удивлялись вот этой силе слова и способности говорить без лишних слов.

Кира Лаврентьева:

— Точно.

Николай Державин:

— Сказать самое главное, самое ценное, самое важное, самое нужное и жизнеутверждающее всегда. Это не какое-то занудство. Бывает так, что некоторые программы — я перекинусь, отвлекусь несколько — на религиозную тему становятся елейными, таким голосом.

Кира Лаврентьева:

— Лубок.

Николай Державин:

— Да, какой-то такой... а-ля благочестие какое-то...

Кира Лаврентьева:

— Напускное.

Николай Державин:

— Да, наверное, напускное, какое-то вычурное.

Кира Лаврентьева:

— Елейное.

Николай Державин:

— А тут все просто и ясно. Он говорит понятным современникам языком, он говорит в тех категориях, которые людям не воцерковленным — вот что важно — абсолютно понятны. И это надо уметь же, надо понимать, к какой аудитории вы обращаетесь. У патриарха удивительное чувство аудитории. Он даже иногда говорит, что выхожу на проповедь, даже сейчас, и думаю сказать одно, или выхожу в какую-то аудиторию, он же готовится всегда, думает о том, что сказать, а не просто вышел и спонтанно сказал. Но бывает так, что он выходит, и нет, надо говорить о другом. Потому что он чувствует эту аудиторию, кто перед ним, что для них может быть интересным, и что для них будет понятным. И он к ним обращается и говорит так, что это доходит не только до сознания, до сердца каждого слушателя. Это дар Божий.

Кира Лаврентьева:

— Он прописывал заранее, такие секреты производственные спрашиваю, эту 15-минутную свою речь для «Слова пастыря»? У него были какие-то заготовки? Или он приходил уже полностью подготовленный?

Николай Державин:

— Он приходил подготовленный, но было видно, что он готовился. И это все не спонтанно, а именно продуманно, концептуально, с осознанием огромной ответственности за произносимое слово, и это с желанием поделиться тем сокровищем, которым он, как иерарх, как предстоятель Церкви, обладает. Я бы так сказал. Но он готовился, это точно совершенно. Он готовился, и скажу, и сейчас готовится. Хотя, конечно, для него, как мне кажется, нет проблемы выйти и сказать перед любой аудиторией на любую тему.

Кира Лаврентьева:

— И очень быстро сориентироваться.

Николай Державин:

— Моментально. Но все-таки к таким вещам, как проповедь, или обращение к определенной аудитории, он все-таки готовится, как мне кажется. И он выходит с ясным пониманием, что он хочет сказать.

Кира Лаврентьева:

— Удивительно. Вы помните первые вопросы, которые приходили в программу «Слово пастыря»? Не помните? Была какая-то тенденция, что, например, вот в этот период люди больше спрашивали про какую-то бытовую часть, как яйца покрасить на Пасху? Это я сейчас придумываю. Вот этот период про крещение, про таинства. Не было такого?

Николай Державин:

— Нет. Я бы сказал, что вопросы повторялись, причем их даже группировали. Скажем, вопросы веры, вопросы традиций, обрядов, какие-то недоуменные вопросы. Вопросы были очень сложные иногда. Вот человек потерял родного близкого человека, как пережить это? Были многие вопросы жизненные.

Кира Лаврентьева:

— Сколько вопросов успевал озвучивать святейший патриарх и ответить на них, тогда владыка Кирилл?

Николай Державин:

— По-разному было. Были программы, которые посвящались целиком ответам на вопросы.

Кира Лаврентьева:

— Да, прям один вопрос и 15 минут отвечаешь.

Николай Державин:

— Да. Большой развернутый, исчерпывающий ответ. А были программы, когда митрополит Кирилл, заканчивая программу, говорил: вот у меня еще есть два вопроса, я на них отвечу. И так было. Или один вопрос, у меня спрашивает такой-то, такой о том-то, о том-то, и кратко отвечал.

Кира Лаврентьева:

— И всегда получалось 15 минут?

Николай Державин:

— И все равно 15 минут.

Кира Лаврентьева:

— Поразительно. Надо очень четко чувствовать время. Удивительно. Николай Иванович, что для вас лично в этих проектах, не только «Слово пастыря», но множества других, в которых участвовали, было самое тяжелое, самое трудное?

Николай Державин:

— Я бы не стал говорить в категориях трудностей, потому что я был не один, была команда, и мы были объединены одной идеей, нам хотелось что-то сделать. И, скорее, это были муки творчества, а не трудности, что не пробить. Может быть, было непросто договориться с каналом о том, чтобы программа выходила регулярно каждую неделю или один раз в месяц, там были разные нюансы. Мы же работали с каналами, подписывая договор и обеспечивая производство религиозных программ, но муки творчества, конечно, были. Но мы как-то, объединив усилия, выходили из положения. Придумывали что-то новое. Даже прямые эфиры у нас были разные. Если говорить, например, о Пасхе и о Рождестве, у нас были разные концепции. Например, мы делали включения из разных городов на Пасху, такое было. Не просто богослужение или, скажем, заканчивается богослужение, пока идет причастие, мы делали какой-то видеосюжет, рассказывающий о Пасхе или о святых местах, где это было, как это было. Всегда это был творческий процесс, но совместный, не кто-то один предлагал, что так будет и больше никак. Это было творческое обсуждение, и в результате мы приходили к какой-то идее и пытались ее реализовать. Чаще всего реализовывали.

Кира Лаврентьева:

— В гостях у «Светлого вечера» Николай Иванович Державин, заместитель руководителя пресс-службы святейшего патриарха. Меня зовут Кира Лаврентьева. Мы вернемся после короткой паузы.

Кира Лаврентьева:

— «Светлый вечер» на р

Радио ВЕРА продолжается. Здравствуйте еще раз, наши дорогие слушатели. Напоминаю, что у нас в гостях Николай Иванович Державин, заместитель руководителя пресс-службы святейшего патриарха Кирилла. Мы говорим об истоках православной журналистики, тележурналистики. В этом году 30 апреля, то есть сегодня исполняется 30 лет со дня первого выхода программы «Слово пастыря» на 1-м канале, все ее, наверное, знают, и те, кто в церковь ходит, и те, кто в церковь не ходит. И в этом смысле, Николай Иванович вот какой вопрос хотела задать. Тогда, когда церковь только начала возрождать свою широкую миссионерскую деятельность, для многих ходить в храм еще было роскошью. Например, в нашей сибирской деревеньке, годе я росла у бабушки, совершенно не сразу появился храм, и назывался он изначально «Дом молитвы», была такая практика. Православный храм, но назывался «Дом молитвы». Потом его переименовали в храм Введение во храм Пресвятой Богородицы. И тогда это было для нас праздником, пойти в храм, было еще не принято каждое воскресенье ходить в храм. А уж причащаться, как сейчас, частое причащение вообще не практиковалось много лет. И эта программа православная «Слово пастыря» или какие-то программы с трансляцией Схождения Благодатного Огня в Иерусалиме, который и сейчас, кстати, пользуется огромными рейтингами всегда в Великую Субботу. Это считалось какой-то прекрасной возможностью присоединиться к жизни Святой Церкви. Это было очень полезно и важно. Но сейчас все равно мне приходится слышать, что человек не пошел по каким-то причинам на богослужение рождественское или пасхальное, но зато смотрел трансляцию, и он чувствует некую причастность. С одной стороны, понятно, для людей ограниченных в движении, больных, может быть, в силу каких-то обстоятельств вынужденных остаться дома, это действительно спасение — трансляция богослужения в храме Христа Спасителя или в каком-нибудь монастыре, где служит святейший патриарх. Но в основном это происходит в храме Христа Спасителя. Я напоминаю также нашим слушателям, что именно Николай Иванович Державин комментирует эти богослужения. Мы сейчас еще об этом обязательно поговорим. Как вы относитесь к тому, что возникает искушение, когда особенно очень много сейчас у нас православных СМИ — и «Вера», и «Спас», телеканал «Союз» — где-то помолиться у телевизора? Может быть, не пойти, посмотреть трансляцию. Посмотрел вечернюю молитву, послушал трансляцию на телеканале «Союз», кажется, что и сам помолился. Честно, я не знаю, как к этому относиться. В машине послушал диск молитвы ко причастию, считай, тоже помолился ко причастию. Как лично вы к этому относитесь, как человек, который занимался непосредственно возрождением всех этих прекрасных традиций? Даже не возрождением, а был первопроходцем на телевидении с православной тематикой.

Николай Державин:

— Кира, я бы вам сказал так, что меня самого этот вопрос всегда волновал.

Кира Лаврентьева:

— Замещение некое духовной жизни.

Николай Державин:

— Я чувствую с одной стороны, радость от возможности быть причастным к этому, как мне кажется, благому делу. С другой стороны, я чувствую ответственность за то, что некоторые люди, благодаря прямым трансляциям таких богослужений, остаются дома, не идут в храм. Тут все расскажут, покажут, покажут даже то, что не видят люди, стоящие в храме, потому что камера стоит и в алтаре, и там общие планы, все красиво, замечательно, и видно, и слышно, и хор поет прекрасно. У меня нет окончательного ответа на этот вопрос. Но меня, скажу откровенно, убеждают в необходимости проведения таких трансляций люди, которые очень захотели бы быть на богослужениях...

Кира Лаврентьева:

— Но не могут.

Николай Державин:

— В силу у различных обстоятельств. Не потому что там далеко храм, сейчас таких, наверное, мало.

Кира Лаврентьева:

— Проблем нет.

Николай Державин:

— Да. Храмов много, если говорить о Москве, то храмы в шаговой доступности. Но есть реальная потребность людей больных, престарелых, одиноких, кто очень бы хотел быть на богослужениях, особенно на Пасху, на Рождество, но не может там быть. А прямая трансляция дает ему возможность быть соучастником этого богослужения хотя бы так. Услышать радостные возгласы пасхальные, почувствовать совершенно особую атмосферу праздника Пасхи или Рождества. И здесь, я думаю, мы не откажемся от подобных прямых трансляций. Другое дело, как сподвигнуть людей, увидевших такую трансляцию, не остаться дома, а следующий раз пойти в храм и лично пережить опыт пасхального богослужения не посредством телевизора, а участвуя там, в самом храме. Вот это было бы здорово. Наша задача дать людям возможность почувствовать эту красоту и переступить порог храма. Задачу я вижу в этом. Хотя, конечно, не исключаю и того, что для многих это стало привычным делом, сидишь, пьешь чаек, слышишь и видишь, как совершается богослужение, вроде поучаствовал как-то, посмотрел, кто там был на богослужении, вроде Пасха состоялась. Видите ли, все зависит от конкретного человека. Я думаю, что для многих людей, особенно в 90-е годы, такие трансляции были очень нужны.

Кира Лаврентьева:

— Да, очень.

Николай Державин:

— Во-первых, они сами по себе уже были явлением, я помню первые впечатления, что да, патриарх служит, это в прямом эфире показывают.

Кира Лаврентьева:

— Абсолютно.

Николай Державин:

— После того, что было в течение 70-ти лет, когда о Церкви либо ничего не говорили, либо только плохо. А тут Церковь вот, пожалуйста, вот ее красота, вот она сама служит.

Кира Лаврентьева:

— И блистает.

Николай Державин:

— И вы можете все это увидеть и почувствовать и полюбить это, и прийти в конце концов в храм. Для многих людей такие трансляции были нужны, потому что я старался там объяснить простым языком сложные вещи. Что вообще происходит за богослужением?

Кира Лаврентьева:

— Вот об этом хотела поговорить.

Николай Державин:

— Каков смысл тех или иных священнодействий, как там со славянского на русский перевести то или иное песнопение, тот или иной текст. Вообще смысл праздника Пасхи. Это же не только куличи, пасхальные яйца, похристосовались — и всё. Это тоже важная традиционная составляющая праздника. Но личное участие, сопереживание, особенно участие в евхаристии, вот что должно быть главным для православного человека. Тогда я думаю, для многих людей церковь стала более понятной, и многие пришли в храм. Но чтобы остаться в храме — это уже подвиг, это уже нужно прилагать усилия, а не просто прийти, посмотреть, порадоваться и думать, что так всегда и будет. В любом случае, вера это подвиг, как это ни громко, может быть, звучит. Подвиг в этимологическом смысле, что это движение. То есть человек движется, он совершает движение навстречу Богу, воцерковляясь и стараясь жить по Евангелию, это не пустые слова, какие-то отвлеченные абстрактные понятия, а это жизнь. И когда норма веры становится нормой жизни, образ жизни меняется, тогда и сам человек меняется и все вокруг меняется. Тут важно, чтобы человек, сделав первый шаг, почувствовав красоту богослужения, увидев трансляцию, придя в храм, там остался. А чтобы он там остался, мы, православные люди, должны быть, как минимум, доброжелательны. Как минимум, доброжелательны, чтобы принять этих людей в общину, чтобы они почувствовали, что это их родной дом, что это не просто клуб по интересам, а это живая жизнь, очень важная для конкретного человека. Вот это важно. А это уже зависит от того, какая атмосфера на приходе, каков настоятель, какие люди его там встречают, даже те, кто за свечным ящиком, это тоже очень важно. Как человека не подготовленного, не воцерковленного, пришедшего в храм, там принимают. Как на него там смотрят. Действительно ли его готовы принять с распростертыми объятьями? Или только и могут одергивать и говорить: не туда встал, не так посмотрел, не то сделал, не так одет, это бесконечно можно всякие претензии предъявлять. Важна еще форма, можно, конечно, сделать замечание, можно человеку подсказать что-то, но какая интонация, с каким чувством это делается. Мы сегодня используем средства массовой информации, у нас есть возможность свидетельствовать о вере и делать это на профессиональном уровне, но далее зависит от человека. Один может это принять к сведению, услышать и сказать: ну да, было интересно, хорошо, а что дальше? Моя жизнь, лично моя, изменится от того, что я увидел и услышал или нет? Или я как жил, так и буду жить, имея в виду, что есть параллельная жизнь в церкви где-то, ну да, красивая, какие-то обряды, традиции. Ну, хорошо, обнялись, похристосовались и дальше что? Как дальше, с чем я живу, с чем я иду по жизни? Что я вокруг себя созидаю или разрушаю? Я помогаю людям воцерковиться, прийти полюбить церковь и стать христианином или я их отторгаю своим отношением, своей нетерпимостью, раздражительностью, злобностью? Что греха таить и такое есть в нашей жизни, увы. Но не хотелось бы о грустном, хотелось бы, чтобы как можно больше людей, услышав о вере, действительно полюбили бы церковь.

Кира Лаврентьева:

— Спасибо, Николай Иванович. Рассуждения ваши очень ценные, особенно в рамках нашего сегодняшнего непростого времени, пережитого ковида в 2020 году, когда все вынуждены были смотреть трансляцию богослужений из дома. Это отдельная боль, особенно пасхальное богослужение, которое мы не могли провести в храме. Это боль. Я говорю, и тяжело.

Николай Державин:

— О, да. Я помню прямой эфир, когда пустой храм Христа Спасителя на Пасху, это незабываемое лично для меня переживание.

Кира Лаврентьева:

— Да, пустой храм Христа Спасителя, действительно. Давайте напомним, что в гостях у «Светлого вечера» Николай Иванович Державин, заместитель руководителя пресс-службы патриарха. Меня зовут Кира Лаврентьева. Николай Иванович, по поводу комментирования богослужений, это отдельная большая тема, но не могу не спросить. Когда я думаю об этом, что, например, меня бы туда посадили комментировать богослужение, у меня просто волосы дыбом встают в прямом смысле этого слова. Это же невероятно, тебе нужно не только комментировать то, что происходит. То есть это очень хорошо нужно знать весь литургический строй. Иногда это не только литургия, иногда на ночной службе соединяются и всенощная и литургия. Это шесть или четыре часа, три часа подряд ты комментируешь что за чем идет, что происходит. У святейшего патриарха очень много сослужащих ему священников, иподиаконов, это целое огромное священнодействие, которое нужно знать, как, что. Естественно служит человек живой, поэтому нужно четко подстраиваться под то, что происходит. Длительность того или иного действия, алтарные молитвы, заамвонные молитвы. Это нужно абсолютно все знать, комментировать. Но мало того, я еще думаю о том, что вы объясняете некоторые литургические моменты, все это переплетая с историей. Сильно тесно связана литургия с апостольскими временами, с первыми веками христианства, с жизнью Христа — это самое главное. Но есть и моменты, которые перекликаются с историей Ветхого Завета. И все это нужно уметь вовремя сказать, ввернуть как-то, прокомментировать правильно понятным языком для слушателя, который, например, не знаком с церковной историей, не знаком с церковным богослужением. Вот он первый раз включил. У вас это как получалось? Вы помните свои первые трансляции, первые опыты комментирования?

Николай Державин:

— Кира, вы так подробно рассказали о переживаниях ведущего прямых эфиров...

Кира Лаврентьева:

— Как еще?

Николай Державин:

— ...что вы уже готовы к прямому эфиру, как мне кажется.

Кира Лаврентьева:

— Не знаю. Я буду запинаться.

Николай Державин:

— Когда мне задают такой вопрос, я говорю, что это все милостью Божией и благословением священноначалия. Так исторически сложилось, я не думал и не гадал в этом направлении, и не предполагал, что будет связана моя жизнь. Что касается знания богослужения, текстов, истории. Конечно, не могу не вспомнить своих родителей, папу и маму, поскольку я родился в священнической семье.

Кира Лаврентьева:

— Да. Многодетной.

Николай Державин:

— Да. Это милость Божия и их заслуга, потому что мы были воцерковлены буквально с пеленок. Мы все шли на службу, от мала до велика, это так регулярно, из года в год, мы этим напитались с самого детства. Красотой богослужений, этих песнопений и этих текстов, которые вошли в плоть и кровь навсегда. Это ощущение радости богослужения сохраняется до сих пор. Понятно, дальше семинария и академия, годы учебы. Это время особое совершенно, когда ректором Ленинградской духовной академии и семинарии был нынешний патриарх. Я поступал туда, и я помню первые богослужения, возглавляемые архиепископом Выборгским Кириллом. И это когда все «едиными усты и единым сердцем», все преподаватели и студенты, в храме академическом во имя апостола и евангелиста Иоанна Богослова идет богослужение, эти два хора, и это ощущение рая на земле, я бы так это сказал. Какого-то восторга литургического, радости, возможности возвещать это громогласно, жизнеутверждающе. Эти вдохновенные проповеди и само богослужение, подача, эти молитвы, которые владыка произносил вслух, громко, ясно, объединяя всех вокруг Чаши Христовой — это незабываемо, это все вошло навсегда. А что касается прямых трансляций. Когда появилась возможность провести первую трансляцию на Рождество 1991-го года, собственно говоря, патриарх Алексей, Царство ему Небесное, вызвал меня и говорит: нужно съездить в Останкино, у нас появилась возможность провести первую трансляцию на Рождество. Поскольку у них-то у самих нет опыта проведения подобных, как они говорят, мероприятий, надо им хотя бы рассказать, показать, что там будет происходить. Я помню, я приехал в Богоявленский собор, приехала съемочная группа, много людей, там и режиссер, и оператор, редактор, кого там только не было, и стали думать, как, что происходит. Я рассказал, нарисовал даже схему: здесь алтарь, здесь кафедра, патриарх, вот здесь начинается, вот так Крестный ход совершается. И было понятно, что никто не имеет представления, как это все собрать воедино, нужно же пригнать ПТС, все эти камеры собрать воедино и показать все. Тогда возникла идея, причем, со стороны телевидения, они говорят: если три часа будет идти богослужение, и мы будем показывать, что звучит, что происходит, это мы все покажем. А кто это все поймет, что вообще происходит?

Кира Лаврентьева:

— Да, самый важный вопрос.

Николай Державин:

— Что за действо такое необычное. На советском телевидении тогда не было такого ничего никогда. И тогда возникла идея написать хотя бы комментарии для диктора. Я поговорил со святейшим патриархом, он говорит: ну напиши тогда, может быть, несколько страничек такого текста, порядок богослужения и что происходит, какие-то пояснительные краткие слова перевода богослужебных молитв. Я это сделал, показал святейшему патриарху, он говорит: хорошо, может, тогда им отдать, пусть они сопроводят это богослужение таким текстом. И когда я отдал, они говорят: а кто это будет произносить? Кто из дикторов? Я говорю: у вас же там в Останкино много дикторов разных, может быть, кто-то сможет. И тут мне режиссер говорит: он же не знает, в какой момент можно говорить, когда нет.

Кира Лаврентьева:

— Конечно.

Николай Державин:

— С чего начать, где сделать паузу. Тогда мне поступило предложение: сделайте это вы. Я говорю: я же не знаю, как это, я же никогда этим не занимался. Даже не было специальной комментаторской машины оборудовано. Они поставили небольшой столик в алтаре Богоявленского собора с правой стороны, там такой уголочек, там просто поставили стол, монитор, тогда еще телевизоры были такие, и микрофон один основной, один резервный. Вот пульт, нажмете на кнопочку вот вам наушники, будете слышать, на экране будете видеть происходящее. Что считаете нужным, то и говорите. Так это пошло, прошел первый эфир.

Кира Лаврентьева:

— Вы его помните?

Николай Державин:

— Я, конечно, помню очень хорошо. Это было ощущение, что я попал в какую-то другую реальность, Потому что я понимаю, какая ответственность колоссальная. Это прямой эфир, невозможно переписать.

Кира Лаврентьева:

— Вообще.

Николай Державин:

— Да, и нужно было без всякого опыта выйти в прямой эфир. Ну, это только милостью Божией и благословением священноначалия, я бы сам не дерзнул никогда. Это получилось. На следующий день, я помню, какая была реакция, сколько было звонков, сколько потом было писем, что мы увидели патриаршее богослужение. Еще и с комментариями: как это здорово, мы теперь понимаем, что происходит и зачем и для чего, почему именно так, а не иначе это делается. Реакция была замечательная. И потом это стало традиционным, каждый год на Пасху, на Рождество мы стали вести прямые эфиры. Много было разных ситуаций, когда и монитор...

Кира Лаврентьева:

— А что запомнилось? Было что-то такое, что прямо вообще...

Николай Державин:

— Из самого яркого...

Кира Лаврентьева:

— ЧП такое?

Николай Державин:

— Нет, ЧП были тоже, но самое яркое и сильное, пожалуй, это прямые эфиры из Вифлеема в 2000-м году.

Кира Лаврентьева:

— Вот это вообще.

Николай Державин:

— Да, там два эфира было, один из Вифлеема был 7-го числа, другой был из Иерусалима. Это было очень яркое впечатление.

Кира Лаврентьева:

— Две тысячи лет со дня Рождества Христова, я помню это.

Николай Державин:

— Это было столько трудностей, надо было все преодолевать, но это все у нас получилось.

Кира Лаврентьева:

— Для отдельной программы.

Николай Державин:

— Конечно, незабываемое впечатление от эфира освящения храма Христа Спасителя, это двухтысячный год, 19 августа, праздник Преображение Господне. Когда тысячи людей Крестными ходами сошлись на стилобат и все это в прямом эфире и великое освящение храма Христа Спасителя...

Кира Лаврентьева:

— Какое торжество.

Николай Державин:

— ...главного дара Русской Церкви и всей России этому юбилею — это, конечно, незабываемое впечатление. Был солнечный прекрасный день, такая была служба! Это мне очень запомнилось. Еще можно было бы вспомнить прямые эфиры, когда была возможность ездить по Украине, это, конечно, тоже незабываемо.

Кира Лаврентьева:

— Киево-Печерская лавра.

Николай Державин:

— Киево-Печерская лавра, Святогорская лавра, Почаевская лавра, в день Почаевской иконы.

Кира Лаврентьева:

— 5 августа.

Николай Державин:

— Да. Тысячи людей, море людей. И я это тоже комментировал, я это видел своими глазами, это было что-то невероятное. А скажем, молебен перед памятником князю Владимиру, тоже тысячи людей, такой подъем, такие песнопения, мощные хоры, столько духовенства, архиереев, народа. Это незабываемое впечатление, незабываемое.

Кира Лаврентьева:

— Это какой-то Божий дар нам всем.

Николай Державин:

— Это было что-то особое совершенно. А что касается курьезных случаев. Разные были случаи, монитор, помню, как-то погас, я комментировал просто по... я знаю богослужение, в наушники слышу, что происходит.

Кира Лаврентьева:

— Это очень страшно, конечно.

Николай Державин:

— Это не так страшно, страшнее, когда микрофон отключился один раз, хорошо, что был недалеко от комментаторского места сотрудник, он прибежал, где-то взял еще один микрофон, подключил его. Была небольшая пауза, а потом...

Кира Лаврентьева:

— Никто ничего не понял, все решили, что вы просто решили помолчать.

Николай Державин:

— Да. Но, конечно, ощущение в прямом эфире в такие моменты, да, это тоже незабываемо. Но это тоже опыт.

Кира Лаврентьева:

— Николай Иванович, технический вопрос. Это ведь годами, получается, вы на этих ночных литургиях не причащаетесь? Вы же комментируете, вы же не можете к Чаше спуститься?

Николай Державин:

— Я обычно причащаюсь в Великую Субботу.

Кира Лаврентьева:

— Накануне.

Николай Державин:

— Да, накануне, тем более, когда уже все переоблачились в белые одежды, прозвучали первые пасхальные песнопения.

Кира Лаврентьева:

— Песнопения в день Великой Субботы — это потрясающе. Вот она Пасха уже.

Николай Державин:

— Это ощущение, еще несколько часов и запоют Христос Воскресе, и это ощущение праздника, когда... Мне с детства запомнился момент пасхальной заутрени, когда начинает звучать тихо в алтаре: «Воскресение Твое, Христе Спасе, ангели поют на Небесех, и нас на земли сподоби чистым сердцем Тебе славити». Вот это, чтобы Господь сподобил чистым сердцем славить Его, и что первый раз они поют тихо, потом громче, потом еще громче, потом выходят, и Крестный ход. Ощущение, конечно, просто непередаваемое.

Кира Лаврентьева:

— Между небом и землей.

Николай Державин:

— Какое-то особое благодатное состояние. Так что в церкви, видите, как все, все вовремя, все уместно, и все благодатно. Важно не потерять чувства, способности...

Кира Лаврентьева:

— Удивляться чуду.

Николай Державин:

— Да, удивляться, чтобы это не стало привычкой, чтобы это каждый раз было по-новому, каждый раз было так же сильно, так же жизнеутверждающе, по-пасхальному, по-настоящему.

Кира Лаврентьева:

— Лучших слов для завершения программы, конечно, и не найти, особенно в начале Страстной недели, которая у нас вчера началась. Мы сейчас будем собираться мысленно, чтобы прийти, насколько можно, готовыми к Светлому Христову Воскресению. Но уже радостные мурашки бегут, когда вы говорите об этом, Николай Иванович, очень живо. Спасибо огромное. Дорогие друзья, напоминаю, что у нас в гостях был Николай Иванович Державин, заместитель руководителя пресс-службы святейшего патриарха Кирилла. У микрофона была Кира Лаврентьева. Огромное вам спасибо, Николай Иванович, за все ваши труды; за те, которые были; за те, которые есть; и за те, которые будут. Помоги вам Господь в каждом дне вашей жизни.

Николай Державин:

— Спасибо большое за добрые слова. Я желаю только одного, чтобы все это было к вящей славе Божией и к пользе церковной.

Кира Лаврентьева:

— Аминь.

Николай Державин:

— Спасибо.

Кира Лаврентьева:

— Всего вам доброго. До свиданья, дорогие наши слушатели.

Все выпуски программы Светлый вечер

Другие программы

Частное мнение

Переводчик во славу Божию. Анна Тумаркина

Скачать

Анна Тумаркина

Япреподаю языки накурсах. Окончила два факультета: филологический ипедагогический. Сколько себя помню, сильно переживала, что неудалось реализовать все навыки, полученные вуниверситете. Вмечтах видела себя переводчиком-синхронистом, аиногда ивовсе кандидатом филологических наук! Нонидиссертации, нипереводов вмоей жизни так инеслучилось.

Ямного лет хотела выкроить время хотябы для чего-то одного: например, небольшой художественный текст профессионально перевести, но... Сначала небыло времени, апотом -— сил. Нередко смотрела янасвои два диплома сгрустью, словно надва таланта, зарытых вземлю. При этом непереставала молиться, надеяться... авдруг?

Недавно пошла вхрам. Служба ещё неначалась. Мой духовник сидел налавке ибеседовал смолодым человеком. Внезапно прервался иподошел комне:

—Ань, как будет по-английски«решение»?

Яответила, ноудивилась. Через какое-то время батюшка снова подошел:

—Ань, поговори пожалуйста смолодым человеком по-английски, ему нужнапомощь, аяязыка незнаю. Узнай, чем можно помочь?

Батюшка ушел валтарь, аяподошла кюноше, имыразговорились. Оноказался католиком изИспании. Приехал снамерением перейти вПравославие. Уюноши были некоторые проблемы, ионмне подробно оних рассказал. Позже подошел наш батюшка иявсе передала ему. Немного побыла переводчиком между ним ииспанским гостем. Юноша поблагодарил нас иушел, твердо решив креститься вближайшее время.

Господь показал мне, что любой талант может послужить коблагу испасению ближнего. Даже если нам кажется, что сейчас онневостребован, скрыт. Никогда непоздно достать его насвет Божий, стряхнуть пыль, ииспользовать поназначению, атоиприумножить. Для меня было большой честью помочь юноше-испанцу принять верное решение. Гораздо большей, чем еслибы ядействительно стала переводчиком-синхронистом или защитила диссертацию.

Просто иногда наши таланты незарываются вземлю, аоткладываются вукромное место, чтобы однажды открыться именно там, где они больше всего нужны. Надо только нетерять надежду имолиться. Чтобы принести настоящую пользу себе иближним. Вославу Божью.

Автор: Анна Тумаркина

Все выпуски программы Частное мнение

Читать полностью

Другие программы

Утро в прозе

Ангел-хранитель

Скачать

Фото: PxHere

Сегодня я проснулась раньше обычного и отправилась в храм. В будни не всегда удаётся попасть на службу, но сегодня всё иначе — у меня именины. Захотелось отложить все дела и начать этот день не с суеты, а с благодарности Богу! Литургия прошла на одном дыхании. И уже уходя из храма, я заглянула в церковную лавку. Решила купить себе книгу. Какие же именины без подарка. Только вместо полки с литературой моё внимание неожиданно привлекла открытая витрина с подсвечниками. Там стояли небольшие фигурки ангелочков из фарфора. Я подошла поближе и взяла одну из них в руки. Этот подсвечник был как две капли воды похож на тот, что когда-то подарили мне мама с бабушкой, как раз на именины. Мне тогда было 5. Несмотря на малый возраст я хорошо запомнила то чувство восторга от необычного подарка. Вместе с мамой мы «вручили» фарфоровому ангелу свечу и бережно поставили подсвечник на полку с иконами. Каждый раз, когда свеча почти полностью догорала, и оставался лишь огарок на дне подсвечника, ангел начинал светиться изнутри, что особенно меня изумляло. Он словно оживал. Казалось, что это и есть мой Ангел-хранитель, вот здесь рядом, близко-близко. И сегодня в храме, увидев похожий подсвечник, я с трепетом ощутила присутствие своего дорогого Ангела, который на самом деле всегда рядом! И, пожалуй, это напоминание — самый лучший подарок на именины.

Текст Дарья Никольская читает Алёна Сергеева

Все выпуски программы Утро в прозе

Читать полностью

Другие программы

Богослужения вечера

Тексты богослужений праздничных и воскресных дней. Всенощное Бдение. 1 февраля (вечер 31 января) 2026г.

Вечер 31.01.26

Неде́ля о мытаре́ и фарисе́е.

Глас 1.

Нача́ло По́стной Трио́ди.

День Интрониза́ции Святе́йшего Патриа́рха

Моско́вского и всея Руси́ Кири́лла.

ВСЕНО́ЩНОЕ БДЕ́НИЕ

Вели́кая Вече́рня

Диакон: Воста́ните!

Хор: Благослови́.

Иерей: Сла́ва Святе́й и Единосу́щней и Животворя́щей и Неразде́льней Тро́ице всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Священнослужители в алтаре:

Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́ Царе́ви на́шему Бо́гу.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Ему́.

Псало́м 103, предначина́тельный:

Хор: Благослови́, душе́ моя́, Го́спода./ Благослове́н еси́, Го́споди./ Го́споди, Бо́же мой, возвели́чился еси́ зело́./ Благослове́н еси́, Го́споди./ ... / Вся прему́дростию сотвори́л еси́./ Сла́ва Ти, Го́споди, сотвори́вшему вся.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Вели́кая ектения́:

Диакон: Ми́ром Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)

Диакон: О Свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.

О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии Святы́х Бо́жиих Церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.

О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.

О вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем, Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, честне́м пресви́терстве, во Христе́ диа́констве, о всем при́чте и лю́дех, Го́споду помо́лимся.

О Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, Го́споду помо́лимся.

О гра́де сем (или: О ве́си сей), вся́ком гра́де, стране́ и ве́рою живу́щих в них, Го́споду помо́лимся.

О благорастворе́нии возду́хов, о изоби́лии плодо́в земны́х и вре́менех ми́рных, Го́споду помо́лимся.

О пла́вающих, путеше́ствующих, неду́гующих, стра́ждущих, плене́нных и о спасе́нии их. Го́споду помо́лимся.

О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.

Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко подоба́ет Тебе́ вся́кая сла́ва честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Блаже́н муж:

Хор: Блаже́н муж, и́же не и́де на сове́т нечести́вых.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Я́ко весть Госпо́дь путь пра́ведных, и путь нечести́вых поги́бнет.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Рабо́тайте Го́сподеви со стра́хом и ра́дуйтеся Ему́ с тре́петом.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Блаже́ни вси наде́ющиися Нань.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Воскресни́, Го́споди, спаси́ мя, Бо́же мой.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Госпо́дне есть спасе́ние, и на лю́дех Твои́х благослове́ние Твое́.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Ектения́ ма́лая:

Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко Твоя́ держа́ва, и Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Го́споди, воззва́х, глас 1:

Хор: Го́споди, воззва́х к Тебе́, услы́ши мя./ Услы́ши мя, Го́споди./ Го́споди, воззва́х к Тебе́, услы́ши мя:/ вонми́ гла́су моле́ния моего́,/ внегда́ воззва́ти ми к Тебе́.// Услы́ши мя, Го́споди.

Да испра́вится моли́тва моя́,/ я́ко кади́ло пред Тобо́ю,/ воздея́ние руку́ мое́ю/ — же́ртва вече́рняя.// Услы́ши мя, Го́споди.

Стихиры воскресные, глас 1:

На 10. Стих: Изведи́ из темни́цы ду́шу мою́,// испове́датися и́мени Твоему́.

Стихира: Вече́рния на́ша моли́твы/ приими́, Святы́й Го́споди,/ и пода́ждь нам оставле́ние грехо́в,/ я́ко Еди́н еси́// явле́й в ми́ре Воскресе́ние.

Стих: Мене́ ждут пра́ведницы,// до́ндеже возда́си мне.

Стихира: Обыди́те лю́дие Сио́н,/ и обыми́те Его́,/ и дади́те сла́ву в нем Воскре́сшему из ме́ртвых:/ я́ко Той есть Бог наш,// Избавле́й нас от беззако́ний на́ших.

На 8. Стих: Из глубины́ воззва́х к Тебе́, Го́споди,// Го́споди, услы́ши глас мой.

Стихира: Прииди́те лю́дие,/ воспои́м, и поклони́мся Христу́,/ сла́вяще Его́ из ме́ртвых Воскресе́ние:/ я́ко Той есть Бог наш,// от пре́лести вра́жия мир Избавле́й.

Стих: Да бу́дут у́ши Твои́// вне́млюще гла́су моле́ния моего́.

Стихира: Весели́теся Небеса́,/ воструби́те основа́ния земли́,/ возопи́йте го́ры весе́лие:/ се бо Емману́ил грехи́ на́ша на Кресте́ пригвозди́,/ и живо́т дая́й, смерть умертви́,// Ада́ма Воскреси́вый, я́ко Человеколю́бец.

На 6. Стих: А́ще беззако́ния на́зриши, Го́споди, Го́споди, кто постои́т?// Я́ко у Тебе́ очище́ние есть.

Стихира: Пло́тию во́лею распе́ншагося нас ра́ди,/ пострада́вша и погребе́нна,/ и воскре́сша из ме́ртвых,/ воспои́м глаго́люще:/ утверди́ правосла́вием Це́рковь Твою́, Христе́,/ и умири́ жизнь на́шу,// я́ко Благ и Человеколю́бец.

Стих: И́мене ра́ди Твоего́ потерпе́х Тя, Го́споди, потерпе́ душа́ моя́ в сло́во Твое́,// упова́ душа́ моя́ на Го́спода.

Стихира: Живоприе́мному Твоему́ гро́бу/ предстоя́ще, недосто́йнии,/ славосло́вие прино́сим/ неизрече́нному Твоему́ благоутро́бию, Христе́ Бо́же наш:/ я́ко Крест и смерть прия́л еси́, Безгре́шне,/ да ми́рови да́руеши Воскресе́ние,// я́ко Человеколю́бец.

На 4. Стих: От стра́жи у́тренния до но́щи, от стра́жи у́тренния,// да упова́ет Изра́иль на Го́спода.

Стихира: И́же Отцу́ собезнача́льна,/ и соприсносу́щна Сло́ва,/ от Деви́ческаго чре́ва происше́дшаго неизрече́нно,/ и Крест и смерть нас ра́ди во́лею прие́мшаго,/ и воскре́сша во сла́ве,/ воспои́м глаго́люще:/ Живода́вче Го́споди, сла́ва Тебе́,// Спа́се душ на́ших.

Стихиры Недели о мытаре и фарисее, глас 1, самогласны:

Стих: Я́ко у Го́спода ми́лость, и мно́гое у Него́ избавле́ние,// и Той изба́вит Изра́иля от всех беззако́ний его́.

Стихира: Не помо́лимся фарисе́йски, бра́тие:/ и́бо вознося́й себе́ смири́тся./ Смири́м себе́ пред Бо́гом,/ мыта́рски поще́нием зову́ще:// очи́сти ны, Бо́же, гре́шныя.

На 2. Стих: Хвали́те Го́спода вси язы́цы,// похвали́те Его́ вси лю́дие.

Стих: Я́ко утверди́ся ми́лость Его́ на нас,// и и́стина Госпо́дня пребыва́ет во век.

Стихира: Фарисе́й тщесла́вием побежда́емь,/ и мыта́рь покая́нием приклоня́емь,/ приступи́ста к Тебе́ еди́ному Влады́це:/ но ов у́бо похвали́вся, лиши́ся благи́х:/ ов же ничто́же веща́в, сподо́бися дарова́ний./ В сих воздыха́ниих утверди́ мя, Христе́ Бо́же,// я́ко Человеколю́бец.

Стихира Недели о мытаре и фарисее, глас 8:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Стихира: Вседержи́телю Го́споди,/ вем, коли́ко мо́гут сле́зы:/ Езеки́ю бо от врат сме́ртных возведо́ша,/ гре́шную от многоле́тных согреше́ний изба́виша,/ мытаря́ же па́че фарисе́я оправда́ша:// и молю́ся, с ни́ми причта́в, поми́луй мя.

Догматик, глас 1:

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Догматик: Всеми́рную сла́ву,/ от челове́к прозя́бшую,/ и Влады́ку ро́ждшую,/ небе́сную дверь,/ воспои́м Мари́ю Де́ву,/ безпло́тных песнь, и ве́рных удобре́ние./ Сия́ бо яви́ся не́бо, и храм Божества́:/ Сия́ прегражде́ние вражды́ разруши́вши,/ мир введе́, и Ца́рствие отве́рзе./ Сию́ у́бо иму́ще ве́ры утвержде́ние,/ побо́рника и́мамы из Нея́ ро́ждшагося Го́спода./ Дерза́йте у́бо, дерза́йте лю́дие Бо́жии:/ и́бо Той победи́т враги́,// я́ко Всеси́лен.

Вход с кади́лом:

Диакон: Прему́дрость, про́сти.

Све́те Ти́хий:

Хор: Све́те Ти́хий святы́я сла́вы Безсме́ртнаго Отца́ Небе́снаго, Свята́го, Блаже́ннаго, Иису́се Христе́! Прише́дше на за́пад со́лнца, ви́девше свет вече́рний, пое́м Отца́, Сы́на и Свята́го Ду́ха, Бо́га. Досто́ин еси́ во вся времена́ пет бы́ти гла́сы преподо́бными, Сы́не Бо́жий, живо́т дая́й; те́мже мир Тя сла́вит.

Диакон: Во́нмем.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Проки́мен воскре́сный, глас 6:

Диакон: Прему́дрость во́нмем. Проки́мен, глас шесты́й: Госпо́дь воцари́ся, в ле́поту облече́ся.

Хор: Госпо́дь воцари́ся, в ле́поту облече́ся. (На каждый стих)

Диакон: Облече́ся Госпо́дь в си́лу, и препоя́сася.

Стих 2: И́бо утверди́ вселе́нную, я́же не подви́жится.

Стих 3: До́му Твоему́ подоба́ет святы́ня, Го́споди, в долготу́ дний.

Диакон: Госпо́дь воцари́ся.

Хор: В ле́поту облече́ся.

Ектения́ сугу́бая:

Диакон: Рцем вси от всея́ души́, и от всего́ помышле́ния на́шего рцем.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Го́споди Вседержи́телю, Бо́же оте́ц на́ших, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Поми́луй нас, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды, на каждое прошение)

Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, и всей во Христе́ бра́тии на́шей.

Еще́ мо́лимся о Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, да ти́хое и безмо́лвное житие́ поживе́м во вся́ком благоче́стии и чистоте́.

Еще́ мо́лимся о блаже́нных и приснопа́мятных созда́телех свята́го хра́ма сего́, и о всех преждепочи́вших отце́х и бра́тиях, зде лежа́щих и повсю́ду, правосла́вных.

Еще́ мо́лимся о ми́лости, жи́зни, ми́ре, здра́вии, спасе́нии, посеще́нии, проще́нии и оставле́нии грехо́в рабо́в Бо́жиих настоя́теля, бра́тии и прихо́жан свята́го хра́ма сего́.

Еще́ мо́лимся о плодонося́щих и доброде́ющих во святе́м и всечестне́м хра́ме сем, тружда́ющихся, пою́щих и предстоя́щих лю́дех, ожида́ющих от Тебе́ вели́кия и бога́тыя ми́лости.

Иерей: Я́ко Ми́лостив и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Сподо́би, Го́споди:

Хор: Сподо́би, Го́споди, в ве́чер сей без греха́ сохрани́тися нам. Благослове́н еси́, Го́споди, Бо́же оте́ц на́ших, и хва́льно и просла́влено и́мя Твое́ во ве́ки. Ами́нь.

Бу́ди, Го́споди, ми́лость Твоя́ на нас, я́коже упова́хом на Тя. Благослове́н еси́, Го́споди, научи́ мя оправда́нием Твои́м. Благослове́н еси́, Влады́ко, вразуми́ мя оправда́нием Твои́м. Благослове́н еси́, Святы́й, просвети́ мя оправда́нии Твои́ми.

Го́споди, ми́лость Твоя́ во век, дел руку́ Твое́ю не пре́зри. Тебе́ подоба́ет хвала́, Тебе́ подоба́ет пе́ние, Тебе́ сла́ва подоба́ет. Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Ектения́ проси́тельная:

Диакон: Испо́лним вече́рнюю моли́тву на́шу Го́сподеви.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Ве́чера всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.

Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)

Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.

Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.

До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.

Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.

Христиа́нския кончи́ны живота́ на́шего, безболе́знены, непосты́дны, ми́рны и до́браго отве́та на Стра́шнем Суди́щи Христо́ве про́сим.

Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́, и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко Благ и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Диакон: Главы́ на́ша Го́сподеви прикло́ним.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Бу́ди держа́ва Ца́рствия Твоего́ благослове́на и препросла́влена. Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Лития́: (В приходской традиции может опускаться)

Поется стихира храма [1] , затем:

Стихира Недели о мытаре и фарисее, глас 3:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Стихира: Мытаря́ и фарисе́я разли́чие разуме́вши душе́ моя́,/ о́наго у́бо возненави́ждь горды́нный глас:/ о́ваго же ревну́й благоумиле́нной моли́тве, и возопи́й:// Бо́же, очи́сти мя гре́шнаго, и поми́луй мя.

Богородичен воскресный, глас 3:

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Богородичен: Без се́мене от Боже́ственнаго Ду́ха,/ во́лею же О́тчею зачала́ еси́ Сы́на Бо́жия,/ от Отца́ без ма́тере пре́жде век су́ща:/ нас же ра́ди, из Тебе́ без отца́ бы́вша,/ пло́тию родила́ еси́,/ и Младе́нца млеко́м пита́ла еси́./ Те́мже не преста́й моли́ти,// изба́витися от бед душа́м на́шим.

Диакон: Спаси́, Бо́же, лю́ди Твоя́ и благослови́ достоя́ние Твое́, посети́ мир Твой ми́лостию и щедро́тами, возвы́си рог христиа́н правосла́вных и низпосли́ на ны ми́лости Твоя́ бога́тыя, моли́твами всепречи́стыя Влады́чицы на́шея Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и, си́лою Честна́го и Животворя́щаго Креста́, предста́тельствы честны́х Небе́сных Сил безпло́тных, честна́го, сла́внаго проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Иоа́нна, святы́х сла́вных и всехва́льных Апо́стол, и́же во святы́х оте́ц на́ших и вселе́нских вели́ких учи́телей и святи́телей, Васи́лия Вели́каго, Григо́рия Богосло́ва и Иоа́нна Златоу́стаго, и́же во святы́х отца́ на́шего Никола́я, архиепи́скопа Мирлики́йскаго, чудотво́рца, святы́х равноапо́стольных Мефо́дия и Кири́лла, учи́телей слове́нских, святы́х равноапо́стольных вели́каго кня́зя Влади́мира и вели́кия княги́ни О́льги, и́же во святы́х оте́ц на́ших: святи́теля Михаи́ла, пе́рвого митрополи́та Ки́евскаго, первосвяти́телей Моско́вских и всея́ Руси́: Петра́, Алекси́я, Ио́ны, Мака́рия, Фили́ппа, И́ова, Ермоге́на и Ти́хона, митрополи́тов Моско́вских Филаре́та, Инноке́нтия и Мака́рия. Святы́х, сла́вных и добропобе́дных му́чеников, новому́чеников и испове́дников Це́ркве Ру́сския: Влади́мира, митрополи́та Ки́евскаго, Вениами́на, митрополи́та Петрогра́дского, Петра́, митрополи́та Крути́цкаго, Иларио́на, архиепи́скопа Вере́йскаго, святы́х ца́рственных страстоте́рпцев, преподобному́чениц вели́кия княги́ни Елисаве́ты и и́нокини Варва́ры, преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших, преподо́бных оте́ц ста́рцев О́птинских, святы́х пра́ведных Иоа́нна Кроншта́дтскаго и Алекси́я Моско́вскаго, святы́х блаже́нных Ксе́нии Петербу́ржския и Матро́ны Моско́вския, святы́х и пра́ведных богооте́ц Иоаки́ма и А́нны (и свята́го имяре́к, егоже есть храм и егоже есть день), и всех святы́х. Мо́лим Тя, многоми́лостиве Го́споди, услы́ши нас, гре́шных, моля́щихся Тебе́, и поми́луй нас.

Хор: Го́споди, поми́луй. (40 раз)

Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о господи́не на́шем высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к и о всем во Христе́ бра́тстве на́шем, и о вся́кой души́ христиа́нстей, скорбя́щей же и озло́бленней, ми́лости Бо́жия и по́мощи тре́бующей; о покрове́нии гра́да сего́, и живу́щих в нем, о ми́ре, и состоя́нии всего́ ми́ра; о благостоя́нии святы́х Бо́жиих церкве́й; о спасе́нии и по́мощи со тща́нием и стра́хом Бо́жиим тружда́ющихся и служа́щих оте́ц и бра́тий на́ших; о оста́вльшихся и во отше́ствии су́щих; о исцеле́нии в не́мощех лежа́щих; о успе́нии, осла́бе, блаже́нней па́мяти и о оставле́нии грехо́в всех преждеотше́дших оте́ц и бра́тий на́ших, зде лежа́щих и повсю́ду правосла́вных; о избавле́нии плене́нных, и о бра́тиях на́ших во слу́жбах су́щих, и о всех служа́щих и служи́вших во святе́м хра́ме сем рцем.

Хор: Го́споди, поми́луй. (50 раз)

Диакон: Еще́ мо́лимся о е́же сохрани́тися гра́ду сему́, и свято́му хра́му сему́, и вся́кому гра́ду и стране́, от гла́да, губи́тельства, тру́са, пото́па, огня́, меча́, наше́ствия иноплеме́нников и междоусо́бныя бра́ни; о е́же ми́лостиву и благоуве́тливу бы́ти благо́му и человеколюби́вому Бо́гу на́шему, отврати́ти вся́кий гнев на ны дви́жимый, и изба́вити ны от належа́щаго и пра́веднаго Своего́ преще́ния и поми́ловати ны.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Диакон: Еще́ мо́лимся и о е́же услы́шати Го́споду Бо́гу глас моле́ния нас, гре́шных, и поми́ловати нас.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Иерей: Услы́ши ны, Бо́же, Спаси́телю наш, упова́ние всех конце́в земли́ и су́щих в мо́ри дале́че, и ми́лостив, ми́лостив бу́ди, Влады́ко, о гресе́х на́ших, и поми́луй ны. Ми́лостив бо и человеколю́бец Бог еси́, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́, и Сы́ну, и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Диакон: Главы́ на́ша Го́сподеви прикло́ним.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Влады́ко многоми́лостиве, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, моли́твами всепречи́стыя Влады́чицы на́шея Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и, си́лою Честна́го и Животворя́щаго Креста́, предста́тельствы честны́х Небе́сных Сил безпло́тных, честна́го, сла́внаго проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Иоа́нна, святы́х сла́вных и всехва́льных Апо́стол, и́же во святы́х оте́ц на́ших и вселе́нских вели́ких учи́телей и святи́телей, Васи́лия Вели́каго, Григо́рия Богосло́ва и Иоа́нна Златоу́стаго, и́же во святы́х отца́ на́шего Никола́я, архиепи́скопа Мирлики́йскаго, чудотво́рца, святы́х равноапо́стольных Мефо́дия и Кири́лла, учи́телей слове́нских, святы́х равноапо́стольных вели́каго кня́зя Влади́мира и вели́кия княги́ни О́льги, и́же во святы́х оте́ц на́ших: святи́теля Михаи́ла, пе́рвого митрополи́та Ки́евскаго, первосвяти́телей Моско́вских и всея́ Руси́: Петра́, Алекси́я, Ио́ны, Мака́рия, Фили́ппа, И́ова, Ермоге́на и Ти́хона, митрополи́тов Моско́вских Филаре́та, Инноке́нтия и Мака́рия. Святы́х, сла́вных и добропобе́дных му́чеников, новому́чеников и испове́дников Це́ркве Ру́сския: Влади́мира, митрополи́та Ки́евскаго, Вениами́на, митрополи́та Петрогра́дского, Петра́, митрополи́та Крути́цкаго, Иларио́на, архиепи́скопа Вере́йскаго, святы́х ца́рственных страстоте́рпцев, преподобному́чениц вели́кия княги́ни Елисаве́ты и и́нокини Варва́ры, преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших, преподо́бных оте́ц ста́рцев О́птинских, святы́х пра́ведных Иоа́нна Кроншта́дтскаго и Алекси́я Моско́вскаго, святы́х блаже́нных Ксе́нии Петербу́ржския и Матро́ны Моско́вския, святы́х и пра́ведных богооте́ц Иоаки́ма и А́нны (и свята́го имяре́к, егоже есть храм и егоже есть день) и всех святы́х. благоприя́тну сотвори́ моли́тву на́шу, да́руй нам оставле́ние прегреше́ний на́ших, покры́й нас кро́вом крилу́ Твое́ю, отжени́ от нас вся́каго врага́ и супоста́та, умири́ на́шу жизнь. Го́споди, поми́луй нас и мир Твой, и спаси́ ду́ши на́ша, я́ко благ и человеколю́бец.

Хор: Ами́нь.

Стихи́ры на стихо́вне:

Стихиры воскресные, глас 1:

Стихира: Стра́стию Твое́ю, Христе́,/ от страсте́й свободи́хомся,/ и воскресе́нием Твои́м из истле́ния изба́вихомся,// Го́споди, сла́ва Тебе́.

Стих: Госпо́дь воцари́ся,// в ле́поту облече́ся.

Стихира: Да ра́дуется тварь, небеса́ да веселя́тся,/ рука́ми да воспле́щут язы́цы с весе́лием:/ Христо́с бо Спас наш, на Кресте́ пригвозди́ грехи́ на́ша:/ и смерть умертви́в, живо́т нам дарова́,/ па́дшаго Ада́ма всеро́днаго Воскреси́вый,// я́ко Человеколю́бец.

Стих: И́бо утверди́ вселе́нную,// я́же не подви́жится.

Стихира: Царь сый небесе́ и земли́ непостижи́ме,/ во́лею распя́лся еси́ за человеколю́бие./ Его́же ад срет до́ле, огорчи́ся,/ и пра́ведных ду́ши прие́мша, возра́довашася:/ Ада́м же, ви́дев Тя, Зижди́теля в преиспо́дних, воскре́се./ О чудесе́! Ка́ко сме́рти вкуси́ всех жизнь;/ но я́коже восхоте́ мир просвети́ти зову́щий и глаго́лющий:// Воскресы́й из ме́ртвых, Го́споди, сла́ва Тебе́.

Стих: До́му Твоему́ подоба́ет святы́ня,// Го́споди, в долготу́ дний.

Стихира: Жены́ мироно́сицы, ми́ра нося́ща,/ со тща́нием и рыда́нием гро́ба Твоего́ достиго́ша,/ и не обре́тша Пречи́стаго Те́ла Твоего́,/ от А́нгела же уве́девша но́вое и пресла́вное чу́до,/ Апо́столом глаго́лаху:/ воскре́се Госпо́дь,// подая́ ми́рови ве́лию ми́лость.

Стихира Недели о мытаре и фарисее, глас 5:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Стихира: Отягче́нныма очи́ма мои́ма от беззако́ний мои́х,/ не могу́ воззре́ти и ви́дети высоту́ небе́сную:/ но приими́ мя, я́ко мытаря́ ка́ющася, Спа́се,// и поми́луй мя.

Богородичен воскресный, глас 5:

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Богородичен: Храм и Дверь еси́,/ Пала́та и Престо́л Царе́в,/ Де́во Всечестна́я,/ Е́юже Изба́витель мой, Христо́с Госпо́дь,/ во тьме спя́щим яви́ся,/ Со́лнце Сый пра́вды,/ просвети́ти хотя́, я́же созда́ по о́бразу Своему́ руко́ю Свое́ю./ Те́мже, Всепе́тая,/ я́ко Ма́терне дерзнове́ние к Нему́ стяжа́вшая,/ непреста́нно моли́// спасти́ся душа́м на́шим.

Моли́тва свято́го Симео́на Богоприи́мца:

Хор: Ны́не отпуща́еши раба́ Твоего́, Влады́ко,/ по глаго́лу Твоему́, с ми́ром;/ я́ко ви́деста о́чи мои́ спасе́ние Твое́,/ е́же еси́ угото́вал пред лице́м всех люде́й,/ свет во открове́ние язы́ков,// и сла́ву люде́й Твои́х Изра́иля.

Трисвято́е по О́тче наш:

Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.

Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.

Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Тропа́рь, глас 4:

Хор: Богоро́дице Де́во, ра́дуйся,/ Благода́тная Мари́е, Госпо́дь с Тобо́ю:/ благослове́на Ты в жена́х/ и благослове́н Плод чре́ва Твоего́,// я́ко Спа́са родила́ еси́ душ на́ших. (Трижды)

Благослове́ние хле́бов:

Диакон: Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Иерей: Го́споди Иису́се Христе́ Бо́же наш, благослови́вый пять хле́бов и пять ты́сящ насы́тивый, Сам благослови́ и хле́бы сия́, пшени́цу, вино́ и еле́й; и умно́жи сия́ во гра́де сем и во всем ми́ре Твое́м; и вкуша́ющия от них ве́рныя освяти́. Я́ко Ты еси́ благословля́яй и освяща́яй вся́ческая, Христе́ Бо́же наш, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, со Безнача́льным Твои́м Отце́м, и Всесвяты́м, и Благи́м, и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь. Бу́ди И́мя Госпо́дне благослове́но от ны́не и до ве́ка. (Трижды)

Псало́м 33:

Хор: Благословлю́ Го́спода на вся́кое вре́мя,/ вы́ну хвала́ Его́ во усте́х мои́х./ О Го́споде похва́лится душа́ моя́,/ да услы́шат кро́тции, и возвеселя́тся./ Возвели́чите Го́спода со мно́ю,/ и вознесе́м И́мя Его́ вку́пе./ Взыска́х Го́спода, и услы́ша мя,/ и от всех скорбе́й мои́х изба́ви мя./ Приступи́те к Нему́, и просвети́теся,/ и ли́ца ва́ша не постыдя́тся./ Сей ни́щий воззва́, и Госпо́дь услы́ша и,/ и от всех скорбе́й его́ спасе́ и./ Ополчи́тся А́нгел Госпо́день о́крест боя́щихся Его́,/ и изба́вит их./ Вкуси́те и ви́дите, я́ко благ Госпо́дь:/ блаже́н муж, и́же упова́ет Нань./ Бо́йтеся Го́спода, вси святи́и Его́,/ я́ко несть лише́ния боя́щимся Его́./ Бога́тии обнища́ша и взалка́ша:/ взыска́ющии же Го́спода// не лиша́тся вся́каго бла́га.

Иерей: Благослове́ние Госпо́дне на вас, Того́ благода́тию и человеколю́бием, всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

У́треня

Шестопса́лмие:

Хор: Сла́ва в вы́шних Бо́гу, и на земли́ мир, в челове́цех благоволе́ние. (Трижды)

Го́споди, устне́ мои́ отве́рзеши, и уста́ моя́ возвестя́т хвалу́ Твою́. (Дважды)

Псало́м 3:

Чтец: Го́споди, что ся умно́жиша стужа́ющии ми? Мно́зи востаю́т на мя, мно́зи глаго́лют души́ мое́й: несть спасе́ния ему́ в Бо́зе его́. Ты же, Го́споди, Засту́пник мой еси́, сла́ва моя́ и вознося́й главу́ мою́. Гла́сом мои́м ко Го́споду воззва́х, и услы́ша мя от горы́ святы́я Своея́. Аз усну́х, и спах, воста́х, я́ко Госпо́дь засту́пит мя. Не убою́ся от тем люде́й, о́крест напа́дающих на мя. Воскресни́, Го́споди, спаси́ мя, Бо́же мой, я́ко Ты порази́л еси́ вся вражду́ющия ми всу́е: зу́бы гре́шников сокруши́л еси́. Госпо́дне есть спасе́ние, и на лю́дех Твои́х благослове́ние Твое́.

Аз усну́х, и спах, воста́х, я́ко Госпо́дь засту́пит мя.

Псало́м 37:

Го́споди, да не я́ростию Твое́ю обличи́ши мене́, ниже́ гне́вом Твои́м нака́жеши мене́. Я́ко стре́лы Твоя́ унзо́ша во мне, и утверди́л еси́ на мне ру́ку Твою́. Несть исцеле́ния в пло́ти мое́й от лица́ гне́ва Твоего́, несть ми́ра в косте́х мои́х от лица́ грех мои́х. Я́ко беззако́ния моя́ превзыдо́ша главу́ мою́, я́ко бре́мя тя́жкое отяготе́ша на мне. Возсмерде́ша и согни́ша ра́ны моя́ от лица́ безу́мия моего́. Пострада́х и сляко́хся до конца́, весь день се́туя хожда́х. Я́ко ля́двия моя́ напо́лнишася поруга́ний, и несть исцеле́ния в пло́ти мое́й. Озло́блен бых и смири́хся до зела́, рыка́х от воздыха́ния се́рдца моего́. Го́споди, пред Тобо́ю все жела́ние мое́ и воздыха́ние мое́ от Тебе́ не утаи́ся. Се́рдце мое́ смяте́ся, оста́ви мя си́ла моя́, и свет о́чию мое́ю, и той несть со мно́ю. Дру́зи мои́ и и́скреннии мои́ пря́мо мне прибли́жишася и ста́ша, и бли́жнии мои́ отдале́че мене́ ста́ша и нужда́хуся и́щущии ду́шу мою́, и и́щущии зла́я мне глаго́лаху су́етная и льсти́вным весь день поуча́хуся. Аз же я́ко глух не слы́шах и я́ко нем не отверза́яй уст свои́х. И бых я́ко челове́к не слы́шай и не имы́й во усте́х свои́х обличе́ния. Я́ко на Тя, Го́споди, упова́х, Ты услы́шиши, Го́споди Бо́же мой. Я́ко рех: да не когда́ пора́дуют ми ся врази́ мои́: и внегда́ подвижа́тися нога́м мои́м, на мя велере́чеваша. Я́ко аз на ра́ны гото́в, и боле́знь моя́ предо мно́ю есть вы́ну. Я́ко беззако́ние мое́ аз возвещу́ и попеку́ся о гресе́ мое́м. Врази́ же мои́ живу́т и укрепи́шася па́че мене́, и умно́жишася ненави́дящии мя без пра́вды. Воздаю́щии ми зла́я возблага́я оболга́ху мя, зане́ гоня́х благосты́ню. Не оста́ви мене́, Го́споди Бо́же мой, не отступи́ от мене́. Вонми́ в по́мощь мою́, Го́споди спасе́ния моего́.

Не оста́ви мене́, Го́споди Бо́же мой, не отступи́ от мене́. Вонми́ в по́мощь мою́, Го́споди спасе́ния моего́.

Псало́м 62:

Бо́же, Бо́же мой, к Тебе́ у́тренюю, возжада́ Тебе́ душа́ моя́, коль мно́жицею Тебе́ плоть моя́, в земли́ пу́сте и непрохо́дне, и безво́дне. Та́ко во святе́м яви́хся Тебе́, ви́дети си́лу Твою́ и сла́ву Твою́. Я́ко лу́чши ми́лость Твоя́ па́че живо́т, устне́ мои́ похвали́те Тя. Та́ко благословлю́ Тя в животе́ мое́м, о и́мени Твое́м воздежу́ ру́це мои́. Я́ко от ту́ка и ма́сти да испо́лнится душа́ моя́, и устна́ма ра́дости восхва́лят Тя уста́ моя́. А́ще помина́х Тя на посте́ли мое́й, на у́тренних поуча́хся в Тя. Я́ко был еси́ Помо́щник мой, и в кро́ве крилу́ Твое́ю возра́дуюся. Прильпе́ душа́ моя́ по Тебе́, мене́ же прия́т десни́ца Твоя́. Ти́и же всу́е иска́ша ду́шу мою́, вни́дут в преиспо́дняя земли́, предадя́тся в ру́ки ору́жия, ча́сти ли́совом бу́дут. Царь же возвесели́тся о Бо́зе, похва́лится всяк клены́йся Им, я́ко загради́шася уста́ глаго́лющих непра́ведная.

На у́тренних поуча́хся в Тя. Я́ко был еси́ Помо́щник мой, и в кро́ве крилу́ Твое́ю возра́дуюся. Прильпе́ душа́ моя́ по Тебе́, мене́ же прия́т десни́ца Твоя́.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Го́споди поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Псало́м 87:

Го́споди Бо́же спасе́ния моего́, во дни воззва́х, и в нощи́ пред Тобо́ю. Да вни́дет пред Тя моли́тва моя́: приклони́ у́хо Твое́ к моле́нию моему́, я́ко испо́лнися зол душа́ моя́, и живо́т мой а́ду прибли́жися. Привмене́н бых с низходя́щими в ров, бых я́ко челове́к без по́мощи, в ме́ртвых свобо́дь, я́ко я́звеннии спя́щии во гро́бе, и́хже не помяну́л еси́ ктому́, и ти́и от руки́ Твоея́ отринове́ни бы́ша. Положи́ша мя в ро́ве преиспо́днем, в те́мных и се́ни сме́ртней. На мне утверди́ся я́рость Твоя́, и вся во́лны Твоя́ наве́л еси́ на мя. Уда́лил еси́ зна́емых мои́х от мене́, положи́ша мя ме́рзость себе́: пре́дан бых и не исхожда́х. О́чи мои́ изнемого́сте от нищеты́, воззва́х к Тебе́, Го́споди, весь день, возде́х к Тебе́ ру́це мои́. Еда́ ме́ртвыми твори́ши чудеса́? Или́ вра́чеве воскреся́т, и испове́дятся Тебе́? Еда́ пове́сть кто во гро́бе ми́лость Твою́, и и́стину Твою́ в поги́бели? Еда́ позна́на бу́дут во тьме чудеса́ Твоя́, и пра́вда Твоя́ в земли́ забве́нней? И аз к Тебе́, Го́споди, воззва́х и у́тро моли́тва моя́ предвари́т Тя. Вску́ю, Го́споди, отре́еши ду́шу мою́, отвраща́еши лице́ Твое́ от мене́? Нищ есмь аз, и в труде́х от ю́ности моея́; возне́с же ся, смири́хся, и изнемого́х. На мне преидо́ша гне́ви Твои́, устраше́ния Твоя́ возмути́ша мя, обыдо́ша мя я́ко вода́, весь день одержа́ша мя вку́пе. Уда́лил еси́ от мене́ дру́га и и́скренняго, и зна́емых мои́х от страсте́й.

Го́споди Бо́же спасе́ния моего́, во дни воззва́х, и в нощи́ пред Тобо́ю. Да вни́дет пред Тя моли́тва моя́: приклони́ у́хо Твое́ к моле́нию моему́.

Псало́м 102:

Благослови́, душе́ моя́, Го́спода, и вся вну́тренняя моя́ и́мя свя́тое Его́. Благослови́, душе́ моя́, Го́спода, и не забыва́й всех воздая́ний Его́, очища́ющаго вся беззако́ния твоя́, исцеля́ющаго вся неду́ги твоя́, избавля́ющаго от истле́ния живо́т твой, венча́ющаго тя ми́лостию и щедро́тами, исполня́ющаго во благи́х жела́ние твое́: обнови́тся я́ко о́рля ю́ность твоя́. Творя́й ми́лостыни Госпо́дь, и судьбу́ всем оби́димым. Сказа́ пути́ Своя́ Моисе́ови, сыново́м Изра́илевым хоте́ния Своя́: Щедр и Ми́лостив Госпо́дь, Долготерпели́в и Многоми́лостив. Не до конца́ прогне́вается, ниже́ в век вражду́ет, не по беззако́нием на́шим сотвори́л есть нам, ниже́ по грехо́м на́шим возда́л есть нам. Я́ко по высоте́ небе́сней от земли́, утверди́л есть Госпо́дь ми́лость Свою́ на боя́щихся Его́. Ели́ко отстоя́т восто́цы от за́пад, уда́лил есть от нас беззако́ния на́ша. Я́коже ще́дрит оте́ц сы́ны, уще́дри Госпо́дь боя́щихся Его́. Я́ко Той позна́ созда́ние на́ше, помяну́, я́ко персть есмы́. Челове́к, я́ко трава́ дни́е его́, я́ко цвет се́льный, та́ко оцвете́т, я́ко дух про́йде в нем, и не бу́дет, и не позна́ет ктому́ ме́ста своего́. Ми́лость же Госпо́дня от ве́ка и до ве́ка на боя́щихся Его́, и пра́вда Его́ на сыне́х сыно́в, храня́щих заве́т Его́, и по́мнящих за́поведи Его́ твори́ти я́. Госпо́дь на Небеси́ угото́ва Престо́л Свой, и Ца́рство Его́ все́ми облада́ет. Благослови́те Го́спода вси А́нгели Его́, си́льнии кре́постию, творя́щии сло́во Его́, услы́шати глас слове́с Его́. Благослови́те Го́спода вся Си́лы Его́, слуги́ Его́, творя́щии во́лю Его́. Благослови́те Го́спода вся дела́ Его́, на вся́ком ме́сте влады́чествия Его́, благослови́, душе́ моя́, Го́спода.

На вся́ком ме́сте влады́чествия Его́, благослови́, душе́ моя́, Го́спода.

Псало́м 142:

Го́споди, услы́ши моли́тву мою́, внуши́ моле́ние мое́ во и́стине Твое́й, услы́ши мя в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м, я́ко не оправди́тся пред Тобо́ю всяк живы́й. Я́ко погна́ враг ду́шу мою́, смири́л есть в зе́млю живо́т мой, посади́л мя есть в те́мных, я́ко ме́ртвыя ве́ка. И уны́ во мне дух мой, во мне смяте́ся се́рдце мое́. Помяну́х дни дре́вния, поучи́хся во всех де́лех Твои́х, в творе́ниих руку́ Твое́ю поуча́хся. Возде́х к Тебе́ ру́це мои́, душа́ моя́, я́ко земля́ безво́дная Тебе́. Ско́ро услы́ши мя, Го́споди, исчезе́ дух мой, не отврати́ лица́ Твоего́ от мене́, и уподо́блюся низходя́щим в ров. Слы́шану сотвори́ мне зау́тра ми́лость Твою́, я́ко на Тя упова́х. Скажи́ мне, Го́споди, путь во́ньже пойду́, я́ко к Тебе́ взях ду́шу мою́. Изми́ мя от враг мои́х, Го́споди, к Тебе́ прибего́х. Научи́ мя твори́ти во́лю Твою́, я́ко Ты еси́ Бог мой. Дух Твой Благи́й наста́вит мя на зе́млю пра́ву. И́мене Твоего́ ра́ди, Го́споди, живи́ши мя, пра́вдою Твое́ю изведе́ши от печа́ли ду́шу мою́. И ми́лостию Твое́ю потреби́ши враги́ моя́ и погуби́ши вся стужа́ющия души́ мое́й, я́ко аз раб Твой есмь.

Услы́ши мя, Го́споди, в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м.

Дух Твой Благи́й наста́вит мя на зе́млю пра́ву.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

После Шестопсалмия