Поделиться
— Маргарита, ты в удивительном месте работаешь! Третьяковская галерея, весь день проводишь рядом с шедеврами. А потом, вот как сейчас — выходишь на улицу, и снова тебя окружает красота. Всюду старинные храмы. Скорбященская церковь на Большой Ордынке, Мученика Климента Папы Римского возле метро «Третьяковская»...
— Да, Олечка! Жаль, что к красоте со временем привыкаешь, и порой перестаёшь её замечать. Спешишь куда-то мимо, по своим делам. Ты сейчас снова открыла мне на неё глаза. И я вспомнила одну картину...
— Из Третьяковской галереи?
— Нет, Оля, она находится в Музейно-Выставочном комплексе Академии акварели Сергея Андрияки. Сергей Николаевич — один из немногих современных мастеров акварельной академической живописи.
— Ну конечно, я знаю о нём! Видела некоторые работы в интернете. Такие светлые картины! В основном, кажется, пейзажи. И ещё цветы!
— Сергея Андрияку часто называют художником цветов и храмов. На полотне, о котором я хотела рассказать — тоже храмы. Как раз те самые, что ты сейчас упомянула.
— Скорбященский и Климентовский?
— Да. А называется эта работа художника «Старая Москва». Сергей Андрияка создал её в 1982 году. Если хочешь, можем сейчас найти её в интернете.
— И я собиралась то же самое предложить! Мы, кстати, как раз до сквера Шмелёва дошли — давай присядем здесь, и ты мне всё расскажешь.
— Отличное предложение!
— Так, я, кажется, нашла картину... Это ведь она?
— Совершенно, верно, Оля, это «Старая Москва» Сергея Андрияки. Зимний пейзаж.
— Какая поразительная лёгкость, прозрачность красок! Колокольня Скорбященской церкви на первом плане, в морозной сиреневой дымке. А чуть поодаль — красно-карминовые главы храма Климента Папы Римского. На крышах и куполах лежит снег. Кресты устремлены высоко в бело-розовое небо. Чудесная атмосфера — спокойная, отрадная.
— Этот пейзаж Сергей Андрияка на протяжении нескольких лет видел из окна Суриковской художественной школы. Она располагалась когда-то в Лаврушинском переулке, прямо напротив Третьяковской галереи. В 1970-е годы Сергей Николаевич был её студентом. Художник вспоминал, что потрясающий вид на храмы открывался из аудиторий на втором этаже школы. И этот облик старой Москвы — крыши купеческих особняков, купола храмов — всегда притягивал его.
— Значит, «Старая Москва» — это студенческая работа живописца?
— Не совсем. После окончания Суриковской художественной школы Сергей Андрияка остался там преподавать — живопись, рисунок и композицию. Вид из окна, как это часто бывает, постепенно примелькался. Но однажды — была зима — художник взглянул на него как бы заново. Он подумал, что когда-нибудь покинет стены школы, и больше уже не увидит храмы с этого потрясающего ракурса. И решил запечатлеть пейзаж.
— Замечательно сделал! И мы теперь тоже можем взглянуть на этот уголок глазами живописца.
— Интересно, что пейзаж «Старая Москва» стал одним из первых серьёзных опытов Сергея Андрияки в акварели — технике, в которой он впоследствии работал всю жизнь. Художник рассказывал, что именно тогда открыл для себя её удивительные выразительные возможности.
— Да, эта прозрачность и некая размытость создают настроение и атмосферу картины — атмосферу старой Москвы.
— И вновь напоминают нам о её красоте, которую в будничном беге мы часто перестаём замечать.
Все выпуски программы Свидание с шедевром
Дома
Поделиться
Фото: Anastasia Shuraeva / Pexels
Под утро в мой сон ворвался сладкий медовый запах. Я так явно ощутила его, что сразу проснулась. И поняла: мне это не приснилось! Комната действительно была наполнена чудесным, летним и таким знакомым ароматом. Делаю глубокий вдох: кажется, пахнет из кухни. В недоумении шлёпаю босиком по нагретому утренним солнцем паркету. Открываю дверь, и сердце подпрыгивает от радости: мама приехала! Вот так сюрприз! Стоит, как ни в чём не бывало, у плиты, помешивает что-то в большой кастрюле... Варенье! Надо же, целое ведро абрикосов привезла! «Это с нашего большого дерева, сама собирала», — говорит вместо приветствия. Со всех ног бросаюсь её обнимать. С тех пор, как я перебралась из тихого южного посёлка в большой шумный город, мы так редко видимся! Мама ставит на стол блюдце со свежим, ещё горячим вареньем, наливает чай. Мы садимся, смотрим друг на друга, улыбаемся. И я вдруг всем сердцем чувствую, что наконец дома.
Текст Анна Покровская читает Алёна Сергеева
Все выпуски программы Утро в прозе
31 мая. О морали и нравственности
Поделиться
Об отличии морали от нравственности — клирик московского храма Сорока мучеников Севастийских в Спасской слободе протоиерей Максим Первозванский.
Серьёзность наших намерений, серьёзность наших чувств, серьёзность нашего состояния определяется не во времена благоденствия, а определяется, когда нам предстоит сделать выбор. Выбор — это всегда отрицание и отречение одного ради другого. Хорошо, когда можно совмещать: «Хорошо, когда можно и невинность соблюсти, и капитал приобрести». А вот когда тебе приходится выбирать одно из двух — или невинность, или капитал, — вот здесь и проверяется, насколько твои представления, если уж следовать прямо этой поговорке о целомудрии, насколько они тверды.
Сколько у нас людей, которые говорят: «Мы против взяток», но легко готовы давать взятки сотрудникам постовой службы в случае нарушения ими правил или какому-нибудь чиновнику для продвижения своих собственных интересов. Сколько у нас мужей и жён, которые за крепкую семью и против измен, но, если приходит какая-то ситуация, легко готовы изменять своим мужьям или жёнам.
Этим отличается мораль от нравственности. Мораль — это то, что я провозглашаю, а нравственность — это то, чем я живу. И как раз если мораль можно просто озвучить, то нашу нравственность можно понять только в периоды испытаний.
Все выпуски программы Актуальная тема:
31 мая. О Святой Церкви
ПоделитьсяО Святой Православной Церкви и церковной общине — епископ Тольяттинский и Жигулёвский Нестор.
Все мы, кто крещены, являемся чадами Единой Соборной Церкви, глава которой — Христос. «Люди грешны, — как сказал царь Давид, — нет делающего добро, нет ни одного». Апостол Иоанн Богослов добавил: «Если исповедуем грехи наши, то Он, Господь Иисус Христос, будучи верен и праведен, простит нам грехи наши и очистит нас от всякой неправды».
Таким образом, в церковной общине человек очищается от грехов, делается достойным Царства Небесного. От нас для этого требуется покаяние, исправление и благочестивая жизнь по вере. Став членом Церкви, человек может причащаться, то есть соединяться особым, таинственным образом с Богом.
Необходимым условием такого единения являются незлобие, неосуждение, прощение окружающим обид и грехов, которые они совершили против нас. Закон духовный прост: если мы хотим, чтобы Бог простил нас, то нам необходимо прощать других. Христос сказал: «Не судите, да не судимы будете».
Поэтому в собрании кающихся грешников, каковым является церковная община, нужно стремиться не осуждать, как сказано в одной замечательной молитве: «Ей, Господи, Царю, даруй мне видеть мои прегрешения и не осуждать брата моего».
Все выпуски программы Актуальная тема:
