Поделиться
Вспоминаю одну семейную пару. Они прожили вместе более пятидесяти лет, я их когда-то венчал, и умерли они почти одновременно… Жизнь у стариков была насыщенная, она – дочь ссыльных откуда-то из России, он – местный уроженец, работали на Крайнем Севере, комсомольские ударные стройки, потом – на юге Сибири, в Минусинске, дети-внуки, он увлекался садоводством, выращивал цветы, скрещивал разные сорта ранеток. В Церковь пришли уже в старости, и тоже как-то вместе. Однажды я, решив тряхнуть журналистской стариной, пытался написать о них статью, да почему-то не получилось. Помню, на мои расспросы про любовь и «отношения» он пожал плечами и застенчиво сказал, это было вскоре после смерти его жены: «Да какие отношения, обычные… Просто – всю жизнь вместе, шутка ли. Всякое бывало, но жили дружно. Вот вожусь я в саду, а она сидит в тени на стульчике, вяжет или читает что-то, любила читать, в последние годы две пары очков надевала, старая уже… Я на нее гляну, она на меня. И не говорили в общем ни о чем… Чего говорить-то, за жизнь обо всем наговорились. Устает, видать, человек и от слов. Просто - знать, что вот она рядом…».
Почти о таком же рассказывал замечательный пастырь ХХ века митрополит Сурожский Антоний. Он вспоминал человека, который приходил к нему в храм в Лондоне, причем всегда в такое время, когда в церкви народу не было, приходил и ничего там не делал, не крестился, не читал молитв, просто молча сидел на лавочке какое-то время и уходил. А на вопрос, зачем он приходит, отвечал, что приходит - к Богу, что вот они с Богом молча побудут вдвоем, посмотрят друг на друга – и им хорошо вместе, и этого достаточно…
Современному миру остро не хватает этой тишины. Не умея в такой тишине пребывать, мы либо создаем шум, шумовой фон, с утра врубаем телевизор-радио, новости-рекламу-музыку, только чтобы не чувствовать сосущей пустоты одиночества, чтобы шум суеты дня объединил нас хоть как-то – либо впадаем в другую крайность, в глухой аутизм сердца, подпитываемый неверием и отчаянием, замыкаемся в тишину, но совсем другую, гнетущую , гробовую, в которой не слышен – даже если он иногда и есть - наш глухой стон о помощи, со дна которой так трудно всплыть свинцовой батисфере нашей неумелой теплохладной молитвы к Богу, и наши огромные города так напоминают пустыни, в которых, как песчинки по склонам бархана, катятся толпы одиноких индивидуумов, воткнувших в разъемы ушей раковины наушников…
Нет, та, первозданная Божья тишина – не такая. Та тишина не замкнута на себя. В ней человек только и может открыть сердце Богу или ближнему, та тишина – предтеча и почва любви. Та тишина сродни теплой живородящей весенней ночи, в которой почки незримо превращаются в листья и цветы, сродни молчанию влюбленных, когда они – вместе, один на один друг с другом и всей вселенной…
Об этой тишине английский поэт Роберт Грейвз так написал в стихотворении «Звездное покрывало»:
Нелегок подвиг подлинных влюбленных —
Лежать в молчании, без поцелуя,
Без еле слышных вздохов и объятий
И только счастьем согревать друг друга.
Неоценима ласка рук и губ,
Как средство заверенья в постоянстве,
Или значенье слов, когда в смущенье
Сердца стремятся слиться в темноте.
Но только те, кто высший смысл постиг —
Уснуть и видеть сны одни и те же,
Под звездным покрывалом распластавшись,
Любовь венчают миртовым венком.
Книжный марафон. Светлана Чехова
Поделиться
Несколько лет назад я бросила себе вызов. Приняла участие в необычном книжном марафоне. 52 книги за 52 недели. По одной в неделю. Целый год погружения в чтение. Признаюсь, это было нелегко, порой приходилось осиливать внушительные объёмы страниц, но именно тот год подарил мне не просто привычку, а настоящую, неугасающую любовь к книгам и бесценный багаж знаний, который помог качественно преобразить мою жизнь.
Выбирая книги для этого марафона, я решила отдать предпочтение духовной, классической и научной литературе. Составила список и приступила к чтению.
Одной из первых книг был труд святителя Луки Крымского «Я полюбил страдание, так удивительно очищающее душу». Это не просто автобиография, но и проникновенный рассказ о жизненном пути, полном испытаний, лишений и непоколебимой веры. Откровение души, прошедшей через горнило страданий и обретшей в них удивительную силу и чистоту.
Святитель Лука описывает свой путь от врача до архипастыря сквозь бури безбожного времени. Его рассказ пронизан искренностью и любовью к России, к Церкви, к своим пациентам.
Особенное внимание в книге уделяется периоду гонений. и репрессий, которым святитель Лука подвергался за свою веру. Он рассказывает о тюремных заключениях, ссылках, допросах, о клевете и предательстве. Но даже в этих нечеловеческих условиях он не терял веры, продолжал молиться и помогать людям.
Для меня Пример Святителя Луки стал ярким свидетельством силы духа, способной преодолеть любые испытания.
Не могла я не включить в свой список произведения Федора Михайловича Достоевского. Мне всегда нравилась его способность проникать в самые потаённые уголки человеческой души. В «Преступлении и наказании» Федор Михайлович не боится показывать уродство, низость, отчаяние. Но даже в этой тьме он всегда находит проблески веры в то, что человек способен на раскаяние и возрождение.
Первые недели марафона пролетали в вихре новых мыслей и осознаний. Классика требовала вдумчивого чтения, научные труды — переосмысления привычных представлений о мироздании, а духовная литература — погружения в глубины собственной души.
Быстро пролетел год, а вместе с ним — 52 прочитанные книги. Некоторые научили меня мудрости, другие вдохновили на перемены. А чтение духовной литературы стало неотъемлемой частью жизни. Ведь именно наставления святых и конечно, Священное писание показывают нам путь ко спасению.
Хорошо о пользе чтения сказал преподобный Иоанн Кассиан Римлянин: «Когда внимание души занято чтением и размышлением о прочитанном, она не опутывается сетями вредных помыслов».
Автор: Светлана Чехова
Все выпуски программы Частное мнение
5 февраля. О жизни и творчестве Вадима Шершеневича
Поделиться
Сегодня 5 февраля. В этот день в 1893 году родился поэт Вадим Шершеневич.
О его жизни и творчестве — настоятель московского храма Живоначальной Троицы на Шаболовке протоиерей Артемий Владимиров.
Полна событий, драматичных и даже трагических, жизнь творческих людей на пересечении двух столетий. Вадима Шершеневича характеризует самобытный талант. Будучи творческим оппонентом Маяковского, он перепробовал многие школы и направления, прежде чем выработал собственный оригинальный стиль.
Шершеневич, уже как зрелый поэт, имел огромную популярность в предреволюционной России. Не отнять у него знания европейских языков. Он был человеком, который послужил и во время Великой Отечественной войны, участвуя в литературных концертах на оборонных заводах, госпиталях Барнаула, где и скончался от двустороннего туберкулёза легких.
Сегодня, пожалуй, только специалисты по истории литературы хорошо знают творчество этого поэта. Между тем многие его новаторские произведения опираются на прекрасное гуманитарное образование. Вадиму Шершеневичу не откажешь ни в уме, ни в чувстве прекрасного.
Хотя человек своего времени, он, увы, будучи далеким от богопознания и богообщения, отдал дань тем легкомысленным настроениям, которые, наверное, препятствовали ему впоследствии найти мир с Господом, найти Христа, живого Бога, в собственном сердце.
Мы, изучая Серебряный век, видим, что люди того времени отличались систематическим образованием, глубокой образованностью, но им трудно было пробиться через их собственное эгоистическое «я» к свету смирения, любви и надежды на божественную благодать по вере в Господа нашего Иисуса Христа.
Все выпуски программы Актуальная тема
5 февраля. О значении учреждения Духовной коллегии (Святейшего синода)
Поделиться
Сегодня 5 февраля. В этот день в 1721 году император Пётр I издал Указ об учреждении Духовной коллегии — будущего Святейшего синода.
О значении события — настоятель храма Рождества Пресвятой Богородицы села Песчанка в Старооскольском районе Белгородской области протоиерей Максим Горожанкин.
Учреждение Духовной Коллегии — переворот или реформа — коснётся всех сфер жизни русского человека. Государь-император простирает свою власть на те сферы, куда не дерзали ранее вторгаться его предшественники.
Учреждая Духовную Коллегию и стремясь к отмене патриаршества, Пётр совершает то, о чём не могли помыслить русские государи ещё 50 лет назад. Парадоксально, но предшественники Петра на царском троне всячески добивались в XVI веке от восточных патриархов учреждения патриаршества на Руси, а восточные патриархи этому противились. Спустя совсем короткое время русский самодержец сам упраздняет так некогда желаемое его предками патриаршество.
Духовная Коллегия положит начало новому способу правления Церковью, и таковым он останется вплоть до 1917 года. Это не означало, что Церковь потеряла благодать, нет. В синодальный период просияло множество святых: святитель Филарет, митрополит Московский, святитель Иоасаф, епископ Белгородский, преподобный Серафим Саровский. Все они сформируются и просияют в своей святости именно в синодальный период. Но у Церкви не будет патриарха. И когда патриаршество будет восстановлено на поместном соборе 1917–1918 годов, Церковь обретёт единственно правильный канонический способ своего руководства. И сегодня Русская Православная Церковь также руководится Святейшим Патриархом Кириллом. И дай Господь всем нам молиться за своего Предстоятеля, чтобы Господь укрепил его и даровал ему сил в управлении Церковью и сил в молитве за свою паству.
Все выпуски программы Актуальная тема
