Поделиться
— Маргарита Константиновна, а чем можно камин растопить?
— Андрей Борисович! Там, под лестницей, стопки макулатуры. Они в вашем распоряжении.
— Под лестницей... Сейчас посмотрим... Старые газеты — хорошо! Так, а это что такое?? Маргарита Константиновна, вы только посмотрите, что я нашёл!
— Наверное, клад, Андрей Борисович?
— Можно и так сказать! Линогравюра Александра Зырянова, называется «Зима. Дети». То есть, конечно, её репродукция. Оригинал хранится в Пермской государственной художественной галерее.
— Зырянов автор, вы говорите?
— Да, один из самобытных художников середины двадцатого века, непревзойдённый мастер печатной графики. Казалось бы, техника линогравюры не дает особого пространства для самовыражения. Рисунок наносится на форму, затем отпечатывается на бумаге. Но мастеру как будто удалось преодолеть технические ограничения, настолько его творения живые, неординарные.
— Позвольте, посмотрю. Да, я помню эту картинку, ещё с детства. В самом верху, на заднем плане — дымчато-синяя стена дома, виден только первый этаж. А основное пространство — просто белая бумага, не тронутая краской. Это двор, занесённый снегом. На чистом листе — серо-голубые силуэты деревьев и многочисленные играющие дети.
— Как же такая замечательная репродукция попала в макулатуру?
— Наверное, случайно, во время ремонта. Специально выбросить я, конечно, не могла, слишком иллюстрация мне нравилась. Помню, мама вырезала её из какого-то журнала, наклеила на картон, обрамила и повесила у меня над кроватью. Я просыпалась и разглядывала ребятишек. Меня удивляло и волновало сочетание бледного ландшафта с яркими фигурками мальчишек и девчонок.
— И действительно! Дом и деревья полупрозрачные, как будто условные, снег никак не обозначен, он просто подразумевается. А у детей чёрные и синие шубки, жёлтые, красные, лиловые шапочки, шарфики, штанишки. Странное ощущение вызывает этот контраст. Как будто малыши играют не во дворе перед домом, а вне времени и пространства.
— Да-да-да, словно это некий заповедный мир детства. Вы сейчас помогли мне понять то, что я не могла объяснить себе, когда была маленькая. Удивительный художник. Я не припомню — он, кажется, из столицы?
— В Москве Александр Зырянов только учился, в Суриковском институте, это было в пятидесятых годах двадцатого века. Родом он с Урала, из села Покровского Свердловской области. А после окончания учебы поселился в Перми.
— Значит, и работа «Зима. Дети» там была создана?
— Да, в 1967 году. В продолжение цикла, который художник посвятил городу. Он тогда выпустил альбом «Пермь в гравюрах Александра Зырянова».
— Выходит, я в детстве любовалась пермским двориком. А была уверена, что это родная Москва.
— Такова удивительная особенность графики Александра Зырянова. В его работах каждый узнаёт то, что ему близко. Художник словно стирает условную разницу между людьми и подчеркивает то, что нас всех роднит. На картине «Зима. Дети» каждый маленький герой переживает первый опыт привязанности и симпатии, обиды и её прощения.
— И так ли уж важно, где происходит действие картины — в Москве ли, в Перми, в Туле или в Новгороде. Линогравюра Александра Зырянова подсказывает, что все внешние обстоятельства — только декорации главного действа, становления человека! Повешу-ка я её вновь над кроватью, как в детстве. А вы, Андрей Борисович, всё-таки затопите, пожалуйста, камин. Вечера нынче прохладные...
Работу Александра Зырянова «Зима. Дети» можно увидеть в Пермской государственной художественной галерее.
Все выпуски программы: Краски России
Псалом 131. Богослужебные чтения
Поделиться
Я сейчас задам вам один вопрос — только не подумайте, пожалуйста, что у меня, как говорят, «не все дома». И вот вопрос: а какой у Бога... адрес?
Да, вы правы: конечно же, это сознательная провокация! Но — не будем спешить с осуждением — а лучше послушаем 131-й псалом Давида, который сегодня читается в храмах за богослужением — и потом снова вернёмся к нашему провокативному вопросу.
Псалом 131.
Песнь восхождения.
1 Вспомни, Господи, Давида и всё сокрушение его:
2 Как он клялся Господу, давал обет Сильному Иакова:
3 «Не войду в шатёр дома моего, не взойду на ложе моё;
4 Не дам сна очам моим и веждам моим — дремания,
5 Доколе не найду места Господу, жилища — Сильному Иа́кова».
6 Вот, мы слышали о нём в Ефра́фе, нашли его на полях Иари́ма.
7 Пойдём к жилищу Его, поклонимся подножию ног Его.
8 Стань, Господи, на место покоя Твоего, — Ты и ковчег могущества Твоего.
9 Священники Твои облекутся правдою, и святые Твои возрадуются.
10 Ради Давида, раба Твоего, не отврати лица́ помазанника Твоего.
11 Клялся Господь Давиду в истине, и не отречётся её: «от плода чрева твоего посажу на престоле твоём.
12 Если сыновья твои будут сохранять завет Мой и откровения Мои, которым Я научу их, то и их сыновья во веки будут сидеть на престоле твоём».
13 Ибо избрал Господь Сион, возжелал его в жилище Себе.
14 «Это покой Мой на веки: здесь вселюсь, ибо Я возжелал его.
15 Пищу его благословляя благословлю, нищих его насыщу хлебом;
16 Священников его облеку во спасение, и святые его радостью возрадуются.
17 Там возращу рог Давиду, поставлю светильник помазаннику Моему.
18 Врагов его облеку стыдом, а на нём будет сиять венец его».
Я не буду допытываться, насколько внимательно вы слушали псалом и услышали ли ответ на вопрос про «адрес Бога». Для начала разверну вопрос вот в каком ключе: а зачем вообще так ставить вопрос — Бог — и адрес? Разве Бог — не Вездесущий? Разве Бог — не Дух — «который повсюду и всё Собой наполняет?» Конечно же, да, и с этим спорить не стоит. Но — всё же есть определённые нюансы.
Приходилось ли вам когда-нибудь оказаться в гостях с пустыми руками? Согласитесь, так себе история. Сколько бы ни разглагольствовать о том, как мы любим дорогих хозяев и как мы рады их поздравить — но всё же когда в руках есть хоть что-то — гораздо спокойнее и правильнее. Не потому, что без этого нельзя — а просто потому, что всё «неовеществлённое» несёт в себе определённую долю «гипотетичности», «нереальности», или проще — надуманности.
И то, что в псалме Давид чётко проговаривает «адрес Бога», — а именно гору Сион, которую и избирает Сам Бог «в жилище Себе» — очень важный ориентир для людей веры. Казалось бы, в человеческой логике Бог мог бы избрать для Себя нечто грандиозное, фантастическое по своим характеристикам — например, Ниагарский водопад или Эверест, или что-то ещё не менее масштабное. Однако Он избирает ничем не выдающийся холм — потому что Сион — это даже не гора, внутри самого Иерусалима перепад высот не более 100 метров. Но именно то, что это место избрано Богом — и делает само место исключительным «адресом Бога».
Если указан «точный адрес» — становится понятнее, куда направлять свои духовные усилия. Адрес — всегда «точка привязки», или так и хочется сказать — «прописки»; и как долго бы ни отсутствовал «адресат» — всё равно «корреспонденцию» он получит. Конечно же, во времена Давида не было никакой «почты» в нашем нынешнем понимании — но само представление об «адресности», без всяких сомнений, было. Ведь именно об трудность «невидимости», «неосязаемости» Бог и спотыкался постоянно еврейский народ, то и дело «сползая» в идолопоклонство. И Давид делает очень мудрый с точки зрения педагогики шаг: он не «подменяет» Бога каким-то образом, изображением или символом. Он даёт направление — и локацию: смотрите, вот где-то там, вдалеке — на этой невысокой горке — Божие присутствие переживается совершенно иначе, чем в любом другом месте. И, представляете, такой подход — прекрасно работает!
Поэтому когда маленький ребёнок, будучи приглашён в Церковь, говорит — «а что, мы к Богу домой в гости пойдём?» — не стоит его разубеждать: в его словах, скорее всего, больше правды, чем в наших умозаключениях!...
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«Храм в селе Еськи». Инна Лобачева
Поделиться
У нас в студии была руководитель общественной организации «Сельская церковь» Инна Лобачёва.
Разговор шел об истории Богоявленского храма в селе Еськи Тверской области и о том, как он возрождается сегодня, а также о документальном фильме «К воскресению», посвященном селу Еськи.
Ведущий: Алексей Пичугин
Все выпуски программы Светлый вечер
«Вера и дело». Татьяна Славко
Поделиться
В программе «Светлый вечер» — кризисный психолог, коуч, председатель отделения «Опоры России» города Видное и владелец арт-пространства «Три руки» Татьяна Славко.
Гостья рассказывает о тяжёлой болезни и о том, как в этот период произошёл её осознанный приход к вере. Она вспоминает, что именно в больнице впервые по-настоящему обратилась к Богу с простой молитвой: «Господи, покажи мне мой путь». В разговоре звучит мысль о том, что, когда человек оказывается на грани жизни и смерти, особенно ясно понимается ценность отношений, любви и простого человеческого тепла.
Отдельная тема — проживание кризиса. Татьяна делится личным опытом того, как важно найти внутреннюю позицию, которая помогает выдержать тяжёлый период: в её случае таким ресурсом стали юмор во время лечения и молитва.
Разговор идет о христианском осмыслении коучинга, о честности в предпринимательстве и о «базовых настройках» человека, которые помогают понять своё предназначение.
Ведущая программы: кандидат экономических наук Мария Сушенцова
Все выпуски программы Вера и дело
