Поделиться
Я выросла в семье священника. С детства вместе с родителями молилась каждый день утром и вечером... Молитвенное правило стало для меня обязательным, постоянным, но не всегда живым. Иногда читала его для галочки.
Много лет спустя, когда я сама стала мамой, произошел случай, изменивший мое отношение к молитве.
Летом наша семья старалась провести хотя бы несколько недель у моих родителей — иерея Стефана и матушки Анны. Они жили в собственном доме почти на самом берегу Днепра. Домик небольшой, очень уютный. На первом этаже — папина комната и веранда. А на втором — мамина и две для нас.
Мой муж, тоже священник, обычно привозил нас и спустя несколько дней уезжал обратно служить на своем приходе. Мы с детьми оставались, погружались в уютную и душевную атмосферу родительского дома и по-настоящему отдыхали. Свежие овощи с маминого огорода, ее фирменный украинский борщ. А еще — папин виноград.
В возрасте пятидесяти лет мой отец стал инвалидом, но это не помешало ему и дальше быть активным, служить Богу и людям, поддерживать хозяйство. На небольшом участке возле дома он разводил виноград.
Каждый вечер все вместе ужинали во дворе, в тени этого самого винограда, за столом, сделанным папой собственными руками.
И вот, в один из таких вечеров случилось непредвиденное. После ужина, укладывая сына спать, я почувствовала, что его лоб — очень горячий.
На тот момент Коле был всего годик, но он уже успел побывать на грани жизни и смерти. Родился раньше срока, а в возрасте пяти месяцев пережил тяжелейшую анемию. Тогда врачи его спасли, но иммунитет у ребенка сильно ослаб. И вот, Коля снова серьезно заболел!
Вызвали скорую. Нас увезли в инфекционное отделение. Через шесть дней сын пошел на поправку, и его отпустили домой. Но успокоились мы рано. Через пару дней опять подскочила температура. И мы снова оказались в больнице.
Хотя врачи и делали все возможное, лечение не приносило результата. Спустя две недели на больничной койке лежал сильно исхудавший малыш, который угасал с каждой минутой. Мое материнское сердце разрывалось от боли. Вся наша семья усиленно молилась. Мы просили молитв у всех, кого знали. Мой папа наложил на себя строгий пост, постоянно читал акафисты, позвонил правящему архиерею, который обладал особой добротой сердца и ревностью в служении Богу. Папа попросил и у него помолиться об исцелении малыша.
На следующий день владыка вознес молитвы о моем мальчике на Литургии. К середине дня температура у Коли начала снижаться. Ребенок попросил есть. С этой минуты Коля стал стремительно идти на поправку. Вскоре нас выписали.
Вечером дома, уложив ребенка спать, я подошла к иконам и дала волю своим чувствам. Слезы так и катились. Мое платье стало мокрым. Я всем сердцем благодарила Бога!
В те дни я увидела и прочувствовала живую, горячую, настоящую молитву, которая должна быть у человека. Не просто формальное вычитывание, как это было у меня в юности, а именно такая молитва — горящая!
Господь через разные события ведет нас к Себе. Я запомню на всю жизнь людей, которые молились об исцелении моего сына. Папин строгий пост. Горячий молитвенный отклик владыки. Соборную сердечную молитву! Она была услышана и исполнена. Мальчик выздоровел. Ведь Господь Сам сказал: «Ибо, где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них».
Радость от близости Господа и Его мгновенной помощи преображает душу. Но как сохранить эти перемены? На мой взгляд, выход в том, чтобы помнить такие события! И не переставать благодарить Бога!
Автор: Юлия Узун
Все выпуски программы Частное мнение
Псалом 55. Богослужебные чтения
Поделиться
Здравствуйте, дорогие радиослушатели! С вами доцент МДА священник Стефан Домусчи. Когда человек оказывается в критической ситуации и силы тех, кто стремится причинить ему зло, многократно превосходят его собственные, о чём ему стоит думать в первую очередь и на что надеяться? Ответ на этот вопрос звучит в 55-ом псалме, который, согласно уставу, может читаться сегодня в храмах во время богослужения. Давайте его послушаем.
Псалом 55.
1 Начальнику хора. О голубице, безмолвствующей в удалении. Писание Давида, когда Филистимляне захватили его в Гефе.
2 Помилуй меня, Боже! ибо человек хочет поглотить меня; нападая всякий день, теснит меня.
3 Враги мои всякий день ищут поглотить меня, ибо много восстающих на меня, о, Всевышний!
4 Когда я в страхе, на Тебя я уповаю.
5 В Боге восхвалю я слово Его; на Бога уповаю, не боюсь; что сделает мне плоть?
6 Всякий день извращают слова мои; все помышления их обо мне — на зло:
7 Собираются, притаиваются, наблюдают за моими пятами, чтобы уловить душу мою.
8 Неужели они избегнут воздаяния за неправду свою? Во гневе низложи, Боже, народы.
9 У Тебя исчислены мои скитания; положи слёзы мои в сосуд у Тебя, — не в книге ли они Твоей?
10 Враги мои обращаются назад, когда я взываю к Тебе, из этого я узнаю, что Бог за меня.
11 В Боге восхвалю я слово Его, в Господе восхвалю слово Его.
12 На Бога уповаю, не боюсь; что сделает мне человек?
13 На мне, Боже, обеты Тебе; Тебе воздам хвалы,
14 Ибо Ты избавил душу мою от смерти, очи мои от слёз, да и ноги мои от преткновения, чтобы я ходил пред лицом Божиим во свете живых.
В древности люди нередко враждовали от чистого сердца. Фраза эта может показаться абсурдной, ведь с христианской точки зрения чистое сердце враждовать не может, но язычники на то и язычники, чтобы, подчинившись злобе или ненависти, гнать того, кого считаешь врагом, без всяких сентиментов. Нам это может показаться невозможным, ведь совесть должна подсказывать человеку, что зло разрушительно, но кажется нам так только потому, что в мире уже две тысячи лет звучит утверждение: «Бог есть любовь». К сожалению, в наши дни люди всё меньше об этом вспоминают, в своих эмоциях и даже действиях воспринимая эгоизм и жестокость как нормальные и естественные состояния. Сталкиваясь с подобными вещами, христиане нередко просто теряются и не понимают, как реагировать. И может показаться, что впору вспомнить пословицу «с волками жить — по-волчьи выть», только Священное Писание подсказывает совершенно иной выход.
Псалом, который мы сейчас услышали, начинается с того, что Давид оказывается захвачен филистимлянами в одном из их крупных городов. Слово, которое описывает состояние его врагов, в синодальном переводе звучит как «поглотить», хотя слово это очень эмоциональное и буквально оно переводится как «задыхаться, глотать воздух». То есть речь о такой ярости врагов, которая свойственна хищному зверю, гонящемуся за добычей. Что же делает Давид? Просит ли он милости у врагов? Ищет ли защиты у друзей? Нет. В первую очередь он обращается к Богу и просит милости у Него. Странно. Кажется, Бог его не гонит и не враждует против него. Но ничего странного в этой просьбе нет. Если бы мы так же, как Давид, были способны доверять Богу как Творцу и Промыслителю мира, просьба царя нас нисколько бы не удивила. Снова и снова в разных выражениях Давид формулирует одну и ту же мысль: «На Бога надеюсь, что сделает мне человек»? При этом из жизни Давида мы знаем, что враги доставляли ему массу проблем и сказать, что никакой человек не сделал ему ничего плохого, мы не можем. Но что же тогда перед нами? Самовнушение? Преувеличение? Нет. Давид помнит свои скитания, помнит слёзы... Но помнит также слова Божии и Его обещания. Он верит не столько в избавление от всех проблем, но в Бога, который в итоге избавит его от смерти, глаза его от слёз, ноги от преткновения. Примечательно, что и цель Божьего избавления Давидом осознаётся в полной мере. Он получает спасение для того, чтобы ходить перед лицом Божиим.
Так и каждому из нас, в трудных обстоятельствах важно в первую очередь вспоминать о Боге!
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Будьте солнышками
Поделиться
Фото: Norexy art / Pexels
Еду ранним утром на работу и через лобовое стекло автомобиля наблюдаю за городом. Плотный туман, как приспущенный занавес, скрывает от моего взгляда верхние этажи домов. Небо такое низкое, что того и гляди коснётся макушек прохожих. Серое всё вокруг: асфальт, дома, брызги из-под колес и, кажется, моё настроение... Только красные стоп-сигналы впереди идущего автомобиля не потеряли цвет в эти часы.
Останавливаюсь на светофоре, взгляд падает на остановку общественного транспорта. Среди людей, что ждут свои автобусы, стоит маленькая девочка с мамой. Ей лет пять, на ней смешная шапка с ярким помпоном. Наши взгляды встречаются, и она широко мне улыбается. Будто солнышко в доли секунды согрела она своей улыбкой моё подмёрзшее сердце. И тут же на ум приходят слова святого праведного Алексея Мечёва:
«Со слезами прошу и молю вас, будьте солнышками, согревающими окружающих вас».
Как мало надо, чтобы согреть чьё-то случайное сердце! Доброе слово, сердечное внимание, искренняя улыбка. Точно! Обязательно передам эту солнечную улыбку кому-то ещё!
Текст Екатерина Миловидова читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
Варежка
Поделиться
Фото: Andrea Piacquadio / Pexels
Раннее утро встретило пустынной улицей, свежим снегом и уставшим рыжим светом фонарей.
— Ох, ну и морозно же! — сама себе пробубнила я под нос, стараясь не поскользнуться на заснеженной лестнице у подъезда. Пока торопливо шла до автобусной остановки, в ушах звучал скрипучий хруст снега вперемешку со словами, что вчера произнёс брат. Слишком уж разные у нас с ним взгляды на важные вопросы. Может, и не стоит вовсе в гости ездить, сократить общение. На расстоянии будто как-то проще...
С такими грустными мыслями дошла до остановки и не сразу заметила, что в кармане пуховика звонит телефон. Когда достала его, на экране светилось уведомление о пропущенном звонке. Звонил брат. Но разговаривать после вчерашних разногласий не хотелось.
«Напишу, что перезвоню позже», — подумала я и сняла варежку, чтобы набрать текст сообщения. Однако уже на слове «привет» почувствовала, что пальцы закоченели. Собрала их вместе и нырнула рукой в белую шерстяную рукавицу с вышитым на ней красногрудым снегирём. Пальцы потихоньку начали отогревать друг друга.
А потом пришла мысль, что не сама варежка согрела пальцы. Она лишь помогла сохранить собранное по крупицам отдельное тепло каждого. Так и в семье сила — в единстве, подумала я и набрала номер брата...
Текст Екатерина Миловидова читает Алёна Сергеева
Все выпуски программы Утро в прозе
