«Служение в Таджикистане. Жизнь русских эмигрантов в Средней Азии». Епископ Душанбинский и Таджикистанский Павел

Нашим собеседником был епископ Душанбинский и Таджикистанский Павел.

Наш собеседник рассказал о своём опыте жизни в Казахстане, о том, каким образом оказался в Таджикистане, и в чем особенность священнического служения и жизни православных людей в Средней Азии. Владыка Павел рассказал о социальных проектах Церкви в Душанбе и в Таджикистане в целом, о духовном окормлении русских военнослужащих в этой стране, а также о том, в какой помощи нуждается епархия, и как её можно оказать.

Оказать поддержку Душанбинской епархии можно на сайте:
https://eisk-eparh.ru/sdelat-pozhertvovanie-v-dushanbinskuju-eparhiju/

Или по реквизитам:
РЕЛИГИОЗНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ “ЕЙСКАЯ ЕПАРХИЯ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ (МОСКОВСКИЙ ПАТРИАРХАТ)”
Расчётный счёт: 40703810230000002136
Банк: КРАСНОДАРСКОЕ ОТДЕЛЕНИЕ N8619 ПАО СБЕРБАНК
БИК: 040349602
Кор. Cчёт: 30101810100000000602
ОГРН: 1132399000029
ИНН: 2361980376
КПП: 236101001

Ведущий: Алексей Пичугин

---

А. Пичугин

— Дорогие слушатели, здравствуйте. «Светлый вечер» на светлом радио. Меня зовут Алексей Пичугин, рад вас приветствовать. И с удовольствием представляю своего собеседника: в ближайший час эту часть «Светлого вечера» вместе с вами и вместе с нами проведёт епископ Душанбинский и Таджикистанский Павел. Владыка, здравствуйте.

Еп. Душанбинский Павел

— Добрый день.

А. Пичугин

— Дорогие слушатели, тут такая история. Титул владыки — Душанбинский и Таджикистанский, но на самом деле основная... тут, наверное, нельзя сказать, что основная, но епархия ещё одна такая, первая епархия, которой управляет владыка и продолжает ей управлять — Ейская епархия, это на Юге России. А все мы прекрасно понимаем, что Таджикистан и Душанбе находятся достаточно далеко за пределами России. Это относительно недавнее такое нововведение у нас в Церкви. Но я, наверное, хуже расскажу. Владыка, вы, если можете, расскажите, пожалуйста, если можете, как так получается, что у одного епископа сразу несколько кафедр?

Еп. Душанбинский Павел

— В конце 2018 года я был назначен на Ейскую кафедру, и начал там трудиться, нести своё послушание. А уже в конце августа 2019 года, то есть буквально через восемь месяцев, я получил назначение на вторую кафедру, на Душанбинскую, по совместительству. Но здесь некоторая предыстория есть. Дело в том, что когда я, на Ейской кафедре находясь, беседовал со священником, который отвечает у нас за миссионерскую деятельность, я предложил, что, может быть, нам обратиться к священноначалию, чтобы нашей епархии дали, может быть, шефство над какими-то храмами, приходами за рубежом, то есть участвовать в миссии, на Юго-Востоке, может быть, в Восточной Азии, потому что на Кубани, в общем-то, всё уже обустроено. И несколько мы, скажем так, привыкаем просто к быту, к комфорту, и хотелось бы участвовать в миссионерской деятельности Церкви. Ну и потом Промыслом Божьим так получилось, что нам дали целую кафедру. И мысль Святейшего Патриарх, а также, видимо, Синода, в том, чтобы такую самостоятельную довольно-таки епархию прикрепить к епархии, которая донорской во всех отношениях является. И с кадрами там тяжело, с финансами тяжело, и поэтому наша Ейская епархия помогает во всех отношениях Душанбинской епархии. И это мне напоминает времена апостольские, когда одна Церковь помогала другой Церкви, и кадрами, то есть ходили проповедники, и финансами тоже: апостол Павел собирал в разных церквях и помогал тем, которые в то время нуждались, и таким образом очень гармоничное такое сочетание получилось.

А. Пичугин

— Ваш предшественник на Душанбинской кафедре, епископ Питирим, неоднократно бывал у нас на радио и рассказывал. Очень интересно, конечно, было послушать про Таджикистан, про особенности там служения, особенности православной миссии в Таджикистане. Но прошло уже достаточно много времени — владыку Питирима перевели в 2019 году, вот уже, соответственно, два с половиной почти что года, как перевели. И соответственно, я так понимаю, что пришли к выводу, чтобы это была отдельная, полностью самостоятельна епархия с непосредственным проживанием постоянным там архиерея — это не очень целесообразно. Целесообразнее сделать так, как вот сейчас, то есть есть епископ, который служит в России и приезжает в Таджикистан. А как часто вам, владыка, приходится или удаётся ездить в Душанбе?

Еп. Душанбинский Павел

— Вы знаете, в связи с тем, что билеты стоят недёшево, я сначала запланировал раз в два месяца приезжать на три недели. Но когда билеты сейчас стали чуть дешевле, чем в ковидное время, то приезжать стараюсь почаще. И, конечно, зависит от мероприятий, которые проводятся и в одной, и другой епархии. Иногда приходится приурочить к проведению заседания Синода Среднеазиатского, когда владыка Викентий, глава округа Среднеазиатского, митрополичьего округа, приглашает на заседание Синода. И тогда, конечно, мне уже удобно из Ташкента ещё небольшой перелёт совершить в Душанбе. То есть бывает очень по-разному. Примерно такой график: два месяца в России и три недели пребываю в Таджикистане.

А. Пичугин

— Для вас, насколько я понимаю, но сложно судить, потому что очень разные, всё равно это разные условия, я представляю, потому что сам когда-то, очень давно, правда, в глубоком детстве немного жил в Ташкенте. Но всё равно вы выросли в Казахстане. Как вы думаете, повлиял ли ваш опыт жизни в Казахстане на то, что вас назначили в Таджикистан на кафедру?

Еп. Душанбинский Павел

— Сложно сказать, при назначении повлияла ли биографию моя. Но точно могу сказать, что проведя детство в Казахстане, имея очень много друзей среди казахов, я, конечно, проникся любовью и к казахскому народу и, вместе с тем, ко всей Средней Азии. Мне понятен менталитет этих народов. Мне очень приятно с ними общаться, и поэтому я очень обрадовался назначению на кафедру в Душанбе. И когда прилетаю туда, то стараюсь общаться с местным населением просто где-то на улице или когда приходится где-то в магазин выйти, или в организации, и так, с уважением. Они это чувствуют. И надо сказать, что в ответ тоже я видел только уважение в свой адрес. А также у священников наших спрашивал всегда только уважительное отношение.

А. Пичугин

— А в чём главная особенность, владыка, вашего служения в Душанбе, вообще в Таджикистане? И в чём, может быть, проблемы, может быть, наоборот, это какие-то такие положительные вещи, связанные со служением в Средней Азии?

Еп. Душанбинский Павел

— Главная особенность объективна, то есть Таджикистан это мусульманская по преимуществу страна. Также объективно, что русского населения стало там крайне мало, порядка 20 тысяч. Но разные цифры называют: от 10 до 20 тысяч. И ещё особенность объективная, что в принципе население живёт не очень богато, а тем более те наши соотечественники, которые в своё время не смогли уехать из Таджикистана в Россию, живут крайне бедно. Вот это в свою очередь налагает отпечаток особый на деятельность Душанбинской епархии, где забота о духовном состоянии соотечественников тесно переплетается с социальной заботой об их нуждах. И поэтому Социальный отдел очень развит в Душанбинской епархии и очень большую долю составляет нашей деятельности там.

А. Пичугин

— Да, давайте о социальных программах поговорим подробнее. В чём они заключаются, как давно они работают? Я опять, возвращаясь, почему часто сейчас вспоминаю вашего предшественника епископа Питирима, потому что мы с ним очень много программ провели про Таджикистан, и очень много говорили про особенности. Вот он тогда жаловался, что главной проблемой, наверное, Церкви, наверное Средней Азии в целом, и в частности в Таджикистане, самой главной проблемой является отъезд, в том числе и священнослужителей, в Россию, возвращение на Родину. Он говорил, что, понятно, что препятствовать этому невозможно, но при этом достаточно сложно было кого-то звать в Таджикистан. И в первую очередь спасались кадрами, которые приезжали по распределению, то есть на какое-то время, по окончании Московской, Петербургской, каких-то других духовных семинарий. Ребята получали распределение, становились священниками и ехали в епархии, которые нуждаются в кадрах, в том числе и в Таджикистан. Вот и сейчас также примерно?

Еп. Душанбинский Павел

— Наша епархия, тоже это одна из особенностей Душанбинской епархии, является самой монашеской. У нас всего семь священников, четверо из которых являются монахами, то есть иеромонахи. Ещё одна особенность, по сравнению с деятельностью, служением владыки Питирима, что у меня есть основная епархия и, конечно, я могу уже своих священников с Ейской епархии направлять в командировки. Я так подумал, насколько семейный священник может отъехать, и предложил два месяца в командировке бывать нашим священникам. Слава Богу, не отказываются. Некоторые просят, чтобы их направили туда вместе с матушкой, даже один священник ездил с ребёнком даже и с матушкой. И, соответственно, там трудятся, молятся, участвуют в нашей социальной работе, навещают русских людей, соотечественников, которые находятся в различных социальных учреждениях, муниципальных и государственных, и во всём им помогают. То есть вот такая особенность, что у меня есть кадровый некий резерв, который хотя бы временно я могу туда направлять. Также мы всё-таки посылаем запросы в Учебный комитет и приглашаем выпускников семинарий Санкт-Петербургской и Московской на некую стажировку, на прохождение практики у нас. Надеемся, что будем услышаны и очередного человека мы примем.

А. Пичугин

— А какое у вас было первое впечатление такое личное от посещения Душанбе и вообще Таджикистана, от приезда в Таджикистан? До этого вам приходилось, до назначения, до 2019 года, бывать в Таджикистане?
Еп. Душанбинский Павел

— Самое разительное впечатление от природы. То есть если на Кубани и в Северном Казахстане гор нет, и в Новосибирске, где я долгое время прожил, то здесь, конечно, горы самое такое сильное впечатление вызывают, формируют реки, ущелья, то есть красота природы. Что касается самого прихода, то видно сразу, с первого взгляда, что большинство людей, прихожан, нуждающиеся. Видно, что большинство прихожан именно пожилого возраста. Но также, знаете, такое ощущение, как будто не только ты географический переместился, а и совершил путешествие во времени, то есть на 30 лет назад. Менталитет зачастую тот ещё, не испорченный какими-то коммерческими мыслями, советский такой, знаете, из детства. Когда мы разговариваем, общаемся с инженерами, с которыми необходимо сотрудничать по стройке, то именно общение такое, как из советского прошлого. Вот это тоже такое впечатление было.

А. Пичугин

— А с исламским духовенством, вообще с исламом, как происходят ваши взаимоотношения? Понятно, что очень много мечетей, практически всё население чем дальше, тем более религиозным становится в этом плане. Как происходит взаимодействие, нет ли конфликтов, нет ли проблем?

Еп. Душанбинский Павел

— Скажу так, что практически на всём пространстве Средней Азии очень добрые взаимоотношения. Недавно это отмечал и митрополит Викентий на конференции, что когда только образовывалась Туркестанская епархия с центром сначала в Верном, то есть в Алма-Ате, затем в Ташкенте, сразу первые же архиереи правильно наладили своё отношение к местному населению и представителям местной исламской религии. И до сих пор сохраняются такие очень дружественные, дружелюбные взаимоотношения. И я сам пока с религиозными деятелями не встречался, не было таких общих мероприятий, но с населением простым, которое, да, видно, что они молятся по-мусульмански, очень хорошие взаимоотношения, и от них только уважение. Однажды на проходной, когда мы проходили в Комитет по делам религии вместе с тогда инокиней Феодорой, сейчас эту матушку постригли — теперь она монахиня Елизавета. И охранник посмотрел на неё, а она в иноческом одеянии, и такой у меня спрашивает: «А у вас все девушки так в России ходят?» Я говорю, что нет, что она просто монахиня. Он говорит: «А! Жалко». То есть таким уважением он проникся к скромной монашеской одежде и думал, что все в России так ходят.

А. Пичугин

— Ну, им привычно, потому что у них многие женщины сейчас ходят закрытыми, поэтому для них, наверное...

Еп. Душанбинский Павел

— Паранджа и хиджаб там запрещены, чтобы не было фундаментализма. Но они одеваются, конечно, скромно, то есть платочки у всех, длинные платья. Большей частью женщины ходят в очень скромной одежде. Поэтому, когда они видят русскую женщину в таком скромном одеянии, конечно, это их радует.

А. Пичугин

— Я напомню, друзья, что сегодня в программе «Светлый вечер» епископ Душанбинский и Таджикистанский Павел. Владыка также ещё и управляет Ейской и Тимашевской епархией на юге России. Но мы говорим в первую очередь о епархии в Таджикистане, потому что там достаточно много всего интересного, нам непонятного и необычного. Те из наших слушателей, кто ходит в храм и хорошо себе представляет церковную жизнь в России, для них, наверное, какие-то вещи в Таджикистане были бы непривычными. Я думаю, очень интересно было бы узнать о том, как там живут люди православные, как они сохраняют православие в условиях Средней Азии. Ну, а для тех людей, которые нас слушают и при этом не считают себя церковными людьми или верующими, я думаю, что послушать о культурных особенностях христианской жизни в Средней Азии тоже было бы очень интересно. Итак, владыка мы с вами всё-таки подошли к социальной истории, к благотворительным проектам, которые реализуются в Душанбе. Расскажите поподробнее, что делает Церковь в этом направлении.

Еп. Душанбинский Павел

— Надо сказать, что всю социальную работу наладил ещё владыка Питирим. Очень помогает в социальной работе Душанбинской епархии Синодальный отдел по социальному служению. Владыка Пантелеймон очень проникается нуждами русского населения христиан в Средней Азии, и поэтому мы всегда находим отклик среди его сотрудников, среди сотрудников этого отдела. В частности Синодальный отдел помогает собирать пожертвования через демонстрацию роликов, повествующих о нелёгкой жизни русского населения в Таджикистане. Таким образом по короткому номеру собираются средства и потом выделяются на Душанбинскую епархию, затем на это всё покупаются продукты. На сегодня порядка 250 человек мы кормим бесплатными обедами, после воскресного богослужения собираются люди, уже знают, наши прихожане, а также те люди, которые просто ещё до храма не дошли, но приходят для того, чтобы подкрепить свои силы. Вы знаете и встречаются в этой очереди представители местных национальностей, даже местной религии. Был такой случай интересный: одна из наших сотрудниц совершила такой неправильный поступок — подошла к одному таджику и сказала, что вот иди в мечеть, пусть там кормят тебя. Но он ответил очень хорошо, он говорит: «В мечети нас не кормят, а вы, русские, добрые, вы нас всегда накормите».

А. Пичугин

— Ну а потом как же? Ведь если мы говорим «соотечественники», мы подразумеваем русских, а если так задуматься, что мы все жили в одной стране совсем недавно, то они же тоже наши соотечественники, в первую очередь они вообще люди.

Еп. Душанбинский Павел

— Поэтому, конечно, мы не обращаем внимания на национальность, на религию, когда человек пришёл, хочет кушать, то конечно, мы кормим. И примером тому целая семья таджикская: супруга, то есть мама шестерых детей по имени Джамиля. Вот она тоже приходила, русского языка не знает совсем, приходит, встаёт в очередь, получает еду, ещё домой ребятишкам несёт. То есть вполне мы, конечно, оказываем помощь и местному населению. Затем, надо сказать ещё о благотворительном фонде "Весна«.Это в Бердске он находится. Они тоже помогают, ежемесячно перечисляют помощь. На эти финансы мы уже приобретаем наборы продуктовые и раз в месяц, есть у нас список таких людей, которые сильно нуждаются, и мы им раздаём либо развозим, если люди сами не могут уже доехать — бывают такие слабенькие.

А. Пичугин

— То есть вот этих продуктовых наборов, по идее, если их разумно использовать, может хватить на месяц до момента получения следующего?

Еп. Душанбинский Павел

— Вы знаете, при скромном таком запросе людей, которые рады очень, когда у них есть полкилограмма гречки, и они могут несколько дней питаться, конечно, это существенная для них помощь. Но во всех отношениях мы уже увеличили объёмы, по сравнению с теми, которые были 2-3 года назад. То есть мы кормим уже не 200, а 250 человек, и наборов уже не только 130, а ещё 70 наборов приобретаем и развозим. И также в другие города: Худжанд, Чкаловск, Курган-Тюбе, Регар тоже развозим такие продуктовые наборы, помогаем людям, кто там проживает.

А. Пичугин

— А какие проекты, если вы знаете, конечно, реализует правительство Таджикистана для помощи вообще населению Таджикистана, я думаю, что как таджикам, так и русским, так и другим национальностям, которые тоже проживают на территории республики? Знаете ли вы что-нибудь об этом?

Еп. Душанбинский Павел

— Пенсии там небольшие, то есть социальная поддержка не совсем достаточная. Но поскольку, когда многодетная семья таджикская, понятно, что это не только трудности и затраты, но в то же время есть родственники, которые в тяжёлой ситуации помогают. Таким образом, таджики друг другу, конечно, помогают выживать в таких нелёгких условиях. А уязвимая категория граждан Таджикистана это как раз русские бабушки и дедушки, которые протрудились там всё время и не имеют родных, и вот они нуждаются. Есть социальные учреждения в самом Душанбе, наверное муниципального подчинения, где содержатся пожилые люди. Мы тоже навещаем эти заведения и привозим свою помощь, и оказываем ещё духовную, конечно, поддержку этим людям. Есть детские дома — тоже мы оказываем им помощь, поддержку. Вот на севере Таджикистана есть в посёлке Шураб детский дом, там порядка 30 детей, из них 13 русских. Но надо сказать, что там удивительно добрая обстановка. У нас есть сюжет... вообще скажу, что на сайте Ейской епархии, на Ютуб-канале епархии, есть плей-лист «Таджикистан», и там очень много репортажей на тему Таджикистана.

А. Пичугин

— Можно наших слушателей адресовать, я вижу сайт: eisk-eparh.ru. В принципе, тут есть справа раздел «Сделать пожертвование на Душанбинскую епархию». Ну, и если чуть ниже спуститься, там будет ссылка на Ютуб-канал. И я ещё хотел сказать, что есть на сайте Синодального отдела Русской Православной Церкви по благотворительности и социальному служению diaconia.ru разные варианты описаны, как можно помочь нашим соотечественникам, живущим в Душанбе за чертой бедности. Есть традиционный способ наш любимый — короткие номера, в данном случае номер 3443. На него можно отправить СМС со словом «свои» и суммой пожертвования для наших соотечественников в Таджикистане. Например: «свои» 100 — и 100 рублей отправятся на помощь людям, которые живут в Таджикистане. Можно также оформить ежемесячное пожертвование, отправив СМС на номер 3443 с текстом «свои», пробел, слово «месяц», пробел и сумму. Например: «свои», пробел, «месяц», пробел, 100. И через месяц вам придёт СМС с просьбой подтвердить платёж, и так будет каждый месяц, пока вы хотите делать такое пожертвование. Вы всегда можете от него отказаться, просто отправив на номер 3443 сообщение со словом «стоп». Вот такие есть варианты помощи. Поверьте, что любая будет востребована. Потому что, владыка, ещё раз напомните, сколько примерно человек живёт русских в Таджикистане сейчас? Порядка 20 тысяч?

Еп. Душанбинский Павел

— От 10 до 20 тысяч.

А. Пичугин

— Какой разброс интересный. А почему так получается?

Еп. Душанбинский Павел

— Давно не было переписи, а население всё-таки убывает — и по естественным причинам, и, кто может, ещё переезжают в Россию.

А. Пичугин

— Вот представьте, что Таджикистан и так не густо населён, но при этом от 10 до 20 тысяч — это население такого не очень большого российского города. Причём 20 тысяч — это уже такой и не маленький город, наверное, в общем-то. И эти люди в основном в чём-то нуждаются. Как вы считаете, владыка, вот так вот поездив по Таджикистану, где больше всего там проблем у русскоязычного населения?
Еп. Душанбинский Павел

— Вы знаете, проблемы распределены довольно равномерно. Не сказать, что в Душанбе лучше проживать, чем в Худжанде или чем Регаре. Но можно отметить сплочённость русских именно в Регаре, или как называется сейчас этот город, Турсунзаде. Там очень хороший руководитель русской общины. И они живут наиболее сплочённо. Но ещё надо сказать, что наши храмы, приходы, которые в этих городах находятся, они являются некой точкой опоры, это то место, куда люди могут прийти всегда, всегда получить какую-то помощь. И мы её и оказываем нуждающимся людям.
А. Пичугин

— Друзья, напомню, что сегодня в программе «Светлый вечер» на светлом радио епископ Душанбинский и Таджикистанский Павел. Я — Алексей Пичугин. Мы через минуту к нашему разговору вернёмся.

А. Пичугин

— Возвращаемся к нашему разговору, напомню, что сегодня на светлом радио епископ Душанбинский и Таджикистанский Павел. Мы говорим о жизни Православной Церкви, о жизни русскоязычных людей в Душанбе, как в городе, также в Таджикистане в целом, как в стране. Владыка Павел также управляет Ейской и Тимашевской епархией — это основная, можно сказать, его епархия, но при этом несколько недель в два месяца владыка также проводит и в Таджикистане. А как-то ведь ещё наверняка выстраиваются ваши взаимоотношения с российскими военнослужащими? В Таджикистане у нас военная база — это известно. Вы к ним приезжаете, и кто-то их окормляет?

Еп. Душанбинский Павел

— Вы знаете, каждый свой приезд я обязательно посещаю нашу военную базу, которая расположена в городе Душанбе. Также есть ещё несколько частей, где служат российские военные. Мы тоже их навещаем и окормляем. В самой российской базе 201-й есть воинский храм. Там служит отец Роман Чебаненко, который раньше был военнослужащим, командиром разведроты в этой же военной базе, и потом он уже стал священником. Ему вся служба знакома, все трудности, с которыми сталкиваются военнослужащие.

А. Пичугин

— То есть он жил там, потом принял сан и остался там жить?

Еп. Душанбинский Павел

— Да, представляете, это такой ценный кадр для всей военной части. Он несёт службу теперь как помощник командира военной базы по работе с верующими военнослужащими.

А. Пичугин

— Он при этом остаётся при погонах?

Еп. Душанбинский Павел

— Нет, он священник, в своей уже новой одежде: в подряснике, в рясе.

А. Пичугин

— Да, в подряснике, в рясе, но при этом он уже из рядов вооружённых сил уволен?

Еп. Душанбинский Павел

— Ну, в штате базы он есть, конечно.

А. Пичугин

— Это мне давно было интересно, потому что у нас много таких людей, к нам периодически приходят, я всё никак ни у кого не спрошу. Представляешь человека, что это священник такой-то, помощник командира воинской части такой-то по работе с верующими военнослужащими, или помощник или руководителя Федеральной службы исполнения наказаний по городу Москве по работе с верующими заключёнными. И вот всегда интересно: у человека погоны при этом сохраняются или нет? Вот вы говорите, что нет.

Еп. Душанбинский Павел

— Ещё, если можно, хотел бы рассказать вот о чём: мы, когда общаемся с русским населением, то иногда слышим, что у людей нет дома горячей воды, нет газа, нет электричества. И мы организовываем при храмах, где-то уже есть, где-то есть желание организовать наподобие бытового такого комплекса, где человек может прийти постирать свои вещи. Хотим ещё сделать, чтобы была такая банька как бы социальная, чтобы люди могли погреться и помыться в нормальных условиях. И поэтому вот сейчас у нас есть здание при храме в Курган-Тюбе, это самый южный храм нашей епархии — 80 километров от реки Пяндж, соответственно от границы с Афганистаном. И сейчас мы проводим отделку этого здания, чтобы тоже там мог бы жить и иеромонах, и проводится мероприятия. И также есть мысль подобное здание построить в городе Чкаловске при храме, где территория позволяет, с таким банно-прачечным, отделом, чтобы помогать нашим соотечественникам и в этой нужде тоже — в необходимости просто постираться, помыться.

А. Пичугин

— А во всех крупных населённых пунктах Таджикистана сейчас есть православные храмы, где можно было бы такой комплекс устроить, или нет?

Еп. Душанбинский Павел

— Есть города, в которых нет храмов. Это очень крупный город Куляб, в городе Пенджикент нет храма. Причём там раньше был храм, в котором в сан епископа был рукоположен святитель Лука Крымский, был такой храм, сто лет назад, в 1923 году.

А. Пичугин

— А храм просто снесён?

Еп. Душанбинский Павел

— Конечно, и на том месте уже администрация города Пенджикент, и восстановить его на том же месте уже невозможно. Но там всё-таки верующий имеются, и туда, в Пенджикент приезжает отец Мардарий, иеромонах из города Худжанда, навещает, служит, исповедует и проводит требы.

А. Пичугин

— А если вот так просто посчитать, какие основные проблемы, с которыми вы сталкиваетесь, которые приходится решать, или которые очень сложно решить, но при этом без них никак?

Еп. Душанбинский Павел

— Я думаю, что всё-таки это, хотя назвать это проблемами или трудностями, может быть, сложно, это социальное служение. И эту работу хотелось бы поднять на новый уровень. И здесь требуются такие помощники, которые могут помогать финансово, потому что, кроме финансов, сложно чем-то помочь, поскольку логистика очень сложная. Это надо три границы проехать, и если оплачивать доставку груза, то 40 рублей за один килограмм перевезённого груза — тоже это серьёзная добавляется стоимость.

А. Пичугин

— В чём-то вы видите пути решения?

Еп. Душанбинский Павел

— Мы же сейчас на радио проводим программу — хорошо бы, чтобы слушатели откликнулись и помогали для того, чтобы мы могли строить такие социальные объекты. Мы хотим Дом милосердия сейчас построить при храме в Душанбе, где мы бы собрали бабушек одиноких, которых могли бы там содержать. И хотим организовать сестричество милосердия при этом храме. Но на всё нужны средства. Вся епархия дотационная, зарплаты у священников крайне маленькие, порядка шести тысяч рублей, если по-русски взять. У меня совершенно там нет зарплаты, конечно, мне и ейской хватает. И я из Ейской епархии туда всё привожу, и финансово помогаю, и привожу. Но, конечно, требуется гораздо больше помощи, которая будет распределяться уже нашим соотечественникам. Сейчас мы ещё развиваем — то, что владыка Питирим начал — Славянский культурно-просветительский центр. Там уже такие гуманитарные направления деятельности, связанные с образованием, с культурой, и для местного населения, для таджикского, а также для поддержания определённого культурного уровня среди русского населения. То есть там будет литературный кружок, уже есть, театральная студия, есть хоровая студия, будет исторический кружок. И воскресная школа для взрослых и детей проводится. И хотим ещё обучать потенциальных мигрантов русскому языку и русской культуре для того, чтобы они, переезжая в Россию, уже не попадали в различные плохие сводки, а напротив, приносили только вклад свой позитивный в развитие России.

А. Пичугин

— Вот это, кстати, очень интересно. А вообще запрос такой есть со стороны местного населения, от людей, которые собираются в Россию, от трудовых мигрантов в первую очередь? Или от людей, которые, скорее, на заработки едут — тут речь, может быть, не идёт о переезде навсегда, а скорее о том, чтобы заработать денег. Действительно, такая адаптация культурная очень важна. Но вот насколько люди готовы её начинать у себя на родине?
Еп. Душанбинский Павел

— Вы знаете, есть интерес. Сначала расскажу о таком для меня удивительном интересе, когда это не связано с меркантильными каким-то целями. Просто мне сказали, что есть одна девушка, которой 18 лет, она любит русскую литературу и просто перечитала всего Достоевского, ходит на литературный кружок. Правда, пока это центр, который Франция организовала. Вот мы у себя хотим такой литературный кружок сделать? Вот это удивительно. Но есть люди, у которых интерес, конечно, повысить свой культурный уровень в русской культуре для, того, чтобы адаптироваться больше в России, ну и отчасти помогать своим родным, которые остаются в Таджикистане. То есть уехать на заработки, уехать на учёбу, приобрести специальность, трудится в России и помогать остальным своим родственникам. Но и в этом готовы мы тоже помогать. Очень хорошее понимание мы имеем среди руководства Россотрудничества, среди фонда «Русский мир» и среди посольства, нашего консульства — со всеми сотрудничаем. Конечно, для самой России будет более правильно, когда будут приезжать мигранты, которые понимают и любят уже русскую культуру, которые готовы тут трудиться, честно зарабатывать средства, кормить свои семьи и быть гражданами новой своей родины — России, быть позитивными такими уже людьми.

А. Пичугин

— А как обстоят дела с русскими школами?

Еп. Душанбинский Павел

— Вы знаете, это очень большая проблема вообще — сфера образования. Запрос на обучение на русском языке очень большой, но школ не хватает. В связи с этим существует соглашение между правительствами России и Таджикистана по постройке пяти русских школ в пяти городах. Это Худжанд, Регар, Куляб, Курган-Тюбе и Душанбе. Там будут построены русские школы, уже отчасти начато строительство. Затем будет формироваться штат из российских преподавателей по российским стандартам. И запрос сейчас очень большой. Если в 90-х годах было время, когда по глупости, ещё неосознанно, местное население выживало русских, думая, что будет лучше без них. Но сейчас уже осознание пришло, что без русского языка никуда, без русской культуры никуда, и также без русской науки. И сейчас запрос очень большой на российское, русское образование и на изучение русской культуры.

А. Пичугин

— А из этих от 10 до 20 тысяч человек, которые живут в Таджикистане, много ли специалистов, которые могут быть учителями в школах, могут быть преподавателями в вузах, имеют соответствующую квалификацию?

Еп. Душанбинский Павел

— Вы знаете, есть среди наших прихожан даже преподаватели вузов и учителя школ. Но понятное дело, что среди таджиков ещё того, советского времени, имеются, конечно, преподаватели, которые вполне очень культурно разговаривают на русском языке, очень высокий уровень у них владения русским языком. Но и вообще-то планировалось потом командировать из России учителей.

А. Пичугин

— Но это должна быть какая-то специальная программа, причём эти люди должны быть с соответствующими возможностями. Я вспоминаю, что вот в некоторых регионах России работает программа, это, наверное, можно здесь сопоставить, «Сельский учитель», «Сельский врач». Человек, который хочет работать врачом и получать после окончания института действительно неплохие деньги, получить сразу много — миллион подъёмных, — люди подписывают соответствующий договор о том, что они отработают в сельской местности сколько-то лет. И они, приезжая в какое-нибудь село в Тверской области глухое, получают при этом миллион. На эти деньги они могут обустроиться на месте, решить свои проблемы с жильём и некоторое время работать, им ещё и повышенную зарплату будут платить. Здесь, видимо, нужны какие-то подобные программы. Не знаю, может, они уже есть, работают.

Еп. Душанбинский Павел

— Как раз программа есть и мотивация присутствует, конечно.

А. Пичугин

— Я напомню, друзья, что в программе «Светлый вечер» сегодня епископ Душанбинский и Таджикистанский Павел. Мы говорим об особенностях жизни в Таджикистане наших соотечественников. А вот как вы считаете, из вот этих от 10 до 20 тысяч — вот видите, мы, к сожалению, не можем более точными, действительно, данными оперировать, так как перепись не производилась давно, — какое количество людей действительно ощущают себя христианами?

Еп. Душанбинский Павел

— Наверное, процент будет чуть повыше, чем в общем по России, я так думаю. Конечно, изначально это всё-таки советские люди той формации ещё, но имея необходимость посещать храм в начале ради социальной помощи и поддержки, с помощью священников многие люди поистине обретают веру и считают её уже большей ценностью, чем социальная поддержка. И я встречался, общался даже с таджиками, которые принимают православие. И такая радость в их глазах, что Господь им открыл веру, они посещают богослужения. Тем более русские люди, будучи раньше, в молодости, инженерами, геологами и тружениками других сфер, но при атеизме живших, а теперь они обретают веру и, конечно, считают это большим своим богатством.

А. Пичугин

— А много ли за то время, пока вы управляете Таджикистанской епархией, за два с половиной года, много ли таджиков перешли в христианство, приняли православие?

Еп. Душанбинский Павел

— Я не скажу, что много, всё-таки это случаи больше единичные. Но если учесть, что за 50 лет владычества Российской империи Таджикистаном, тем краем, обратили одного таджика в православие, то сейчас, знаете, особо нет прозелитизма, особо нет проповеди, и это и запрещено, и в общем-то, мы и не видим возможности. Но сами, кто приходят, таджики изъявляют желание. Конечно, мы проводим катехизацию, мы знакомим, конечно. И дальше — их желание. Вот некоторые принимают православие.

А. Пичугин

— А как дело обстоит с другими конфессиями христианскими в Таджикистане?

Еп. Душанбинский Павел

— Вы знаете, когда была Гражданская война, это конец 90-х, начало двухтысячных, было обилие различных сект разной направленности, разного происхождения, которые привлекали людей как раз социальной поддержкой, потому что тоже люди голодали в то время. И действительно много было у них, скажем так, прихожан. Но, когда война закончилась, когда социальный уровень общества немножко поднялся, то эти секты стали терять своих прихожан. Люди стали опять обращаться к своей религии. На сегодня некоторые присутствуют — протестантского направления, скажем так, деноминации, но не очень обширно.

А. Пичугин

— А Католическая Церковь?

Еп. Душанбинский Павел

— Католическая Церковь тоже присутствует, потому что там поляки в своё время были.

А. Пичугин

— А, даже какое-то количество населения в Таджикистане католики, в том числе наследные католики от поляков, от немцев?

Еп. Душанбинский Павел

— Вы знаете, к нам в храм приходили сёстры-монахини, именно католички. Мы с ними пообщались, некоторые по-русски разговаривают, некоторые только по-итальянски, некоторые по-таджикски. Но мы сумели всё-таки пообщаться по-доброму, вместе чай попили.

А. Пичугин

— У них тоже какая-то, я так понимаю, программа есть своя социальная?

Еп. Душанбинский Павел

— Да, конечно, социальной работой занимаются.

А. Пичугин

— Владыка, расскажите про священников, которые у вас служат в Таджикистане. Вы говорите, что их, если не ошибаюсь, 13 или 20 человек.

Еп. Душанбинский Павел

— Нет, священников там у нас всего семь. Трое женатых священников, но один овдовел недавно.

А. Пичугин

— И четверо монашествующих.

Еп. Душанбинский Павел

— Священники там чудные — одним словом скажу. Они труженики, очень скромные, смиренные люди. Четверо иеромонахов, один из которых, иеромонах Василий, приехал туда по моему благословению из кубанского монастыря — из Тимашевского монастыря. Он, вообще-то, секретарь епархии. И до меня там уже был иеромонах Владимир (Мухин), из Одессы приезжал как бы на время, но слава Богу, вот при владыке Питириме ещё он остался. А также иеромонах Стефан — он приехал вместе с владыкой Викентием, и иеромонах Мардарий, который служит в Худжанде, тоже с владыкой Викентием приехал в своё время. И есть даже диакон мирской. Он по национальности таджик, а жена у него русская, дети у него: Даниил, Давид, Матфей, Марк и Ева — все в храме. Ева на клиросе, остальные все ребята в алтаре иподиаконы.

А. Пичугин

— С удивлением узнал, что, оказывается, далеко не все епархии могут похвастаться наличием диакона, а вот у вас есть.

Еп. Душанбинский Павел

— Да, слава Богу. И одну ектенью он говорит на таджикском языке — «паки и паки» по-таджикски. Но мы так, наверное, и для себя говорим её, произносим на таджикском, но и для тех, может быть, кто зайдёт на службу. Это ещё Литургия оглашенных, так что могут присутствовать все и тоже могут услышать на таджикском языке. Но отец-диакон ещё имеет свое предприятие малое — они шьют шторы. И поэтому, имея возможность, средства, они с матушкой постоянно помогают приходам, постоянно помогают нищим людям и различным социальным учреждениям, то есть делятся. Вообще, очень дружная обстановка, очень батюшки хорошие, дружные. Мне нравится там, очень нравится сама обстановка среди священства.

А. Пичугин

— Я так понимаю из того, что вы говорите, всё-таки в основном священники, приехавшие в разное время, уже причём будучи в сане, в Таджикистан — из Украины, из России. Но из тех, кто родился в Таджикистане, это подавляющее меньшинство.

Еп. Душанбинский Павел

— Есть. Вот и отец Владимир сам из Таджикистана, местный, и отец Сергий местный, отец Роман тоже местный. Вот как раз женатые иереи местные.

А. Пичугин

— А как воспринимают ваши священники из Ейской епархии такие командировки в Таджикистан?

Еп. Душанбинский Павел

— Вы знаете, нашёл я понимание у них. И когда объясняю, то не против, добровольно. Сначала я объявляю всем благочинным, что нужен священник. Они мне кандидатов присылают, и дальше мы общаемся с ними. Ну, отказов не было, никто не отказывался. Люди понимают, что помогать нужно, необходимо. Ну, а там тоже красоты свои, в общем-то, никто не пожалел, что съездил, некоторые по второму разу уже хотят.

А. Пичугин

— Здесь же ещё должна быть такая определенная доля в характере авантюризма и романтики, потому что есть много людей, которые: «Как, куда? В Таджикистан? Да вы что! Да я дальше родной области-то не хочу выезжать никуда».
Еп. Душанбинский Павел

— Я бы назвал это, наверное, не авантюризмом, это не авантюра всё-таки. Это такая ревность апостольская, ревность миссионерская присутствует, конечно, и это тоже радует. Надо сказать, что в лучшую сторону даже где-то они себя потом ощущают, и на приходе на Кубани улучшается обстановка То есть польза есть для самого миссионера тоже.

А. Пичугин

— Друзья, давайте ещё раз напомню, какие есть возможности помочь нашим соотечественникам, живущим в Таджикистане. Возможности эти реализуются через Церковь. Есть на сайте Ейской епархии раздел «Сделать пожертвование в Душанбинскую епархию». Здесь есть расчётный счёт и все данные. Это сайт eisk-eparh.ru, с правой стороны будет небольшой баннер «Как помочь Душанбинской епархии». И на сайте Синодального отдела по благотворительности и социальному служению diaconia.ru предлагается сделать разные формы пожертвований. Одна из них, самая простая, это короткий номер 3443. На этот номер можно отправить сообщение со словом «свои» и через пробел вписать сумму. Например: «свои» 100, и тогда 100 рублей отправятся на помощь нуждающимся нашим соотечественникам в Таджикистане. Можно также оформить ежемесячное пожертвование, отправив СМС на тот же номер 3443 с текстом «свои», пробел, слово «месяц», пробел и сумма. Например: «свои», пробел, «месяц», пробел, 100. И тогда каждый месяц 100 рублей будет отправляться на помощь нуждающимся нашим соотечественникам в Таджикистане. И автоматически ничего списываться не будет, вам каждый месяц будет в определённое число приходить сообщение с подтверждением платежа, и вы всегда можете отказаться от него, отправив на номер 3443 слово «стоп».
У нас ещё какое-то время остаётся, буквально несколько минут. Владыка, мы так, по касательной, с вами всё время вспоминаем Ейскую епархию. Немного о ней расскажите. Это же Краснодарский край, и епархия, когда-то выделенная из большой Краснодарской епархии. Про особенности расскажите, пожалуйста. Для вас же тоже, я так понимаю, направление в Ейск в 2018 году — это была перемена места такая кардинальная, после многих лет в Новосибирске, на Юг России.

Еп. Душанбинский Павел

— Да, Ейская епархия довольно обширная, включает в себя 10 районов Кубани с общим населением порядка 740000 человек. Сто приходов у нас и примерно сто священнослужителей. Надо сказать, что тоже, слава Богу, я очень рад, что священство такое, у нас, в общем-то, дружная епархия. Мы занимаемся также, конечно же, и богослужением, конечно же, социальной работой. И тут проще, на Кубани, разумеется, раз это Россия, тем более Кубань, проще вести работу с подрастающим поколением. Конечно же, в школах работа с молодёжью, со спортивным сообществом. Я организовал волонтёрский корпус Ейской епархии, при этом в каждом храме есть волонтёрская группа, они объединяются в группу благочиния, а дальше в волонтёрский корпус Ейской епархии. Мы организовываем на местах сестричества милосердия, которые несут послушания при центральных районных больницах. Мы организовали молодёжных хор, на основе деятельности с молодёжью. И вот имеем в качестве нагрузки радостной Душанбинскую епархию. И с радостью несу своё служение. Я ещё хотел бы добавить о Душанбинской епархии, о соотечественниках, что они настолько непритязательны, с одной стороны, с другой стороны реально нуждающиеся, и с третьей стороны очень благодарные за помощь. И меня очень радует, когда они говорят, что из той помощи, которую они получают, они тоже делятся с другими людьми. И вот видна такая сердобольность. В целом так.

А. Пичугин

— Да, спасибо большое. Конечно, очень интересно. Я вас приглашаю ещё к нам присоединиться, рассказать о том, как происходит ваше служение в Таджикистане через какое-то время, когда что-то произойдёт, какие-то программы ещё будут реализовываться, будет что-то интересное. Наши двери всегда открыты, и я думаю, что нашим слушателям тоже будет очень интересно узнать о таких вещах. Спасибо. Я напомню, что в гостях сегодня у радио «Вера» был епископ Душанбинский и Таджикистанский Павел. Владыка также возглавляет Ейскую кафедру на Юге России, в Краснодарском крае. Так что вот такое интересное сочетание, ну и мы, я думаю, много всего интересного узнали о жизни наших соотечественников в Таджикистане, и в Средней Азии в целом. Спасибо большое, владыка.

Еп. Душанбинский Павел

— Алексей, разрешите вас поблагодарить за ваши труды, а также поблагодарить радиослушателей за внимание, и всем пожелать Божьей помощи во всех ваших богоугодных делах.
А. Пичугин

— Спасибо. Благодарим, владыка. Прощаемся с вами, всего хорошего и до встречи, до свидания.

Еп. Душанбинский Павел

— До свидания.