Поделиться
Фото: Сергей Власов / Пресс-служба Патриарха Московского и всея Руси
Есть такое устойчивое выражение «постимся постом приятным». Но что это значит? Может ли быть время ограничений и строгости — «приятным», то есть приносящим радость, удовольствие?
Этот фрагмент взят из стихиры — песнопения первого дня Великого поста. На самом деле, полностью эти строки звучат так: «Будем поститься постом приятным, благоугодным Господу; истинный пост — от пороков уклонение, воздержание языка, отказ от гнева, разлучение с вожделениями, злословием, ложью и клятвопреступлением. Оскудение всего этого — таков истинный пост и благоприятный!»
Какой же пост угоден Господу? Об этом Сам Сын Божий говорит в Нагорной проповеди: «Если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный... Когда поститесь, не будьте унылы, как лицемеры, ибо они принимают на себя мрачные лица, чтобы показаться людям постящимися... А ты, когда постишься, помажь голову твою и умой лице твоё, чтобы явиться постящимся не пред людьми, но пред Отцем твоим, Который в тайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно... Не собирайте себе сокровищ на земле..., а собирайте... на небе, где ни моль, ни ржа не истребляют и где воры не подкапывают и не крадут, ибо где сокровище ваше, там будет и сердце ваше».
Это очень простые по смыслу наставления, но зачастую они катастрофически трудны для исполнения. Простить бывает совершенно невозможно. Сразу находится десяток отговорок — что человек «даже не раскаивается или сожалеет», такое «простить нельзя», и вообще, «наверняка он уже и не помнит».
В пост оказывается гораздо проще шикать на других в социальных сетях, чтобы не размещали неподобающее, чем самому отказаться на время от ненужных сайтов.
А что касается небесных сокровищ — это вообще кажется чистой абстракцией, неуместным благопожеланием в дни всеобщего экономического кризиса.
Мы настолько привыкли подчиняться своим желаниям, что порой не замечаем этого. Общество потребления поощряет нас: «ты этого достоин», «побалуй себя...» Пост — это время добровольного самоограничения. Человек начинает чуть внимательнее относится к своим потребностям, включает режим «надо» и «полезно» вместо «хочу» и «вкусно». Это касается и еды, и развлечений. Но пост не сводим к запретам и ограничениям. Они — не смысл поста. Главное — уменьшить, умалить собственное «я», и на его место во внутренней системе ценностей поставить другого человека, того, кого мы называем «ближним».
Девизом Святой Четыредесятницы можно назвать слова святителя Иоанна Златоуста: «Ты постишься? Напитай голодных, напои жаждущих, посети больных, не забудь заключенных. Утешь скорбящих и плачущих; будь милосерден, кроток, добр, тих, долготерпелив, незлопамятен, благоговеен, истинен, благочестив, чтобы Бог принял и пост твой и в изобилии даровал плоды покаяния». Так мы по-настоящему исполним завет Христа и получим радость от Великого поста.
15 июня. «Девятый вал»
Поделиться
Фото: Art Institute of Chicago/Unsplash
Все опытные мореходы знают об этом опасном для судов явлении, о котором мы ведаем по шедевральному живописному полотну Айвазовского. Проходят первая, третья, пятая волны и наконец является он — девятый вал, несущий с собой гибель, встреть он на своём пути борт небольшого корабля. В жизни духовной, всеусердно храня мир сердца, мы, тем не менее, должны быть всегда настороже, памятуя об «огненном искушении», которое норовит застигнуть врасплох христианина, потерявшего бдительность и вознамерившегося «опочить на лаврах» мнимого преуспеяния.
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
15 июня. Об одиночестве
Поделиться
О важности человеческого общения — клирик московского храма Иерусалимской иконы Божией Матери за Покровской заставой священник Вадим Бондаренко.
Православная модель назидания уделяет много внимания тому, чтобы описать соблазны, которые ждут христианина на пути к Богу. Здесь всё понятно и на поверхности. Никому не удастся совместить следование за Христом с развратом, воровством, злом другому человеку. Всё это всегда было в жизни человечества, поэтому не теряет актуальности.
Но что-то и меняется. Уклад общества, сама модель жизни очень изменились за последние десятилетия. Я бы сказал, что это сформировало другой, гораздо более опасный соблазн, неплохо накладывающийся на внешнюю модель благочестия и религиозности. Этот соблазн — выбор одиночества.
Другой человек воспринимается нами как проблема, как лишнее обстоятельство, как то, что выводит нас из равновесия, покоя и гармонии. Мы ограничиваем контакты, оценивая их необходимостью и функциональностью. Мы забываем, что не можем видеть Бога и что-либо сделать для Него, но зато Он разговаривает с нами через других, которые Его образ и творение.
Все выпуски программы Актуальная тема:
15 июня. О мечтах
ПоделитьсяО вреде пустых мечтаний — настоятель Спасо-Преображенского Пронского монастыря в Рязанской области игумен Лука (Степанов).
Мечтательность, несомненно, относится к признакам нашей падшей природы. «Мечтательность, способность к воображению, — называет святитель Феофан, — самой чернорабочей стороной нашей души». Мечтательность может привести человека к необыкновенным заблуждениям, из которых очень трудно возвращаться, если эту свою чернорабочую способность воспринимает он за некоторую духовную реальность.
Представляя что-либо желанное, он воспринимает это за действительное в отношении самого себя и своего состояния, в отношении невидимого духовного мира, в отношении невидимых сторон жизни и близких людей: «а я-то знаю, а я-то подозреваю, что на самом деле кроется за теми или другими словами или действиями близких моих».
Так вот, эта самая мечтательность, эта склонность к воображению, оказывается, заполняет душу человека необыкновенным мусором, хотя с виду и благообразным. Поскольку это не реальность, которая открывается особым образом проницательному и чуткому, а это как раз порождение собственного падшего разума, собственной вот этой способности строить воздушные замки и какие-либо конструкции и концепции внутри своей души.
Потому святые отцы призывают и при наших молитвенных трудах, и при общении с ближними, и при уповании на какие-то будущие свершения всяко беречься мечтательности, вот этой способности к воображению, которая в результате определённым образом формирует и наши чувства, ибо то, что ты себе намечтал, тем ты потом либо восхищаешься, либо боишься, либо, наоборот, вдохновляешься этими совершенно неосновательными плодами твоего собственного воображения.
Все выпуски программы Актуальная тема:
