Поделиться
Рембрандт (1606—1669) Апостол Павел
Рим., 83 зач., II, 28 — III, 18.
Глава 2.
28 Ибо не тот Иудей, кто таков по наружности, и не то обрезание, которое наружно, на плоти;
29 но тот Иудей, кто внутренно таков, и то обрезание, которое в сердце, по духу, а не по букве: ему и похвала не от людей, но от Бога.
Глава 3.
1 Итак, какое преимущество быть Иудеем, или какая польза от обрезания?
2 Великое преимущество во всех отношениях, а наипаче в том, что им вверено слово Божие.
3 Ибо что же? если некоторые и неверны были, неверность их уничтожит ли верность Божию?
4 Никак. Бог верен, а всякий человек лжив, как написано: Ты праведен в словах Твоих и победишь в суде Твоем.
5 Если же наша неправда открывает правду Божию, то что скажем? не будет ли Бог несправедлив, когда изъявляет гнев? (говорю по человеческому рассуждению).
6 Никак. Ибо иначе как Богу судить мир?
7 Ибо, если верность Божия возвышается моею неверностью к славе Божией, за что еще меня же судить, как грешника?
8 И не делать ли нам зло, чтобы вышло добро, как некоторые злословят нас и говорят, будто мы так учим? Праведен суд на таковых.
9 Итак, что же? имеем ли мы преимущество? Нисколько. Ибо мы уже доказали, что как Иудеи, так и Еллины, все под грехом,
10 как написано: нет праведного ни одного;
11 нет разумевающего; никто не ищет Бога;
12 все совратились с пути, до одного негодны; нет делающего добро, нет ни одного.
13 Гортань их — открытый гроб; языком своим обманывают; яд аспидов на губах их.
14 Уста их полны злословия и горечи.
15 Ноги их быстры на пролитие крови;
16 разрушение и пагуба на путях их;
17 они не знают пути мира.
18 Нет страха Божия перед глазами их.
Комментирует протоиерей Павел Великанов.
Как же апостол Павел рискует, адресуя эти слова перед членами римской общины христиан, в основном обратившихся из иудеев! Ведь в сознании каждого иудея обрезание — неуничтожимое свидетельство Богоизбранности, своего рода «печать» исключительных отношений с Богом и право на преимущество по отношению ко всем другим народам! А апостол говорит про «обрезание в сердце, по духу» — да только как его распознать-то? Телесное обрезание очевидно: а вот духовное — как бы тут не обознаться? Мало ли что сам о себе человек думает!
Апостол тонко подмечает: телесное обрезание даёт «похвалу от людей» — которые таким образом чётко распознают «своего» человека среди остальных. Но если на этом всё и заканчивается — это печально. Потому что декларация своих исключительных отношений с Богом должна быть чем-то подтверждена — и в этом — главная проблема, а вовсе не в наличии или отсутствии определённого знака на теле!
Чем же мы, христиане, можем подтвердить наличие «духовного обрезания» нашего сердца — символом которого и является новозаветное обрезание — Таинство Крещения? Ведь все, крестившиеся во Христа, облекаются в Него и начинают новую жизнь — перестав быть врагами Богу и став усыновлёнными Ему через Иисуса.
Физическим, видимым знаком нашего посвящения Богу является наш нательный крестик. Надевая его, тем самым мы свидетельствуем: мы — не «безродные», никому не принадлежащие. Мы — Божьи дети! Его достояние, Ему принадлежим. И в этом — радикальное отличие нательного крестика от множества амулетов, о́берегов и символов: он играет вовсе не магическую роль, защищая от любых проблем и бед, — а роль несоизмеримо более важную. Крест — знак того, что ты — Христов, ты — не «сам по себе», а — Божий!
А вот дальше — самое важное. И Таинство Крещения, и ношение крестика сами по себе ещё не делают человека христианином — также, как посев в землю семени ещё не означает наличия урожая! Ведь даже самое дорогое, лучшее, изысканное семя можно загубить дурным обращением с ним — также и жизнь во грехе, противоположная Божественным заповедям, может сделать дар Духа, посеянный в сердце, бесплодным!
С позволения сказать, «христианскость» человека проявляется прежде всего в его отношениях с людьми. Способность принять другого — совсем не такого, как ты сам, безграничный ресурс терпения чужих немощей и слабостей, открытость сердца, отказ от манипуляций в отношениях, благодарность и лёгкость в готовности помочь — вот, наверное, краткий список самых обычных, «бытовых», добродетелей — которые мы или стараемся развивать и поддерживать, или уклоняемся от них ради иных жизненных целей.
И если мы по образу нашей жизни оказываемся решительно не таковы, какими нас хочет видеть Евангелие — вот тогда крест на груди может стать прожигающим душу насквозь обличением совести!
Чтобы этого не произошло, как же важно почаще напоминать себе, что только наши ближние и есть самый надёжный индикатор уровня нашей «христианскости!»
5 февраля. «Смирение»
Поделиться
Фото: Ryoji Iwata/Unsplash
Смирение открывает ученику Христову непостижимое величие Господа, Который, Единый имея бессмертие, пребывает в неприступном свете Своего Божества. Так свидетельствует об этом апостол Павел. Духовный взор, обращённый внутрь сердца, к Создателю, тотчас приводит нас к смиренному постижению своей малости и ничтожества пред Богом. Нося в уме и чувстве сознание того, как велик и совершенен Творец, душа начинает уразумевать, сколь хорошо и спасительно ей смиряться в очах Господа.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Книжный марафон. Светлана Чехова
Поделиться
Несколько лет назад я бросила себе вызов. Приняла участие в необычном книжном марафоне. 52 книги за 52 недели. По одной в неделю. Целый год погружения в чтение. Признаюсь, это было нелегко, порой приходилось осиливать внушительные объёмы страниц, но именно тот год подарил мне не просто привычку, а настоящую, неугасающую любовь к книгам и бесценный багаж знаний, который помог качественно преобразить мою жизнь.
Выбирая книги для этого марафона, я решила отдать предпочтение духовной, классической и научной литературе. Составила список и приступила к чтению.
Одной из первых книг был труд святителя Луки Крымского «Я полюбил страдание, так удивительно очищающее душу». Это не просто автобиография, но и проникновенный рассказ о жизненном пути, полном испытаний, лишений и непоколебимой веры. Откровение души, прошедшей через горнило страданий и обретшей в них удивительную силу и чистоту.
Святитель Лука описывает свой путь от врача до архипастыря сквозь бури безбожного времени. Его рассказ пронизан искренностью и любовью к России, к Церкви, к своим пациентам.
Особенное внимание в книге уделяется периоду гонений. и репрессий, которым святитель Лука подвергался за свою веру. Он рассказывает о тюремных заключениях, ссылках, допросах, о клевете и предательстве. Но даже в этих нечеловеческих условиях он не терял веры, продолжал молиться и помогать людям.
Для меня Пример Святителя Луки стал ярким свидетельством силы духа, способной преодолеть любые испытания.
Не могла я не включить в свой список произведения Федора Михайловича Достоевского. Мне всегда нравилась его способность проникать в самые потаённые уголки человеческой души. В «Преступлении и наказании» Федор Михайлович не боится показывать уродство, низость, отчаяние. Но даже в этой тьме он всегда находит проблески веры в то, что человек способен на раскаяние и возрождение.
Первые недели марафона пролетали в вихре новых мыслей и осознаний. Классика требовала вдумчивого чтения, научные труды — переосмысления привычных представлений о мироздании, а духовная литература — погружения в глубины собственной души.
Быстро пролетел год, а вместе с ним — 52 прочитанные книги. Некоторые научили меня мудрости, другие вдохновили на перемены. А чтение духовной литературы стало неотъемлемой частью жизни. Ведь именно наставления святых и конечно, Священное писание показывают нам путь ко спасению.
Хорошо о пользе чтения сказал преподобный Иоанн Кассиан Римлянин: «Когда внимание души занято чтением и размышлением о прочитанном, она не опутывается сетями вредных помыслов».
Автор: Светлана Чехова
Все выпуски программы Частное мнение
5 февраля. О жизни и творчестве Вадима Шершеневича
Поделиться
Сегодня 5 февраля. В этот день в 1893 году родился поэт Вадим Шершеневич.
О его жизни и творчестве — настоятель московского храма Живоначальной Троицы на Шаболовке протоиерей Артемий Владимиров.
Полна событий, драматичных и даже трагических, жизнь творческих людей на пересечении двух столетий. Вадима Шершеневича характеризует самобытный талант. Будучи творческим оппонентом Маяковского, он перепробовал многие школы и направления, прежде чем выработал собственный оригинальный стиль.
Шершеневич, уже как зрелый поэт, имел огромную популярность в предреволюционной России. Не отнять у него знания европейских языков. Он был человеком, который послужил и во время Великой Отечественной войны, участвуя в литературных концертах на оборонных заводах, госпиталях Барнаула, где и скончался от двустороннего туберкулёза легких.
Сегодня, пожалуй, только специалисты по истории литературы хорошо знают творчество этого поэта. Между тем многие его новаторские произведения опираются на прекрасное гуманитарное образование. Вадиму Шершеневичу не откажешь ни в уме, ни в чувстве прекрасного.
Хотя человек своего времени, он, увы, будучи далеким от богопознания и богообщения, отдал дань тем легкомысленным настроениям, которые, наверное, препятствовали ему впоследствии найти мир с Господом, найти Христа, живого Бога, в собственном сердце.
Мы, изучая Серебряный век, видим, что люди того времени отличались систематическим образованием, глубокой образованностью, но им трудно было пробиться через их собственное эгоистическое «я» к свету смирения, любви и надежды на божественную благодать по вере в Господа нашего Иисуса Христа.
Все выпуски программы Актуальная тема
