«Подростки и искусственный интеллект». Протоиерей Олег Чебанов

Гостем программы «Пайдейя» был председатель объединенной комиссии по религиозному образованию Курской митрополии, кандидат педагогических наук, настоятель храма святых Царственных страстотерпцев в городе Курске протоиерей Олег Чебанов.

Разговор шел о том, как сегодня подростки используют современные технологии и взаимодействуют с искусственным интеллектом, как помочь молодым людям при этом формировать критическое мышление и какую роль в этом может играть образование.

Ведущий: Сергей Платонов

---

С. Платонов

— Дорогие друзья, в эфире программа «Пайдея». У микрофона Сергей Платонов. Этим красивым словом греки называли целостный процесс образования и воспитания. О том, как образование может помочь человеку на пути достижения идеала и раскрытия образа Божия мы будем сегодня говорить. Напомню, что беседы мы организуем совместно с образовательным проектом «Клевер Лаборатория», который объединяет учителей, руководителей школ и детских садов, родителей и всех тех, кто работает с детьми и занимается духовным развитием. Сегодня у нас в гостях протоирей Олег Чабанов, руководитель епархиального отдела религиозного образования и катехизации Курской епархии, кандидат педагогических наук, настоятель храма святых царственных страстотерпцев города Курска. Батюшка, здравствуйте. Приветствую вас.

Отец Олег

— Приветствую вас, да. Здравствуйте.

С. Платонов

— Батюшка, совсем недавно мы с вами уже встречались, говорили об образовании, о духовно- нравственном воспитании. В общем познакомились с нашими слушателями. А сегодня давайте поговорим на такую тему «Искусственный интеллект», кто-то, кстати, его называл, как Иван Иванович, если слышали, и то, как этот искусственный интеллект попадает в смарт фоны подростков и школьников. Как вообще это оцениваете, что уже вообще на самом деле где-то даже в каких-то ВУЗАХ отменяются письменные работы, вводятся устные экзамены, потому что искусственный интеллект уже начинает и туда проникать, в экзаменационные разные сочинения, эссе, и так далее. А подростки — это ведь тот возраст, когда необходимо, собственно, приобретать навыки обучения, учиться, учиться, скажем так, выстраивать какую-то систему и уметь мыслить. Как здесь? Давайте порассуждаем на эту тему.

Отец Олег

— Ну, наверно , как зарисовка, эпиграф к нашей нынешней программе такая зарисовка из жизни. Как-то недавно звонит парнишка 18-летний. У него свой медиа-проект у нас в Курском регионе. Хороший парень, студент одного из Курских ВУЗов. И вот он мне звонит и говорит: «Батюшка, благословите на зачет не ходить.».

С. Платонов

— О как!

Отец Олег

— Ну я привык к тому, что: Батюшка, благословите, на зачет иду, помолитесь, чтобы был хороший билет, и так далее. А тут: «Батюшка, благословите, — и через паузу, — на зачет не ходить.». Я говорю: «Ты что, ты в своем уме? О чем ты просишь, и как такое может быть.». А он говорит: «А смысл какой? Вот я сейчас приду, получу билет. Нейросеть мне сгенерирует правильный ответ. Я перепишу это все на бумажечку. Потом я это все прочитаю. А смысл какой?». И вот тут я понимаю, что: вот она, пропасть, перед которой вообще стоит современный подросток. А он, на минуточку, получает среднее профессиональное образование. Он учится на такую очень достаточно хорошую и нужную, важную специальность. А дальше он будет работать, между прочим с людьми. И вот коль уж мы с вами решили сегодня называть искусственный интеллект Иван Ивановичем, то я думаю, что, конечно, участие Ивана Ивановича в нашей жизни, оно уже является такой неизбежностью. Никуда от этого не денешься. Но, если посмотрим психолого-педагогические, вообще вот возрастные особенности человека, то мы увидим с вами что до определенного момента, чаще всего это до семи лет: 6, 6,5, 7, как раз, когда, кстати, это связано еще с физиологией, ведь на поступление ребенка в школу, когда у него обновляются первые зубы: верхние, нижние, передние, молочные выпадают, а коренные вырастают, это уже физиологическая и психологическая, ну такой сигнал — регулятор того, что ребенок может идти в школу. С семилетнего возраста начинается ведь еще и исповедь, когда ребенок уже начинает отдавать отчет своим поступкам, он начинает анализировать и сравнивать, что такое хорошо и что такое плохо.

С. Платонов

— У меня, знаете, такая милая ситуация возникла с моим сыном. Он как раз, у него первые исповеди. Я говорю: «Вот ты сейчас к батюшке подойдешь, скажешь все, что сделал плохое, скажем так, в своей жизни.». Он так на меня смотрит. А я вспоминаю, как мне мои родители, в частности мама говорила мои грехи. Мне это очень не нравилось. И я думаю: я ему не буду говорить свои грехи, пусть сам, давай соображай. А он говорит: «Что, например?». Я такой думаю: «Ну например может ты меня обманывал.». Он так на меня смотрит: «Пап, а я тебя не обманывал.». Я говорю: «Ну тогда не кайся в этом. Ну раз не обманывал, тогда все хорошо. Ну может что-то другое есть, там с братиком дерешься.».

Отец Олег

— Вот он, анализ.

С. Платонов

— И мне так это очень понравилось, мне, во-первых, эта искренность вот эта детская обычная. Ну это очень такой, все-таки почувствовал себя действительно что я, как родитель обязан его вот в какой-то степени научить вот этому критическому мышлению и не поддаваться может быть на какие-то манипуляции, а самому тоже принимать решения.

Отец Олег

— Ну вот очень важная такая кодовая фраза, что называется — критическое мышление. Вот как раз искусственный интеллект, он по всей вероятности на определенном этапе лишает человека формирования критического мышления.

С. Платонов

— Да, да, да, это проблема.

Отец Олег

— И вот возвращаясь к психологическим возрастным особенностям, мы понимаем, что вот этот период, ну вот, наверное, где-то от года, полутора там до шести лет сенсетивно, то есть благоприятно для развития, периода развития ребенка — это игра. При чем игра должна быть самая разнообразной. Игра должна быть спортивная. Это может быть футбол, волейбол, там лапта, и так далее, и так далее, то, что, о чем сейчас могут вспоминать только наши родители, бабушки и дедушки. Это должна быть и интеллектуальная, развивающая игра. Это должна быть игра. Это должна быть игра сюжетно-ролевая. Элементарно «дочки-матери» для девочки, когда она уже в этом пятилетнем возрасте формируется, как будущая мама, когда она пеленает, одевает, обувает, купает, кормит, может быть какие-то колыбельные песни поет. А если увидим современного ребенка, то у него в руках смартфон. И что? Ведь развитие эмоциональное, и вот связи, которые складываются в сознании ребенка, они все на кончиках пальцев, потому что развивается мелкая моторика. То есть это должен быть и конструктор, должно быть и бисероплетение, и так далее. А когда ребенок смотрит просто исключительно на этот непроницаемый дисплей своего мобильного устройства, и только двумя большими пальчиками он работает. В конечном итоге мы приходим к тому, что те дети, чем раньше они начали в своих руках держать смартфон, скачивать приложение и играть в эти электронные игры, тем быстрее наступит у них моменты дислексии, дисграфии, задержки познавательного развития, задержка речевого развития, потому что ребенок просто-напросто перестает общаться с окружающим миром. Он не общается с родителями, он не общается со сверстниками. У него начинается сколиоз, у него искривление позвоночника, ну и всевозможные болезни-болезни. А потом он идет в школу. И когда должны нейронные связи формироваться, когда он должен в полной мере осваивать функции синтеза, классификации, сравнения. Анализа. И тут приходит Иван Иванович, и говорит: «Дорогой, да я все сделаю за тебя. Не парься.». Я недавно наблюдал картинку, когда из пяти тезисов молодому человеку нужно было сделать какой-то определенный вывод. Он просто-напросто сфотографировал своим мобильным устройством эти полстраницы, разделенные на 5 абзацев.

С. Платонов

— И спросил Ивана Ивановича.

Отец Олег

— И спросил Ивана Ивановича. И Иван Иванович тут же выдал ему вот эту картинку. Что и требовалось доказать. То есть, казалось бы, вывод сделан и не нужно даже думать. Вот это и плохо.

С. Платонов

— Но, ведь телефоны все равно есть у детей.

Отец Олег

— Есть.

С. Платонов

— Вот ты никак не денешься от него просто. Потому, что, во-первых, действительно должна быть какая-то коммуникация с ребенком: кружки, бабушки, дедушки, или пошел гулять, не знаю. Ну у нас в семье так. То есть, если он идет куда-то, уезжает, у него есть телефон, чтобы мы имели с ним связь определенно. Но, кто-то из священников говорит, что вообще нельзя телефоны, даже кнопочные. И вот уходит куда-то, например получи телефон кнопочный. Возвращаешься обратно, сдай его. Вот такие радикальные меры. Но, ведь, скажем, социум, окружение диктует свои правила: у всех телефоны, а у меня телефона нет , а почему, а как. Так как же тогда действительно грамотный выстроить вот эту вот, не знаю, работу с ребенком, чтобы телефон не был причиной того, что вы перечислили: там дислексии и всех остальных проблемных моментов?

Отец Олег

— Ну смотрите, вот уже в некоторых европейских странах на законодательном уровне запрещают детям до 15 лет использовать аккаунты для социальных сетей. Мы прекрасно понимаем, что есть закон, который может содержать там 20 страниц, и есть методичка, как обойти закон, который будет из двухсот страниц, и тот же самый ребенок, он найдет способы обхода этих запретов. То есть сначала подросткам, детям показали красоту, скажем, это же все притягательно, это же все легко, это же все элементарный дофамин. Никто сейчас на серотонин не ориентируется, на то, чтобы быть счастливым. А для того, чтобы быть счастливым, нужно трудиться, трудится упорно, трудиться долго, и порой даже когда-то шишки набиваешь. Есть, всегда мы с вами вспоминаем притчу о том, как человек взмолился к Богу, сказал: Господи, ну как же так. Я просил у Тебя дать возможность летать , а Ты передо мною стены высокие воздвигал, Ты , я просил у тебя быть умным, а ты посылал на моем пути людей, проблемы которых нужно было решать, ну и так далее И вот в конечном итоге человек сказал: Господи, из того, что я тебя просил, Ты не дал мне ничего. Но, ты дал мне все. И сейчас, ну вот сиюминутный результат, то есть вспышка радости, и не более того, когда листают TikTok, Телеграммы в их социальные сети, и так далее. Но, не видится вот решение этой проблемы. А оно все-таки должно лежать в плоскости психологии, и психологи должны давать рекомендации родителям и педагогам, как формировать вот эту электронную структуру использования мобильных ресурсов. То есть с самого раннего детского возраста. То есть это должно быть определенное время просмотра.

С. Платонов

— Ну мы договариваемся, что это данность уже, да. Ведь запретить невозможно.

Отец Олег

— Запретить невозможно.

С. Платонов

— То есть это мы пришли, приплыли.

Отец Олег

— В нашу жизнь пришли газеты, потом в нашу жизнь пришло радио, потом пришло телевидение, потом пришел интернет. Сейчас пришел искусственный интеллект. Но, самое главное — за этим искусственным интеллектом не потерять бы естественный интеллект. Потому, что с естественным интеллектом он может где-то. Конечно, да, искусственный, он же впереди планеты всей, он дает какие-то нестандартные ответы, результаты, но он лишен души. И, знаете, вот возвращаюсь к тому молодому человеку, с которого начинали сегодняшнюю мы с вами передачу, когда он пишет какой-то текст, пишет по мере своей возможности, и Иван Иванович ему поправляет, редактирует этот текст. Но, это первая редактура, потому что он потом присылает этот текст мне, а я добавляю туда душевности. И каждый раз этот парень говорит: «Ну ОО не сравниться с ИИ.». ОО в данном случае отец Олег.

С. Платонов

— Отец Олег, да (смеется). Кстати, по поводу работы с искусственным интеллектом, тоже я пытаюсь какие-то моменты тоже в своей работе использовать. Но, чем больше я погружаюсь в эту историю, то делаю вывод следующий: что он пока еще несовершенен. Я так понимаю, что работа здесь искусственного интеллекта заключается в том, что он очень быстро аккумулирует те знания, которые уже накоплены. Придумать пока не может ничего, наверное, слава Богу.

Отец Олег

— При чем анализирует он в основном то латиницу, а не кириллицу.

С. Платонов

— Да. И допустим, когда мне нужно было, допустим, по какой-то теме сделать определенную, скажем так, выдержку, то она оказалась очень ограниченной, потому что так, как я более-менее в материале, я понимал, что то, что он мне дал, этого недостаточно. То есть он очень ограничен. Если, в какой-то момент, если мы все уйдем в искусственный интеллект, мы просто в очень узких рамках. Ну это мое мнение.

С. Платонов

— Программа «Пайдея» на Радио ВЕРА. В гостях у нас протоирей Олег Чебанов, руководитель отдела религиозного просвещения и катехизации Курской епархии, кандидат педагогических наук, настоятель храма святых царственных страстотерпцев города Курска. У микрофона Сергей Платонов. Батюшка, продолжаем наш разговор. Вот как раз говорили о том, что искусственный интеллект, отсутствие критического мышления и то, что смартфон в руках ребенка, даже дошкольного возраста — это уже некая данность.

Отец Олег

— Это данность. Сейчас в руках подростка, а потом дальше- больше, то будет данность и для представителей более старшего поколения. Ну вот вы говорили о том, что сами пользуетесь нейросетями.

С. Платонов

— Это для работы на самом деле.

Отец Олег

— То есть это же работа, безусловно. Я тоже попробовал сгенерировать, скажем так, проповедь воскресную для того, чтобы после богослужения обратиться к своим прихожанам и сказать что-то такое нестандартное, духовное, важное, сеять разумное, доброе, вечное. Вот задал тему, задал параметры, и знаете, прочитал, просмотрел эту проповедь, и просто ее перечеркнул. Почему? Потому, что не идет из сердца. Понимаете, нужно ориентироваться на аудиторию, которая тебя слышит. Нужно ориентироваться на их духовный уровень. И если ты хочешь, чтобы твои слушатели с тобой радовались, ты должен радоваться. Если ты хочешь, чтобы твоя аудитория плакала, ты должен плакать. Я всегда вспоминаю потрясающую выдержку из лекции великого проповедника нашего времени митрополита Сурожского Антония, которого в свое время прочитал перед студентами Московской духовной академии. И он говорил, а он же проповедник потрясающий, гамилет, и вот он говорил о том, что: никогда я не слышал более эмоциональную проповедь которая дошла до сердец прихожан, чем ту, которую сказал один сельский священник в храме в Страстную пятницу после выноса плащаницы. Он, обращаясь к прихожанам, сказал: «Дорогие братья и сестры, сегодня Христос умер за нас. Давайте плакать.». И заплакал. И весь приход плакал вместе с ним. Никакой Иван Иванович такую проповедь не скажет, потому что это не от души.

С. Платонов

— Да, это правда. А как подростку объяснить?

Отец Олег

— А подростку нужно говорить о том, что, если завтра отключится вообще все электричество, ты останешься не только без искусственного интеллекта — смартфона.

С. Платонов

— И без денег даже. Без всего.

Отец Олег

— И даже с той девчонкой, с которой ты общаешься, тебе не о чем будет поговорить, потому что память у тебя, как у рыбки. Интеллектуальные способности твои западают.

С. Платонов

— Ну вы, как педагог, как духовник православной гимназии вот так или иначе работаете в образовании, ну встречаете ли вы уже в работах, может в сочинениях элементы этого искусственного интеллекта?

Отец Олег

— Не только как духовник, ну или человек, который связан с нашей православной гимназией, много лет я являюсь экспертом разных детских, молодежных творческих конкурсов и разные номинации отслеживаю, смотрю. И, конечно, сразу можно определить.

С. Платонов

— Понимаете сразу.

Отец Олег

— Сразу это все чувствуется, когда написано вообще не детским языком, когда это какие-то мысли озвучиваются, ну абсолютно какие-то аморфные, я бы даже сказал. Вот нету зерна радости что ли, или проблеска знаний. Это чувствуется действительно. А нужно, вот с чего мы с вами начали, формировать критическое мышление, что оказывается дважды, вернее, дважды два = 4, там все понятно, ну это в десятичной системе. А если у нас будет другая система, то результат будет другой. И там геометрия Лобачевского так, а в Эвклидовой геометрии совершенно по-другому. Поэтому нужно все-таки иногда голову включать, а не только смартфон.

С. Платонов

— Получается, необходимо будет в рамках даже, например, я так абстрактно это скажу, на уроках о важном, например, говорить детям о, не то, что о цифровой безопасности, а, наверно, просто перехватывать инициативу и учить их как будто пользоваться этим искусственным интеллектом. Чтобы это был инструмент.

Отец Олег

— Элементарно нужно говорить о том. Да, действительно, Сергей, вы совершенно правы о том, то искусственный интеллект — это инструмент. Но, ведь велика опасность того, что человек превратиться в придаток этого искусственного интеллекта. И нужно говорить о цифровом детоксе.

С. Платонов

— А, да, кстати, полезная штука.

Отец Олег

— Полезная штука. Это вот островки, когда нужно, ну элементарно.

С. Платонов

— Это вообще, можно сказать, полезная штука. Не то, что цифровой детокс, это такая уже духовная практика становится, потому что попробуй себе устрой этот детокс, попробуй вообще посмотреть внутрь себя, подумать о себе и может даже немножко помолиться.

Отец Олег

— Вы знаете, с одной стороны, мы как-то так вот вроде как ругаем, осуждаем, но мы на самом деле не осуждаем, не ругаем, потому что нет ни одной вещи злой в самой себе. Потому, что и молотком можно себе там пальцы раздробить, а можно какое-то здание построить. Вот здесь очень важно подростку выстроить свои взаимоотношения с цифровой системой. И нужно понимать, что сейчас уже подросток — это маленькая клеточка единой мировой глобальной цифровой системы. И тот цифровой профиль, который каждый из нас сформировал уже в виртуальном пространстве, он работает зачастую против нас. Знаете, мне всегда вспоминается в таких ситуациях анекдот: когда муж приходит домой и с супругой начинает говорить шёпотом. Она говорит: «А чего ты шёпотом разговариваешь?». -: «Ты знаешь, нас слушают.». Жена улыбнулась, а «Алиса» засмеялась.

С. Платонов

— Да, да, да. Кстати, если, вот такой пример приведу, вот что это за семья., если сказки детям рассказывает умная колонка, а не родители? Что вы можете сказать о такой семье?

Отец Олег

— А вот это семья, которой вообще в принципе безразлично воспитание ребенка. Ведь что такое вообще, даже вот этап беременности? Нужно, чтобы мама, когда она носит этого младенца еще под сердцем, в чреве, чтобы она, во-первых, молилась, потому что это разговор мамы с Богом.

С. Платонов

— Причащалась.

Отец Олег

— Исповедовалась, причащалась, совершенно верно. Потому, что она уже живет не только ради себя, но и ради своего ребенка. Потом, чтобы она слушала спокойную, хорошую, добрую музыку. Желательно, чтобы она знала колыбельные песни, потому что колыбельная песня и звук ударов сердца матери — это то, что ребенка успокаивает. Не какие-то «ляси-тряси», ни какие-то мелодии разрушающие, а это должно быть, знаете, разговор матери. Потому, что совершенно другая эмоциональная связь у ребенка с матерью. Поэтому, если бездушная колонка все это своим электронным голосом рассказывает — это один вариант. А если мама открывает свое сердце и душу, протягивает вот такие вот.

С. Платонов

— Или папа.

Отец Олег

— А если папа — это вообще просто замечательно будет.

С. Платонов

— Да. Кстати, вспоминаю, тоже такие умилительные моменты вот наблюдал, когда, знаете, дети болеют, плачут, очень плохо себя чувствуют, они капризничают, невыносимо, когда ребенок болеет. Это и сложно, и больно. И как мама убаюкивает ребенка своего маленького, гладит его и поет ему «Богородица, Дева, радуйся», крестит. Тоже очень умилительно. Тоже такие важные детали, момент.

Отец Олег

— А есть же синдром госпитализма, который был открыт еще в годы Второй мировой войны. Дети, которые находились в приюте, потому что родители там их погибли, или кто-то находится на фронте, то есть нет их в данный момент. И вот эти младенцы, то есть это даже не там младший дошкольный возраст, это именно совсем младенцы. У них, когда они болели, выздоровление шло быстрее, если этих детей брали на руки и убаюкивали. Вот удивительно. Колонка, она не погладит ребенка по голове.

С. Платонов

— Да, вот знаете, уже становится данностью включение мультиков, когда ты работаешь или убираешься по дому. Чтобы была тишина, ты включаешь мультфильмы и уже не контролируешь, наверно, какие они там происходят. И когда ты выключаешь, начинается истерика.

Отец Олег

— Истерика, особенно у зуммеров. Особенно у подростков этого поколения альфа, которое зачастую еще можно услышать другое название — поколение W.

С. Платонов

— А вот зуммеры, давайте поясним , это те, кто родился до 2000?

С. Платонов

— Это которые уже в 2010, 11-м, 12-м и дальше. А это приходит совершенно новое поколение, вот это поколение альфа.

С. Платонов

— Вот сейчас приходит альфа*?

Отец Олег

— Ну приходит альфа, да. Это еще другое название.

С. Платонов

— А вы к какому поколению относитесь, батюшка?

Отец Олег

— Я, наверно, поколение, а Бог его знает.

С. Платонов

— Мамонтов.

Отец Олег

— Вы знаете, возраст вообще в принципе — это разница между календарем и паспортом. И ощущать себя можно и на 18 уже глубоким стариком, а можно и, будучи на пенсии, быть, оставаться молодым.

С. Платонов

— Ну лично я себя уже мамонтом ощущаю. Я начинаю погружаться в какие-то вопросы.

Отец Олег

— Ой, нет, Сережа, тут надо может быть среду обитания просто менять, и все. И общаться с молодежью. Вот на мгновенье отвлечемся. Знаете, когда мои друзья- священники говорят: «Слушай, как тебе удается быть таким позитивным, веселым, жизнерадостным, ну и молодым, скажем так, условно?». Я говорю, обычно отвечаю: «Да потому, что вы общаетесь все время на приходе со своими бабульками, а я общаюсь каждый день с молодежью, с детьми и подростками. Поэтому молодой.». И вот возвращаясь к нашей теме.

С. Платонов

— Истерики поколения.

Отец Олег

— Истерики, понимаете, вот возвращаясь к поколению W — двойной ты — это те, которые живут и в реальном мире, и в виртуальном. И они не видят разницы между этими двумя мирами. И вот современный подросток — это серфер, это тот, который может делать одновременно сразу много дел, у которого даже не клиповое мышление, а у которого уже мозаичное мышление формируется. То есть, если мы берем ну возраст ваш, мой, те, которые постарше, помоложе чуть-чуть — это те, для которых любое событие, встреча, книга, общение, песня услышанная, она дополняет картину мира. То для зуммера, для альфа, для современного подростка любое событие, встреча, мероприятие, услышанное, увиденное, оно меняет картину мира. И вот здесь громаднейшая опасность. Об этом надо.

С. Платонов

— То есть так радикально?

Отец Олег

— Радикально.

С. Платонов

— Как так произошло вообще?

Отец Олег

— А это происходило.

С. Платонов

— Это какой-то сценарий? Или как это происходит вообще?

Отец Олег

— Я думаю, что это есть сценарий, определенный сценарий. Для чего? Для того, чтобы превратить, ну скажем так, население в однородную серую массу. Ну посмотрите, мы же с вами видели и видим о том, что в одежде сейчас очень часто мы видим унисекс, когда не можешь ты определить: то ли мальчик, то ли девочка, потому что одеты они одинаково. И думают они одинаково, и говорят они одинаково, и песни они слушают одинаковые. И игры у них совершенно зачастую одинаковые. И проблема, о которая, к великому сожалению, громко не говорят — это проблема подросткового суицида, когда ценность жизни для ребенка, которому 13, 14, 15, 12 лет воспринимается совершенно по-другому.

С. Платонов

— А вы с этим как-то сталкивались в своей практике?

Отец Олег

— Я с этим сталкиваюсь в своей практике постоянно, будучи руководителем отдела религиозного образования и катехизации. У нас, вы знаете, в нашем регионе очень добрые отношения церковно-государственные в системе образования и воспитания. И эта проблема существует, она есть. И нужно, мы анализируем, когда собираются и круглые столы какие-то, такие семинары, встречи для того, чтобы дать оценку происходящим событиям. Приглашают в том числе и представителей Русской Православной Церкви. А я еще и педагог, и, скажем так, к психологии тоже имею некое отношение. И когда задают вопрос: А как выявить этого ребенка, что он склонен к самоубийству?

С. Платонов

— Это тяжелый вопрос.

Отец Олег

— Это тяжелейший вопрос. Потому, что психологи не могут дать ответ на этот вопрос. И вот как раз, когда мы с вами говорим о мозаичном мышлении, здесь все приходит в соответствие, потому что, если мы увидели с вами какое-то позитивное событие перед глазами: все замечательно, увидели хорошего человека. Ведь какие сейчас дают оценки современные дети? Это чаще всего то, что мы с вами называем ярлыками. Они дают событию или человеку оценку: это трэш, этот краш. Ну как у Эллочки-людоедочки. Вот когда он сталкивается с какой-то жизненной ситуацией.

С. Платонов

— А вы знаете, что такое краш?

Отец Олег

— Ну я знаю, что такое краш.

С. Платонов

— Ну не будем на это время тратить, давайте.

Отец Олег

— Не будем тратить время, да. И главное, чтобы трэша не было в нашей жизни.

С. Платонов

— Это точно.

Отец Олег

— Да. И когда ребенок сталкивается с какой-то сложной жизненной ситуацией, он понимает, что это трэш. Ну а для того, чтобы выйти из этой ситуации, значит можно просто уйти, не задумываясь.

С. Платонов

— Но, кто в этом виноват ? Я понимаю то, что воспитание, конечно же, в семье. Ну дай Бог, чтобы была хорошая семья.

Отец Олег

— Ну изолировать же мы ребенка не можем.

С. Платонов

— Изолировать не можем. Но, все-таки это такой достаточно важный вопрос. Давайте его обсудим после небольшой паузы. Напомним, что в эфире Радио ВЕРА программа «Пайдея». У микрофона Сергей Платонов. Сегодня у нас в гостях протоирей Олег Чабанов, руководитель отдела религиозного образования и катехизации Курской епархии, кандидат педагогических наук, настоятель храма святых царственных страстотерпцев города Курска. Вернемся через несколько минут.

С. Платонов

— Программа «Пайдея» на Радио ВЕРА продолжается. У микрофона Сергей Платонов. Сегодня у нас в гостях протоирей Олег Чабанов, руководитель отдела религиозного образования и катехизации Русской Православной Церкви, кандидат педагогических наук, настоятель храма святых царственных страстотерпцев города Курска. Батюшка, сложную тему вы подняли в прошлой части, действительно страшная. Конечно, я вспоминаю, было такое движение, там не будем его рекламировать, все поняли о чем речь.

Отец Олег

— Да, из животного мира название.

С. Платонов

— Из животного мира, замечательное животное, почему-то вот так все это происходило. И даже есть документальные фильмы, и они выходят и в наше время, где действительно есть эта проблема. И мы его связываем, конечно, с тем, что человек попадает в цифровую среду, и там он совершенно беззащитен. Он полностью может попасть не в те нужные руки. Но, вроде как институт семьи, как многие верующие причащаются и исповедуются, а беда остается бедой, и многие с этим сталкиваются. Вот как вообще это не пропустить что ли? Как увидеть в ребенке, если он попал в этот цифровой мир и потерялся там, или попал в ненужные руки?

Отец Олег

— Ну здесь, конечно, нужно вести работу очень такую кропотливую, усидчивую, очень серьезную, нужно вести работу с родителями. Потому, что именно родители вкладывают изначально, первоначально вкладывают это мобильное устройство в неокрепшие ручонки своего ребенка.

С. Платонов

— Чтобы он не мешал.

Отец Олег

— Чем бы дитя не тешилось, совершенно верно.

С. Платонов

— Правда.

Отец Олег

— А потом это дитя тешится тем, что он видит. Знаете, вот еще в средневековье было написано стихотворение: «Ребенок учится тому, что видит у себя в дому. Родители — пример ему.». Ну и я немножко подкорректировал, что называется, стихотворение, чуть-чуть дополнил одной строчкой: «Что видит у себя в дому, — и продолжил, — и развивается на фоне того, что есть в его смартфоне.». И тот контент, который подбирает ребенок, ну будем говорить откровенно, он далек все-таки от духовных констант, духовных идеалов и ведет зачастую в пропасть. И вот мы говорим, мы говорили о цифровом детоксе, мы говорим о том, что нужно, должен быть еще и некий фильтр для Ивана Ивановича, для искусственного интеллекта. Я думаю, что на определенном этапе развития человечества, когда все-таки в нашу жизнь вошло ядерное оружие, и мы понимаем с вами, какой потенциал разрушительный имеет ядерное оружие, ну в какой-то момент просто страны-лидеры договорились о том, как держать ядерное оружие просто в рамках.

С. Платонов

— Про искусственный интеллект тот же самый разговор поднимали для нашей страны. Это нужно договариваться.

Отец Олег

— Это нужно договариваться. То есть, есть именно такие области, где он может быть. Мы понимаем прекрасно: есть медицина, где дают великолепный просто результат и анализ. Мы понимаем, что есть искусство. Ну зачастую тоже здесь этические все-таки нормы, нужно этих норм придерживаться, например, когда спекулируют на теме известных там, не знаю, наших актеров и делают какие-то ролики с цифровым вариантом таким, ну как-то, честно говоря, мне это не особо импонирует. Есть области, где искусственный интеллект может использоваться, как инструмент, а где-то нужно просто его ограничивать. Ну вот элементарная зарисовка: мы с вами сейчас в студии находимся, вот передо мной чашка с логотипом Радио ВЕРА, а на руке у меня смарт-часы. А если кружка тоже будет смарт, и она будет по какой-то беспроводной связи соединена, в какой-то момент мне приходит сообщение о том, что я слишком много сахара положил, и для того, чтобы был там , чтобы не заболеть диабетом мне нужно класть меньше, и так далее. Хорошая рекомендация? Хорошая рекомендация. Но, ведь есть другие рекомендации, когда свое утро какая-нибудь девчушка, начиная с разговора с этой бездушной колонкой, задает вопрос: «Мне сегодня с парнем встречаться или нет?». А ей абсолютно без разницы, этой колонке, это не живой человек. Это не коуч, это не священник, духовник, это не психолог, это не мама с папой. Проанализировала массив информации, да выдала. Ну посмотрите, искусственный интеллект у нас, у представителей чуть-чуть старшего поколения, знаете, мы всегда же благоговейно перед теми, кто по телевизору выступает: вот нам же по телевизору сказали. Кто там сказал? У нас, знаете, порой тоже пишут: эксперт академии чего-то .

С. Платонов

— Британские ученые заявили.

Отец Олег

— Заявили. Это значит, никто не делал в Британии. Ну или там эксперт академии какой-то. Начинаешь смотреть: что за академия. Этот эксперт, он как раз является президентом академии, и сам же он создал эту академию.

С. Платонов

— Ну в лучшем случае, если он что-то создал. Это правда. Батюшка, тема очень такая достаточно большая, широкая. Ну вот и следующий такой момент, который даже, скажем так, ребенок живет в смартфоне. Например, у меня есть знакомый, уже не подросток, конечно, он вышел из этого подросткового возраста, но примерно лет так с 13-ти он активно занимался программированием. И сейчас, я вот недавно с ним общался, я просто о нем думал очень хорошо. Объясню почему. Потому, что я думал, что человек, который такого математического ума и самостоятельно изучил программирование, даже что-то создавал, и даже получал заказы из-за рубежа, что-то разрабатывал, в конце концов в бытовом общении оказался просто достаточно недалеким человеком. То есть мы там с ним говорили про историю России, мы говорили о каких-то процессах, которые происходили там в XX-столетии, например, я объяснял ему разные точки зрения, пытаясь даже просто убедить его в том, что: ты знаешь и придерживаешься этой точки зрения, но есть еще другая, и просто подумай об этом. Ну была проблема общения такого. Вот опять же приходим к этому критическому мышлению. Ему что-то внушили, где-то сказали, это принимается, как истина, и все, и больше его ничего не интересует.

Отец Олег

— Знаете, Сергей, у меня обратная ситуация. Сын, вот он занимается программированием, сейчас он поступает на факультет физики, математики и информатики как раз на программирование, на факультет физики и математики. И вот благодаря тому, что на определенном этапе, вот еще до подросткового возраста нам все-таки удалось у него сформировать критическое мышление.

С. Платонов

— Вы работали над этим, правильно?

Отец Олег

— Работали над этим, безусловно. Мы оба педагоги.

С. Платонов

— Вам проще.

Отец Олег

— И супруга, и я, да, нам проще немножко. Мы понимаем опасность. Мы оценивали риски. И вы знаете, вот когда сейчас на этапе поступления в ВУЗ, и когда я слышал его общение со специалистами, с преподавателями университетскими, он для меня открылся с совершенно другой стороны. То есть он обладает таким каким-то арсеналом знаний, вот которые мне недоступны. Но, знаете, для меня очень хорошим таким, добрым маркером стало то, что пару лет назад он разработал сайт, это была первая его разработка, он разработал сайт «Письмо к солдату». Ну специальная военная операция. Может быть да, это было примитивно. Ну там идея такая, что: заходишь на сайт, пишешь какое-то, набираешь свое сообщение, предлагаются разные там шаблоны, трафареты, и так далее, и так далее. Потом все это можно сделать в громадную рассылку, потому что социальные сети есть социальные сети. И я, честно говоря, этому порадовался, потому что вот в его голове вот этот, знаете, элемент патриотизма, он сформировался, что для него Родина именно здесь и сейчас. И ситуация, в которой мы оказались, она сложная. И он это все оценивает. И вот когда я услышал о том, что он разными языками программирования владеет, и о том, что такое нейросети, для меня совершенно по-другому это открылось. Если раньше вот в позиции черное-белое я больше склонялся к черному, то сейчас я во многом понимаю и очень светлые стороны искусственного интеллекта. Но, еще раз мы с вами скажем, он должен быть все-таки на ошейнике, он должен быть на привязи.

С. Платонов

— Ну как инструмент достижения действительно хороших целей.

Отец Олег

— А вот к великому сожалению, чем стремительнее развивается человечество, тем стремительнее деградирует человек. Может быть это, конечно, дискуссионная фраза, которую я сейчас произнес, и я понимаю, что сейчас наши радиослушатели в чем-то кто-то со мной согласится, кто-то не согласиться. Но, тем не менее за искусственным интеллектом не потерять бы свой собственный интеллект. А ведь собственный интеллект нужно развивать. И мы с вами понимаем евангельскую позицию. Та самая притча о талантах, она не только о духовной жизни, она в том числе и о тех задатках, дарованиях, талантах, которые заложены Творцом каждому из нас. Хорошо, когда будут рядом те купцы, которые смогут эти таланты развить и приумножить, помочь ребенку развить свои дарования. Что такое дарования? Это то, что, это дар, который дал Господь. И не развивать свой интеллект, не развивать свои творческие способности, ну это еще и грех. Да, конечно, безусловно, для того, чтобы сейчас создать какой-то небольшой там контент, видеоролик и озвучить голосом Сергея Безрукова, даже денег никаких не нужно. Если бы мы обратились к нему поучаствовать в проекте, да, это другой вариант. Но, все-таки нужно развиваться.

С. Платонов

— Зачастую у подростков формируется вот мнение об окружающем мире. Оно бывает однобоким достаточно, потому что ну замыкается человек в этом своем смартфоне, и мы говорим о таком явлении, как цифровое одиночество. Да, вот уже сегодня прозвучали фразы что он лишается общения, лишается какого-то взаимодействия с окружающим миром. Это влияет даже на его осанку, как уже сегодня было сказано. Вот цифровое одиночество — вот это бич, мне кажется, не только подростков, но и взрослых людей достаточно, когда ты в сети один, а в миру ты вообще ничего не можешь делать.

Отец Олег

— Вот как бы не прискорбно это было, ну как-то так получается, что сегодня мы говорим в таком немножко минорном варианте.

С. Платонов

— Ну сейчас ближе к концу давайте позитив какой-нибудь обязательно принесем.

Отец Олег

— Да, да, раскачаемся к позитиву. Ну вот к сожалению, социальные сети — это все больше одиночество в толпе. Когда совершенно неправильное название вот функции, кнопки что ли «друзья», оно совершенно не оправдывает своего назначения. Потому, что друг — это тот, с кем хочешь поделиться и можешь поделиться чем-то сокровенны043C, зная, что он тебя не осудит. А если ты где-то сбился с пути, то может быть и даст тебе какой-то хороший, добрый ответ. А для нас друзья — это не более, чем подписчики. Вот у меня ну порядка 11000 подписчиков на моей страницы в социальной сети, но и лично из них я знаю ну человек может быть 100. Но, кто такие друзья? Когда мне тяжело, я могу обратиться. Если, ну вы помните песню, ну вы не помните, вы совсем молодой, там была песня такая в советские годы: «Если я заболею, к врачам обращаться не стану.». То есть друзья — это тот потенциал, который дает мне толчок вообще для эмоционального, интеллектуального, творческого развития, и так далее. Ну напишите, вот эксперимент, сейчас нашим радиослушателям домашнее задание: напишите о том, что у вас какая-то проблемная ситуация, кто вам даст какой-то дельный совет, кто поможет вам финансово, кто вообще разделит вашу какую-то затруднительную ситуацию. Ну и вы увидите, что это не друзья, а попутчики, подписчики.

С. Платонов

— Кстати, считается, что, если твои посты лайкает примерно 10% от общего количества подписчиков, то это уже неплохо. То есть, если у вас 10% — сколько, 1100 лайков вы набираете? Думаю, что вряд ли. Так что это еще неплохо, когда 10% кто-то лайкает из общего количества.

С. Платонов

— Программа «Пайдея» на Радио ВЕРА. У микрофона Сергей Платонов. Беседуем мы с протоиреем Олегом Чабановым, руководителем епархиального отдела религиозного образования и катехизации Курской епархии, кандидатом педагогических наук, настоятелем храма святых царственных страстотерпцев города Курска. Батюшка, продолжаем это одиночество в толпе, одиночество в социальной сети, как это вообще сейчас, особенно у подростка, как это преодолевается. И вот вы говорили, что вы своему сыну прививали критическое мышление. А как вы это делали? Вот что можете посоветовать вот нам всем, ну пока не поздно? Мы же смотрим, кто у нас родился, кто там бегает и видим свои ошибки, очень часто видим свои ошибки, когда уже поздно. Вот расскажите.

Отец Олег

— К великому сожалению невозможно дать какие-то конкретные рекомендации и подойти к этому вопросу с какой-то логарифмической линейкой.

С. Платонов

— Понятно.

Отец Олег

— Потому, что все-таки в воспитании действует, по академику Шаталову, принцип соленного огурца: воспитывает все абсолютно. Что человек есть, еще Фейербах говорил: «Человек есть то,, что он ест.». Но, здесь можно не в плане какой-то реальной пищи, что мы там едим, а то, что он читает, что он слушает, что он видит. И вот англичане, к слову, говорят о том, что не нужно воспитывать детей, потому что они становятся похожими на родителей. Поэтому ну вот семья у нас, с одной стороны, вроде как многодетная, с другой стороны, небольшая. У нас всего четверо детей. И на воспитание младшего, конечно, оказывали влияние все: и мы, родители, и старшие его сестры. То есть они, он наблюдал, как он, что мы смотрим, какие фильмы, что мы слушаем, он слышал наши разговоры. И вот как раз через вот это слышать, слушать, проговаривать, разговаривать, давать оценку, в чем-то корректировать. Знаете, мы с супругой всегда придерживались и придерживаемся принципа, который озвучил в свое время святитель Феофан Затворник. Он говорил о том, что: «Душа ребенка, она как дерево: куда наклонишь, туда оно и расти будет.». Вы скажите, что, вернее спросите: а были ли у нас какие-то конфликтные ситуации, когда какое-то недопонимание, там эмоциональные взрывы и так далее.

С. Платонов

— Конечно, были.

Отец Олег

— Да, конечно, были, безусловно. Слушайте, когда после троих дочерей в нашей семье появляется мальчик, мы понимаем, что это вообще другая планета совершенно, потому что ну психология совершенно иная. И нужно было, конечно, все это корректировать. В какие-то моменты были конфликты, были горе, были радости. Знаете, тоже вот скажу еще одну фразу, которую может часть наших радиослушателей и не воспримет позитивно, но не придумали в педагогике лучше принципа, чем принцип кнута и пряника, потому что где-то нужно хвоста накрутить, а где-то нужно приласкать. Самое главное, чтобы это было с любовью. Потому, что любовь — это не анархия, любовь — это не попустительство. Кто такие родители? Я принципиально не разделяю позицию, когда говорят, что: там мама должна быть подругой своей дочери. Не должна быть подругой, она должна быть.

С. Платонов

— Может смотря в каком возрасте.

Отец Олег

— Да в любом. Она должна быть все-таки авторитетом для своей дочери. Потому, что подруга покивает, согласиться, а мама, если понимает, что деревце, веточка пошла не в ту сторону, значит она как любящий садовник должна просто это отсечь, а где-то что-то привить, вот и все. И в каком бы возрасте не была дочь, нужно прислушиваться к своим родителям. Вот недавно совсем, чуть меньше двух месяцев назад ушел из жизни мой отец. Но, самый строгий критик мой — это мама. После каждого какого-то моего эфира, выступления, которое она слышит, видит, ну вот она всегда звонит, и она всегда дает очень четкие рекомендации.

С. Платонов

— А мама тоже педагог?

Отец Олег

— Мама не педагог. Мама никогда не имела отношения к системе образования. Но, тем не менее мама как-то, знаете, по-особому улавливает мой эмоциональный настрой. Она четко говорит: «Это надо было говорить, это не надо было говорить. Здесь ты волновался, здесь ты просто молодец! Вообще, сын, ты супер.».

С. Платонов

— Самое главное — в конце сказать: «Сын, ты супер!».

Отец Олег

— Ну понимаете, ну когда сыну за 50.

С. Платонов

— Не, слушайте, это очень здорово, когда близкие тебя поддерживают на самом деле. Очень круто.

Отец Олег

— Вот мама должна сказать: «Ты молодец!». А дочери, наверно, должны сказать: «Папа, ты краш.».

С. Платонов

— Ох, как! А дочери так говорят, говорили вам такое? Шок был?

Отец Олег

— Ну вот о том, что такое краш я услышал-то от старшей дочери. Так получилось, что я был на международном молодежном проекте, и после моей встречи с молодежью подошел парнишка и говорит: «Можно вам что-то сказать?». -: «Ну говори.». Говорит: «Вы начали выступать, как поп, а закончили, как краш.». Ну я ПО улыбался и ушел в гостиничный номер. Пишу дочери, она говорит: «Папа, где ты это слышал?». То есть она мне расшифровала и говорит: «Можно я у себя там на странице это выложу?», И там кучу лайков насобрала. Кстати, вот по поводу лайков. Психологи же говорят же о том, что через какое-то время, он может быть уже и сейчас, будут родителям говорить о том, что ваши дети недолайканы. Потому, что мы просыпаемся утром, мы смотрим в социальные сети: сколько лайков собрал наш последний пост, кто сделал репост.

С. Платонов

— Кто не поставил лайк.

Отец Олег

— Мы начинаем унывать. У нас начинается эмоциональное выгорание. Мы начинаем комплексовать.

с. Платонов

— Да. И нет бы провести работу: почему лайков мало. Может быть просто плохо написал, может быть неинтересно. А может быть действительно это никому не нужно. Может быть здесь немножко перегнул. Это как раз формирование критического мышления.

Отец Олег

— Что значит неинтересно, о чем вы говорите. Современный подросток, он самый умный, самый красивый, самый добрый, самый искренний. Он не может написать неправильный текст. Я имею в виду, я, конечно, с долей сарказма это говорю.

С. Платонов

— Ну да. Ну, кстати, иногда нужно самовыражаться все-таки, вот подростку все равно нужно. Раз у него площадка, его лента, его, скажем так, страничка, и он там выражается. Например, пишет свои заметки, или какие-то фотографии выкладывает, это же тоже неплохо.

Отец Олег

— Главное, чтобы он не нарушал социальных норм.

С. Платонов

— Ну это понятно, да. Ну все равно некий способ самовыражения. И социальные сети могут в этом смысле ну полезным для него, Он может приобрести какую-то уверенность, признание, возможно. Может это и гордыньку может потешить свою.

Отец Олег

— Ну он находит единомышленников. Он находит среду обитания. Он находит вот как раз то место, где ему хорошо, где он может действительно самореализоваться. И где могут ему стать такой вот эмоциональной, доброй, хорошей подпоркой его друзья.

С. Платонов

— Да, кстати, я тое так слежу, конечно, за социальными сетями там своих родственников, которых я видел, помню еще в пеленках, сейчас уже подростки. И так интересно даже, иногда так наблюдаешь, и видишь, что в социальных сетях там выражают свою, так скажем, позицию жизненную, или там он, например болеет там за тот же футбольный клуб, который мне нравится, и мне так сразу, мы находим с ним общие какие-то темы. И интересно так узнать о человеке, если то, кон0435чно, в разумных приделах.

Отец Олег

— Безусловно. Ну вот, кстати, когда мы с вами говорили о мозаичном мышлении подростков: зуммеров, альфа, как-то может это прозвучало в каком-то негативном таком контексте, но есть же и положительные стороны. Действительно, когда.

С. Платонов

— Наконец-то, давайте обсудим.

Отец Олег

— О хорошем, да. Когда, я даже сказал, что подросток — это такой серфер, который по верхушкам где-то что-то хватает.

С. Платонов

— Да и я тоже от них же, «Первый есть аз», такой же серфер от них же.

Отец Олег

— Да, «первый есть аз». Но, дело в том, что это мобильность ума ребенка, когда он одновременно может делать несколько разных дел. Другое дело, то, что.

С. Платонов

— То есть он больше развивается, получается. Он больше может впитать, больше может делать , так?

Отец Олег

— Он может сидеть в чате, он может осуществлять какой-то поиск, он может смотреть какую-то социальную сеть, он может отвечать на звонок. Другое дело, то, что погруженность может быть не особо глубокая. Но, тем не менее вот уровень переключения с одной задачи на другую у современного подростка велика.

С. Платонов

— Может быть те вот веерные отключения интернета, блокировки соцсетей и еще что-то может быть произойти в будущем, может идет на пользу? Замедляется некий вот этот процесс цифровизации подростка, и он начинает смотреть по сторонам.

Отец Олег

— А знаете, что, я вот обратил внимание.

С. Платонов

— Может быть это какой-то промыслительный.

Отец Олег

— Промыслительно, промыслительно. Вы знаете, я вот, ну наверно, нужно еще немножко понаблюдать, но за счет того, что поисковое поле сейчас у подростка сейчас очень большое, громадное, громадное, пусть мозаично, пусть по чуть-чуть, отовсюду, но это поле громадное. И вот в эту мозаику вплетается и тема религии. И я вижу, что в храмах сейчас какой-то, может быть не колоссальный, но достаточно серьезный, не знаю, как в Москве, но в Курске мы наблюдаем.

С. Платонов

— Да и в Москве тоже.

Отец Олег

— Приход молодежи в храмы.

С. Платонов

— Она, кстати, молодежь не простая, она думающая.

Отец Олег

— Она думающая. Но, они не принимают все сразу на веру. Им нужно рассказывать, им нужно объяснять, говорить. И в этом хорошо.

С. Платонов

— Это какая-то некая есть усталость от вот неких там навязанных штампов, вот этой вот электронной жизни. И вот иногда просто человеческая природа жаждет этого живого общения. Они объединяются в хоровые коллективы, куча молодежек. Они куда-то ездят. Не все так плохо, если посмотреть. И они проповедовать начинают. Вот это тоже интересно. То есть проводятся даже конкурсы. Вот синодальный отдел образования конкурс про видеоблогинг «Исследуйте Писание». Я вот на финале подведения итогов присутствовал, и я с удовольствием посмотрел некоторые ролики. Очень креативно и абсолютно корректно с точки зрения нашего православного вероучения, вот нашей этики даже.

Отец Олег

— Да, я тоже на нашем региональном уровне смотрю, я вижу такие ролики. Я вижу вот тот контент, который ребята снимают, как они позиционируют. У них есть желание говорить о родной стране, о родном регионе. У них есть желание говорить о наших традициях. Они носят крест, они ходят в храм. Они задают вопросы. Не всегда эти вопросы бывают даже приятны. Ну нужно находить ответы и говорить им. Поэтому вот светлая сторона Ивана Ивановича, наверно, какой-то определенный результат мы тоже видим в этом.

С. Платонов

— Ну как я вот делаю определенный вывод, то есть, есть все равно какой-то возраст у ребенка, когда вот нужно активно в этот период родителям поучаствовать.

Отец Олег

— И быть рядом, контролировать.

С. Платонов

— Да, не знаю, вот это такое ощущение что это дошкольный, наверно, 5- 6 лет, до формирования окончательной какой-то, до подросткового возраста.

Отец Олег

— До 14-ти — 15-ти сто процентов нужно быть, потому что, 13, 14, 15 — это активнейший период формирования мировоззрения ребенка. Это как раз то время, когда ребенок из воскресной школы уходит, из храма.

С. Платонов

— Даже, если он протестует, если он там в богоборцы заделался, то есть все равно, да.

Отец Олег

— Ну это и тот самый возраст, когда он приходит и в храм, и приходит к Богу.

С. Платонов

— Ну да, это надо в какой-то степени посеять эти семена, чтобы быстрее проросли. Не сеешь, то и прорастать ничего не будет.

Отец Олег

— Совершенно верно. Преподобный Серафим Саровский, он и говорил о том, что: «Сей везде, авось да и прозябнет.».

С. Платонов

— Да, да, да. То есть берем себя в руки и где-то примерно с пяти лет Ю не смотря ни на что, начинаем уделять время своим детям. Кто это еще не делает.

Отец Олег

— Поздно. Нет, раньше.

С. Платонов

— Ну раньше понятно , ну вот активно, вот какой-то момент, когда все-таки смартфон появляется.

Отец Олег

— Ну смартфон зачастую и в 3 появляется в руках ребенка.

С. Платонов

— Да, да, я помню, как мой маленький ребеночек, когда ему давали мультики смотреть на телефоне, он так очень умело пальчиком смахивал всплывающие окна сообщений, скажем, так аккуратненько, так по-взрослому у него это получалось. Да, это было.

Отец Олег

— Ну мой смартфон запаролен. Ну когда семилетний крестник недавно совсем.

С. Платонов

— Взломал?

Отец Олег

— Совершенно спокойно взял и открыл мой смартфон, тут-то я и призадумался, когда он тут же сразу нашел, ну там фотографии ему нужно было найти, он тут же, тут же, в чужом смартфоне, как будто он с ним был знаком вообще с рождения.

С. Платонов

— А вот к этой ситуации вообще как относиться родителям? Со смирением, получается? О есть мы должны принять вот эту данность того, что происходит с цифровизацией подростков, детей?

Отец Олег

— Ну а если у нас выбора нет. Во-первых, нет выбора — раз. Потому, что с плохой погодой мы с вами не боремся. Мы не выходим на улицу и не начинаем возмущаться, или дуть в сторону на тучу, чтобы она побыстрее прошла. Нет, мы с вами одеваемся по погоде. Это раз. Поэтому нужно принять, как данность. А второе — надо понимать, что есть не только негативные стороны, но и очень много позитива. Главное- оценивать риски и сразу на них реагировать.

С. Платонов

— Сейчас лето, какие вы рекомендации обычно даете родителям, детям, как это время проводить? Нужно ли сейчас там заставлять детей читать, решать примеры, еще что-то? Или есть время праздности?

Отец Олег

— Проводить время в праздности, проводить время в лености и в праздности упражнять ум свой — это, конечно, не наш подход.

С. Платонов

— Ну да. Но, время праздности тоже должно у ребенка.

Отец Олег

— Ну делу время, потехи час — это тоже, это наша русская мудрость. Но, дело в том, что надо четко понимать, что лето, оно расслабляет. Ну и хотя бы уже с начала августа нужно ребенка собирать, стараться его собрать. Возвращаем, вспоминаем, что есть дисциплина, вспоминаем, что есть определенная иерархия дел. Есть возможность вести куда-то на море, значит везем на море. Нет, значит на речку едем, к бабушке в деревню отправляем.

С. Платонов

— Дома не сидим.

Отец Олег

— Вот к бабушке, я вот сейчас сказал, отправляем. С там порой то и сеть не ловит, и ребенок через 2 дня завоет просто волком, и скажет: «Везите меня домой». Беда бедовая.

С. Платонов

— Ну почему, нет, я вот своих отправил к бабушке, вот они там курочек кормили, очень даже хорошо. На неделю хватило.

Отец Олег

— На неделю хватило. А мы на все лето.

С. Платонов

— Нет, это нам хватило на неделю. Соскучились, мы вернули их все равно.

Отец Олег

— Книжки читать. При чем читать глазками, читать книжки, которые в руках, на бумажных носителях, которые в руках можно подержать, которые можно глазками почитать. Не с электронного какого-то устройства, нет. Это вообще тема, наверно, для особой отдельной передачи.

С. Платонов

— Кстати, да, вот тоже важный момент , что книги лучше читать действительно в классическом исполнении.

Отец Олег

— Слушать музыку, заниматься спортом, дышать воздухом, наслаждаться летом.

С. Платонов

— Собственно, это не только детям нужно делать. Это нужно всем нам делать. Батюшка, спасибо за сегодняшний разговор. На самом деле большие темы осветили, некоторые даже проблемные. Есть о чем задуматься, есть сделать какие-то выводы. Ну и, конечно де, я тоже, как родитель очень чутко переживаю все эти вопросы, потому что я вроде как справился, женился, родил детей и самому надо что-то с собой делать, а тут еще и дети. Вот здесь на самом деле очень важные моменты. И вот всегда очень трепетно отношусь к тому, как вот дети меняются, когда ты сам начинаешь меняться. Вот это оказывается работает. Вот спасибо за сегодняшний разговор, батюшка.

Отец Олег

— Спасибо. Благодарю за приглашение. До новых встреч.

С. Платонов

— Напомню, что сегодня у нас в гостях был протоирей Олег Чабанов, руководитель епархиального отдела религиозного образования и катехизации Курской епархии, а также кандидат педагогических наук, настоятель храма святых царственных страстотерпцев города Курска. Вот у батюшки столько регалий. У микрофона сегодня был Сергей Платонов. И напомним, что наши регулярные беседы об образовании мы организуем совместно с образовательным проектом «Клевер Лаборатория», которая собирает лучший и самый интересный опыт работы в области образования и воспитания. Узнать подробней об этом проекте, стать участником или поддержать его вы можете на сайте https://clever-lab.pro. Всего доброго, до свидания

---

Все выпуски программы Пайдейя

• «Образовательные проекты КОД и ПАЗЛ». Алиса Гильдебрант
• «Реабилитация особых детей: опыт центра «Родник». Наталья Василенко
• «Особенности православного высшего образования». Диакон Николай Антонов