«Митрополит Нижегородский и Арзамасский Николай (Кутепов): служение до назначения на Нижегородскую кафедру». Протоиерей Андрей Милкин

(15.12.2022)

У нас в гостях был настоятель московского храма святого великомученика Димитрия Солунского на Благуше протоиерей Андрей Милкин.

Мы вспоминали жизнь и годы служения в разных городах митрополита Нижегородского и Арзамасского Николая (Кутепова) до его назначения на Нижегородскую кафедру.

Ведущие: Алексей Пичугин, Ксения Толоконникова.

А. Пичугин

— Дорогие слушатели, здравствуйте, это программа «Светлый вечер» на светлом радио. Сегодня четверг и, как всегда, наша программа совместная с музеем исследовательским центром «Советский Союз: вера и люди». Ксения Толоконникова, директор музея...

К. Толоконникова

— Добрый вечер, друзья.

А. Пичугин

— Я Алексей Пичугин. И в нашей программе сегодня протоиерей Андрей Милкин, настоятель храма святого великомученика Димитрия Солунского на Благуше, в Москве, неподалеку от метро «Семеновская». А мы продолжаем с отцом Андреем (мы начали в прошлой передаче, неделю назад) говорить о митрополите Николае (Кутепове), который четверть века возглавлял Нижегородскую кафедру. До этого владыка Николай, еще несколько кафедр было у него, но мы в целом говорим о его жизни — очень интересная жизнь, наполненная яркими событиями. А мы в прошлой программе остановились...

К. Толоконникова

— Мы остановились на том, как он окончил академию и был назначен в Киевскую духовную семинарию. Тогда был краткий период, когда она действовала, была открыта. Батюшка...

Протоиерей Андрей

— Добрый вечер, мои дорогие собеседники, уважаемые слушатели.

А. Пичугин

— Да, здравствуйте.

Протоиерей Андрей

— Я очень рад продолжить наш разговор о замечательном человеке, митрополите Николае (Кутепове). И мы действительно остановились на таком очень непростом периоде в его жизни, на кратком, но насыщенном времени — его преподавательской деятельности. Действительно, очень коротко было в его биографии, но вот давайте об этом поговорим. Он получает назначение в 58-м году в Киев — 34 года ему было, в Киевскую духовную семинарию, которая действительно тогда была открыта, вместе с Лаврой, при Лавре Киево-Печерской. И там, в Киеве, владыка Иоанн (Соколов) его рукополагает в священники — он целибат, он еще не монах, и он становится заштатным клириком Андреевской церкви. Это замечательный храм, расстреллиевский храм, на Андреевском спуске.

К. Толоконникова

— Красивейший.

Протоиерей Андрей

— К сожалению, сейчас находящийся в руках — я даже не могу сказать, чьих, но уж точно не народа Божия.

К. Толоконникова

— Потом он был закрыт при Хрущеве, долгое время не действовал, был музейным.

Протоиерей Андрей

— Да. Там были уже в постсоветское время какие-то автокефалисты и сейчас, по-моему, какие-то структуры Константинополя — но вот, честно, даже говорить об этом не хочется. И в том же году, это точнее, ошибаюсь, через год он был пострижен в Киево-Печерской Лавре, по благословению того же митрополита Иоанна (Соколова), в Киево-Печерской Лавре в монашество.

К. Толоконникова

— Незадолго до ее закрытия.

А. Пичугин

— Чуть ли не последнего.

Протоиерей Андрей

— Последнего. Он был последним пострижеником Лавры. Постригал его тогда архимандрит Филарет (Денисенко), будущий...

А. Пичугин

— Митрополит.

Протоиерей Андрей

— Митрополит Киевский и Галицкий, будущий самоназванный «патриарх Киевский» ну и так далее. Личность достаточно известная. Опять, наверное, говорить о нем...

К. Толоконникова

— Вспоминал ли как-то о нем владыка Николай в связи с тем, что он от его руки принял постриг, и вот так вот это все получилось? Нет, не говорил?

Протоиерей Андрей

— Никогда не слышал никаких его сентенций по этому поводу. Но тогда, когда в конце 80-х — начале 90-х годов разгорелись события в Киеве, когда митрополит Филарет запрещал архиереев, и страдали они — вот тогда владыка Николай выступал в защиту гонимых, и причем это защита была деятельной. Вот это мне известно совершенно точно. Он вообще по отношению к гонимым был не просто терпим, он сам очень часто шел наперекор общепринятой точке зрения и понимал, что если человек страдает за правду, то его нужно поддержать, он всегда это делал.

А. Пичугин

— А вот вы знаете, я тут хотел бы вспомнить, я читал про владыку Николая — очень просто, мне кажется, уместный сейчас момент, — когда в Горьковской области был уполномоченный, я не знаю, как его звали, не помню, я читал эту историю, когда времена изменились, он стал не просто не у дел, стал никому не нужен, и его старались обходить стороной. Ну потому что он так свое общение выстраивал со священниками, что те тут же, как только времена изменились, постарались от него дистанцироваться.

Протоиерей Андрей

— Неудивительно. Не просто дистанцироваться, а вот, пожалуйста...

А. Пичугин

— Кроме владыки Николая, который его жалел и звал на все церковные мероприятия. Потому что больше его ни его предыдущее руководство, естественно, ни церковное, никуда не звали.

Протоиерей Андрей

— Конечно.

А. Пичугин

— И единственное, куда он ходил, это были...

К. Толоконникова

— Жалеючи.

Протоиерей Андрей

— Да, он всегда присылал ему календари, всегда какие-то вот такие знаки внимания оказывал, поздравлял с праздниками — это было.

А. Пичугин

— Да, и он как-то оттаял тоже в свое время. Он приходил на все эти мероприятия, сидел за столом. Уж не знаю, насколько уместно, он тоже как-то, про него я читал, обращался к какому-нибудь маститому протоиерею: а помнишь, как я тебя регистрации-то лишал когда-то?

Протоиерей Андрей

— «Бойцы вспоминали минувшие дни».

К. Толоконникова

— Ну я думаю, что это не то, о чем бы хотелось вспоминать маститому протоиерею.

Протоиерей Андрей

— Ну почему. В контексте владыки Николая как раз и нужно об этом вспоминать, что он умел перешагнуть вот через такие вещи, и почему-то вспоминается: «и милость к падшим призывал». Вот он ее не просто призывал, эту самую милость, он ее оказывал. Оказывал даже людям, которые ему в жизни делали плохо. И уж тут точно совершенно плохо.

К. Толоконникова

— Ну мы до этого еще дойдем, до этого периода. А сейчас пока вот мы в Киеве.

Протоиерей Андрей

— Киев. От Патриарха Алексия (Симанского) требовали Киевскую семинарию закрыть, и Николай, уже иеромонах, оказался бы не у дел. Но после пострига его переводят в Саратов, в Саратовскую духовную семинарию, где он тоже очень непродолжительное время, полтора года...

К. Толоконникова

— Тоже впоследствии закрытую вскорости.

Протоиерей Андрей

— Да, перед закрытием полтора года он был инспектором в этой самой Саратовской семинарии. И вот 61-й год — он прекращает свою преподавательскую деятельность, чтобы более никогда к ней не вернуться. Проходит совсем немного времени, и 14 августа того же 61-го года следует указ Святейшего Патриарха Алексия I иеромонаху Николаю (Кутепову), инспектору Саратовской духовной семинарии, быть епископом. И вот интересно, каким — Мукачевским и Ужгородским. А представить себе это совершенно было невозможно.

К. Толоконникова

— Это Закарпатье.

А. Пичугин

— А как так получилось? Потому что обычно архиереи, которые занимали кафедры в Украинской ССР — это были люди из Украины. Человек, который большую часть, несмотря на то что он был пострижен в Киево-Печерской Лавре...

К. Толоконникова

— А Закарпатье не совсем Украина.

Протоиерей Андрей

— Это да, совсем не Украина.

А. Пичугин

— Да, совсем не Украина. Но все равно странно, что туда направляют молодого, да, священника, который...

К. Толоконникова

— Архиерея.

Протоиерей Андрей

— 37 лет ему было.

А. Пичугин

— Родился здесь.

К. Толоконникова

— В совершенно иных условиях и формировался. И не знает особенностей тамошней жизни....

Протоиерей Андрей

— Так вообще ничего не знал об этом. Вообще ничего не знал.

А. Пичугин

— И два года прослужил.

К. Толоконникова

— И как он вспоминал об этом?

Протоиерей Андрей

— Вы знаете, он вспоминал всегда совершенно по-особому. Вот у него начало вот этого опыта архиерейского служения его, конечно, потрясло на всю жизнь, и воспоминания отложили отпечаток на многие-многие действия, на образ его жизни, на поведение его как архиерея. Тут еще вот точно совершенно должно сказать. Да, я вот сейчас смотрю список Мукачевских архиереев 45-го года: епископ Нестор (Сидорук), архиепископ Макарий (Оксиюк). Ну дальше Иларион (Кочергин), Варлаам (Борисевич), а вот потом Николай (Кутепов). То есть практика назначения русских архиереев, русских по происхождению, не имеющих отношения ни к Украине, ни к Закарпатью, она тогда была. Я не могу сказать, что двигало тогда Святейшим Патриархом Алексием при назначении, при таком назначении — действительно, кажется странным.

К. Толоконникова

— Причем в очень сложно время, если мы вспомним — 61-й год.

Протоиерей Андрей

— Да, конечно. Епархия только, там все еще живо, там все еще, вы знаете, все еще дышит унией, я бы так сказал.

К. Толоконникова

— Но унией, которой как раз закарпатское население русинское очень сопротивлялось.

Протоиерей Андрей

— Сопротивлялось.

К. Толоконникова

— И очень пострадало еще от Австро-Венгрии.

Протоиерей Андрей

— Причем епархия какая — 432 религиозных объединения.

К. Толоконникова

— То есть монастыри живые.

Протоиерей Андрей

— Да, 194 священнослужителя. Такой епархии у него больше не было никогда. Нижегородская...

К. Толоконникова

— А последние годы его в Нижегородской?

Протоиерей Андрей

— До этой цифры никогда, нет, вот не дошло. 450 приходов, вот представьте себе.

А. Пичугин

— Ну примерно там. И это спустя 50 лет.

Протоиерей Андрей

— 40 лет, да. Он без каких-то двух с половиной месяцев или там трех месяцев 40 лет. И вот такая епархия становится его колыбелью что ли архиерейского служения. И это удивительно. Это меня всегда удивляло. И греко-католики, которые здесь сильны, несмотря на то что официально запрещено, естественно, никуда они не делись. Естественно, враждебность, естественно, это враждебность открытая. И уполномоченный. Сейчас слово «уполномоченный» — нужно объяснять, что это такое. Был Совет по делам Русской Православной Церкви — тогда он так назывался, и должность вот эта, уполномоченный вот этого Совета...

К. Толоконникова

— Совета по делам Русской Православной Церкви, потом Совета по делам религий.

Протоиерей Андрей

— При Совете министров, да. И вот эта должность, вот этот человек — ну всегда он в погонах, явно или не явно, но погоны в любом случае были. Человек, который вроде бы должен был служить таким посредником между государством, поскольку Церковь от государства отделена, но на самом деле он выполнял совсем иные функции.

К. Толоконникова

— «Держать и не пущать» — их можно так вот...

Протоиерей Андрей

— Это был не просто контролер, это контролер с огромными полномочиями. То есть у него была власть не допустить священника до священнослужения, закрыть храм там или сделать все для того, чтобы закрывались храмы, монастыри.

К. Толоконникова

— Ну да, через него ведь шло выделение средств на ремонт храма, фондируемых материалов...

Протоиерей Андрей

— Выделялись? Бог с вами! Разрешение использовать собранные средства.

К. Толоконникова

— Я имею в виду средства — кирпич, доски — вот это все. Это же нельзя было, фонды — это же нельзя было просто так пойти и купить, с этим были сложности.

А. Пичугин

— Друзья, я напомню, что сегодня мы вспоминаем в нашей программе митрополита Николая (Кутепова). Вспоминаем мы с протоиереем Андреем Милкиным, настоятелем храма святого великомученика Димитрия Солунского на Благуше. И вот я смотрю, предшественник владыки Николая на Ужгородской кафедре был такой архиепископ Варлаам (Борисевич), которого с этой кафедры сместили — против него было подано коллективное письмо духовенства из-за его такой лоялистской политики по закрытию храмов — то есть там это было возможно, такое письмо написать. И его попросту с кафедры убрали. И, видимо, чтобы как-то загасить конфликт, который тогда возник, нужно было прислать какого-то совсем нового человека.

К. Толоконникова

— Совсем со стороны.

А. Пичугин

— Из другой среды, да. И вот, наверное, с этим было связано.

Протоиерей Андрей

— Может быть. Вполне похоже на действительную причину. Ну вот и владыку, у которого еще нет опыта общения с уполномоченными, и есть его совесть — христианская совесть, совесть священническая, архипастырская, которая диктует ему его модель поведения. Он церковный человек, он человек Церкви прежде всего. И вот этот вот конфликт, он тут же сразу и проявился. Уполномоченный по Закарпатской области писал, конечно, потрясающие отчеты по поводу поведения молодого епископа. Такая формулировка: «зарекомендовал себя с отрицательной стороны» — это очень хорошая, это прекрасная характеристика, это означает, что он не давал закрывать храмы, не давал там выгонять монахинь из монастыря и прочее. Но владыка Николай действительно предпринимал определенные шаги по приведению богослужения в правильное русло и состояние. Он, например, служил, возил с собой хор. Там вот, в Закарпатье, традиция такая, я потом увидел в Словакии, далеко не в каждом...

А. Пичугин

— Прямо через...

Протоиерей Андрей

— Ну это одна и та же...

А. Пичугин

— Да, Венгрия, Словакия да, вот там.

Протоиерей Андрей

— И там нет в храмах хоров, то есть люди поют. Все поют, и хора как такового нет. И вот он возил хор. В каком-то храме он увидел униатский служебник, хотел забрать — не дали. Вот местные там люди, жители, этого сделать ему не позволили.

А. Пичугин

— Сейчас очень ценятся униатские служебники, кстати говоря.

К. Толоконникова

— Но уже, я так понимаю, там отношение было к этому служебнику не как к униатскому служебнику, а как наш служебник, который здесь вот уже веками.

Протоиерей Андрей

— «Наше, не трогай». А ты тут приехал и вмешиваешься в нашу жизнь. Это, конечно, было...

К. Толоконникова

— Это такое вот, деревенское.

Протоиерей Андрей

— Да, писались соответствующие бумаги, и эти бумаги в конце концов возымели действие. Его деятельность по унификации богослужения, вообще по приведению церковной жизни в какое-то нормальное состояние, она была слишком неудобна местным властям. В 63-м году его переводят из вот этой огромной, по советским меркам огромной епархии, Мукачевской и Ужгородской, в Омск. Где Мукачево, где Омск.

К. Толоконникова

— В другой конец практически большой страны.

Протоиерей Андрей

— Да. А это сейчас она называется Омская и Тарская епархия, а тогда она называлась Омская и Тюменская. Опять же, где Омск, а где Тюмень. И вот представьте себе, что было 432 прихода и монастыря в Мукачеве, а в Омской — 5 в Тюмени — 8, то есть всего 13, и находились они, конечно, на колоссальном расстоянии друг от друга. Вы говорите, для Вологды 250, говорили в прошлой передаче, для Вологды и Устюжной, там, где служил владыка Николай — 250 километров это недалеко. Но вот здесь 250 километров — это уж совсем соседний район.

К. Толоконникова

— Ну да, то есть считается, например, что Тобольск находится по соседству с Тюменью — то есть там по-другому расстояния как-то измеряются.

Протоиерей Андрей

— Конечно, по соседству.

К. Толоконникова

— Да и Новосибирск уже от Омска не так далеко.

Протоиерей Андрей

— Ну да. И вот он первое, что сделал, он объехал все приходы, что было непросто, при таких расстояниях это действительно было непросто. И картина была безрадостная. Видимо, у многих священников просто опустились руки. Это была какая-то рутина, вот служат и служат, и что вокруг творится — разруха. Вот воспользуюсь этим печальным словом, какая-то вот, знаете, какая-то всеобщая тоска что ли. Вот ему нужно было не погрузиться в эту атмосферу, а ее поменять полностью, взбодрить вот этих вот батюшек замечательных, прекрасных, только тех...

К. Толоконникова

— Притом что внешние обстоятельства, конечно, этому никак не способствовали.

Протоиерей Андрей

— Они, мягко сказать, не способствовали.

А. Пичугин

— Интересно, да, — простите, пожалуйста, — интересен состав клира в тот момент Омской епархии. Поскольку храмы-то почти все были закрыты долгое время, и они наполнялись новыми священниками. Вот кто были эти люди? Были ли это тоже в свое время отсидевшие люди, были ли это молодые священники, которые каким-то образом были направлены в Омскую епархию? Это, конечно, крайне интересная история — кто служил в Омской епархии в 60-е годы. Границы Казахстана опять же, ссыльные...

К. Толоконникова

— Я думаю, что соответствующие какие-то местные исследования...

А. Пичугин

— Наверняка, да. Ну это такая ремарка по ходу.

Протоиерей Андрей

— Жить было негде. Был дом, в который он должен был заселиться — он просто был непригоден для жилья, и вода стояла на полу. А мы помним про его ноги — у него были ампутированы пальцы, собственно, то есть треть каждой ступни, и для него это был просто пытка. А попытки отремонтировать этот дом и сделать там хотя бы обогрев в этом доме, отопление, вызвали совершенно какую-то... Знаете, читал вот этот вот фельетон, который появился в местной районной газете — про какой-то котел, который, — жуткая какая-то, совершенно детективная история, — «собрался украсть вот этот вот поп, по фамилии Кутепов», вместе со священником, служившим там, что они не носят власяницы, не смиряются. Ну вот сейчас это трудно себе представить, а тогда был такой журнал, он сейчас, собственно, тоже выходит, «Крокодил».

А. Пичугин

— Ну да.

Протоиерей Андрей

— И в этом журнале, в каждом буквально номере — а я в свое время, помню, листал подшивки еще 50-х, 60-х, 70-х годов, — номера не было, чтобы не была опубликована какая-то заметка про «алчного попа».

К. Толоконникова

— Какая-нибудь карикатура.

Протоиерей Андрей

— Карикатура, да. И вроде бы, да, брань на вороту не виснет, с одной стороны. Но, с другой стороны, когда каждое бьют в одну точку — все равно, хочешь не хочешь, задумаешься над тем, что, может быть, хватит вот этой травли. А она продолжалась, и это была не просто травля...

К. Толоконникова

— На самом деле после смещения Хрущева она так поумерилась, поутихла, надо сказать.

Протоиерей Андрей

— И тем не менее, она, конечно, поумерилась, да, то есть вот таких бравурных заявлений о том, что будет показан последний поп по телевизору уже не стало. Но, может быть, стало чуть-чуть полегче. Но это вопрос, насколько стало легче.

А. Пичугин

— Но шесть лет он прослужил на этой кафедре. Я смотрю, архипастыри, которые были до него — год, два, после него — два, три, два, меньше года. И только вот Максим (Кроха) — 12 лет, следующий. Это уже 70-е годы, середина 70-х.

Протоиерей Андрей

— Уже не людоедские, не такие людоедские и тем не менее. А так вот один пример: в 65-м году единственный храм в сельской местности был вот на всю эту огромную территорию. Его закрыли. Это была церковь преподобного Серафима Саровского. Его закрыли и варварским просто образом уничтожили: иконостас сломали, кресты растащили с помощью трактора, передали под спортивный зал. И сделать с этим было практически ничего невозможно. И вот каково было на все это смотреть...

К. Толоконникова

— Это в 65-м году, да?

Протоиерей Андрей

— Да, это 65-й год. Казалось бы, уже и Хрущева нет, уже, как только что мы сказали, что людоедство-то вроде бы закончилось. Закончиться оно закончилось, но вот эта вот ситуация, когда трактором кресты с храма срывают — представьте, вот что же тогда не людоедство? Тогда в Омске владыка пытается работать над магистерским сочинением по истории Русской Церкви, как раз про тобольских архиереев он хотел писать и собрал материал. Но деятельность его, очень напряженная деятельность, как архиерея, архипастыря, это сделать ему не позволила. И в 69-м году, получив назначение в Ростов, владыка прекратил работу над вот этим магистерским сочинением. Ростовскую кафедру владыка всегда вспоминал с таким особым чувством, с особой болью. Ему было 45 лет, это была третья кафедра за восемь лет его архиерейского служения. Очень немного времени прослужил он там, и это было такое печальное время, потому что травля архиереев в Ростове — это была общая практика.

К. Толоконникова

— Там какой-то был особо лютый уполномоченный.

Протоиерей Андрей

— И не им началось, и не им закончилось. Вот в 69-м году, в конце 69-го года он получает назначение, приезжает в первых числах января 70-го года, и сразу попадает в склоку, которая там постоянно имела место быть — церковный совет. А церковный совет — мы знаем, что в это время это люди, находившиеся под особым контролем уполномоченного и соответствующих служб, — делали что хотели. Староста — архиерей, не архиерей...

К. Толоконникова

— Кафедрального собора.

Протоиерей Андрей

— Да, он управлял богослужениями. Вот такой пример. 7 ноября и 8 ноября — это Димитрия Солунского, память великомученика. И вот выпадает это время —7 ноября — на Дмитровскую субботу, ну и Димитрия Солунского на следующий день. 7 ноября — это...

К. Толоконникова

— «Красный день календаря».

Протоиерей Андрей

— Годовщина революции, да. Церковный совет поминовение переносит с утра с восьми утра на шесть — то есть рано утром, а в воскресенье позднюю литургию вообще не служить. И при этом без архиерея, для сокращения времени. Для нас сейчас это звучит совершенно дико и совершенно немыслимо, да, — то есть церковный совет решал, будет архиерей служить или нет, когда, во сколько, что и как.

А. Пичугин

— Все регламентировал.

Протоиерей Андрей

— Причем владыку Николая об этом никто в известность не поставил. С ним вообще никто это не обсуждал. Он, естественно, восстановил порядок. Но ответом была ярость, доносы и все такое. Запретили тогда в епархии совершать земные поклоны. Запретили причащать детей, запретили ездить по епархии. Без конца...

К. Толоконникова

— А чем же земные поклоны-то помешали?

Протоиерей Андрей

— Ну как же, унижение человека. Новочеркасск, если вы были в Новочеркасске, там замечательный собор, он действовал тогда, он стоит на площади. Там нет никакого забора и сейчас нет...

К. Толоконникова

— Ограждения там нет.

Протоиерей Андрей

— Там большая площадь. И вот как он сам рассказывал, крестный ход должен был быть после литургии. И накануне уполномоченный к нему приехал и сказать, что никаких крестных ходов, чтобы тут даже не смели и не мыслили. И, насколько я понимаю, это Покров был, может быть, престольный праздник. Крестный ход прошел, потому что владыка накануне сказал, что у меня есть устав церковный, вот тут написано — вот читай. И прошло какое-то небольшое время, и недолгое пребывание на вот этой Ростовской кафедре закончилось.

А. Пичугин

— Ровно год.

Протоиерей Андрей

— Даже меньше года.

К. Толоконникова

— А вот как раз владыка Владимир его сменил. И он рассказывал, что он, конечно, с ужасом ехал в эту епархию.

Протоиерей Андрей

— С ужасом.

К. Толоконникова

— И вот он так сказал, что владыка Николай, видимо, понимая, что его пребывание на этой кафедре будет недолгим, даже не распаковывал свои книги.

Протоиерей Андрей

— Не распаковывал, да. И говорили, что уж если Николай здесь ничего не смог сделать, что смогу здесь сделать я.

А. Пичугин

— Ну он чуть дольше, три года продержался. А нам надо прерваться буквально на минуту. Друзья, я напомню, что мы сегодня в нашей программе, совместной с музеем исследовательским центром «Советский Союз: вера и люди», вспоминаем митрополита Николая (Кутепова), управлявшего Нижегородской кафедрой долгие годы. Но мы вспоминаем весь его жизненный путь очень интересный. С протоиереем Андреем Милкиным, настоятелем храма святого великомученика Димитрия Солунского на Благуше, в Москве. Ксения Толоконникова, директор музея «Советский Союз: вера и люди», музея исследовательского центра. Я Алексей Пичугин. И через минуту мы снова сюда вернемся.

А. Пичугин

— Возвращаемся в студию светлого радио, друзья. Напомню, что сегодня у нас совместная программа с музеем исследовательским центром «Советский Союз: вера и люди». И мы в рамках нашей программы вспоминаем митрополита Николая (Кутепова). Очень любопытная история жизни его, и очень интересно о ней рассказывает протоиерей Андрей Милкин, настоятель храма святого великомученика Димитрия Солунского на Благуше, в Москве.

К. Толоконникова

— И это для нас для всех поучительный рассказ во многих отношениях.

А. Пичугин

— Да, итак, мы поговорили о кратком пребывании владыка Николая на Ростовской кафедре. Буквально год, даже меньше года он на ней провел, и его переводят на Владимирскую кафедру.

Протоиерей Андрей

— Во Владимир. Ну еще один штрих к Ростовскому пребыванию. Владыка Николай кроткой овечкой не был, это нужно понимать, и тогда, когда нужно было сказать жестко, он говорил. Вот однажды диалог с уполномоченным в Ростове закончился так, что уполномоченный начал топать ногами и кричать на него, стучать кулаком по столу, называть врагом народа и так далее. И тогда Николай встал, ударил кулаком тоже по столу, чуть не сломав его, сказав, что я кровь за страну на фронте проливал, а ты где свои медальки заработал, на крови людской? И не сметь так со мной разговаривать. Хлопнул дверью и ушел. Ну понятно, что...

К. Толоконникова

— Отношения не сложились.

Протоиерей Андрей

— Они, собственно, этим и закончились. И вот Владимир. Действительно, Владимир владыка Николай любил, он много туда приезжал потом.

А. Пичугин

— Благо, рядом совсем.

Протоиерей Андрей

— Да, это и соседи, и с другой стороны, основатель Новгорода, князь Георгий Всеволодович, Владимирский князь, здесь же, во Владимирском Успенском соборе и покоится, его мощи там — то есть связь прямая. И Владимир чем ему запомнился — запомнился тем, что епархия была тоже так немножко запущена, но запущена в другом смысле: там слишком было хорошо.

А. Пичугин

— Париархально. Храмы ну не то чтобы многие, в соседней Ивановской области и в недалекой Ярославской было, конечно, открытых больше церквей, но тоже заповедник своеобразный.

К. Толоконникова

— Успенский собор Владимирский действовал, главный храм.

А. Пичугин

— Конечно.

К. Толоконникова

— Это уникальная ситуация.

А. Пичугин

— Онисим (Фестинатов) собрал целую, вот он же собирал епархию заново, когда в 48-м году он, в 44-м стал архиереем, он собирал епархию.

Протоиерей Андрей

— А здесь он приехал — и каждый на своем приходе такой маленький князь, да, получается, здесь другая ситуация.

К. Толоконникова

— Такая старосветская.

Протоиерей Андрей

— Нужно было как-то все это, знаете, замкнуть воедино, чем он, собственно, и занимался. Ну действительно, все свое пребывание на кафедре с 70-го по 75-й год — ему было 46 тогда, когда он был назначен во Владимир, владыка Николай занимался собором. Действительно, вы правильно сказали, что ситуация уникальная. Такой древний, древнейший храм Владимиро-Суздальской Руси и действующий собор, с его уникальнейшими фресками и всем, что есть, да, и он в пользовании церковной общины.

А. Пичугин

— А как в то время они могли, вот церковная община и Владимиро-Суздальский музей-заповедник, совместно управлять собором?

Протоиерей Андрей

— Это знаете, Алиса Аксенова до сих пор жива.

А. Пичугин

— Хотел сказать: Алиса Ивановна Аксенова до сих пор жива, и это как раз в тот период ее называют «императрицей» Суздаля.

Протоиерей Андрей

— Ой, да, это, конечно, особый человек.

А. Пичугин

— До сих пор в силах, советник губернатора.

Протоиерей Андрей

— До сих пор. Я не знаю, сколько ей лет, но она до сих пор.

А. Пичугин

— Ну я знаю, сколько. Я не буду говорить, хорошо?

Протоиерей Андрей

— Дай Бог доброго здоровья.

К. Толоконникова

— Потому что если ты скажешь эту цифру, то тебе не представится шансов взять ее интервью?

А. Пичугин

— Не знаю, но она очень мощная женщина.

Протоиерей Андрей

— Совершенно верно. Владимиро-Суздаль в ее руках, я думаю, до сих пор как музей, да?

А. Пичугин

— Нет, она уже, к сожалению...

Протоиерей Андрей

— Или она уже никакого влияния не имеет?

А. Пичугин

— Нет, она была президентом после того, как она оставила пост директора. Потом она слегка обиделась на музейную ситуацию, возникшую после. Она советник губернатора по культуре.

Протоиерей Андрей

— Ну еще раз хочу пожелать доброго здоровья. Но тогда, конечно, ситуация была очень сложной. Тут и пожар, который устроила съемочная группа...

К. Толоконникова

— Фильма «Андрей Рублев».

Протоиерей Андрей

— Да, Тарковского, при съемках фильма «Андрей Рублев».

К. Толоконникова

— Последствия этого пожара, кстати, ликвидировались на деньги, собственно, Церкви.

Протоиерей Андрей

— Совершенно верно.

А. Пичугин

— А Госкино?

Протоиерей Андрей

— Нет. Совершенно. Интересная была заметка в «Крокодиле».

К. Толоконникова

— Это была такая некрасивая ситуация.

Протоиерей Андрей

— Ну представьте, что Тарковскому потом пришлось очень серьезно оправдываться за то, что там учинили. «Крокодил» большую вот такую заметку — руками показываю — у нас радио, да, извините. Заметка была большой и такой очень злой по отношению к режиссеру. По-моему, он там по имени не был назван, но все всё понимали.

К. Толоконникова

— По объему примерно половина газетной полосы была.

Протоиерей Андрей

— Ну да. И вот ну этот случай относился к 60-м годам. А в 70-х собор требовал реставрации. Это совершенно естественно, что он требовал реставрации, ремонта. Но под этим соусом совершенно спокойно, как это и бывало, его могли закрыть на неопределенное время на эту самую реставрацию, а потом уже не открыть или открыть только как музей. И владыка Николай приложил все возможные усилия, чтобы этого не было: он добивался, он требовал, он просил, были организованы письма во все возможные инстанции. И результат — никогда не прерывалось богослужение в Успенском соборе. Это для собора, для общины, для города Владимира так. А что касается самого владыки Николая, то в 75-м году Владимирскую кафедру он оставил, уже будучи архиепископом — он стал в 72-м году архиепископом и был переведен в Калугу. Это его пятая кафедра, Калужская. А там, во Владимире, конечно, жалобы на него поступали, и уполномоченный, естественно, был крайне недоволен вот такой активностью.

К. Толоконникова

— «Исключительно высокая религиозная активность» — так это называлось.

Протоиерей Андрей

— Пыл, даже вот такое, вот религиозный пыл. Ну что, собственно...

К. Толоконникова

— Ну неуместно совершенно для архиерея, согласитесь, с точки зрения уполномоченного.

Протоиерей Андрей

— В действительности так и было. И тот же самый митрополит Владимир его и сменил там, (Котляров). И вспоминал, что владыку Николая на этой кафедре очень любили. И любили, и вспоминали. И потом...

К. Толоконникова

— И духовенство, и прихожане, народ церковный.

Протоиерей Андрей

— Да, и он Владимир тоже полюбил, несмотря на то что из Владимира, во Владимире пробыв пять лет, он уехал в очень тихую Калугу. Причины перевода не совсем понятны. Ну с одной стороны, конечно, это его активная деятельность во Владимире как Владимирского архиерея. Ну что там было еще...

К. Толоконникова

— Ну потом, я так понимаю, что старались не допускать складывания человеческих каких-то связей.

Протоиерей Андрей

— Привязывания к земле, да.

К. Толоконникова

— Чтобы люди привязывались, срастались. Потому что таким сплоченным коллективом церковным, гораздо труднее с ним управиться. Разделяй и властвуй — это же, ну эта же практика никуда не делась.

А. Пичугин

— В соседней Ивановской области до 77-го года, когда архиереем был назначен епископ на тот момент, Амвросий (Щуров), до него с времен войны сменилось порядка десятка, наверное, архиереев. Там дольше двух лет на кафедре никто не находился.

К. Толоконникова

— Да, вот до 70-х годов такая практика, она практически повсеместно существовала.

А. Пичугин

— Ну вот во Владимирской — нет. Онисим (Фестинатов) очень долго — с 44-го по 80-й год возглавлял. Но это редкий пример.

Протоиерей Андрей

— Сменил владыка Николай владыку Доната (Щеголева) в Калуге. Интересный был архиерей, о нем вспоминают. Вот когда его переводили, точнее не переводили, он ушел уже на покой, почувствовав, что он не может больше управлять: статистом я быть не хочу, а по телефону управлять не буду епархией, нет, это невозможно. И когда он уходил с кафедры, он потребовал все дела клириков и вырвал оттуда все жалобы, чтобы новый архиерей начинал с чистого листа свои взаимоотношения с духовенством. Ну кроме каких-то официальных документов, все он из этих личных дел удалил. Вот такая была история. Интересное восклицание, говорит: я не буду писать никаких характеристик, я что, Бог что ли.

К. Толоконникова

— А откуда нам известно, что он лично изъял это все из личных дел?

Протоиерей Андрей

— А от его секретаря, который...

К. Толоконникова

— Который, собственно, это и осуществил.

Протоиерей Андрей

— Отца Доната, с тем же именем. Вот просто это воспоминания секретаря епархии, он был секретарем и при тезке своем, владыке Донате, и при владыке архиепископе Николае. Два года был владыка в Калуге. Вообще он помнил все города, где служил и вот это вот особое воспоминание: на литии, когда архиерей, священник читает вот этот длинный список имен, есть некая вольность в дополнении этого списка, вот он всегда...

А. Пичугин

— Местночтимых поминал?

Протоиерей Андрей

— Поминал святых тех епархий, где он был архиереем. Лаврентия Калужского и Авраамия Болгарского, Владимирского. Вот это у меня просто на слуху. Я сейчас вспоминаю эти имена с тех лет, то есть в нем вот это вот...

К. Толоконникова

— Тихона Калужского.

Протоиерей Андрей

— Он помнил, и он сохранял вот эту вот молитвенную связь с теми городами, с теми местами, где служил.

А. Пичугин

— Дорогие слушатели, напомним, что сегодня в гостях у светлого радио протоиерей Андрей Милкин, настоятель храма святого великомученика Димитрия Солунского на Благуше, в Москве. Мы вспоминаем митрополита Николая (Кутепова). Я про Калужскую епархию вообще ничего не знаю.

К. Толоконникова

— Да, вот вы сказали: тихая Калуга. В чем ее особенная такая, по сравнению с другими епархиями, тихость?

Протоиерей Андрей

— Такая тишина, ничего не происходило.

А. Пичугин

— Вот и мы ничего не знаем поэтому.

Протоиерей Андрей

— Вот и не знаем мы о ней ничего, да, кроме того, что появляются воспоминания о проблемах с его здоровьем. Вообще владыка Николай никогда не садился на службах, и когда его спрашивали: ну как же, посидите, легче будет. Наоборот, я сяду — я...

К. Толоконникова

— Тяжело потом будет встать.

Протоиерей Андрей

— Тяжело будет вставать, да. Ноги давали о себе знать. Ему сколько было — 51 год, 52 и...

А. Пичугин

— Всего.

Протоиерей Андрей

— Всего. Вот мой возраст, я 50, того же самого возраста. У него, он уже был, прошел такой путь, и действительно вот старые раны — уж извините за этот штамп, — давали о себе знать.

К. Толоконникова

— А владыка Николай был высокого роста?

А. Пичугин

— Нет, он наоборот...

Протоиерей Андрей

— Нет, он примерно моего.

А. Пичугин

— Да? А мне казалось, где-то я читал, что он совсем невысокого роста был.

Протоиерей Андрей

— Нет, он вот примерно моего. Служил он в Калуге недолго, и в 1977 году закончился период вот такого переезда с кафедры на кафедру, и он приступил к служению в городе Горьком. 24 года он пробыл — в июне 77-го года был назначен и в июне 2001 года упокоился, то есть вот ровно 24 года прошло. Вот прежде, чем говорить о горьковском, о нижегородском периоде, нужно сказать, что владыка Николай не был вот таким вот домоседом и не сидел в своем кафедральном городе только так. Он принимал, так сказать, довольно активное участие в таком внешнем церковном служении. Его, например, еще в 61-м году направляли в Нью-Дели — он участвовал в генеральной ассамблее Всемирного совета церквей. В 63-м году он в составе делегации Русской Православной Церкви совершил поездку в США. В 68-м году из Омска он ездил в Западную Африку, в составе делегации опять же Русской Православной Церкви.

А. Пичугин

— А он вспоминал эти поездки? Ну хотя да, это уже такое время-то было, наверное, впоследствии в 90-е годы, когда ну что вспоминать, а в советские годы-то...

Протоиерей Андрей

— Ну да. И нет, он не вспоминал. Он так вот однажды кому-то сказал, что в Африку поездка была трудной — жарко, и принимали по-разному, потому что христианином непросто там быть. Грузию посещал он, Грузинскую Православную Церковь. В Греции, в Италии, в Чехословакии, в Шотландии. В ГДР и в Западном Берлине, и в Западной Германии. Вот Западная Германия, конечно, в его сердце оставила особый след. Война — да, вот, с одной стороны, война. А, с другой стороны, город Эссен — побратим города Горького, Нижнего Новгорода, он бывал там, он познакомился с местным епископом лютеранским, со священниками. Приезжал туда, привозил хор, служили там на кладбище.

К. Толоконникова

— И они, по-моему, приезжали тоже.

Протоиерей Андрей

— Да, и они приезжали. И вот это вот, опять же вот некое умение перешагнуть даже очень страшные обстоятельства. Он об этом никогда не забывал, никогда не забывал о войне, но вот эти вот человеческие отношения, они для него были выше всего.

А. Пичугин

— А что представляла собой епархия, когда владыка туда приехал? Ведь Нижегородская нынешняя-то, Горьковская область была очень большой.

Протоиерей Андрей

— 46 приходов.

К. Толоконникова

— У меня предчувствие такое, что нам предстоит...

А. Пичугин

— Третья программа. Я тоже смотрю.

К. Толоконникова

— Еще одна встреча с отцом Андреем. Я думаю, что как раз служение владыки в Новгороде, сначала в Горьком, а потом в Нижнем, вот этот вот период его жизни последний, он потребует отдельного разговора. Поэтому мы не будем сейчас никуда торопиться.

Протоиерей Андрей

— С большим удовольствием продолжу этот разговор, потому что действительно есть что рассказать.

А. Пичугин

— Спасибо, да.

К. Толоконникова

— Поэтому сейчас, уж коль скоро мы заговорили об Эссене, о его поездках, он же состоял, по-моему, я забыла, как это, что-то там — мира, дружбы общество...

Протоиерей Андрей

— У него были такие, знаете, Комитет защиты мира это называлось, да, он ездил по линии вот этой организации. И для него понимаете, для него это не было пустым звуком. Вот сейчас, уже с нашего времени, это все видится совершенно по-другому. И какие-то нынешние события, и вообще то время, в котором мы живем, затенило жизнь наших предшественников, скажем вот так, несколько затенило. А мне кажется, это повод вспомнить об отношении их к вот этим вот вопросам, к вопросу мира. Ведь понимаете, вот затасканный такой штамп: борец за мир, за мир нужно бороться. Оказывается, да, за него нужно бороться. Вот сейчас это очень наглядно все проявляется. И для человека, прошедшего войну, это было живо на протяжении всей его жизни, до самого последнего дня. Мы будем об этом говорить, я так понимаю, в следующий раз — о том, как он воспринимал дни 22 июня, 9 мая. То есть для него 9 мая — это всегда был особый день, святой день. Он в этот день всегда был по-особому собран, служил заупокойную литию в Нижегородском кремле — это уже в последние годы, когда это было, естественно, можно. Никогда не было тени фальши. У него просто никогда не было тени фальши ну вот в том, что касается вопроса войны и мира. Это было очень видно и наглядно.

А. Пичугин

— А как складывались его отношения с духовенством личные? То есть мы знаем разные примеры архиереев советского периода в отношении с духовенством. Кто-то был очень открытый, и можно было всегда, в любой момент, если архиерей в управлении, прийти, постучаться, открыть дверь и прийти к владыке. Кто-то, наоборот, только через сонм секретарей. Вот как у владыки Николая это выстраивалось?

Протоиерей Андрей

— Нет, такого у него не было никогда, он был открыт. Он был отрыт, можно было всегда прийти на прием. И не только священнику, но просто обычному человеку с улицы, просто прийти на прием. Не факт, что ты вот в этот раз попадешь, потому что много всегда желающих в те дни, когда он принимал, он делал это часто. Ну не в этот раз, так в следующий, а если что-то срочное, то примет хотя бы на несколько минут. И в этом, конечно, смысле он был открыт. Ну это если брать вот такую вот официальную строну. А если брать сторону менее официальную — все было по-разному, но это правда, как человеческие отношения складываются, нет схемы. Он не был человеком схемы. Но мы будем говорить о его увлечениях, и каких-то вот таких вот земных, что называется, привязанностях. И эти увлечения и привязанности он разделял с очень разными людьми — и с духовенством, и с мирянами, причем совершенно разных чинов и званий. Вообще для него и чины, и звания никогда не были определяющими. Он никогда не был в плену звезд каких-то там, орденов, чинов, положений — вот это вот для него все не значило вообще ничего.

К. Толоконникова

— Такого рода человекоугодие, да.

Протоиерей Андрей

— Нет, вот кем он не был точно. Он уважал, безусловно, человека он уважал. Но если за этими орденами и звездами не стояла личность, то этого человека он уважать не мог, в принципе.

К. Толоконникова

— А вы сейчас сказали, вот земные привязанности. А я вспомнила, что хотела спросить о том, как складывались отношения владыки на протяжении его жизни с семьей, с его кровной семьей, у него были сестры.

Протоиерей Андрей

— У него была старшая сестра и младшая сестра. Ну старшая — там довольно большая разница была в возрасте, врать не буду, про нее я не знаю ничего. Вот Римма Васильевна — Римма Васильевна жила в том же доме, она вела хозяйство. И, конечно, между ними, они были действительно братом и сестрой. Они очень любили друг друга, она была замужем, потом овдовела. Ну вот были родственники еще, ну они приезжали, но это все никогда не выносилось в публичное пространство. Для него сестра была близким человеком, но эта близость это в семье.

К. Толоконникова

— В домашнем кругу.

Протоиерей Андрей

— В домашнем кругу.

К. Толоконникова

— А известно ли, может быть, он сам вспоминал, как мама его отнеслась к тому, что вот он выбирает стезю церковную, что он собирается стать священником, поступает в семинарию? Вот тогда еще.

Протоиерей Андрей

— Надо вспомнить вообще, если мы вернемся к самому началу нашего разговора: когда он попал на фронт, читали Псалтирь и мать, и сестра, и тетки-монахини.

К. Толоконникова

— Тетки были монахинями его.

Протоиерей Андрей

— Да. И читали Псалтирь. И вот эта вот, как он говорил, молитвенная поддержка, она очень ощущалась. То есть мать, конечно, была готова к этому, мать была готова.

К. Толоконникова

— То есть ну фактически, получается, что она его вымолила именно для служения Богу.

Протоиерей Андрей

— Да.

К. Толоконникова

— Потому что вот это ранение, которое препятствует ему воевать дальше...

Протоиерей Андрей

— Спасло ему жизнь, может быть так. Он так всегда и воспринимал.

К. Толоконникова

— Или во всяком случае идти каким-то иным путем. А оно его приводит в Церковь.

Протоиерей Андрей

— Конечно.

К. Толоконникова

— Да, а что значит: читали Псалтирь? Читали постоянно Псалтирь о нем?

Протоиерей Андрей

— Да. Ну насколько это возможно в домашних условиях, читали, поминая его там ежедневно. Читали Псалтирь, поминая на каждой кафизме, на каждой славе. И вот эта молитва оказалась действенной и сильной.

А. Пичугин

— Ну что ж, вот тогда, раз мы договорились о нижегородском, горьковском периоде жизни владыки Николая поговорить в следующий раз, мы обязательно, отец Андрей, мы это сделаем.

К. Толоконникова

— В самом скором времени.

А. Пичугин

— Я надеюсь, что мы в самом скором времени, да, соберемся снова у нас в студии и поговорим, сделаем такую заключительную, а может быть, мы и нижегородский период как-то так тоже...

Протоиерей Андрей

— Разобьем.

А. Пичугин

— Разбить, да. Спасибо вам большое за такой интересный рассказ. Я напомню, друзья, что сегодня мы вспоминали, продолжали вспоминать митрополита Николая (Кутепова), который занимал Горьковскую и Нижегородскую кафедру на протяжении почти четверти века. Весь его интереснейший жизненный путь мы вспоминаем уже не первую программу, благодаря отцу Андрею Милкину, протоиерею, настоятелю храма святого великомученика Димитрия Солунского на Благуше, в Москве. Наша программа сегодняшняя совместная с музеем исследовательским центром «Советский Союз: вера и люди». Ксения Толоконникова, директор музея...

К. Толоконникова

— Спасибо, друзья, что эту часть вашего вечера вы провели с нами. Спасибо, дорогой батюшка. Надеюсь, что мы встретимся вновь.

А. Пичугин

— Спасибо. До новых встреч.

Протоиерей Андрей

— Большое спасибо всем, кто слушал сегодня. И я не могу не поблагодарить двух замечательных нижегородцев — Ольгу Букову и Алексея Дьяконова — тех, кто посвятил много времени исследованиям биографии владыки Николая, на чьи исследования я, безусловно, опирался. Потому что я не могу знать всех фактов биографии владыки, будучи значительно младше по возрасту и просто не живя в тех городах, где жил он. И большое вам спасибо за помощь в собирании вот этих фактов из его жизни. И спасибо всем тем, кто сегодня нас слушал. Встретимся снова.

А. Пичугин

— До свидания.

Все выпуски программы Светлый вечер

Другие программы

Богослужения вечера

Тексты богослужений праздничных и воскресных дней. Всенощное Бдение. 14 марта 2026г.

Вечер 14.03.26.

Неделя 3-я Великого поста, Крестопоклонная.

Глас 7.

ВСЕНО́ЩНОЕ БДЕ́НИЕ

Вели́кая Вече́рня

Перед началом малой вечерни или, на практике, непосредственно перед началом всенощного бдения, иерей износит из сосудохранилища Честны́й Крест, полагает его на жертвенник на блюде, покрытом покровцем, и украшает Крест венком из живых цветов. После малой вечерни или, на практике, непосредственно перед началом всенощного бдения иерей и диакон в облачениях подходят к жертвеннику. Диакон произносит тихо: «Благослови, владыко». Иерей: «Благословен Бог наш...». Трисвятое. По «Отче наш...» — возглас: «Яко Твое есть Царство...». После возгласа поют (тихо) тропарь Креста, глас 1-й: «Спаси, Господи, люди Твоя...». «Слава, и ныне» — кондак Креста, глас 4-й: «Вознесы́йся на Крест волею...». Во время пения иерей взимает на главу блюдо с Крестом, в предшествии свещеносца со свечой и диакона с кадилом переносит Крест на престол и полагает его на евангельское место, а Евангелие (обычно заранее, до переноса) поставляет на горнее место престола, где оно ставится после чтения на Литургии. Пред престолом поставляется возжженная свеча на свещнике.

Диакон: Воста́ните!

Хор: Благослови́.

Иерей: Сла́ва Святе́й и Единосу́щней и Животворя́щей и Неразде́льней Тро́ице всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Священнослужители в алтаре:

Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́ Царе́ви на́шему Бо́гу.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Ему́.

Псало́м 103, предначина́тельный:

Хор: Благослови́, душе́ моя́, Го́спода./ Благослове́н еси́, Го́споди./ Го́споди, Бо́же мой, возвели́чился еси́ зело́./ Благослове́н еси́, Го́споди./ ... / Вся прему́дростию сотвори́л еси́./ Сла́ва Ти, Го́споди, сотвори́вшему вся.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Вели́кая ектения́:

Диакон: Ми́ром Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)

Диакон: О Свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.

О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии Святы́х Бо́жиих Церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.

О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.

О вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем, Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, честне́м пресви́терстве, во Христе́ диа́констве, о всем при́чте и лю́дех, Го́споду помо́лимся.

О Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, Го́споду помо́лимся.

О гра́де сем (или: О ве́си сей), вся́ком гра́де, стране́ и ве́рою живу́щих в них, Го́споду помо́лимся.

О благорастворе́нии возду́хов, о изоби́лии плодо́в земны́х и вре́менех ми́рных, Го́споду помо́лимся.

О пла́вающих, путеше́ствующих, неду́гующих, стра́ждущих, плене́нных и о спасе́нии их. Го́споду помо́лимся.

О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.

Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко подоба́ет Тебе́ вся́кая сла́ва честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Блаже́н муж:

Хор: Блаже́н муж, и́же не и́де на сове́т нечести́вых.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Я́ко весть Госпо́дь путь пра́ведных, и путь нечести́вых поги́бнет.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Рабо́тайте Го́сподеви со стра́хом и ра́дуйтеся Ему́ с тре́петом.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Блаже́ни вси наде́ющиися Нань.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Воскресни́, Го́споди, спаси́ мя, Бо́же мой.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Госпо́дне есть спасе́ние, и на лю́дех Твои́х благослове́ние Твое́.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Ектения́ ма́лая:

Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко Твоя́ держа́ва, и Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Го́споди, воззва́х, глас 7:

Хор: Го́споди, воззва́х к Тебе́, услы́ши мя./ Услы́ши мя, Го́споди./ Го́споди, воззва́х к Тебе́, услы́ши мя:/ вонми́ гла́су моле́ния моего́,/ внегда́ воззва́ти ми к Тебе́.// Услы́ши мя, Го́споди.

Да испра́вится моли́тва моя́,/ я́ко кади́ло пред Тобо́ю,/ воздея́ние руку́ мое́ю/ — же́ртва вече́рняя.// Услы́ши мя, Го́споди.

Стихиры воскресные, глас 7:

На 10. Стих: Изведи́ из темни́цы ду́шу мою́,// испове́датися и́мени Твоему́.

Стихира: Прииди́те, возра́дуемся Го́сподеви,/ сокруши́вшему сме́рти держа́ву,/ и просвети́вшему челове́ческий род,/ со безпло́тными зову́ще:// Соде́телю и Спа́се наш, сла́ва Тебе́.

Стих: Мене́ ждут пра́ведницы,// до́ндеже возда́си мне.

Стихира: Крест претерпе́л еси́ Спа́се,/ и погребе́ние нас ра́ди,/ сме́ртию же я́ко Бог смерть умертви́л еси́./ Те́мже покланя́емся тридне́вному воскресе́нию Твоему́:// Го́споди, сла́ва Тебе́.

На 8. Стих: Из глубины́ воззва́х к Тебе́, Го́споди,// Го́споди, услы́ши глас мой.

Стихира: Апо́столи ви́девше воскресе́ние Соде́теля, чудя́хуся,/ пою́ще хвалу́ а́нгельскую:/ сия́ сла́ва есть церко́вная,/ сие́ бога́тство Ца́рствия:// пострада́вый нас ра́ди, Го́споди, сла́ва Тебе́.

Стих: Да бу́дут у́ши Твои́// вне́млюще гла́су моле́ния моего́.

Стихира: А́ще и ят был еси́ Христе́, от беззако́нных муже́й,/ но Ты ми еси́ Бог, и не постыжду́ся;/ бие́н был еси́ по плеще́ма, не отмета́юся;/ на Кресте́ пригвожде́н был еси́, и не таю́;/ воста́нием Твои́м хвалю́ся:/ смерть бо Твоя́ живо́т мой,// Всеси́льне и Человеколю́бче Го́споди, сла́ва Тебе́.

На 6. Стих: А́ще беззако́ния на́зриши, Го́споди, Го́споди, кто постои́т?// Я́ко у Тебе́ очище́ние есть.

Стихира: Дави́дское проро́чество исполня́я Христо́с,/ вели́чествие в Сио́не Свое́ ученико́м откры́л есть,/ хвали́ма показу́я Себе́,/ и сла́вима при́сно со Отце́м же и Ду́хом Святы́м:/ пе́рвее у́бо безпло́тна, я́ко Сло́ва,/ последи́ же нас ра́ди воплоще́на,/ и умерщвле́на я́ко челове́ка, и воскре́сша со вла́стию,// я́ко Человеколю́бца.

Стих: И́мене ра́ди Твоего́ потерпе́х Тя, Го́споди, потерпе́ душа́ моя́ в сло́во Твое́,// упова́ душа́ моя́ на Го́спода.

Стихира: Соше́л еси́ во ад Христе́, я́коже восхоте́л еси́:/ испрове́ргл еси́ смерть, я́ко Бог и Влады́ка:/ и воскре́сл еси́ тридне́вен,/ совоскреси́в Ада́ма от а́довых уз и тле́ния,/ зову́ща и глаго́люща:/ сла́ва Воскресе́нию Твоему́,// Еди́не Человеколю́бче.

Стихиры Недели Крестопоклонной, глас 5, подобен: «Ра́дуйся по́стников...»:

На 4. Стих: От стра́жи у́тренния до но́щи, от стра́жи у́тренния,// да упова́ет Изра́иль на Го́спода.

Стихира: Возсия́й, Госпо́день Кре́сте,/ светолу́чныя мо́лния твоея́ благода́ти,/ в сердца́ чту́щих тя,/ и Богоприя́тною любо́вию прие́млющих, мировожделе́нне,/ и́мже сле́зное потреби́ся се́тование,/ и сме́ртных се́тей изба́вихомся,/ и к при́сному весе́лию приидо́хом./ Покажи́ красоты́ твоея́ благоле́пие,/ воздая́ние пода́ждь воздержа́ния рабо́м твои́м,/ ве́рно прося́щим твое́ бога́тное заступле́ние,// и ве́лию ми́лость.

Стих: Я́ко у Го́спода ми́лость, и мно́гое у Него́ избавле́ние,// и Той изба́вит Изра́иля от всех беззако́ний его́.

Стихира: Ра́дуйся, живоно́сный Кре́сте,/ Це́ркве кра́сный раю́,/ дре́во нетле́ния, прозя́бшее нам/ ве́чныя сла́вы наслажде́ние:/ и́мже бесо́встии отгоня́ются полцы́,/ и а́нгельстии свеселя́тся чи́нове,/ и совокупле́ния ве́рных пра́зднуют./ Ору́жие непобеди́мое,/ утвержде́ние неруши́мое, ве́рных побе́до,/ свяще́нников похвало́,/ Христо́вы ны́не стра́сти и нам пода́ждь дости́гнути,// и ве́лию ми́лость.

На 2. Стих: Хвали́те Го́спода вси язы́цы,// похвали́те Его́ вси лю́дие.

Стихира: Ра́дуйся, живоно́сный Кре́сте,/ благоче́стия непобеди́мая побе́да,/ дверь ра́йская, ве́рных утвержде́ние,/ Це́ркве огражде́ние:/ и́мже тля разори́ся и упраздни́ся,/ и попра́ся сме́ртная держа́ва,/ и вознесо́хомся от земли́ к небе́сным:/ ору́жие непобеди́мое, бесо́в сопротивобо́рче,/ сла́во му́чеников,/ преподо́бных я́ко вои́стинну удобре́ние,/ приста́нище спасе́ния,// да́руяй ми́ру ве́лию ми́лость.

Стих: Я́ко утверди́ся ми́лость Его́ на нас,// и и́стина Госпо́дня пребыва́ет во век.

Стихира: Гряди́, первозда́нная дво́ице,/ ли́ка отпа́дшая го́рних, за́вистию человекоуби́йцы,/ го́рькою сла́стию дре́ва, дре́вле вкуше́нием./ Се всечестно́е вои́стинну Дре́во предгряде́т,/ к нему́же прите́кше ра́достию облобыза́йте,/ и возопи́йте к нему́ с ве́рою:/ ты на́ше воззва́ние, Кре́сте всечестны́й,/ дре́во Богоблаже́нное, са́де небе́сный:/ его́же плода́ причасти́вшеся, нетле́ние улучи́хом,/ Еде́ма пе́рваго прие́мше изве́стно,// и ве́лию ми́лость.

Стихира Недели Крестопоклонной, глас 3:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Стихира: Христе́ Бо́же наш,/ во́льное распя́тие во о́бщее воскресе́ние ро́да челове́ческаго восприе́мый,/ и тро́стию Креста́, обагре́нием червле́ным Своя́ пе́рсты окровави́вый,/ оста́вительная нам ца́рски подписа́ти человеколю́бствовавый,/ не пре́зри нас бе́дствующих, и па́ки от Тебе́ разстоя́ние:/ но уще́дри еди́не долготерпели́ве, во обстоя́нии лю́ди Твоя́,// и воста́ни, побори́ борю́щия ны, я́ко всеси́лен.

Догматик, глас 7:

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Догматик: Ма́ти у́бо позна́лася еси́,/ па́че естества́, Богоро́дице,/ пребыла́ же еси́ Де́ва,/ па́че сло́ва и ра́зума:/ и чудесе́ Рождества́ Твоего́ сказа́ти язы́к не мо́жет./ Пресла́вну бо су́щу зача́тию Чи́стая,/ непости́жен есть о́браз рожде́ния:/ иде́же бо хо́щет Бог, побежда́ется естества́ чин./ Те́мже Тя вси, Ма́терь Бо́жию ве́дуще,/ мо́лим Ти ся приле́жно,// моли́ спасти́ся душа́м на́шим.

Вход с кади́лом:

Диакон: Прему́дрость, про́сти.

Све́те Ти́хий:

Хор: Све́те Ти́хий святы́я сла́вы Безсме́ртнаго Отца́ Небе́снаго, Свята́го, Блаже́ннаго, Иису́се Христе́! Прише́дше на за́пад со́лнца, ви́девше свет вече́рний, пое́м Отца́, Сы́на и Свята́го Ду́ха, Бо́га. Досто́ин еси́ во вся времена́ пет бы́ти гла́сы преподо́бными, Сы́не Бо́жий, живо́т дая́й; те́мже мир Тя сла́вит.

Диакон: Во́нмем.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Проки́мен воскре́сный, глас 6:

Диакон: Прему́дрость во́нмем. Проки́мен, глас шесты́й: Госпо́дь воцари́ся, в ле́поту облече́ся.

Хор: Госпо́дь воцари́ся, в ле́поту облече́ся. (На каждый стих)

Диакон: Облече́ся Госпо́дь в си́лу, и препоя́сася.

Стих 2: И́бо утверди́ вселе́нную, я́же не подви́жится.

Стих 3: До́му Твоему́ подоба́ет святы́ня, Го́споди, в долготу́ дний.

Диакон: Госпо́дь воцари́ся.

Хор: В ле́поту облече́ся.

Ектения́ сугу́бая:

Диакон: Рцем вси от всея́ души́, и от всего́ помышле́ния на́шего рцем.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Го́споди Вседержи́телю, Бо́же оте́ц на́ших, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Поми́луй нас, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды, на каждое прошение)

Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, и всей во Христе́ бра́тии на́шей.

Еще́ мо́лимся о Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, да ти́хое и безмо́лвное житие́ поживе́м во вся́ком благоче́стии и чистоте́.

Еще́ мо́лимся о блаже́нных и приснопа́мятных созда́телех свята́го хра́ма сего́, и о всех преждепочи́вших отце́х и бра́тиях, зде лежа́щих и повсю́ду, правосла́вных.

Еще́ мо́лимся о ми́лости, жи́зни, ми́ре, здра́вии, спасе́нии, посеще́нии, проще́нии и оставле́нии грехо́в рабо́в Бо́жиих настоя́теля, бра́тии и прихо́жан свята́го хра́ма сего́.

Еще́ мо́лимся о плодонося́щих и доброде́ющих во святе́м и всечестне́м хра́ме сем, тружда́ющихся, пою́щих и предстоя́щих лю́дех, ожида́ющих от Тебе́ вели́кия и бога́тыя ми́лости.

Иерей: Я́ко Ми́лостив и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Сподо́би, Го́споди:

Хор: Сподо́би, Го́споди, в ве́чер сей без греха́ сохрани́тися нам. Благослове́н еси́, Го́споди, Бо́же оте́ц на́ших, и хва́льно и просла́влено и́мя Твое́ во ве́ки. Ами́нь.

Бу́ди, Го́споди, ми́лость Твоя́ на нас, я́коже упова́хом на Тя. Благослове́н еси́, Го́споди, научи́ мя оправда́нием Твои́м. Благослове́н еси́, Влады́ко, вразуми́ мя оправда́нием Твои́м. Благослове́н еси́, Святы́й, просвети́ мя оправда́нии Твои́ми.

Го́споди, ми́лость Твоя́ во век, дел руку́ Твое́ю не пре́зри. Тебе́ подоба́ет хвала́, Тебе́ подоба́ет пе́ние, Тебе́ сла́ва подоба́ет. Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Ектения́ проси́тельная:

Диакон: Испо́лним вече́рнюю моли́тву на́шу Го́сподеви.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Ве́чера всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.

Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)

Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.

Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.

До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.

Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.

Христиа́нския кончи́ны живота́ на́шего, безболе́знены, непосты́дны, ми́рны и до́браго отве́та на Стра́шнем Суди́щи Христо́ве про́сим.

Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́, и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко Благ и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Диакон: Главы́ на́ша Го́сподеви прикло́ним.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Бу́ди держа́ва Ца́рствия Твоего́ благослове́на и препросла́влена. Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Лития́:

Поется стихира храма ^[1] , затем:

Стихира Недели Крестопоклонной, глас 5:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Стихира: Зря́щи Тя тварь вся на Кресте́ на́га ви́сяща,/ Соде́теля и Зижди́теля всех,/ изменя́шеся стра́хом, и рыда́ше:/ со́лнце же свет омрачи́,/ и земля́ колеба́шеся, ка́мение же разседа́шеся,/ и хра́ма све́тлость раздира́шеся./ Ме́ртвии воста́ша от гробо́в,/ и А́нгельския си́лы ужасо́шася, глаго́люще:/ о чудесе́! Судия́ су́дится,// и стра́ждет хотя́ за спасе́ние ми́ра, и обновле́ние.

Диакон: Спаси́, Бо́же, лю́ди Твоя́ и благослови́ достоя́ние Твое́, посети́ мир Твой ми́лостию и щедро́тами, возвы́си рог христиа́н правосла́вных и низпосли́ на ны ми́лости Твоя́ бога́тыя, моли́твами всепречи́стыя Влады́чицы на́шея Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и, си́лою Честна́го и Животворя́щаго Креста́, предста́тельствы честны́х Небе́сных Сил безпло́тных, честна́го, сла́внаго проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Иоа́нна, святы́х сла́вных и всехва́льных Апо́стол, и́же во святы́х оте́ц на́ших и вселе́нских вели́ких учи́телей и святи́телей, Васи́лия Вели́каго, Григо́рия Богосло́ва и Иоа́нна Златоу́стаго, и́же во святы́х отца́ на́шего Никола́я, архиепи́скопа Мирлики́йскаго, чудотво́рца, святы́х равноапо́стольных Мефо́дия и Кири́лла, учи́телей слове́нских, святы́х равноапо́стольных вели́каго кня́зя Влади́мира и вели́кия княги́ни О́льги, и́же во святы́х оте́ц на́ших: святи́теля Михаи́ла, пе́рвого митрополи́та Ки́евскаго, первосвяти́телей Моско́вских и всея́ Руси́: Петра́, Алекси́я, Ио́ны, Мака́рия, Фили́ппа, И́ова, Ермоге́на и Ти́хона, митрополи́тов Моско́вских Филаре́та, Инноке́нтия и Мака́рия. Святы́х, сла́вных и добропобе́дных му́чеников, новому́чеников и испове́дников Це́ркве Ру́сския: Влади́мира, митрополи́та Ки́евскаго, Вениами́на, митрополи́та Петрогра́дского, Петра́, митрополи́та Крути́цкаго, Иларио́на, архиепи́скопа Вере́йскаго, святы́х ца́рственных страстоте́рпцев, преподобному́чениц вели́кия княги́ни Елисаве́ты и и́нокини Варва́ры, преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших, преподо́бных оте́ц ста́рцев О́птинских, святы́х пра́ведных Иоа́нна Кроншта́дтскаго и Алекси́я Моско́вскаго, святы́х блаже́нных Ксе́нии Петербу́ржския и Матро́ны Моско́вския, святы́х и пра́ведных богооте́ц Иоаки́ма и А́нны (и свята́го имяре́к, егоже есть храм и егоже есть день), и всех святы́х. Мо́лим Тя, многоми́лостиве Го́споди, услы́ши нас, гре́шных, моля́щихся Тебе́, и поми́луй нас.

Хор: Го́споди, поми́луй. (40 раз)

Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о господи́не на́шем высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к и о всем во Христе́ бра́тстве на́шем, и о вся́кой души́ христиа́нстей, скорбя́щей же и озло́бленней, ми́лости Бо́жия и по́мощи тре́бующей; о покрове́нии гра́да сего́, и живу́щих в нем, о ми́ре, и состоя́нии всего́ ми́ра; о благостоя́нии святы́х Бо́жиих церкве́й; о спасе́нии и по́мощи со тща́нием и стра́хом Бо́жиим тружда́ющихся и служа́щих оте́ц и бра́тий на́ших; о оста́вльшихся и во отше́ствии су́щих; о исцеле́нии в не́мощех лежа́щих; о успе́нии, осла́бе, блаже́нней па́мяти и о оставле́нии грехо́в всех преждеотше́дших оте́ц и бра́тий на́ших, зде лежа́щих и повсю́ду правосла́вных; о избавле́нии плене́нных, и о бра́тиях на́ших во слу́жбах су́щих, и о всех служа́щих и служи́вших во святе́м хра́ме сем рцем.

Хор: Го́споди, поми́луй. (50 раз)

Диакон: Еще́ мо́лимся о е́же сохрани́тися гра́ду сему́, и свято́му хра́му сему́, и вся́кому гра́ду и стране́, от гла́да, губи́тельства, тру́са, пото́па, огня́, меча́, наше́ствия иноплеме́нников и междоусо́бныя бра́ни; о е́же ми́лостиву и благоуве́тливу бы́ти благо́му и человеколюби́вому Бо́гу на́шему, отврати́ти вся́кий гнев на ны дви́жимый, и изба́вити ны от належа́щаго и пра́веднаго Своего́ преще́ния и поми́ловати ны.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Диакон: Еще́ мо́лимся и о е́же услы́шати Го́споду Бо́гу глас моле́ния нас, гре́шных, и поми́ловати нас.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Иерей: Услы́ши ны, Бо́же, Спаси́телю наш, упова́ние всех конце́в земли́ и су́щих в мо́ри дале́че, и ми́лостив, ми́лостив бу́ди, Влады́ко, о гресе́х на́ших, и поми́луй ны. Ми́лостив бо и человеколю́бец Бог еси́, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́, и Сы́ну, и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Диакон: Главы́ на́ша Го́сподеви прикло́ним.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Влады́ко многоми́лостиве, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, моли́твами всепречи́стыя Влады́чицы на́шея Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и, си́лою Честна́го и Животворя́щаго Креста́, предста́тельствы честны́х Небе́сных Сил безпло́тных, честна́го, сла́внаго проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Иоа́нна, святы́х сла́вных и всехва́льных Апо́стол, и́же во святы́х оте́ц на́ших и вселе́нских вели́ких учи́телей и святи́телей, Васи́лия Вели́каго, Григо́рия Богосло́ва и Иоа́нна Златоу́стаго, и́же во святы́х отца́ на́шего Никола́я, архиепи́скопа Мирлики́йскаго, чудотво́рца, святы́х равноапо́стольных Мефо́дия и Кири́лла, учи́телей слове́нских, святы́х равноапо́стольных вели́каго кня́зя Влади́мира и вели́кия княги́ни О́льги, и́же во святы́х оте́ц на́ших: святи́теля Михаи́ла, пе́рвого митрополи́та Ки́евскаго, первосвяти́телей Моско́вских и всея́ Руси́: Петра́, Алекси́я, Ио́ны, Мака́рия, Фили́ппа, И́ова, Ермоге́на и Ти́хона, митрополи́тов Моско́вских Филаре́та, Инноке́нтия и Мака́рия. Святы́х, сла́вных и добропобе́дных му́чеников, новому́чеников и испове́дников Це́ркве Ру́сския: Влади́мира, митрополи́та Ки́евскаго, Вениами́на, митрополи́та Петрогра́дского, Петра́, митрополи́та Крути́цкаго, Иларио́на, архиепи́скопа Вере́йскаго, святы́х ца́рственных страстоте́рпцев, преподобному́чениц вели́кия княги́ни Елисаве́ты и и́нокини Варва́ры, преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших, преподо́бных оте́ц ста́рцев О́птинских, святы́х пра́ведных Иоа́нна Кроншта́дтскаго и Алекси́я Моско́вскаго, святы́х блаже́нных Ксе́нии Петербу́ржския и Матро́ны Моско́вския, святы́х и пра́ведных богооте́ц Иоаки́ма и А́нны (и свята́го имяре́к, егоже есть храм и егоже есть день) и всех святы́х. благоприя́тну сотвори́ моли́тву на́шу, да́руй нам оставле́ние прегреше́ний на́ших, покры́й нас кро́вом крилу́ Твое́ю, отжени́ от нас вся́каго врага́ и супоста́та, умири́ на́шу жизнь. Го́споди, поми́луй нас и мир Твой, и спаси́ ду́ши на́ша, я́ко благ и человеколю́бец.

Хор: Ами́нь.

Стихи́ры на стихо́вне:

Стихиры воскресные, глас 7:

Стихира: Воскре́сл еси́ из гро́ба Спа́се ми́ра,/ и совоздви́гл еси́ челове́ки с пло́тию Твое́ю:// Го́споди, сла́ва Тебе́.

Стих: Госпо́дь воцари́ся,// в ле́поту облече́ся.

Стихира: Воскре́сшему из ме́ртвых, и просвети́вшему вся,/ прииди́те поклони́мся:/ от а́дова бо мучи́тельства нас свободи́л есть,/ свои́м тридне́вным Воскресе́нием живо́т нам дарова́вый,// и ве́лию ми́лость.

Стих: И́бо утверди́ вселе́нную,// я́же не подви́жится.

Стихира: Во ад соше́д Христе́, смерть плени́л еси́,/ и тридне́вен воскре́с, нас совоскреси́л еси́,/ сла́вящих Твое́ всеси́льное воста́ние,// Го́споди Человеколю́бче.

Стих: До́му Твоему́ подоба́ет святы́ня,// Го́споди, в долготу́ дний.

Стихира: Стра́шен яви́лся еси́ Го́споди, во гро́бе лежа́ я́ко спя,/ воскре́с же тридне́вен я́ко си́лен,/ Ада́ма совоскреси́л еси́ зову́ща:/ сла́ва Воскресе́нию Твоему́,// Еди́не Человеколю́бче.

Стихира Недели Крестопоклонной, глас 4:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Стихира: Пособи́вый Го́споди кро́ткому Дави́ду/ победи́ти иноплеме́нника,/ ве́рным лю́дем на́шим спобо́рствуй,/ и ору́жием Креста́ низложи́ враги́ на́ша:/ покажи́, Благоутро́бне, на нас дре́вния ми́лости Твоя́,/ и да разуме́ют вои́стинну, я́ко Ты еси́ Бог:/ и на Тя наде́ющиися побежда́ем,/ моля́щиися обы́чно Пречи́стей Твое́й Ма́тери,// дарова́тися нам вели́цей ми́лости.

Моли́тва свято́го Симео́на Богоприи́мца:

Хор: Ны́не отпуща́еши раба́ Твоего́, Влады́ко,/ по глаго́лу Твоему́, с ми́ром;/ я́ко ви́деста о́чи мои́ спасе́ние Твое́,/ е́же еси́ угото́вал пред лице́м всех люде́й,/ свет во открове́ние язы́ков,// и сла́ву люде́й Твои́х Изра́иля.

Трисвято́е по О́тче наш:

Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.

Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.

Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Тропа́рь, глас 4:

Хор: Богоро́дице Де́во, ра́дуйся,/ Благода́тная Мари́е, Госпо́дь с Тобо́ю:/ благослове́на Ты в жена́х/ и благослове́н Плод чре́ва Твоего́,// я́ко Спа́са родила́ еси́ душ на́ших. (Дважды)

Тропа́рь Неде́ли Крестопокло́нной, глас 1:

Спаси́ Го́споди лю́ди Твоя́,/ и благослови́ достоя́ние Твое́,/ побе́ды на сопроти́вныя да́руя,// и Твое́ сохраня́я Кресто́м Твои́м жи́тельство.

Благослове́ние хле́бов:

Диакон: Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Иерей: Го́споди Иису́се Христе́ Бо́же наш, благослови́вый пять хле́бов и пять ты́сящ насы́тивый, Сам благослови́ и хле́бы сия́, пшени́цу, вино́ и еле́й; и умно́жи сия́ во гра́де сем и во всем ми́ре Твое́м; и вкуша́ющия от них ве́рныя освяти́. Я́ко Ты еси́ благословля́яй и освяща́яй вся́ческая, Христе́ Бо́же наш, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, со Безнача́льным Твои́м Отце́м, и Всесвяты́м, и Благи́м, и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь. Бу́ди И́мя Госпо́дне благослове́но от ны́не и до ве́ка. (Трижды)

Псало́м 33:

Иерей: Благослове́ние Госпо́дне на вас, Того́ благода́тию и человеколю́бием, всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

У́треня

Шестопса́лмие:

Хор: Сла́ва в вы́шних Бо́гу, и на земли́ мир, в челове́цех благоволе́ние. (Трижды)

Го́споди, устне́ мои́ отве́рзеши, и уста́ моя́ возвестя́т хвалу́ Твою́. (Дважды)

Псало́м 3:

Чтец: Го́споди, что ся умно́жиша стужа́ющии ми? Мно́зи востаю́т на мя, мно́зи глаго́лют души́ мое́й: несть спасе́ния ему́ в Бо́зе его́. Ты же, Го́споди, Засту́пник мой еси́, сла́ва моя́ и вознося́й главу́ мою́. Гла́сом мои́м ко Го́споду воззва́х, и услы́ша мя от горы́ святы́я Своея́. Аз усну́х, и спах, воста́х, я́ко Госпо́дь засту́пит мя. Не убою́ся от тем люде́й, о́крест напа́дающих на мя. Воскресни́, Го́споди, спаси́ мя, Бо́же мой, я́ко Ты порази́л еси́ вся вражду́ющия ми всу́е: зу́бы гре́шников сокруши́л еси́. Госпо́дне есть спасе́ние, и на лю́дех Твои́х благослове́ние Твое́.

Аз усну́х, и спах, воста́х, я́ко Госпо́дь засту́пит мя.

Псало́м 37:

Го́споди, да не я́ростию Твое́ю обличи́ши мене́, ниже́ гне́вом Твои́м нака́жеши мене́. Я́ко стре́лы Твоя́ унзо́ша во мне, и утверди́л еси́ на мне ру́ку Твою́. Несть исцеле́ния в пло́ти мое́й от лица́ гне́ва Твоего́, несть ми́ра в косте́х мои́х от лица́ грех мои́х. Я́ко беззако́ния моя́ превзыдо́ша главу́ мою́, я́ко бре́мя тя́жкое отяготе́ша на мне. Возсмерде́ша и согни́ша ра́ны моя́ от лица́ безу́мия моего́. Пострада́х и сляко́хся до конца́, весь день се́туя хожда́х. Я́ко ля́двия моя́ напо́лнишася поруга́ний, и несть исцеле́ния в пло́ти мое́й. Озло́блен бых и смири́хся до зела́, рыка́х от воздыха́ния се́рдца моего́. Го́споди, пред Тобо́ю все жела́ние мое́ и воздыха́ние мое́ от Тебе́ не утаи́ся. Се́рдце мое́ смяте́ся, оста́ви мя си́ла моя́, и свет о́чию мое́ю, и той несть со мно́ю. Дру́зи мои́ и и́скреннии мои́ пря́мо мне прибли́жишася и ста́ша, и бли́жнии мои́ отдале́че мене́ ста́ша и нужда́хуся и́щущии ду́шу мою́, и и́щущии зла́я мне глаго́лаху су́етная и льсти́вным весь день поуча́хуся. Аз же я́ко глух не слы́шах и я́ко нем не отверза́яй уст свои́х. И бых я́ко челове́к не слы́шай и не имы́й во усте́х свои́х обличе́ния. Я́ко на Тя, Го́споди, упова́х, Ты услы́шиши, Го́споди Бо́же мой. Я́ко рех: да не когда́ пора́дуют ми ся врази́ мои́: и внегда́ подвижа́тися нога́м мои́м, на мя велере́чеваша. Я́ко аз на ра́ны гото́в, и боле́знь моя́ предо мно́ю есть вы́ну. Я́ко беззако́ние мое́ аз возвещу́ и попеку́ся о гресе́ мое́м. Врази́ же мои́ живу́т и укрепи́шася па́че мене́, и умно́жишася ненави́дящии мя без пра́вды. Воздаю́щии ми зла́я возблага́я оболга́ху мя, зане́ гоня́х благосты́ню. Не оста́ви мене́, Го́споди Бо́же мой, не отступи́ от мене́. Вонми́ в по́мощь мою́, Го́споди спасе́ния моего́.

Не оста́ви мене́, Го́споди Бо́же мой, не отступи́ от мене́. Вонми́ в по́мощь мою́, Го́споди спасе́ния моего́.

Псало́м 62:

Бо́же, Бо́же мой, к Тебе́ у́тренюю, возжада́ Тебе́ душа́ моя́, коль мно́жицею Тебе́ плоть моя́, в земли́ пу́сте и непрохо́дне, и безво́дне. Та́ко во святе́м яви́хся Тебе́, ви́дети си́лу Твою́ и сла́ву Твою́. Я́ко лу́чши ми́лость Твоя́ па́че живо́т, устне́ мои́ похвали́те Тя. Та́ко благословлю́ Тя в животе́ мое́м, о и́мени Твое́м воздежу́ ру́це мои́. Я́ко от ту́ка и ма́сти да испо́лнится душа́ моя́, и устна́ма ра́дости восхва́лят Тя уста́ моя́. А́ще помина́х Тя на посте́ли мое́й, на у́тренних поуча́хся в Тя. Я́ко был еси́ Помо́щник мой, и в кро́ве крилу́ Твое́ю возра́дуюся. Прильпе́ душа́ моя́ по Тебе́, мене́ же прия́т десни́ца Твоя́. Ти́и же всу́е иска́ша ду́шу мою́, вни́дут в преиспо́дняя земли́, предадя́тся в ру́ки ору́жия, ча́сти ли́совом бу́дут. Царь же возвесели́тся о Бо́зе, похва́лится всяк клены́йся Им, я́ко загради́шася уста́ глаго́лющих непра́ведная.

На у́тренних поуча́хся в Тя. Я́ко был еси́ Помо́щник мой, и в кро́ве крилу́ Твое́ю возра́дуюся. Прильпе́ душа́ моя́ по Тебе́, мене́ же прия́т десни́ца Твоя́.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Го́споди поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Псало́м 87:

Го́споди Бо́же спасе́ния моего́, во дни воззва́х, и в нощи́ пред Тобо́ю. Да вни́дет пред Тя моли́тва моя́: приклони́ у́хо Твое́ к моле́нию моему́, я́ко испо́лнися зол душа́ моя́, и живо́т мой а́ду прибли́жися. Привмене́н бых с низходя́щими в ров, бых я́ко челове́к без по́мощи, в ме́ртвых свобо́дь, я́ко я́звеннии спя́щии во гро́бе, и́хже не помяну́л еси́ ктому́, и ти́и от руки́ Твоея́ отринове́ни бы́ша. Положи́ша мя в ро́ве преиспо́днем, в те́мных и се́ни сме́ртней. На мне утверди́ся я́рость Твоя́, и вся во́лны Твоя́ наве́л еси́ на мя. Уда́лил еси́ зна́емых мои́х от мене́, положи́ша мя ме́рзость себе́: пре́дан бых и не исхожда́х. О́чи мои́ изнемого́сте от нищеты́, воззва́х к Тебе́, Го́споди, весь день, возде́х к Тебе́ ру́це мои́. Еда́ ме́ртвыми твори́ши чудеса́? Или́ вра́чеве воскреся́т, и испове́дятся Тебе́? Еда́ пове́сть кто во гро́бе ми́лость Твою́, и и́стину Твою́ в поги́бели? Еда́ позна́на бу́дут во тьме чудеса́ Твоя́, и пра́вда Твоя́ в земли́ забве́нней? И аз к Тебе́, Го́споди, воззва́х и у́тро моли́тва моя́ предвари́т Тя. Вску́ю, Го́споди, отре́еши ду́шу мою́, отвраща́еши лице́ Твое́ от мене́? Нищ есмь аз, и в труде́х от ю́ности моея́; возне́с же ся, смири́хся, и изнемого́х. На мне преидо́ша гне́ви Твои́, устраше́ния Твоя́ возмути́ша мя, обыдо́ша мя я́ко вода́, весь день одержа́ша мя вку́пе. Уда́лил еси́ от мене́ дру́га и и́скренняго, и зна́емых мои́х от страсте́й.

Го́споди Бо́же спасе́ния моего́, во дни воззва́х, и в нощи́ пред Тобо́ю. Да вни́дет пред Тя моли́тва моя́: приклони́ у́хо Твое́ к моле́нию моему́.

Псало́м 102:

Благослови́, душе́ моя́, Го́спода, и вся вну́тренняя моя́ и́мя свя́тое Его́. Благослови́, душе́ моя́, Го́спода, и не забыва́й всех воздая́ний Его́, очища́ющаго вся беззако́ния твоя́, исцеля́ющаго вся неду́ги твоя́, избавля́ющаго от истле́ния живо́т твой, венча́ющаго тя ми́лостию и щедро́тами, исполня́ющаго во благи́х жела́ние твое́: обнови́тся я́ко о́рля ю́ность твоя́. Творя́й ми́лостыни Госпо́дь, и судьбу́ всем оби́димым. Сказа́ пути́ Своя́ Моисе́ови, сыново́м Изра́илевым хоте́ния Своя́: Щедр и Ми́лостив Госпо́дь, Долготерпели́в и Многоми́лостив. Не до конца́ прогне́вается, ниже́ в век вражду́ет, не по беззако́нием на́шим сотвори́л есть нам, ниже́ по грехо́м на́шим возда́л есть нам. Я́ко по высоте́ небе́сней от земли́, утверди́л есть Госпо́дь ми́лость Свою́ на боя́щихся Его́. Ели́ко отстоя́т восто́цы от за́пад, уда́лил есть от нас беззако́ния на́ша. Я́коже ще́дрит оте́ц сы́ны, уще́дри Госпо́дь боя́щихся Его́. Я́ко Той позна́ созда́ние на́ше, помяну́, я́ко персть есмы́. Челове́к, я́ко трава́ дни́е его́, я́ко цвет се́льный, та́ко оцвете́т, я́ко дух про́йде в нем, и не бу́дет, и не позна́ет ктому́ ме́ста своего́. Ми́лость же Госпо́дня от ве́ка и до ве́ка на боя́щихся Его́, и пра́вда Его́ на сыне́х сыно́в, храня́щих заве́т Его́, и по́мнящих за́поведи Его́ твори́ти я́. Госпо́дь на Небеси́ угото́ва Престо́л Свой, и Ца́рство Его́ все́ми облада́ет. Благослови́те Го́спода вси А́нгели Его́, си́льнии кре́постию, творя́щии сло́во Его́, услы́шати глас слове́с Его́. Благослови́те Го́спода вся Си́лы Его́, слуги́ Его́, творя́щии во́лю Его́. Благослови́те Го́спода вся дела́ Его́, на вся́ком ме́сте влады́чествия Его́, благослови́, душе́ моя́, Го́спода.

На вся́ком ме́сте влады́чествия Его́, благослови́, душе́ моя́, Го́спода.

Псало́м 142:

Го́споди, услы́ши моли́тву мою́, внуши́ моле́ние мое́ во и́стине Твое́й, услы́ши мя в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м, я́ко не оправди́тся пред Тобо́ю всяк живы́й. Я́ко погна́ враг ду́шу мою́, смири́л есть в зе́млю живо́т мой, посади́л мя есть в те́мных, я́ко ме́ртвыя ве́ка. И уны́ во мне дух мой, во мне смяте́ся се́рдце мое́. Помяну́х дни дре́вния, поучи́хся во всех де́лех Твои́х, в творе́ниих руку́ Твое́ю поуча́хся. Возде́х к Тебе́ ру́це мои́, душа́ моя́, я́ко земля́ безво́дная Тебе́. Ско́ро услы́ши мя, Го́споди, исчезе́ дух мой, не отврати́ лица́ Твоего́ от мене́, и уподо́блюся низходя́щим в ров. Слы́шану сотвори́ мне зау́тра ми́лость Твою́, я́ко на Тя упова́х. Скажи́ мне, Го́споди, путь во́ньже пойду́, я́ко к Тебе́ взях ду́шу мою́. Изми́ мя от враг мои́х, Го́споди, к Тебе́ прибего́х. Научи́ мя твори́ти во́лю Твою́, я́ко Ты еси́ Бог мой. Дух Твой Благи́й наста́вит мя на зе́млю пра́ву. И́мене Твоего́ ра́ди, Го́споди, живи́ши мя, пра́вдою Твое́ю изведе́ши от печа́ли ду́шу мою́. И ми́лостию Твое́ю потреби́ши враги́ моя́ и погуби́ши вся стужа́ющия души́ мое́й, я́ко аз раб Твой есмь.

Услы́ши мя, Го́споди, в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м.

Дух Твой Благи́й наста́вит мя на зе́млю пра́ву.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

После Шестопсалмия