Поделиться
Зачем водить детей в музей? Об этом расскажет гостья программы "Материнский капитал" Анна Вихрова, научный сотрудник центра эстетического воспитания детей.
С.Бакалеева
— Здравствуйте, это программа «Материнский капитал» - программа о самом драгоценном – о семье и детях. У нас в гостях научный сотрудник центра эстетического воспитания детей и юношества Музея изобразительных искусств имени Пушкина – Анна Вихрова, здравствуйте, Аня!
А.Вихрова
— Здравствуйте!
С.Бакалеева
— Аня, давайте поиграем в игру!
А.Вихрова
— С удовольствием!
С.Бакалеева
— Я буду таким очень критичным и ехидным родителем и буду задавать Вам самые ехидные вопросы.
А.Вихрова
— Ну, я постараюсь не ехидно на них ответить.
С.Бакалеева
— Скажите, пожалуйста, Анна, а зачем водить детей в музей? Ведь современные дети очень плохо воспринимают неподвижные изображения, они привыкли к клипам, к мультикам, к экранам. Неужели их нужно зачем-то приводить в музей?
А.Вихрова
— Оказывается, нужно. Оказывается, дети… это заблуждение, что они привыкли к картинкам, к клипам. Как раз гиперактивным детям очень нужно увидеть что-то постоянное, они нуждаются в этом постоянстве в нашем совершенно переменчивом мире. Им очень важно увидеть красоту. И причем, чем ребенок…
С.Бакалеева
— Младше, да?
А.Вихрова
— Меньше, именно по росту, по возрасту, тем больше его впечатляют именно какие-то гигантские скульптуры, просторные залы музея, перемещение, активное передвижение по музею.
С.Бакалеева
— Ведь Вы же работаете с самыми маленькими детьми, да? Какого возраста Ваши посетители?
А.Вихрова
— Мы считаем, что самым оптимальным возрастом работы с детьми, начала регулярного посещения музея – пять лет. До этого ребенок больше всего нуждается в свежем воздухе и в активных прогулках на воздухе. А вот с пятилетнего возраста, ребенок вступает в новую стадию развития, когда у него активная познавательная способность и вот с этого возраста, на мой персональный взгляд, самое лучшее время для посвящения детей в искусство.
С.Бакалеева
— И что, действительно были такие случаи, когда пятилетнего ребенка прямо восхищала красота какого-нибудь шедевра, у Вас были такие случаи, или они... Само посещение музея, было такое?
А.Вихрова
— Такие случаи постоянны, потому как маленькие дети, особенно дети пятилетнего возраста, они не стесняются выражать свои эмоции, свое восхищение. Ну, например, по сравнению уже с подростками и школьниками, у которых некоторые экспонаты музея вызывают явное смущение, или смех, для маленького ребенка пятилетнего это все становится нормой, нормой восприятия мира.
С.Бакалеева
— Ну, ведь многие… договорились же, что это я буду ехидным зрителем, вернее родителем. Так вот, я, как ехидный родитель хочу сказать, что все, что нужно, можно посмотреть в интернете. Если мне нужно посвятить ребенка и рассказать ему о какой-то скульптуре, о картине, я могу найти это изображение и показать ему. Зачем же мне тащить его куда-то?
А.Вихрова
— Отчасти, да, но не все так просто. Дело в том, что для… на восприятие человеком искусства большую роль играет масштаб произведения. И известно же, что само слово музей, дословно переводится, как храм муз. То есть, это некое пространство, где человек не только может что-то увидеть, он может получить колоссальное вдохновение для развития мышления, для развития своих познавательных возможностей, а главное, для того, чтобы научиться видеть, чувствовать, сопереживать красоту. Сопереживать красоту, видя ее на экране сложно. А когда ты видишь, например, Кондотьера Андреа Веррокьо, вот маленький ребенок, он стоит под этим конем, он видит это невероятно выразительное суровое лицо, он чувствует себя маленьким и вот этот масштаб памятника. Или, наоборот, картина с изображением Мадонны с младенцем, такая уютная, маленькая, такая человечная. Он смотрит ей глаза в глаза. Конечно, он меньше, ему приходится поднимать голову, но тем не менее, он находится в непосредственной близости с этой картиной, она не где-то далеко в алтаре, как в храмах, она здесь, рядышком с ним и на наш персональный взгляд – это очень важно.
С.Бакалеева
— А какие еще произведения становятся любимыми, вот на Вашей памяти, становились любимыми у таких малышей?
А.Вихрова
— Ну, конечно, самые таинственные. Последнее время я как раз занимаюсь сбором информации детей разного возраста, что из увиденного в музее произвело на них самое большое впечатление. На первом месте у детей пятилетнего, семилетнего, девятилетнего и одиннадцатилетнего возраста, ну это такие маленькие заделы, Давид Микеланджело.
С.Бакалеева
— У всех этих возрастов?
А.Вихрова
— Да, то есть, на первом месте.
С.Бакалеева
— В рейтинге экспонатов первое место занимает Давид.
А.Вихрова
— Да, на втором месте египетская мумия и вообще вот эта тайна египетского зала, с богами – наполовину людьми, наполовину животными, конечно, Сфинкс, которого не так легко, правда, обнаружить в зале, но тем не менее, вот эта память о большом Сфинксе и когда дети находят его в образе не очень большого в зале – это очень интересно. Крыталые ассирийские быки неизменно являются предметом любования и удивления детей.
С.Бакалеева
— Ведь там, наверное, немногие взрослые, ну по крайней мере не все взрослые знают, что там есть один секрет в этих крылатых быках, может быть раскроете?
А.Вихрова
— Ну, конечно, далеко не все. Секрет заключается в том, что если внимательно присмотреться к ним, у них обнаруживается пять ног и две пары рогов, то есть, четыре рога, человеческое лицо с бычьими ушами. Огромное существо с телом быка, головой не просто человека, а царя и гигантскими крыльями орла. Соединение всех этих существ говорит о том, что это некое существо, объединяющее в себе силу быка, царскую птицу и голову царя. Мы сейчас знаем, что это шеды – демоны хранители дворцов ассирийских царей. А пять ног у них для того, чтобы производить разное впечатление на посетителей дворца, прежде всего. Если мы посмотрим на них в профиль, то мы увидим, что эти рельефы, сильно выступающие из плоскости стены, находятся в состоянии движения и у них видно только четыре ноги. При том, что они грозно защищали коридоры и перекресты ассирийских дворцов, в данном случае они выполняли еще и очень полезную функцию дорожных указателей. В огромных дворцах было сложно ориентироваться и вот туда, куда направлен их грозный шаг, могли двигаться люди, для того, чтобы найти вход, или выход из того, или иного помещения. Если же посмотреть на них с определенной точки зрения в фас, то мы видим только два копыта, две ноги, они устойчиво стоят и буквально пронзают человека своими глазами, тем самым говоря: «Стоп, дальше идти нельзя, дальше особенное пространство, куда вход посторонним воспрещен». Но, пожалуй, самое главное в искусстве – это красота. Они так украшали стены ассирийских дворцов своей декоративностью, монументальностью, красотой завитков шерсти, огромными крыльями, где перья образуют удивительной красоты орнамент. Но если мы присмотримся, то еще и обнаружим, что корону, тиару этих быков украшают четыре рога.
С.Бакалеева
— Да, действительно, потрясающий образ, наверняка, заворожил ни одного маленького ребенка, это так?
А.Вихрова
— Да, конечно. Видите, буквально в каждом экспонате можно найти какую-то загадку, а для ребенка очень важно познавать мир, который для него является загадкой.
С.Бакалеева
— То есть, несмотря на то, что, ведь все экспонаты музея создавали совсем не для маленьких детей, а для взрослых и вообще служили… какие-то из них были культовыми явлениями, правда. А какие-то создавались для того, чтобы произвести впечатление на взрослых людей. И тем не менее, маленький ребенок тоже может получить это самое впечатление, да, получается так?
А.Вихрова
— Безусловно.
С.Бакалеева
— Не понимая всей глубины, иногда и не понимая всех смыслов, это ничего, не страшно? Что он не проникнет во все смыслы и тайны этого произведения?
А.Вихрова
— Абсолютно не страшно, дело в том, что настоящее произведение искусства, оно по-разному воспринимается в разных возрастах. И это очень важно, меняется человек, а ведь в каждом из нас, во взрослом человеке живет маленький ребенок. И вот наш маленький ребенок, мы маленькие, воспринимаем произведение искусства, его величину, его красоту, его форму. Затем, подрастая, мы начинаем открывать для себя его связь с каким-то историческим прошлым нашей планеты, затем, мы начинаем обращать внимание на детали, которые скрывают в себе массу информации, иногда даже какую-то таинственную, уже ушедшую от современного человека информацию. И это очень важно. Для маленьких детей, на мой взгляд…
С.Бакалеева
— То есть, не обязательно, привести ребенка и сразу дать ему историю искусств, начиная с античности?
А.Вихрова
— Ни в коем случае, маленький ребенок живет вне истории и вне времени. Но он живет в окружении образов, в окружении живой природы. Его окружают звери, его окружают явления природы, его окружают люди и, например, он с кем больше всего общается – с мамой, со своей семьей. Поэтому в музее одним из тоже шлягеров для детей являются семейные портреты, образы детей, например, образы детей на картинах французских художников и маленькие путти в залах античных подлинников.
С.Бакалеева
— Путти – это?
А.Вихрова
— Прошу прощения, путти в зале Возрождения, путти – это маленькие ангелочки, вот сам образ ангела. А так же образ Эротов, или Амуров в зале греческих подлинников. То есть, вот то, что связано с образом маленького ребенка.
С.Бакалеева
— Я знаю, что на одного мальчика в вашей группе большое впечатление действительно произвел Давид, и даже была какая-то история у Вас, связанная с этим мальчиком.
А.Вихрова
— Ну да, с Давидом у нас связано много историй, в частности, дети, которые так или иначе посещают Пушкинский музей, потом с родителями приезжают во Флоренцию и видят подлинного Давида. Была история, изложенная родителем, когда мальчик сказал: «Мам, а что здесь во Флоренции делает копия нашего Давида?»
С.Бакалеева
— А на самом то деле, все наоборот
А.Вихрова
— Да, конечно мы детей не посвящаем, что копия, а что подлинник, им это абсолютно все равно, они сопереживают произведениям искусства.
С.Бакалеева
— А я еще помню мальчика, который узнал, что праща сделана из ремня на самом деле у Давида в руках, напомним нашим слушателям, что у Давида в руках праща – это такое древнее оружие.
А.Вихрова
— Оружие пастухов.
С.Бакалеева
— Сделанное из ремня и камня, правильно?
А.Вихрова
— Ну, история интересная действительно, дети очень живо непосредственно воспринимают произведения искусства и вот такое маленькое доказательство. Группа на которой, в данном случае я, напоминаю детям об их хорошем уже знакомом Давиде, который с помощью кожаного ремня – пращи, единственного оружия пастухов того времени, смог победить великана Голиафа, метнув ему в лоб, как из рогатки, камень. Давид огромный, маленькие детки маленькие прямо стоят на расстоянии нескольких метров от Давида. И один мальчик внимательно так его рассматривает и громко-громко говорит: «И откуда же у него ремень то кожаный, ведь он же без штанов».
С.Бакалеева
— Да, действительно, запомнит надолго посещение музея. То есть , дети готовы воспринимать на своем уровне, это не страшно, это не страшно, что для них это не является академическим уроком посещение музея? Не надо этого бояться?
А.Вихрова
— Ни в коем случае, для детей все игра. Никаких уроков в музее нет. И самое важное, к чему стремлюсь я и мои коллеги, это именно открыть детям возможность сопереживать произведениям искусства, проживать его, проживать его красоту. Вот все-таки в искусстве, как бы его не перевернул вверх дном Пикассо и все художники ХХ века, все-таки, главное, красота.
С.Бакалеева
— А если мы, ну, скажем, чуть-чуть затронем разные возрасты, мы говорили о том, что пяти-шести летние приходят в музей, восьми-девяти, десяти-одиннадцатилетние приходят в музей. Какие предпочтительнее темы, как Вы считаете, затронуть с теми, или иными детьми?
А.Вихрова
— Для детей самых маленьких, самое важное им рассказать о том, что такое искусство и какие бывают виды и жанры искусства. Вот прикладное искусство, то, что можно приложить к человеку, использовать в быту. Скульптура, какая она бывает разная, круглая, рельеф, высокий, или низкий рельеф, скульптурная группа, скульптура в архитектуре, живопись, например образ человека, парадный и не парадный портрет, натюрморт, пейзаж. И, как правило, мы показываем, раскрываем эти темы на произведениях разных совершенно художников, которые работали в разные эпохи и в разных странах, чтобы показать детям многообразие, созданного человеком. Для маленьких детей очень важно их не перегрузить – их сознание, их мозг. Потому, мы показываем обычно не больше пяти-шести экспонатов, но стараемся сделать так, чтобы дети раскрывали их для себя, путем наводящих вопросов, сопереживая их проигрывая их, показывая мимику персонажей картин, принимая позы скульптур.
С.Бакалеева
— А для детей постарше?
А.Вихрова
— Для детей постарше, уже появляется такая новая информация, как имена художников, что вот этот натюрморт…
С.Бакалеева
— Ну, в каком возрасте стоит уже этой информацией немножко нагрузить ребенка?
А.Вихрова
— Этой информацией можно начать грузить, не столько грузить, сколько давать эту информацию можно уже с младшего школьного возраста. И, одним из приемов, оправданным уже для младшего школьного возраста, является непосредственное знакомство с художником, не только с его картинами, но и с его жизнью, отраженной в картинах.
С.Бакалеева
— Спасибо большое, Анна! У нас в гостях была Анна Вихрова – научный сотрудник Музея изобразительных искусств имени Пушкина. Она утверждает, что посещение музея, вообще поход в музей – это страшно увлекательно, даже для ребенка пяти-шести лет. Главное увлечься вместе с ним и найти что-то очень понятное и очень интересное в музее. Об этом мы поговорим еще в следующей нашей встрече, до свидания!
«При реализации проекта используются средства государственной поддержки, выделенные в качестве гранта в соответствии c распоряжением Президента Российской Федерации № 11-рп от 17.01.2014 г. и на основании конкурса, проведенного Общероссийской общественной организацией «Российский Союз Молодежи».
Второе послание к Коринфянам святого апостола Павла
Поделиться
2 Кор., 183 зач., VII, 1-10
Комментирует священник Стефан Домусчи.
Здравствуйте, дорогие радиослушатели! С вами доцент МДА, священник Стефан Домусчи. Недавно я прочитал интересную новость. Оказывается, что, выбирая между психологом и священником, люди стали чаще выбирать священника, потому что психолог оказывается им не по карману. Но к чему надо быть готовым, когда идёшь в храм на беседу или тем более на исповедь? Ответить на этот вопрос помогает отрывок из 7-й главы второго послания апостола Павла к Коринфянам, который читается сегодня в храмах во время богослужения. Давайте его послушаем.
Глава 7.
1 Братия, очистим себя от всякой скверны плоти и духа, совершая святыню в страхе Божием.
2 Вместите нас. Мы никого не обидели, никому не повредили, ни от кого не искали корысти.
3 Не в осуждение говорю; ибо я прежде сказал, что вы в сердцах наших, так чтобы вместе и умереть и жить.
4 Я много надеюсь на вас, много хвалюсь вами; я исполнен утешением, преизобилую радостью, при всей скорби нашей.
5 Ибо, когда пришли мы в Македонию, плоть наша не имела никакого покоя, но мы были стеснены отовсюду: отвне — нападения, внутри — страхи.
6 Но Бог, утешающий смиренных, утешил нас прибытием Тита,
7 и не только прибытием его, но и утешением, которым он утешался о вас, пересказывая нам о вашем усердии, о вашем плаче, о вашей ревности по мне, так что я еще более обрадовался.
8 Посему, если я опечалил вас посланием, не жалею, хотя и пожалел было; ибо вижу, что послание то опечалило вас, впрочем на время.
9 Теперь я радуюсь не потому, что вы опечалились, но что вы опечалились к покаянию; ибо опечалились ради Бога, так что нисколько не понесли от нас вреда.
10 Ибо печаль ради Бога производит неизменное покаяние ко спасению, а печаль мирская производит смерть.
Хотя у меня есть немало православных друзей-психологов, я не думаю, что вправе сравнивать их методы ведения беседы с тем, как обычно ведут беседы священники. Впрочем, одна вещь более-менее очевидна: профессиональный психолог никогда не станет оценивать ваши поступки и, например, квалифицировать их как плохие и уж тем более греховные. Думаю, что причина здесь не столько в самой психологии, сколько в особенности гуманистической этики, которая практически не интересуется темой греха или порока. В свою очередь для священника, который ориентируется на христианские заповеди, очевидно, что поступки бывают плохими и хорошими, и говорить о них нужно прямо, потому что только честная оценка позволит человеку осознать свои ошибки. Конечно, это ни в коем случае не оценка самого человека, как плохого или хорошего, но оценка позиции, которая может быть, например, легкомысленной или эгоистичной, не позволяющей увидеть себя настоящего и оценить своё поведение в свете заповедей Христовых.
В отрывке из второго послания апостола Павла к Коринфянам, который мы сейчас услышали, апостол обращается к ученикам со словами утешения. Они были опечалены строгой критикой, которая содержалась в его первом послании, и он желает показать им, что его целью было не унижение или собственно печаль учеников, но их очищение от скверны и святость их жизни. Вместе с тем, утешая, он не заискивает, но ищет доверия учеников. «Вместите нас», — говорит он, то есть впустите нас, как апостолов, в свои сердца. Он никого не обижал, никому не вредил, но они были настолько важны для него, что он готов был не только критиковать их поступки, но и жить, и умереть с ними, только бы они исправились. И, видимо, они вместе с критикой, почувствовали его любовь и искреннюю, буквально отеческую боль, потому что в итоге опечалились правильной печалью. Не той, которая уничтожает, но той, которая ведёт к покаянию и обновлению жизни.
Приходя в храм, нужно быть готовым к тому, что тебе скажут прямо: что, например, блуд — это не красивая романтическая история про настоящую любовь, а смертный грех, уничтожающий душу, что сплетни — это не невинная болтовня о том, о сём, но часто клевета, ведущая к уничтожению, пусть и социальному, другого человека. Услышав призыв не оправдываться и называть вещи своими именами, современный человек может быть опечален... Но в этой кажущейся строгости, сквозь все слова о грехе, важно расслышать ту любовь и заботу, с которой Церковь по примеру апостола Павла относится к каждому из нас.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Псалом 99. Богослужебные чтения
Поделиться
За какие конкретно благодеяния необходимо обязательно благодарить Бога? И что делать, если Господь не посылает нам в жизни ничего хорошего? Ответ на эти вопросы находим в псалме 99-м, который звучит сегодня за богослужением в православных храмах. Давайте послушаем.
Псалом 99.
1 Воскликните Господу, вся земля!
2 Служите Господу с веселием; идите пред лицо Его с восклицанием!
3 Познайте, что Господь есть Бог, что Он сотворил нас, и мы — Его, Его народ и овцы паствы Его.
4 Входите во врата Его со славословием, во дворы Его — с хвалою. Славьте Его, благословляйте имя Его,
5 ибо благ Господь: милость Его вовек, и истина Его в род и род.
Только что прозвучавший псалом — это хвалебный гимн. Он весь построен вокруг глаголов в форме повелительного наклонения: «воскликните», «служите», «идите», «познайте», «входите», «славьте». Обратите внимание: псалмопевец не приглашает нас к размышлению о Боге или анализу Его деяний в этом мире. Он призывает к немедленному действию. Святитель Афанасий Великий поясняет, что этот псалом обращён к тем, кто «уже приступил к вере». Он призывает их радоваться здесь и сейчас. Важно также, что в псалме содержится чёткое объяснение, по какой именно причине эта радость: «Господь есть Бог, Он сотворил нас, и мы — Его», — говорит псалмопевец.
Это переворачивает нашу привычную логику. Ведь обыкновенно мы ждём, чтобы Бог сделал что-то явно хорошее, чтобы мы возрадовались. А здесь всё наоборот. Будь добр — радуйся, даже если у тебя полно нерешённых проблем. Как-то это странно звучит. На самом же деле ничего странного. Просто псалмопевец призывает нас перестать концентрироваться на своих проблемах. Он предлагает поместить свою жизнь в более широкий контекст. Он как бы говорит: раньше ты радовался, когда тебе удалось справиться с какой-то трудностью. Ведь, кроме них, ты ничего не видел. Есть проблема — плохо, нет проблемы — хорошо. А теперь у тебя есть возможность радоваться постоянно, несмотря на трудности. Ведь ты не просто человек с проблемами, ты — человек Божий. И Бог — основа твоей жизни. Вся она протекает на Его фоне. Главное увидеть этот фон. Зафиксировать на нём своё внимание. И тогда радость станет постоянной.
Как же это сделать? А вот как раз-таки при помощи тех действий, которые перечислены в псалме. «Воскликните» — обратитесь к Богу с молитвой вместо того, чтобы погрузиться в мрачные размышления. Даже если это будет короткое «Господи, я здесь». «Служите» — совершите хотя бы одно доброе дело, которое никому не покажете. Совершите его просто потому, что можете. «Идите» — встаньте и сделайте то, что давно откладывали, не дожидаясь подходящего настроения. «Познайте» — откройте Писание и прочитайте хотя бы один коротенький отрывок. «Входите» — зайдите в храм, даже если вам не хочется или кажется, что вы не готовы и помолчите перед Богом. «Славьте» — произнесите хотя бы одно слово благодарности Творцу за то, что у вас есть, и за то, чего нет. И за хорошее, и за то, что вам кажется плохим. Подобные действия — не магический ритуал. Это тренировка для нашего духовного зрения. Если совершать их каждый день, понемногу, но регулярно, то можно будет заметить, как наш взгляд перестанет фокусироваться на проблемах. Мы начнём видеть всё происходящее более объемно. Будто всё, что нас окружает и что с нами происходит, движется в каком-то незримом пространстве. И это пространство шире и глубже, чем что-либо в этой жизни. Оно есть Тот, Кто и есть сама жизнь.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Храм Александра Невского (Хабаровск)
Поделиться
В северной части Хабаровска на улице Ясной стоит кирпичный храм Александра Невского. Летопись церкви тесно связана с историей района, в котором она находится. В начале двадцатого века здесь, на отдалённой окраине города, разместили базу Амурской речной флотилии. В советское время на этой территории по-прежнему проживали военные моряки. Район стал называться Краснофлотским.
Церкви здесь долгое время не было. Её не успели построить до революции 1917 года, а после революционных событий храмы в Хабаровске не возводили, а закрывали и уничтожали. В тридцатые годы двадцатого столетия богослужения в городе полностью прекратились.
Но во мраке атеизма сороковых неожиданно появился просвет. В разгар Великой Отечественной войны власти смягчили отношение к религии, как будто осознали, что вера и молитва перед лицом угрозы сплачивают людей. В 1943 году православные хабаровчане получили разрешение на создание церкви! Место для неё определили в районе базы Амурской флотилии. Посвятили храм святому воину Александру Невскому.
Сначала верующие обустроили для богослужений здание хлебного магазина на улице Хорышева. Прихожане молились о даровании победы над фашистами и помогали фронту. Они внесли десятки тысяч рублей в общесоюзный фонд обороны. В мае 1945 года в Хабаровске состоялся крестный ход от храма Александра Невского до центрального городского кладбища.
В 1948 году здание магазина, оборудованное под церковь, сгорело. На его месте построили деревянный храм. Он простоял до 1982-го, но тоже был уничтожен пожаром! Город выделил общине новое место — по-прежнему в Краснофлотском районе, но теперь на улице Ясной. Храм, построенный здесь, простоял тридцать два года.
В 2014-ом трагедия повторилась — огонь в третий раз уничтожил Александровскую церковь дотла. Преодолев скорбь от утраты, православные вновь приступили к строительству. На этот раз здание возвели из камня. В 2021 году его по традиции освятили во имя благоверного князя Александра Невского.
Сегодня община храма активно участвует в организации ежегодного регионального хорового фестиваля «Моя армия». Итоговый гала-концерт называется «Пасха-Победа». В этих двух словах — и память о прошлом, и вера в Воскресение Христа — всё, что так дорого прихожанам Александровского храма, рождённого в годы Великой Отечественной войны и трижды восстававшего из пепла.
Все выпуски программы ПроСтранствия
