Поделиться
— Я рада, Андрей Борисович, что мы с вами побывали здесь, в Чувашском художественном музее. Картина Бориса Кустодиева «Крестный ход» — настоящее открытие для меня.
— Понравилась она вам, Маргарита Константиновна?
— Впечатления сильные и сложные. С одной стороны, мы видим праздничное шествие. Крестьяне торжественно идут с иконами и хоругвями. Мужчины в белых рубахах и строгих сюртуках. Сапоги у них начищены, бороды и волосы тщательно расчёсаны. На женщинах нарядные платья и яркие платки. Здесь же священники, их ризы сияют на солнце. Это ведь Пасха?
— Скорее всего. Видите, на хоругви изображено Сошествие Спасителя во ад. Христос сокрушает стены преисподней и выводит оттуда прежде умерших праведников.
— И погода словно приветствует праздник. Двойная радуга осеняет крестоходцев. Высокие холмы, покрытые свежей зеленью, дышат весенней свежестью. Но при этом в идиллической картине явно чувствуется тревога. Или мне кажется, Андрей Борисович?
— Полагаю, что не кажется, Маргарита, Константиновна. Неспроста Борис Кустодиев изобразил небо настолько насыщенно-синим, как бывает только перед грозой. И богомольцы в строю выглядят не ликующими от радости, а скорее решительными. И движутся они в густой лес, под тёмную сень многовековых елей. Эти детали рождают в душе у зрителя смятение.
— Но почему, зачем художник внёс тревожные ноты в праздничное полотно?
— Это 1915 год, Маргарита Константиновна. В разгаре Первая мировая война. В России постепенно усугубляются общественные нестроения. Всё это лишало спокойствия Бориса Кустодиева и его современников.
— И отразилось в творчестве художника. Если вспомнить исторические обстоятельства, то картина становится понятней.
— К тому же в 1915 году у Кустодиева обострилась давняя болезнь.
— Да, да, припоминаю. У него ведь что-то с позвоночником было?
— Опухоль. Но диагноз долго не могли поставить. С 1909 года Кустодиева мучили различные симптомы — онемение рук, головные боли с головокружениями и тошнотой. Художник несколько лет лечился за границей, на какое-то время ему стало легче, а потом наступило резкое ухудшение.
— Какое несчастье!
— Как говорит один мой знакомый священник, «у каждого в жизни своя Голгофа». И Борис Кустодиев в момент написания картины «Крестный ход» восходил на свою гору страданий.
— После ваших слов, Андрей Борисович, само название картины воспринимается иначе. Мне теперь кажется, что Кустодиев изобразил не крестный ход, но крестный путь.
— Причём не только свой. Художник как будто предвидел близкое будущее своей многострадальной родины. Ведь для христиан, которые торжественно шествуют с иконами и хоругвями на полотне, вскоре наступят сумрачные годы. И такие же вот простые русские лица, как на этой картине, будут фигурировать в следственных документах по обвинению в контрреволюционной деятельности.
— Получается, что, несмотря на яркие краски, произведение Бориса Кустодиева «Крестный ход» совсем не радостное?
— Радостное, Маргарита Константиновна! Ведь крестный путь ведёт ко Христу, и за Голгофой следует Воскресение.
«Картину Бориса Кустодиева „Крестный ход“ можно увидеть в Чувашском государственном художественном музее».
Псалом 131. Богослужебные чтения
Поделиться
Я сейчас задам вам один вопрос — только не подумайте, пожалуйста, что у меня, как говорят, «не все дома». И вот вопрос: а какой у Бога... адрес?
Да, вы правы: конечно же, это сознательная провокация! Но — не будем спешить с осуждением — а лучше послушаем 131-й псалом Давида, который сегодня читается в храмах за богослужением — и потом снова вернёмся к нашему провокативному вопросу.
Псалом 131.
Песнь восхождения.
1 Вспомни, Господи, Давида и всё сокрушение его:
2 Как он клялся Господу, давал обет Сильному Иакова:
3 «Не войду в шатёр дома моего, не взойду на ложе моё;
4 Не дам сна очам моим и веждам моим — дремания,
5 Доколе не найду места Господу, жилища — Сильному Иа́кова».
6 Вот, мы слышали о нём в Ефра́фе, нашли его на полях Иари́ма.
7 Пойдём к жилищу Его, поклонимся подножию ног Его.
8 Стань, Господи, на место покоя Твоего, — Ты и ковчег могущества Твоего.
9 Священники Твои облекутся правдою, и святые Твои возрадуются.
10 Ради Давида, раба Твоего, не отврати лица́ помазанника Твоего.
11 Клялся Господь Давиду в истине, и не отречётся её: «от плода чрева твоего посажу на престоле твоём.
12 Если сыновья твои будут сохранять завет Мой и откровения Мои, которым Я научу их, то и их сыновья во веки будут сидеть на престоле твоём».
13 Ибо избрал Господь Сион, возжелал его в жилище Себе.
14 «Это покой Мой на веки: здесь вселюсь, ибо Я возжелал его.
15 Пищу его благословляя благословлю, нищих его насыщу хлебом;
16 Священников его облеку во спасение, и святые его радостью возрадуются.
17 Там возращу рог Давиду, поставлю светильник помазаннику Моему.
18 Врагов его облеку стыдом, а на нём будет сиять венец его».
Я не буду допытываться, насколько внимательно вы слушали псалом и услышали ли ответ на вопрос про «адрес Бога». Для начала разверну вопрос вот в каком ключе: а зачем вообще так ставить вопрос — Бог — и адрес? Разве Бог — не Вездесущий? Разве Бог — не Дух — «который повсюду и всё Собой наполняет?» Конечно же, да, и с этим спорить не стоит. Но — всё же есть определённые нюансы.
Приходилось ли вам когда-нибудь оказаться в гостях с пустыми руками? Согласитесь, так себе история. Сколько бы ни разглагольствовать о том, как мы любим дорогих хозяев и как мы рады их поздравить — но всё же когда в руках есть хоть что-то — гораздо спокойнее и правильнее. Не потому, что без этого нельзя — а просто потому, что всё «неовеществлённое» несёт в себе определённую долю «гипотетичности», «нереальности», или проще — надуманности.
И то, что в псалме Давид чётко проговаривает «адрес Бога», — а именно гору Сион, которую и избирает Сам Бог «в жилище Себе» — очень важный ориентир для людей веры. Казалось бы, в человеческой логике Бог мог бы избрать для Себя нечто грандиозное, фантастическое по своим характеристикам — например, Ниагарский водопад или Эверест, или что-то ещё не менее масштабное. Однако Он избирает ничем не выдающийся холм — потому что Сион — это даже не гора, внутри самого Иерусалима перепад высот не более 100 метров. Но именно то, что это место избрано Богом — и делает само место исключительным «адресом Бога».
Если указан «точный адрес» — становится понятнее, куда направлять свои духовные усилия. Адрес — всегда «точка привязки», или так и хочется сказать — «прописки»; и как долго бы ни отсутствовал «адресат» — всё равно «корреспонденцию» он получит. Конечно же, во времена Давида не было никакой «почты» в нашем нынешнем понимании — но само представление об «адресности», без всяких сомнений, было. Ведь именно об трудность «невидимости», «неосязаемости» Бог и спотыкался постоянно еврейский народ, то и дело «сползая» в идолопоклонство. И Давид делает очень мудрый с точки зрения педагогики шаг: он не «подменяет» Бога каким-то образом, изображением или символом. Он даёт направление — и локацию: смотрите, вот где-то там, вдалеке — на этой невысокой горке — Божие присутствие переживается совершенно иначе, чем в любом другом месте. И, представляете, такой подход — прекрасно работает!
Поэтому когда маленький ребёнок, будучи приглашён в Церковь, говорит — «а что, мы к Богу домой в гости пойдём?» — не стоит его разубеждать: в его словах, скорее всего, больше правды, чем в наших умозаключениях!...
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«Храм в селе Еськи». Инна Лобачева
Поделиться
У нас в студии была руководитель общественной организации «Сельская церковь» Инна Лобачёва.
Разговор шел об истории Богоявленского храма в селе Еськи Тверской области и о том, как он возрождается сегодня, а также о документальном фильме «К воскресению», посвященном селу Еськи.
Ведущий: Алексей Пичугин
Все выпуски программы Светлый вечер
«Вера и дело». Татьяна Славко
Поделиться
В программе «Светлый вечер» — кризисный психолог, коуч, председатель отделения «Опоры России» города Видное и владелец арт-пространства «Три руки» Татьяна Славко.
Гостья рассказывает о тяжёлой болезни и о том, как в этот период произошёл её осознанный приход к вере. Она вспоминает, что именно в больнице впервые по-настоящему обратилась к Богу с простой молитвой: «Господи, покажи мне мой путь». В разговоре звучит мысль о том, что, когда человек оказывается на грани жизни и смерти, особенно ясно понимается ценность отношений, любви и простого человеческого тепла.
Отдельная тема — проживание кризиса. Татьяна делится личным опытом того, как важно найти внутреннюю позицию, которая помогает выдержать тяжёлый период: в её случае таким ресурсом стали юмор во время лечения и молитва.
Разговор идет о христианском осмыслении коучинга, о честности в предпринимательстве и о «базовых настройках» человека, которые помогают понять своё предназначение.
Ведущая программы: кандидат экономических наук Мария Сушенцова
Все выпуски программы Вера и дело
