«О значении предсмертных страданий Христа». Священник Анатолий Главацкий

В этом выпуске программы «Почитаем святых отцов» ведущий диакон Игорь Цуканов вместе со священником Анатолием Главацким читали и обсуждали фрагменты из статьи святителя Иоанна Шанхайского «О чем молился Христос в Гефсиманском саду» о значении и смыслах предсмертных страданий Иисуса Христа. Мы размышляли, каким образом через страдания Господа может уврачевываться и преображаться человеческая природа, почему искупление человечества связано со страданиями безгрешного Бога, а также чем страшно состояние богооставленности.

Ведущий: Игорь Цуканов

---

д. Игорь

«Надлежало искупить человека от греха и смерти, восстановить единение человека с Богом. Надлежало, чтобы безгрешный Спаситель поднял на Себя весь человеческий грех, чтобы Он, не имеющий собственных грехов, почувствовал тяжесть греха всего человечества и так восскорбел о нем, как может только совершенная святость, ясно ощущающая даже малейшее отклонение от заповедей и воли Божией».

— Добрый вечер, дорогие друзья! Мы с вами вновь встречаемся на программе «Почитаем святых отцов». У микрофона диакон Игорь Цуканов, и та цитата, которая только что прозвучала, это цитата из статьи святителя Иоанна Шанхайского и Сан-Францисского, которая называется «О чем молился Христос в Гефсиманском саду?» Такая тема, возможно, более уместно прозвучала бы в дни Великого поста, в дни Страстной седмицы, но вот есть такое ощущение, что мы должны обращаться к этим событиям, описанным в последних главах Евангелия, чаще, чем один раз в год, и вот поэтому хотелось поговорить и о Христе, и о вот этих событиях, связанных с Его страданиями. На эту тему мы беседуем сегодня со священником Анатолием Главацким, клириком Троицкого храма города Химки. Отец Анатолий, благословите. Добрый вечер.

о. Анатолий

— Бог благословит. Добрый вечер.

о. Игорь

— Вы знаете, те слова, которые сейчас прозвучали, вызывают такой вопрос: каким образом все-таки искупление человека, человечества от греха связано с тем, что Христос взял этот грех на Свои плечи, должен был лично пережить всю тяжесть вот этого греха? Почему это было важно? Это не всегда понятно, на самом деле.

о. Анатолий

— Потому что человеку нужно помочь и потому, что, когда Адам и Ева были изгнаны из рая, человеческая природа была искажена. В книге Бытия есть очень интересный такой момент, что Бог не оставил Адама в раю, а Он к нему периодически приходил и учил его возделывать землю, то есть его направлял. И с чем был связан запрет вкушения от древа добра и зла? Адам еще не вырос настолько, чтобы со стороны познать зло и им не быть повреждённым. На тот момент была слабая развитость духовная, отсутствие силы и мощи внутренней не быть искажённым этим злом, не впустить его в себя. И после изгнания из рая первых людей это состояние внутреннее человека сопровождает его всю жизнь. Почему мы говорим о первородном грехе? Это не только искажение, как таковое, или соблазн человека, а это ещё и неспособность внутренняя человека не быть повреждённым этим соблазном, страстью или грехом. И Господь, зная о том, что человек был слаб, как раз и берёт на Себя такую миссию, чтобы человеку помочь вылезти из этого состояния искажённого, изменённого, и показать ту высоту, которая есть в каждом человеке.

д. Игорь

— Но почему для этого Ему необходимо лично пройти... Я не знаю, какие здесь слова уместнее использовать, потому что Господь, конечно, не берёт на Себя этот грех...

о. Анатолий

— ... но Он берёт человеческую природу.

д. Игорь

— Да. И многие отцы, особенно, конечно, XIX и XX века тоже, которые интересуются несколько психологическим взглядом на эти события (можно святителя Иннокентия Херсонского вспомнить в этой связи, и святитель Иоанн Шанхайский фактически об этом уже говорит): очень важно, что Христос именно ощутил, пережил всю тяжесть человеческого греха лично. Вот для чего это Ему было нужно?

о. Анатолий

— Ну, Богу-то это не нужно. А это как раз происходит спасение человека и человеческой природы.

д. Игорь

— А Бог в Себе исцеляет человеческую природу, так получается?

о. Анатолий

— Да, конечно. Он её принимает, эту природу. У святителя Григория Богослова такая идея есть о том, что «то, что не воспринято, то не уврачёвано». И здесь как раз врачевание идёт через то, что Господь принимает нашу человеческую природу такая, какая она есть. Он её преображает, изменяет и делится Своим Воскресением, вот этой способностью изменения и преображения. Каждый человек может выбрать этот путь. Как на горе Синай Господь говорил, что есть два пути Моисею, и у человека есть два пути: либо он идёт по пути преображения, изменения и соединения своей жизни с Богом, либо он идёт по пути, который приведёт его в ад — то место, которое лишено света и благодати Божией. И в этом и есть любовь Божия — то, что он каждому человеку даёт этот выбор. Можно идти, подниматься, и это всегда тяжело, непросто заставлять себя что-то делать, либо человек просто идёт сознательно уже от Бога, по тому пути, где с Богом есть большая вероятность как раз не встретиться. Я думаю, что святитель Иоанн сегодня обращает наше внимание на то, что нам нужно для нашего спасения. Ведь очень часто люди как раз и говорят, что не хватает того, не хватает этого, но Господь уже дал нам всё нужное. Как апостол Павел молился, говорил: «Вот, тяжело мне!» А Господь ему отвечал: «Для спасения всё у тебя есть, довольно тебе благодати Моей». Вот этой благодати каждому человеку Господь может дать столько, сколько ему нужно, в индивидуальном некоем порядке. Самое главное, чтобы человек чётко понимал, у Кого он может взять эту благодать. В Послании к Евреям как раз и есть вот эта мысль, которая, наверное, раскрывает нашу сегодняшнюю тему, которую мы обсуждаем. Он сам, взяв на Себя человеческую природу, понимая, насколько это тяжело, исцелив её, может и нуждающимся помочь.

д. Игорь

— Ну, тогда мы можем перейти к следующей цитате из этой работы святителя Иоанна Шанхайского.

о. Анатолий

— Давайте, дорогие наши радиослушатели, послушаем ещё один фрагмент этой статьи.

«Глубина падения человечества воочию должна была выявиться в этот момент, ибо человек, не захотевший в раю повиноваться Богу и послушавший клеветавшего на Него дьявола, теперь восстанет на своего Божественного Спасителя, оклевещет Его и, объявив Его недостойным жить на земле, повесит Его на древе между небом и землёй, чем подведёт под проклятие богодарованного закона. Надлежало, чтобы безгрешный Праведник, отверженный грешным миром, за который и от которого Он страдал, простил человечеству это злодеяние и обратился к Небесному Отцу с молитвой, чтобы и божественная Правда простила ослеплённому дьяволом человечеству это отвержение своего Создателя и Спасителя. Такая святая молитва не могла не быть услышанной, такая сила любви должна была соединить источника любви — Бога с теми, кто хоть теперь почувствует эту любовь и, поняв, насколько до сих пор пути человеческие отстояли от путей Божьих, помимо нового страшного преступления против Сына Божия, пусть лучше не будет этого часа. Но если только так человечество может быть привлечено к своему Создателю, пусть и в этом случае исполнится благоволение воли Божией».

д. Игорь

— Отец Анатолий, в цитате, которая сейчас прозвучала, фактически идёт речь о том, что Бог Отец простил человечеству, наверное, самый страшный из грехов, который человечество вообще совершило за всю свою историю — распятие Сына Божия, убийство Самого Бога, что через такое страшное злодеяние, в некотором смысле, совершилось спасение человечества. Мысль очень парадоксальная.

о. Анатолий

— Я думаю, что здесь ещё связано то, что это параллельно идёт: моление Иисуса Христа в Гефсиманском саду и любовь Бога Отца к человечеству. Интересный есть момент в третьей главе книги Бытия, когда Бог спрашивает у Адама, почему он согрешил, и Адам говорит о том, что это вот «жена, которую Ты мне дал, она меня соблазнила», и Бог проклинает не его. То есть так велика любовь Бога к Своему творению, что Он говорит о том, что «проклята земля в твоих делах». Вот если змей подтолкнул на грех, мы видим, Он говорит: «Ты проклят», то есть Он говорит конкретно змею, что он проклят между другими животными, «будешь ходить на своём чреве». Адаму Он так не говорит. Он говорит, что «земля в твоих делах проклята», он не проклинает Адама. Настолько велика любовь Бога к Адаму, а через это — ко всему человечеству. Иисус Христос как раз пытается уврачевать Своими крестными страданиями, Своей молитвой в Гефсиманском саду. Он это всё делает для того, чтобы вернуть человечеству возможность общения с Богом Отцом. Через Крещение мы получаем возможность обращаться к Богу: Отец наш, Который на Небесах. Перед тем, как мы пропоём эту молитву на Божественной литургии, мы как раз говорим: «И сподоби нас, Владыка, со дерзновенным сердцем называть Тебя Небесным Отцом», этим возгласом начинается молитва «Отче наш», с этого момента мы её поём. То есть возможность возвращения в Царство благодати, мне кажется, — основная идея этой искупительной жертвы. Молитва в Гефсиманском саду — это выражение человеческой природы Иисуса Христа, где Он говорит о том, насколько это тяжело. И мы сами знаем, насколько тяжело спасать другого человека, ведь некие обстоятельства, в которых оказывается человек, ему даны для того, чтобы он изменился, а он думает, что есть некие ритуалы, которые помогут человеку изменить обстоятельства. Или Бог изменит обстоятельства, в которых человек оказался. И здесь очень важный момент: всё это происходит по любви Божьей. И вот эта искупительная жертва Иисуса Христа — как раз напоминание нам о безграничной любви к человеку. Очень часто некоторые люди любят рассуждать над такой темой, когда говорят: «Вот этот человек грешный, он будет гореть в аду, а этот человек — праведник, он будет в раю». На самом деле мы не знаем, это тайна Божия. И, читая святых отцов, понятно, что суть заключается в другом: не делить нас, кто праведники, кто грешники, кто когда там покается, а, прежде всего, испытать любовь Божью к каждому из нас. И молитва как раз в Гефсиманском саду показывает высоту любви Божьей, что Господь у нас не разделяет, «вот этот хороший, этот плохой, этот праведник, этот неправедник», Бог всех нас любит такими, какие мы есть, и Он ждёт, что каждый человек изменит, исправит свою жизнь в любой момент. Как говорят святые отцы, «нет греха, побеждающего милосердие Божие». Т

д. Игорь

— Тут ещё вспоминается, может быть, больше из психологической сферы наблюдение, что для того, чтобы что-то понять и поменять, как вы, батюшка, говорите, свою жизнь, человеку зачастую нужно стукнуться о дно, достичь самой глубины падения, тогда в нём что-то может проснуться, какая-то искорка того, что что-то надо всё-таки поменять. Может быть, и с историей человечества получилось так же, что для того, чтобы осознать, насколько глубоко вообще люди утонули в этом болоте такой вот греховной расслабленной жизни, потребовалась такая страшная вещь, как распятие Сына Божия, убийство Самого Бога, после этого люди как-то могли немножко проснуться и ужаснуться.

о. Анатолий

— Когда мы говорим о страданиях, мы невольно погружаемся в Великую Пятницу и в Великую Субботу, там как раз это всё хорошо противопоставляется: древо познания добра и зла, которое было в раю, и древо, на котором висит Господь. То есть как раз древо то, которое давало жизнь людям, древо жизни, и новое древо, которое даёт новую жизнь. Ветхий Завет, где человечество жило по другим законам. Вот обратите внимание, что ветхозаветные заповеди в большинстве своём говорят о том, что «не воруй», «не произноси ложного свидетельства» — они запрещают, «не сотвори себе кумира», то новозаветные заповеди, говорят: «возлюби», уже совершенно в другом контексте. Это есть Ветхий Завет и Новый Завет. Действительно, Господь Своими страданиями приносит Себя в жертву для чего? Для того, чтобы наконец-то закончилось действие Ветхого Завета, ветхих, то есть старых отношений с Богом, человечества с Божеством. И наступает новый период новых взаимоотношений через Таинство Евхаристии. Здесь моление о чаше заканчивается в Великий Четверг, где было установление Таинства Евхаристии, то есть наступил Новый Завет, период новых взаимоотношений, где у человечества возможность есть общения вне зависимости от его каких-то пониманий, его внутреннего мира, его недостойности. Вот когда поют Херувимскую песнь, священник читает молитву «Никтоже достоин» («Никто не достоин»). Действительно, замечательные слова, что не нужно мнить себя достойным, даже если тот, кто сейчас совершает, дана возможность священнику совершать эту Жертву, он не идеален. Не то чтобы недостоин, но он не идеален, скажем на понятном языке для наших радиослушателей. Здесь этот момент очень важен нам в понимании искупительной жертвы. Давайте дальше тогда послушаем.

д. Игорь

— Да, напоминаем святитель Иоанн Шанхайский и Сан-Францисский — «О чём молился Христос в Гефсиманском саду?», это произведение мы с отцом Анатолием обсуждаем. Цитата такая:

«Однако не будет спасительна эта жертва, если Он (Христос) будет испытывать лишь Свои личные страдания — Он должен был терзаться теми греховными язвами, от которых страдает человечество. Сердце Богочеловека наполняется невыразимою скорбью. Все грехи человеческие, начиная от преступления Адамова и кончая теми, которые будут совершаться тогда, когда загремит последняя труба, — все великие и малые грехи всех людей предстали пред мысленным взором Его. Ужасом наполняется святая безгрешная душа. Он страдает так, как не страдают сами грешники, которые своим огрубелым сердцем не чувствуют, насколько оскверняет грех человека и удаляет его от Создателя. Он видит, что весь мир и теперь отворачивается от пришедшего к нему в человеческом образе Бога. „Наступает час и настал уже“, когда рассеются даже те, кто только что уверял в готовности положить за него свою душу (то есть апостолы). Одинокий будет висеть на кресте Богочеловек, осыпаемый градом насмешек пришедшего видеть сие зрелище народа».

д. Игорь

— Вот так говорит святитель Иоанн Шанхайский об этом вот моменте страданий Христовых, и подчеркивает он, видимо, то, что, на самом деле, были, конечно, люди, которые, стоя у креста, уверовали во Христа. Там был и сотник Лонгин, и разбойник, который на кресте был распят рядом со Спасителем. Но ведь большинство-то людей проходили мимо, улюлюкали, говорили: «Вот, других спасал, а себя-то не может спасти. Покажи чудо, сойди с креста, и тогда мы уверуем». И нельзя сказать, что весь мир или большая часть мира даже под влиянием этих событий во Христа уверовала. Всё-таки трагедия некоторая состоит в том, что очень многие так это и восприняли, как апостол Павел пишет: «Мы проповедуем Христа распятого, для иудеев соблазн, для эллинов безумие». Вот можно ли сказать, что страдания Христовы как-то заставили людей покаяться, большинство людей или какую-то значимую часть людей переосмыслить свою жизнь?

о. Анатолий

— Святитель Иоанн сегодня нам говорит об очень важной мысли: о том, что некоторые люди не поняли искупительную жертву Иисуса Христа даже в те времена. Можно сказать, что и сами апостолы на тот момент не понимали. Ведь в понимании иудеев тех времен кто такой Мессия? Мессия — это земной царь, то есть они ждали земного благополучия. Христос же о чем говорит? Его страдания были направлены на внутренний мир человечества. Даже когда мы говорим о Воскресении Христовом, все из нас хорошо знают тропарь праздника Воскресения Христова: «Христос Своей смертью победил смерть». Но каждый под смертью подразумевает что-то свое: что должно произойти чудо, что люди не будут умирать, что не будет болезней. И они думают, что, если они станут христианами, то это значит, Бог будет творить чудеса и ответственность всю за них понесет. Иногда проблемы, болезни у человека наступают не в результате того, что Бог его наказал, а в результате того, что человек ведет неправильный, нездоровый образ жизни. Он не вовремя ложится спать, он питается на бегу, в результате его неправильного питания у него появляются проблемы с зубами, с желудком, но это не ответственность Бога, это ответственность человека. А Бог — намного глубиннее, Он спускается в ад. Но мы же место ада не можем показать, где находятся души грешников, а это как раз состояние внутреннее человека. И Богу важно исцелить понимание, первопричину всех бед человека. И те же, скажем, болезни, вот блаженный Феодорит говорит о том, что это «слуги Божьи», то есть это не наказание, как будто Бог сидит и придумывает, чем бы человека наказать, а это некие подсказки, что человек идет не туда, что он что-то делает не так. Богу не хочется видеть человека страдающим, но результат его неправильных действий приводит к тому, что у него болит живот. Результат неправильных действий приводит к тому, что у него болит голова. И Бог говорит: «ты вот так не делай, не нужно», Он спасает внутренний мир человека. Очень часто человек неправильно питается, потому что он заедает свои проблемы. У него болит голова, потому что он изрядно выпил, он заливает какую-то свою боль. Поэтому Господь спускается в ад, даже мы можем сказать, во внутренний ад человека, для того, чтобы его спасти, достать оттуда.

д. Игорь

— Добрый вечер, дорогие друзья! Еще раз приветствуем вас на Светлом радио. Это программа «Почитаем святых отцов», у микрофона диакон Игорь Цуканов. Сегодня мы беседуем со священником Анатолием Главацким, клириком храма Святой Троицы в городе Химки. Вместе с отцом Анатолием мы читаем святителя Иоанна Шанхайского, его работу, которая называется «О чем молился Христос в Гефсиманском саду?» Отец Анатолий, прошу вас прочитать следующую цитату, которую нам сейчас предстоит обсудить.

о. Анатолий

— «В эти минуты Спаситель не один, ибо Отец с Ним всегда (Иоан. 8:29-й, 10:30). Но дабы почувствовать всю тяжесть последствий греха, Сын Божий добровольно допустит Своей человеческой природе почувствовать и ужас разобщения с Богом.

Этот страшный миг будет невыносим для святого безгрешного существа. Сильный вопль вырвется из уст его: „Боже мой, Боже мой, вскую Мя еси оставил“ (Мф. 27:46). И в предвидении этого часа наполняется ужасом и возмущением святая душа».

д. Игорь

— Здесь речь идёт о богооставленности.

о. Анатолий

— Да, то есть Он испытал, что такое ад, пережил состояние такого ужаса, тьмы, то есть Он действительно воспринял человеческую природу. В нашей жизни тоже есть такие люди, мы встречаем их на лестничной площадке, в метро, это иногда бывают наши знакомые, о которых мы говорим: такое впечатление, что они живут как в аду. Интересное замечание святых отцов XX века о том, что ад — это не место, где будет находиться когда-то душа человека, а это действительно состояние человека, и это состояние оставленности, и это не зависит от возраста, от должности, от зарплаты, а это именно решение человека жить без Бога. И Господь воспринимает это состояние, почему святитель сегодня обращает наше внимание, то есть Господь принял это состояние человечества для того, чтобы не потопить его, как однажды потоплено было человечество, грешники были истреблены, а любовь Божия как раз заключалась в том, чтобы помочь человечеству выйти из этого состояния. Но Бог даёт человеку право выбора, быть ли в этом состоянии, погружаться ли туда, или, наоборот, выходить из этого состояния. Бог не может достать из этого состояния насильно человека: вот всё, хочешь- не хочешь, надо отсюда выходить. Человек должен сам принять это решение, что ему там плохо. Иногда люди могут задать на вопрос: а почему Бог вообще в принципе создал такое место, как ад? Святые отцы как раз и говорят о том, что не Бог его создал, это человек создает такое место, где он сам выбирает быть не с Богом, не в Его благодати, не просить Его о помощи, о вразумлении, а пытаться самому себе помогать. И сам инструмент помощи формулирует так, как он считает для себя нужным. Как человек, который страдает от того, что лишнее выпивает, думает, что для него помощь заключается не в том, что ему скажут, как начать вести здоровый образ жизни, а сбегать за бутылочкой. Соответственно, здесь у многих людей проблемы с алкоголем, проблемы со сладким, это, опять же, внутренняя какая-то депрессия, это значит, что человек уже находится в этом состоянии ада. А любовь Божия заключается в том, что Господь это пережил, Он понимает, насколько человеку плохо. Как люди некоторые возмущаются и говорят о том, что «вы не понимаете, насколько ему плохо!» А Господь-то понимает. Почему Евангелие — это Благая весть? Потому что Бог понимает, насколько тебе плохо.

д. Игорь

— Я ещё думаю в этой связи вот о чём, и это тоже святоотеческое такое, более-менее общее место, о том, что Господь входит в нашу смерть, то есть становится человеком, проживает человеческую жизнь и даже входит в нашу смерть, это нужно для того, чтобы мы даже в смерти, умирая, не остались одни, без Него. Он нас сопровождает не только в нашей жизни, но даже в нашей смерти. И вот когда Господь, Сын Божий, испытывает состояние богооставленности, когда Он испытывает состояние оставленности, одиночества, не значит ли это, что Он входит и в это состояние тоже для того, чтобы помочь тем людям, которые в Нём пребывают (фактически это, наверное, действительно, состояние ада — места, где нет Бога, условно), вот не для того ли входит Спаситель в это состояние, чтобы помочь тем людям, которые находятся без Бога, эту связь с Богом всё-таки обрести? После этого мы уже не можем сказать, что людям, которые оказались в состоянии безверия или такого одиночества духовного, вот им ко Христу уже никогда не достучаться, Он вот может достучаться даже там, потому что Он там тоже был. Вот можно ли так рассуждать?

о. Анатолий

— Я думаю, что это очень хорошая мысль для размышления над тем, что Господь, Сам пережив смерть, понимая, насколько это тяжело, может и нуждающимся, как в Послании к Евреям апостол Павел говорит, помочь. Но здесь очень важный момент — то, что человек нуждается, он призывает Бога себе в помощь пережить вот этот переход, потому что многие святые отцы как раз говорят о том, что смерть — это некая тайна, тайна перехода человека в другую жизнь. И, действительно, до конца мы можем не понимать, размышлять много над этим, потому что там многое таинственно, покрыто такой завесой тайны. И Господь наш Иисус Христос, как Бог, может помогать тем людям, которые просят Его о помощи, и Он может в этот тоже период поддержать и помочь. Те крестные страдания — это выражение любви. Соответственно, и здесь тоже может быть поддержка. Опять же, в Праздник Успения мы вспоминаем, как Господь принимает душу Пресвятой Богородицы. На иконе Успения мы можем видеть, что Богородица лежит в гробу, и маленькую Её душу, как символ, Господь держит на руках. Таким образом, Господь может помочь душе человека, встретить её там, и мы знаем о том, что такого святого, как Макарий Египетский, Господь встречал на Небесах. Стоит подчеркнуть нашим радиослушателям, что вот этот момент поддержки может осуществляться тогда, когда человек сам выстроил отношения с Богом и умеет этот диалог с Ним поддерживать. Поэтому мы как раз и говорим о том, что и молитва, и участие в Таинствах — это некое регулярное взаимодействие с Богом человека. То есть он не просто делает то, что хочет, и потом думает, что Бог его там встретит, Он же любящий и понимающий, Он там всё простит. Нет, это некое выстраивание отношений, где человек должен понимать, что на него накладывается определённая ответственность в этих отношениях, а не просто требовать, что Бог, Он же милосердный, Он должен помиловать. Конечно, таким людям очень тяжело, когда они свою жизнь выстраивают с точки зрения долженствования, кто, сколько и чего им должен.

д. Игорь

— Знаете, отец Анатолий, я хотел сейчас другую цитату прочитать, но у нас так разговор идёт, что я сейчас прочту цитату, которую в конце хотел обсудить. Это фрагмент из другого произведения святителя Иоанна Шанхайского, но оно очень созвучно как раз тому, о чём мы говорим. Называется работа «За что был помилован благоразумный разбойник». И там есть такие слова, пишет святитель Иоанн Шанхайский:

«Взгляд разбойника на Христа пробудил в нём совесть. Ему ясно представилось различие между Ним (Христом) и им самим. Тот — несомненный Праведник, прощающий даже Своим мучителям и молящийся за них Богу, Которого называет Своим Отцом. Он же — убийца многих жертв, проливавший кровь людей, не сделавших ему никакого зла. Всё лучшее, что таилось в нём, пробудилось и искало выхода, он почувствовал страх грядущего над ним Суда Божия. Отвратителен и ужасен стал для него грех, в душе он уже не был разбойником. В нём проснулись человеколюбие и милосердие, со страхом за участь своей души в нём сочеталось отвращение к происходившему надругательству над невинным Страдальцем. Беззлобие, всепрощение и молитвы Христовы поразили разбойника. Он сердцем понял, что рядом с ним необычный человек. Так обращаться к Богу, как к Своему Отцу в час смерти, мог лишь Тот, Кто воистину осознавал себя Сыном Божиим. Не поколебаться в Своём учении о любви и всепрощении, перенося всю низость людской клеветы и злобы тех, коим творил благодеяние, мог лишь Тот, Кто был в тесном общении с Источником любви или Сам был Им. И вот среди шума громких насмешек, злословий и ругательств он стал увещевать своего сотоварища, висевшего по левую сторону от Христа, перестать злословить его. „Или ты не боишься Бога, когда и сам осуждён на то же? И мы осуждены справедливо, потому что достойно по делам нашим приняли, а Он ничего худого не сделал“. И сказал Иисусу: „Помяни меня, Господи, когда приидеши в Царствие Твое“ (Лк. 23:42). То был зов бывшего разбойника, а ныне — нового ученика Христова, уверовавшего во Христа тогда, когда прежние ученики оставили Его».

д. Игорь

— Напоминаю, что это святитель Иоанн Шанхайский и Сан-Францисский. Вот, отец Анатолий, здесь как раз то, о чём вы говорили, мне кажется. С одной стороны, в этом разбойнике происходит переворот какой-то нравственный, а с другой стороны, здесь мы видим всё-таки вот эту мольбу ко Христу, то есть он как раз отнюдь не считает, что, поскольку он что-то там переосмыслил, то теперь Бог обязан его принять в Царствие Небесное. Он даже не просит ведь о том, чтобы его взяли в Царствие Небесное, он говорит «помяни меня, Господи», это ведь важно.

о. Анатолий

— Очень важно. Вы сейчас читали цитату святителя, и у меня есть мысль по этому поводу, о том, что это как неких два пути человека: он может стоять, роптать, возмущаться Богу и рассказывать, что вот он это не сделал, то не сделал, этого не хватает, ещё чего-то не хватает, а может сделать маленький просто шаг человек, никого не виня, а признать себя виновным в том, какая жизнь у него была, взять ответственность на себя. И, наверное, в этом и есть подвиг благоразумного разбойника, в том, чтобы не искать виновных. Назовём это «синдром Адама», когда «Бог ему дал такую вот жену, если бы Ты мне не дал её, я бы не согрешил».

д. Игорь

— То есть Бог и виноват.

о. Анатолий

— Как бы да, в этом-то и была проблема самого Адама. У одного из святых есть такая мысль, когда Бог спрашивает, Адама: «Ты где, Адам?» — ну разве вездесущий Бог не знает, где Адам? Он говорит, по смыслу её можно даже перевести так: «Адам, ты ещё со Мной или уже ты против Меня, то есть ты уже не видишь Моей любви и заботы и отошёл от Меня?» Отсюда и начинается как раз совершенно другой образ мышления, то, что мы называем адом, когда человек постоянно всем недоволен. Мы видим два таких состояния, то есть два разбойника — это два символа человека любого. Один может быть постоянно недовольным, возмущаться, говорить, как этот разбойник, что — «давай, ты и Себя спаси, и нас заодно, вот соверши чудо, и мы как раз под этот шумок тоже выгоду какую-то получим». А есть другой путь — о том, что то, какая у тебя жизнь была, никто не виноват, это полностью твой выбор, потому что ты это делал, Бог не приходил и не говорил ничего, не делал за тебя ничего. И в чём покаяние человека заключалось: в том, что — «да, Господи, если бы у меня была возможность, я бы жизнь, которую Ты мне дал, прожил бы совершенно по-другому, используя эти возможности». Святитель Иоанн подмечает очень тонко: «все возможности всплыли в его жизни, и вот эта жизнь, которую он прожил, стала для него в какой-то момент тут же отвратительной». Какая глубина, да? Святитель очень живо передаёт это его состояние, в этом и есть искупительная жертва Спасителя, как раз Он и показывает, ради кого Он её совершает, что, встретившись с Богом, а люди иногда себе представляют, что придут на частный суд, Бог достанет их личное дело, будет его листать и спрашивать, почему в таком-то году, такого-то числа ты в такое-то время сделал такой-то грех? Но Бог не будет мелочиться, как в Евангелии от Матфея говорится о том, что Бог различает, как пастух отличает одно животное от другого, чётко понимая их разницу, так и Бог чётко понимает разницу между теми людьми, которые хотят идти по одному пути и по другому пути, для Него это всё понятно, Ему не нужно вот этой мелочёвки, кто и когда что-то сделал, а это состояние внутреннее, когда в какой-то момент для человек всё стало ясным и понятным. И вот эта искупительная жертва как раз очень чётко показывает, что в какой-то момент после встречи становится всё для человека ясно.

д. Игорь

— Сейчас мы как раз можем обсудить следующий фрагмент этой статьи.

«Христос знает, что когда страдания достигнут наивысшей степени, Он будет совершенно одинок, и в эту минуту человеческая воля Его может пожелать избежать страданий. Да не будет же этого. Пусть ни на одно мгновение человеческая воля Его не разойдётся с Божией. Об этом и молит Богочеловек Своего Небесного Отца. Если возможно, чтобы человечество восстановило своё единение с Богом помимо нового страшного преступления против Сына Божия, пусть лучше не будет этого часа. Но, если только так человечество может быть привлечено к своему Создателю, пусть и в этом случае исполнится благоволение воли Божьей. Пусть будет воля Его, и пусть человеческая природа Иисуса даже в самые ужасные мгновения не пожелает ничего, кроме одного — исполнения воли Божией, совершения Божиего домостроительства. Об этом именно молится Христос в саду Гефсиманском, «с сильным воплем и со слезами во дни плоти Своей принёс молитвы и моления Могущему спасти Его от смерти» (Евр. 5, 7).

д. Игорь

— Заключение этой статьи мне кажется очень важным, ведь Христос молится Богу Отцу в Гефсимании о том, чтобы Ему хватило твёрдости, мужества и веры для того, чтобы не ухватиться за Свою волю, за Своё желание избежать страданий, за то, чтобы Он до самого конца горел именно желанием исполнить волю Своего Отца.

о. Анатолий

— Чтобы Бог Отец помог провести спецоперацию по спасению человечества.

д. Игорь

— Да, потому что мы все знаем православное правило о том, что в конце каждого нашего прошения молитвенного нужно добавлять: «но да будет воля Твоя, а не моя, да будет так, как Ты хочешь, Господи, а не как я хочу». Мы к этому привыкли, такой благочестивый навык существует, и он, наверное, восходит именно к той гефсиманской молитве, потому что Господь именно об этом и молится: «Да будет воля Твоя, а не Моя, и даруй Мне силу для того, чтобы Я до самого конца сохранял Тебе верность».

о. Анатолий

— Многие святые отцы как раз и говорят о том, чтобы наша воля была созвучна с волей Божьей. Когда мы просим о том, чтобы Господь через Причастие, через Таинства церковные послал нам Духа Своего Святого. Для чего? Для того, чтобы наш дух был созвучен Духу Божьему. Для чего это всё? Чтобы мы могли творить волю Божью. Почему? Потому что человеческая очень часто воля, искажённая грехом, хочет творить намного проще — то, что своё, это же так хорошо, это приносит человеку удовлетворение.

д. Игорь

— А главное, я же знаю, что мне нужно.

о. Анатолий

— И у нас поэтому и есть такой грех, он называется сладострастие. Он связан не с тем, чтобы есть сладкое, а услаждаться тем, что человек делает, он делает то, что он хочет и услаждается и других ещё заставляет, чтобы они делали так, как он хочет, потому что это ему приносит удовлетворение и радость. Но если все будут творить только то, что им хочется, есть возможность стать не творцом, не творить, а натворить. И здесь, казалось бы, всё рядом, но результат совершенно другой будет для других людей. А когда человек соизмеряет свою волю замыслом Творца, он тогда и становится ближе к другим людям, он тогда и снисходителен к другим людям, а не только свой интерес получить или выгоду от других людей или от ситуации. Поэтому мы и просим, чтобы Господь научил нас творить волю Божью, чтобы мы были созвучными для того, чтобы нести пользу и нести благо. Иногда человеку кажется, что он несёт благо, но оказывается, он не несёт благо, в результате мы потом видим, что это хуже. Пример простой: когда люди любят своего ребёночка и покупают ему шоколадки, а он так привыкает, что другую-то пищу и не кушает, и потом у него начинаются проблемы с зубами и с желудком. И родители хотели как лучше, а получилось плохо в результате. Во многих ситуациях очень часто так бывает, когда человек делает так, как ему кажется правильным. Опять же, все знают, что не все дети хотят в школу ходить, но результат какой, если ребёнок не будет развиваться? Он не станет хорошим специалистом в какой-то области. А чтобы стать специалистом, это всегда связано с неким напряжением, с трудом связано. И здесь мы понимаем, что благо заключается в том, чтобы потихоньку, маленькими порциями приучать своего ребёночка трудиться и нести вот это благо. Вот мы и просим, чтобы Господь нам, каждому помог. быть созвучными с волей Божьей, что не так, как я считаю, будет лучше, а — Господи подскажи, как лучше в этой ситуации, чтобы было максимальное благо для моего ребёнка, для знакомых, родных, коллег.

д. Игорь

— В этом контексте, наверное, вообще можно говорить о том, что правильнее молиться, не подсказывая Богу, как Он должен поступить, а просто молиться о том, чтобы Он управил по Своей воле, так как Он знает, будет правильнее.

о. Анатолий

— Обратите внимание, что Соломон, когда Господь спросил его, чего он хочет в молитве, и что он может золота просить, что угодно, о жизни врагов отца, но он попросил мудрости. И вот это очень важная рекомендация, которую мы действительно должны просить, когда что-то не происходит так, как мы видим, было бы лучше, удобнее. Мы должны просить вразумлениия у Бога, то есть корректировки своего прошения, потому что это нам кажется, с нашей точки зрения, что так лучше будет человеку, а Господь нам подскажет. Вполне возможно, что наше желание благое, но мы можем осуществить поэтапность некую наших шагов, чтобы человеку принести благо, и он это понял, потому что человек может думать, что хорошо, если вы за него что-нибудь сделаете, купите ему квартиру. А Бог понимает, что для человека это не будет благом, а лучше, если вы человека вдохновите на то, чтобы он сам это сделал, потому что это его будет заслуга, и он потом будет понимать, что он это может. И раз Бог понимает, что человек это может сделать, за него не нужно это делать. Здесь мы просим у Бога о вразумлении нам, как помочь этому человеку, даже иногда избавить человека от какой-то страсти. Была такая история, когда родственники привели человека, который страдал от алкоголизма. Его спрашивает врач: «Больной, как давно вы страдаете?» Он говорит: «Доктор, кто вам сказал, что я страдаю? Я получаю от этого удовольствие». И вот страдают его близкие, родные, знакомые, коллеги, а человек получает от этого удовольствие. К сожалению, в этом состоянии человеку очень тяжело помочь. И как раз мы просим о вразумлении, как человека этого вразумить, чтобы он увидел, что он мучается, страдает, что он живёт в аду, и близкие, которые его окружают, тоже мучаются и страдают в аду, и чтобы Господь действительно помог нам, нас вразумил до человека эту проблематику донести, чтобы человек хотел от неё избавиться.

д. Игорь

— И последнее место, которое хотелось ещё зачитать из статьи владыки Иоанна Максимовича, звучит оно так:

«Добровольно выпив до дна всю чашу душевных и телесных страданий, Христос прославил Бога на земле, — совершил дело по величию не меньшее, чем само сотворение мира. (Он восставил падшую природу человека, примирил Божество и человечество и сделал людей причастниками Божеского естества».

д. Игорь

— Вот как интересно он заключает своё произведение тем, что восстановление падшей природы человечества — это дело не меньшее, чем сотворение мира.

о. Анатолий

— Это глубина восприятия этого события святым человеком. И он до нас благодаря этой статье пытается донести очень важную мысль: братья и сестры, задумайтесь о том, что мы считаем, что сотворить мир — это действительно глобальное такое явление, но и спасение человечества, то есть любовь к каждому человеку, такому, какой он есть. Бог же не приходит и не говорит: «Я тебя не люблю, ты Мне не нравишься», Он нас любит такими, какие мы есть. Тех, кто приходит причащаться и не живет откровенно в каких-то таких грехах, мы их всех причащаем, это как раз показатель того, что Бог любит каждого человека, того, кто захотел прийти к Богу, кто захотел изменить и исправить свою жизнь. И этот подход, видение, спасение, вот эта спецоперация проведенная, изменение вектора движения всего человечества, ведь из Евангелия мы знаем, в древнем укладе каким был ад: он работал в одном режиме, человек туда попадал и души не могли оттуда выйти. И почему в субботу вечером и в воскресенье утром лежит у нас на центральном аналое икона Воскресения Христова, там есть сломанные двери, там есть сломанные замки — это как раз освобождение узников, и узники эти — души усопших, которые находились там до Воскресения Христова, и Господь оттуда всех освободил, дал им эту возможность жить уже совершенно по-другому. И мы через Причастие являемся сопричастниками этой великой победы, вот этого нового этапа, Нового Завета, на одну ступеньку ставит святитель событие Воскресения Христова, спасения всего человечества, как новый этап новых взаимоотношений между человеком и Богом.

д. Игорь

— В некотором смысле — воссоздание человека заново.

о. Анатолий

— Да. И богослужение Великой Субботы говорит нам о Иисусе Христе, как новом Адаме.

д. Игорь

— Спасибо огромное, дорогой отец Анатолий, за этот вечер, проведённый вместе с нами, в нашей студии, вместе с нашими радиослушателями. Мне кажется, что, хотя мы с вами пока не на этапе переживания Страстной седмицы находимся хронологически, но это такие события, о которых стоит размышлять регулярно и обращаться к ним. И такая замечательная статья святителя Иоанна Шанхайского и Сан-Францисского, которая называется «О чём молился Христос в Гефсиманском саду?», вот сколько мы разных смыслов, может быть, не всегда очевидных, вместе с отцом Анатолием нашли. Напоминаю, что это была программа «Почитаем святых отцов», у микрофона был диакон Игорь Цуканов и священник Анатолий Главацкий, клирик Троицкого храма города Химки. Мы услышимся с вами через неделю. Большое спасибо всем доброй ночи. С Богом.

о. Анатолий

— Всего доброго.

---

Все выпуски программы Почитаем святых отцов

• «О гневе». Архимандрит Симеон (Томачинский)
• «О посте». Архимандрит Симеон (Томачинский)
• «Добро и зло». Священник Анатолий Главацкий