Поделиться
Апостол Павел
1 Сол., 273 зач., V, 14-23.
Комментирует священник Стефан Домусчи.
Здравствуйте, дорогие радиослушатели! С вами священник Стефан Домусчи.
Как христиане мы обычно знаем, в чём заключается наша вера, и как должны вести себя в нравственной жизни. Но как часто мы задумываемся о том, каким должно быть наше поведение по отношению к внешнему миру? Как и с какой вестью нам стоит обращаться к другим людям? Прекрасный, очень чёткий и ёмкий ответ мы можем найти в 5-й главе 1-го послания ап. Павла к Фессалоникийцам. Давайте его послушаем.
Глава 5.
14 Умоляем также вас, братия, вразумляйте бесчинных, утешайте малодушных, поддерживайте слабых, будьте долготерпеливы ко всем.
15 Смотрите, чтобы кто кому не воздавал злом за зло; но всегда ищите добра и друг другу и всем.
16 Всегда радуйтесь.
17 Непрестанно молитесь.
18 За все благодарите: ибо такова о вас воля Божия во Христе Иисусе.
19 Духа не угашайте.
20 Пророчества не уничижайте.
21 Все испытывайте, хорошего держитесь.
22 Удерживайтесь от всякого рода зла.
23 Сам же Бог мира да освятит вас во всей полноте, и ваш дух и душа и тело во всей целости да сохранится без порока в пришествие Господа нашего Иисуса Христа.
Честно посмотрев на собственную жизнь, мы, очевидно, можем признать, что понимаем обычно значительно больше, чем делаем. Открыв Евангелия или апостольские послания и увидев те или иные призывы Господа и Его учеников, мы соглашаемся с тем, что в принципе они верны и важны, но пока у нас много других забот и мы обязательно задумаемся о них, но несколько позже... При этом, в итоге, мы настолько застреваем в важном, но частном, что на всеобщее обычно не хватает времени. «Своя рубаха ближе к телу» — говорят в народе. И речь не только про бытовой эгоизм людей, которые никак не могут поделить наследство или подсиживают друг друга на работе. К сожалению, подобное поведение встречается и в вопросах духовной жизни. Вопросы своего личного настроения и состояния мы стремимся решить в первую очередь, воспринимая всех остальных как своеобразные духовные и психологические тренажёры, которые нужны нам для достижения собственных, как нам кажется, высокодуховных целей. Причём, ведут себя так не только христиане сегодняшние, но, судя по словам апостола, и его собственные современники. Неслучайно же ему приходится не просто поручать или советовать, но умолять тех, к кому он обращается. Умолять, чтобы они в своём поведении учитывали духовные потребности тех, кто их окружает.
Что же так беспокоит апостола Павла? Если мы попробуем оценить общее настроение его слов, мы увидим, что он предлагает занимать активную, добрую и поддерживающую позицию, которая призвана помочь и ободрить людей, живущих в мире, полном безобразия, горечи и неправды. Начинает апостол с того, что призывает нас вразумлять бесчинных. При этом речь идёт не об обличениях сверху вниз, с позиции самодовольных праведников. Просто люди иногда настолько беспорядочно живут, не понимая в чём главное, а в чём второстепенное, что разумный, открытый, уважительный и искренний разговор о том, какой нашу жизнь хотел бы видеть Бог, может помочь им исправиться. Подобная интонация очевидна ещё и из того, что уже следующая просьба, которую мы слышим от апостола, предполагает утешение малодушных. Не обличение, не запугивание, а приободрение. Многие люди и сами прекрасно знают, что жизнь их полна грехов, но они не находят в себе сил и решимости хоть в какой-то мере с ними бороться. Поэтому апостол Павел говорит: поддерживайте слабых, будьте терпеливы... По опыту собственной жизни и опыту общения с другими людьми мне кажется очевидным, что нам зачастую хочется быть на той стороне. Мы были бы рады не сами утешать, но хотели бы, чтобы нас утешали, как немощных и малодушных, нас поддерживали бы, к нашим немощам были бы терпеливы.... Но нет. Апостол говорит иначе. Каждый обратись к другому! Причём, если мы задумаемся над этим, мы поймём, что, расслышав слова апостола, кто-нибудь обратится со словами утешения и к нам самим, но не потому, что мы этого ждём и требуем, а потому, что это норма христианской жизни — служить ближнему и всегда искать добра друг другу и всем. Занимая такую позицию и не зацикливаясь на собственных проблемах, которые, конечно, нужно решать по мере сил, мы всегда найдём повод для радости, хотя и не о себе, но о Боге, который всё премудро устроил. Мы всегда найдём возможность обратить своё сердце к Творцу и обратить его с благодарностью. Он же, со Своей стороны, освятит нашу жизнь и по слову апостола — сохранит нас от всякого греха.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Иван Ильин. «Поющее сердце. Книга тихих созерцаний»
Поделиться
«Сердце поёт» — так мы говорим, когда на душе у нас радостно, умиротворённо и светло. Каждому, наверное, хотелось бы чаще переживать это необыкновенное состояние. О том, как можно достичь его в нашей жизни, размышляет Иван Алексеевич Ильин — русский, православный философ и мыслитель конца 19-го- первой половины ХХ века — на страницах своей работы «Поющее сердце. Книга тихих созерцаний».
«Сердце человека поёт, когда Царство Божие приходит в его земную жизнь, и она становится преображённой и освящённой. Это происходит, когда соблюдаются Божьи заповеди», — пишет Иван Ильин. На страницах своего мемуарно-философского труда автор обращается к собственному жизненному опыту. И вспоминает, как сам не раз убеждался в действенности этого закона. Однажды в детстве бабушка подарила ему тетрадь для записей в красивом сафьяновом переплёте. Восьмилетний Иван был до слёз раздосадован. Ведь он хотел получить в подарок набор оловянных солдатиков! Тогда дедушка объяснил ему, что нужно уметь смиряться с тем, что не всё в жизни происходит так, как хочется. И видеть благо в том, что имеешь. Это простое правило Иван Ильин вспоминал впоследствии на протяжении жизни. «Всегда, когда мне чего-нибудь остро недоставало или когда приходилось терять что-нибудь любимое, я думал о сафьянной тетради», — пишет философ.
Вспоминает он на страницах своей книги «Поющее сердце. Книга тихих созерцаний» ещё один случай. Произошёл он, когда Иван Ильин праздновал первое рождество на чужбине — писатель был вынужден эмигрировать из советской России в 1922-м году сначала в Германию, потом в Швейцарию. Все вокруг радостно готовились к празднику. Наряжали ёлку, дарили друг другу подарки. Но автор ощущал острое одиночество. Ему казалось, что он всеми покинут и забыт. Чужой город, чужие люди... Чтобы почувствовать родное тепло, писатель решил перечитать старые письма, которые привёз с собой как память. Вытащил из пачки одно наугад — это оказалось письмо от его покойной матери, написанное давно, когда он был ещё совсем молодым. «Ты жалуешься мне на одиночество. Видишь ли, человек одинок, когда он никого не любит. Кто любит, у того сердце цветёт и благоухает; и он дарит свою любовь. Тогда и он не одинок, потому что живёт тем, кого любит: заботится о нём, радуется его радостью и страдает его страданиями. А это и есть счастье». Так материнские слова сквозь годы утешили писателя в трудный момент его жизни.
Сердце поёт от любви к ближнему. А высшая песня человеческого сердца — это молитва, пишет Иван Ильин. Нет более действенного, более чистого утешения для человеческого духа. Молитва даёт очищение и укрепление, успокоение и радость. Часто сама жизнь учит нас молитве, замечает автор. Бывают обстоятельства, когда потрясённое сердце вдруг начинает молиться из самой своей глубины, и так вдохновенно призывать Господа, как никогда человек дотоле не делал, а порой и не помышлял.
Иван Ильин на страницах своего труда «Поющее сердце. Книга тихих созерцаний» говорит с читателем непринуждённым, ясным, живым и образным языком. И утверждает: сердце, которое видит во всём Божественный отблеск, само становится Божиим светильником. Оно дарит любовь каждому живому существу. И поёт от счастья.
Все выпуски программы Литературный навигатор
Татьяна Соколова. «Материнство»
Поделиться
— Татьяна Львовна, вас можно поздравить с внуком?
— Да, Маргарита Константиновна. Я теперь дважды бабушка!
— Как всё-таки быстро летит время! Я ведь вашу дочку совсем ещё маленькой помню. На моих глазах росла. И вот, не успели оглянуться — сама уже мама двоих детишек.
— И правда, Маргарита Константиновна. Внуков нянчу, а кажется, ещё буквально вчера дочку на руках качала. Материнство — это такое счастье...
— Как же я с вами согласна, Татьяна Львовна! Мне кажется, именно об этом думала и ваша тёзка, скульптор Татьяна Михайловна Соколова, когда создавала свой шедевр, который она так и назвала: «Материнство».
— Вы мне его покажете, Маргарита Константиновна?
— Конечно, ведь скульптура находится именно здесь, в Третьяковской галерее на Крымском Валу. В соседнем зале — давайте туда пройдём. Ну что ж, вот и она.
— Молодая женщина крепко, обеими руками, прижимает к себе новорождённое дитя. Как просто, и вместе с тем прекрасно... Знаете, я почему-то ожидала увидеть бронзу или мрамор. А скульптура деревянная!
— Да, это дерево. Татьяна Соколова говорила, что выбором материала для скульптуры — светлой сосны — хотела подчеркнуть светлые чувства и эмоции, которые испытывала, создавая композицию.
— А кого же запечатлела здесь скульптор?
— Свою дочь Наташу и внучку Настю. Этот скульптурный портрет Татьяна Соколова создала в 1979 году, когда стала бабушкой. Тема материнства была одной из основных в её творчестве. Художница обратилась к ней в конце 1950-х, когда у неё родилась дочь. Наташа с детских лет позировала маме, была её главным источником вдохновения. А потом — и внучка.
— Приглядитесь, Маргарита Константиновна... Видите, за спиной у молодой матери — фрагмент одежды. Кажется, платок или шаль. Очень похоже на крылья, правда?
— Действительно, похоже! Героиня словно окрылена материнством. Кстати, искусствоведы отмечали, что на творчество Татьяны Соколовой повлияла иконография Богородицы, и то, как воплощали Её образ мастера Ренессанса. Недаром эту скульптуру критики называли своеобразно переосмысленной «Мадонной Медичи» Микеланджело.
— Интересно, а есть ли у Татьяны Соколовой работы на религиозные сюжеты?
— Да, художница обращалась в своём творчестве к духовным темам. У неё есть скульптура, изображающая события Благовещения. Есть Архангел Михаил. А вместе с дочерью Натальей, которая пошла по стопам матери и тоже стала скульптором, они в начале 2000-х создали два барельефа для фасада Храма Христа Спасителя — фигуры преподобных Иосифа Волоцкого и Стефана Пермского.
— Творческий союз матери и дочери, как это замечательно! Скажу ещё раз: материнство — огромное счастье!
— Татьяна Соколова сумела так искренне выразить это в скульптуре.
Все выпуски программы Свидание с шедевром
«Воскресение Твое, Христе Спасе»
Поделиться
Фото: PxHere
Пасхальная радость нередко воспевается в литературе. Описание Праздника Светлого Христова Воскресения встречается в произведениях Шмелёва, Толстого, Гоголя, Куприна. Одно из своих стихотворений посвятил пасхальному перезвону колоколов Сергей Есенин. Герои литературных произведений переживают Пасху по-разному, где-то со светлой грустью, где-то с ликованием... Очень трогательно описывает встречу Пасхи Иван Бунин в своём рассказе «На чужой стороне». Герои рассказа — простые русские мужчины, оказавшиеся по воле обстоятельств в праздник Воскресения Христова вдали от Родины, на вокзале в чужом городе. Они, опечаленные, ждут своего поезда. И когда среди ночи невдалеке зазвонил колокол, всё вокруг преобразилось, пассажиры засуетились, заулыбались, начали поздравлять друг друга.
В этом рассказе упоминаются разные пасхальные песнопения — в том числе молитва «Воскресение Твое, Христе Спасе». Давайте поразмышляем над его текстом и послушаем в исполнении сестёр храма Табынской иконы Божией Матери Орской епархии.
В переводе на русский язык песнопение звучит так: «Воскресение Твоё, Христос Спаситель, Ангелы воспевают на небесах: и нас на земле удостой чистым сердцем Тебя славить». Давайте послушаем молитву на церковнославянском языке:
История прозвучавшего песнопения уходит в древние времена. Его автор — преподобный Иоанн Дамаскин, живший в 7-8 веках по Рождестве Христовом. В наше время молитва звучит в самые первые минуты пасхальной ночи, которая, по церковной традиции, начинается в полночь. В храме ещё темно, царские врата закрыты, и вдруг из алтаря едва слышно, почти шёпотом, звучат слова: «Воскресение Твое, Христе Спасе...» Потом священники поют их снова — уже громче, торжественнее. Царские врата открываются, и весь храм словно наполняется светом.
В третий раз духовенство начинает песнопение, и певчие, а вместе с ними и все прихожане — подхватывают его. Настаёт тот самый момент, когда радость Пасхи становится всеобщей, ликующей. Объединяющей всё: земное и небесное, человеческое и ангельское, всех, кого уже нет с нами, и ныне живущих. И в такие минуты понимаешь, что Пасха Христова — это не событие прошлого. Это наше живое настоящее, когда сердце знает: Бог рядом.
Давайте послушаем песнопение «Воскресение Твое, Христе Спасе» ещё раз в исполнении сестёр храма Табынской иконы Божией Матери Орской епархии.
Все выпуски программы Голоса и гласы:
