Поделиться
Анна Тумаркина
Несколько лет назад я попала в больницу. Срочная операция, потом реанимационная палата, а через сутки — обычная палата на этаже. Обычная, да не совсем. В нашем отделении туда свозили самых тяжелых, перенесших серьезные хирургические вмешательства. Трудная реабилитация.
Все как-то держались, боролись за жизнь. А одна из нас, Маша, нуждалась в серьезной поддержке. Маша боялась замкнутых пространств. Ей предстояло не одну неделю провести в этой палате. Маша лежала, отвернувшись к стенке и тихо всхлипывала.
Я несколько раз пыталась с ней заговорить, она молча слушала, но не отвечала. Тогда я подключила к спасению Маши соседок. Сначала меня не поддерживали, но я была неотступна. Долбила и долбила свое: «С Машкой надо что-то делать».
Как-то вечером я в очередной раз веселила своих соседок рассказами о птицах: о моих любимых страусах, туканах, пингвинах и новозеландской птичке киви.
— А у нас вон, свои птички. Смотри, какие толстые голуби прилетели — пошутила одна из соседок. И тут родился план спасения Маши.
Мы открывали окно палаты. Высыпали на подоконник остатки печенья и хлебные корки, унесенные с завтрака. Голуби прилетали четко в определенное время, два раза в день, после обеда и ужина. Вместе с голубями прилетали маленькие воробушки и даже какие-то неизвестные нам птицы.
Я любовалась этим птичьим пиром. Какие же они красивые! Создания Божии. Такие гармоничные, такие продуманные, что ли. Как будто Господь каждого голубя небесной акварелью прорисовал.
— Эх, девчонки, — говорила я своим новым товарищам по несчастью, — повезло же Ною в свое время. Каждой твари по паре. У него ведь в ковчеге не только голуби, но и туканы с фламинго обретались. Ну, и киви, киви.
Соседки весело смеялись. Туканов и киви они никогда не видели. А вот Библию знали все. Такой вот коллектив собрался. Мы и молились вместе, акафисты читали.
Потихоньку оживала Маша. Она начала вставать к окну. Даже несколько раз кидала птицам сушки. И очень сочувствовала маленьким воробушкам, если голуби отнимали у них еду.
Через несколько дней мы начали выходить в больничный садик. И Маша с нами. Она была тихой и впечатлительной девушкой, говорила намного меньше остальных, больше слушала. Но зато все больше улыбалась. А однажды после обеда обратилась ко мне:
— Ань, сходи на улицу, там в саду к тебе кто-то прилетел.
— Ко мне? Прилетел?
— Да, ты у нас птиц любишь. Там кое-кто есть, он тебе точно понравится. Вы с ним очень похожи.
Я вышла в сад. Маленькие яблони, вишни, одуванчики, сныть... И вот — на одной из вишен весело и ритмично долбил кору маленький желтый дятел. Такой проворный и настойчивый, тюк-тюк-тюк. Вот это да! Маша без сомнения имела в виду это крошечное чудо. С таким длинным носом, прямо как у меня.
Когда я вернулась в палату, Маша спросила:
— Ну как? Понравился?
— Кто? Дятел?
— Он самый. Вылитая ты.
— Это потому, что с носом, да?
Я была искренне уверена, что наше с ним основное сходство заключалось именно в носах.
— Да нет. Просто тоже маленький и настойчивый. Тюк-тюк-тюк, любую брешь пробьет.
Вся палата громко засмеялась, и я впервые услышала, как смеется Маша. Негромко, но очень заразительно. Девчонки были согласны, что я похожа на настойчивую птичку. Жаль, что не на киви или тукана, но зато на желтого дятла. Того самого, который заставил рассмеяться Машу.
Автор: Анна Тумаркина
Все выпуски программы Частное мнение
16 марта. «Тайна младенчества»
Поделиться
Фото: Flávia Gava/Unsplash
Заботливые и многоопытные родительницы ещё совсем недавно туго перепелёнывали новорождённых малышей. Для чего? Скованные во внешних движениях груднички быстрее развиваются внутренне, ментально и эмоционально, находясь в подобном, на первый взгляд, неестественном для них положении. Таково же правило и духовной жизни во Христе — добровольное ограничение себя во всём внешнем ради пребывания в уме и сердце Божией благодати, которая приходит к нам в ответ на внимательную молитву.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
16 марта. О личности Дмитрия Бенардаки
Поделиться
Сегодня 16 марта. В этот день в 1870 году на нижегородском Сормовском заводе была пущена первая в России мартеновская печь. О личности промышленника, создателя Сормовского завода Дмитрия Бенардаки рассказывает исполняющий обязанности настоятеля московского храма во имя равноапостольных князя Владимира и княгини Ольги в Черёмушках протоиерей Владимир Быстрый.
За этим прорывом стоял удивительный человек — Дмитрий Егорович Бенардаки. Потомственный дворянин из таврических греков, гусар, а затем крупнейший промышленник, он обладал редким чутьём на всё новое. Именно он в 1849 году основал ту самую Нижегородскую машинную фабрику, которую мы сегодня знаем как завод «Красное Сормово». На его предприятиях впервые в России появились паровые машины, железные суда и, наконец, мартеновская печь, давшая России отечественную сталь.
Но фигура Бенардаки интересна не только промышленным размахом. Этот грек, не получивший блестящего образования, был тонким ценителем искусства и удивительно щедрым меценатом. Он дружил с Карлом Брюлловым, собрал уникальную коллекцию живописи, но главное — был, пожалуй, самым близким и верным другом Николая Гоголя. Писатель не раз называл его гениальным человеком. Именно с него он списал образ идеального помещика Костанжогло во втором томе «Мёртвых душ».
Умер Дмитрий Егорович в 1870 году, спустя всего два месяца после пуска легендарной печи. Сегодня его имя вновь возвращается к нам в Нижнем Новгороде. Ему открыт памятник, и на заводе «Красная Сормово» ходит сухогруз «Дмитрий Бенардаки». Так, греческий юноша, ставший великим русским промышленником, навсегда остался в истории нашей страны.
Все выпуски программы Актуальная тема:
16 марта. О служении Григория Прозрителева
ПоделитьсяСегодня 16 марта. В этот день в 1849 году родился краевед и общественный деятель Григорий Прозрителев. О его служении — пресс-секретарь Пятигорской епархии протоиерей Михаил Самохин.
Уроженец Ставрополя, Григорий Николаевич Прозрителев прожил долгую и интересную жизнь. В студенческие годы будущий юрист увлекался идеями народовольцев, вернувшись на малую родину, стал адвокатом и вплоть до 1916 года защищал в том числе простых калмыков, ногайцев, туркмен, но не слава второго Плевако ждала Григория Прозрителева.
Практически всё свободное время Григорий Николаевич посвящал общественной и культурно-просветительской работе. Он активно участвовал в создании и деятельности таких организаций, как Ставропольское общество грамотности, общество содействия в воспитании и защите детей, общество покровительства животным, общество Красного креста, общество помощи бедным. Он был одним из организаторов ставропольского ночлежного дома, убежища для беспризорных детей, общедоступной библиотеки имени Белинского. И кроме того, он был ещё и журналистом, одним из инициаторов создания первой в регионе частной общественно-литературной и политической газеты «Северный Кавказ».
Особенно велик его вклад в развитие краеведения в Ставрополье. Прозрителев посвятил ему последние 30 лет своей жизни. Впервые в нашем крае он разработал и воплотил в жизнь концепцию краеведческого музея, активно участвуя в создании деятельности музея Северного Кавказа — единственного в Ставрополье подлинно краеведческого музея, в котором сосредоточились уникальные коллекции археологических и палеонтологических находок, материалов по этнографии народов Северного Кавказа. Многие экспонаты, переданные Григорием Николаевичем в дар музею, остались уникальными. Гордостью стал археологический отдел, созданный почти исключительно заботами Прозрителева и имеющий наиболее ценные собрания экспонатов. На 85-м году жизни Григорий Прозрителев умер в родном Ставрополе, практически забытый всеми.
Жизнь Григория Николаевича ярко иллюстрирует для нас исполнение притчи Спасителя о талантах. Его пример показывает, как Господь помогает тому, кто трудится над тем, что наполняет интересом и радостью его душу, трудится там, где Бог его поставил. Будем же и мы стараться исполнять волю Божию там, где она определила нам трудиться, и исполнять её со всей силой данных Господом талантов.
Все выпуски программы Актуальная тема:
