Поделиться
Собор Парижской Богоматери, прославленный в романе Виктора Гюго, а сейчас еще и в мюзикле, привлекает к себе туристов со всего света. Но о храме туристы знают немного, в пределах того же мюзикла. Ну, один из главных французских соборов, ну, стоит на берегу Сены, ну, знаменит своими витражами и средневековыми химерами.
Но в первую пятницу каждого месяца в 15:00 огромная толпа занимает площадь перед храмом. Из ризницы выходит процессия – рыцари в белых мантиях, дамы в черном и, наконец, хранители выносят для поклонения верующим Терновый венец Спасителя, частицу Креста Господня и Гвоздь от него. Венец проносят по храму и торжественно возлагают на престол…
Рассказы паломников, посетивших в IV веке Иерусалим, сохранили упоминание о Терновом Венце Христовом и орудиях страданий Господа. С VII по X века величайшие святыни постепенно стали перевозить в Византию, опасаясь персидских набегов.
В начале XIII века император Константинополя заложил венец в банк, чтобы расплатиться с кредиторами, но выкупить не смог. Тогда его кузен король Франции Людовик 9, за благочестие прозванный «Святым», заплатил за Терновый венец Христов 135 тысяч ливров. Это практически половина годового бюджета Франции того времени.
С величайшими предосторожностями венец был переправлен в Париж. Людовик 9 вышел встретить процессию с Терновым Венцом за 40 километров от Парижа. Он снял с себя все королевские регалии и шел босиком в простой одежде. А потом вместе с братом сам нес венец в столицу. Это было в августе 1238 года. Спустя два года в Париж принесли и частицу Креста Господня, и один из четырех гвоздей, которыми к кресту была прибита табличка с надписью «Иисус Назарянин, Царь Иудейский».
Позже шипы из венца, а их было около 70, Людовик раздарил другим христианским государствам.
Во время Французской революции, чтобы тайно вывезти из восставшего Парижа хотя бы часть Венца, терновое плетение из предосторожности было разрезано на три части. Однако все части благополучно сохранились.
Венец был передан на хранение в Национальную библиотеку, а в 1801 году Наполеон передал его парижскому архиепископу. Затем венец заключили в запаянный хрустальный круглый корпус, украшенный золотым растительным орнаментом. Хорошо видно, что корпус состоит из трех одинаковых секторов, соединенных непрозрачными перемычками. Эти перемычки закрывают места рассечения.
В 1806 году Терновый венец и другие святыни, также запаянные в специальные прозрачные капсулы, были размещены в сокровищнице Notre-Dame de Paris, где хранятся до сих пор.
А в левом приделе Собора - практически напротив алтаря, в нише - икона Владимирской Божией Матери - дар Святейшего Патриарха Алексия II, который служил здесь молебен перед Терновым венцом.
Тогда в Собор было не пробиться — приехали все православные, все русские, живущие во Франции и очень много католиков.
И это не случайное совпадение, ведь Терновый венец, возложенный на голову Христа, объединяет сердца христиан всех веков и народов.
Евангелие от Иоанна гласит: Тогда Пилат взял Иисуса и велел бить Его. И воины, сплетши венец из терна, возложили Ему на голову…
Есть еще одно живое существо, пострадавшее от терновых шипов венца. Существует красивое предание о маленькой птичке: она прилетела на Голгофу и начала выдергивать шипы венца из головы Христа. Вскоре грудь птички покрылась Кровью Спасителя. Когда пришло время и на свет появились птенцы, то оперение на грудках у них тоже было как будто окровавлено. Теперь птицы этого вида называются «красногрудки».
Радио блокадного Ленинграда
Поделиться
Фото: PxHere
В Санкт-Петербурге по адресу Итальянская улица, 27 разместилось массивное здание в классическом стиле. С 1933 года в его стенах располагалось Ленинградское радио, отчего строение и получило своё название — «Дом радио». На его фасаде расположены памятные таблички, одна из которых гласит: «Мужеству работников Ленинградского радио в дни блокады посвящается». В период Великой Отечественной войны сотрудники радио ни на день не прекращали работу. Начальник радиовещательного узла Пётр Палладин вспоминал: «С воскресного дня 22 июня в жизни работников Ленинградского радио наступила новая, суровая военная пора». Многие сотрудники были включены в состав батальона связи или переведены на казарменное положение.
В сентябре 1941 года, когда вокруг Ленинграда сомкнулось кольцо блокады, радио приобрело особое стратегическое значение и стало едва ли не единственным средством коммуникации осаждённых людей с внешним миром. Благодаря этому блокадники слышали передачи московского радио и могли транслировать свои программы за пределы города. Вся большая страна знала, что Ленинград жив, несмотря на голод и постоянные обстрелы.
Дикторы, музыканты, актёры и другие сотрудники не прекращали работу над передачами. В программе «Последние известия» жители могли узнать новости с фронта. С первого дня и до конца блокады ленинградцев поддерживал голос поэтессы Ольги Берггольц. В передаче «Говорит Ленинград!», которую она вела, можно было услышать известных городских учёных, музыкантов и поэтов. Так осенью 1941 года с обращением к женщинам Ленинграда выступила поэтесса Анна Ахматова. Она говорила о мужестве и стойкости жительниц города. А композитор Дмитрий Шостакович рассказал о работе над своей новой Седьмой симфонией. Премьера её состоялась в Ленинградской филармонии 9 августа 1942 года. Специалисты радио транслировали исполнение на всю страну и даже за её пределы. Радист Нил Рогов, работавший за трансляционным пультом, вспоминал: «Я очень волновался, понимая, что передача пойдёт в эфир через коротковолновую радиостанцию и её смогут услышать во многих странах. Это была подлинная гармония музыки и жизни, борьбы и победы. Победы добра над злом».
Так музыкальные произведения, стихи, голоса знаменитых жителей и дикторов не давали горожанам пасть духом в самые страшные дни. Главный диктор радио — Михаил Меланед — вспоминал: «Как-то мы с Ниной Фёдоровой читали из радиостудии передачу для партизан. Вдруг взрыв. Мы продолжили читать. Взрывной волной выбило оконную раму , осколок попал в дикторский пульт. Но прекратить передачу было нельзя: нас слушают». Радио блокадного города не умолкало ни на минуту, а в те моменты, когда эфиров не было, по нему транслировали стук метронома. Медленный темп ударов означал отсутствие воздушной атаки, а быстрый — предупреждал о ней.
Каждый день эфира давался работникам радио ценой невероятного мужества, а порой и жизни. «Как было трудно поддерживать его работоспособность. Рушились здания, обрывалась радиопроводка. И всё же обрывы устранялись, аварийные бригады шли в зону обстрела, порой сутками, не уходя с поста» — писал Пётр Палладин, начальник радиовещательного узла. Наконец, 18 января 1943 года, в день прорыва блокады, поэтесса Ольга Берггольц объявила в эфире: «Ленинградцы! Дорогие соратники и друзья! Блокада прорвана!».
Память об этих днях, где стойкость и вера в победу, помогали людям переживать страшные дни ленинградской блокады, осталась в архивных звукозаписях с ленинградского радио. Сегодня каждый может найти запись архивного стука метронома, а ещё зайти в музей блокады в Санкт-Петербурге и прикоснуться к непростому прошлому.
Все выпуски программы Открываем историю
Храм Спаса Нерукотворного (с. Кукобой, Ярославская область)
Поделиться
На севере Ярославской области, почти у самой границы с Владимирской, стоит небольшое село Кукобой. Расположилось оно на берегу реки Ухтомы. Русло её в этом месте сужается и напоминает, скорее, большой ручей. Слово «кукобой» с языка одного из финно-угорских племён, некогда населявшего эту территорию, так и переводится — «большой ручей». От Ярославля до Кукобоя 160 километров по магистральному шоссе. Приехать сюда непременно стоит ради ярославской жемчужины — Храма Спаса Нерукотворного Образа.
Словно резной сказочный терем, стоит он в окружении скромных деревенских домиков, полей и оврагов. Спасский храм в Кукобое часто сравнивают с петербургским Спасом на Крови. Они, действительно, схожи очертаниями — богатым и сложнейшим декором фасада, орнаментом и узорами. В отличие от своего петербургского собрата, кукобойский храм облицован кирпичом цвета слоновой кости. На изящных шатровых башнях куполов — фигурная черепица, покрытая глазурью оттенка бирюзы. Небесно-голубые маковки с крестами. Не ожидаешь встретить в глубинке такую красоту поистине столичного архитектурного размаха!
Впрочем, Спасский храм в Кукобое как раз и строил архитектор из столицы — Василий Антонович Косяков, автор Морского собора в Кронштадте, Собора Петра и Павла в Петергофе и Богоявленской церкви на Гутуевском острове в Санкт-Петербурге. Проект знаменитому зодчему заказал в 1909 году Иван Агапович Воронин — петербургский купец, бывший кукобойский крестьянин. Он решил сделать землякам подарок. Предложил на выбор построить дорогу от Кукобоя до Пошехонья или новую церковь. Кукобойцы выбрали церковь. И спустя всего 4 года в центре небольшого села вырос величественный Храм Спаса Нерукотворного Образа. До наших дней сохранились фотографии с момента освящения храма, которое совершил в 1912-м году епископ Ярославский и Ростовский Тихон (Белавин), будущий Патриарх Московский и Всея Руси. На этих снимках кукобойские крестьяне, подняв головы вверх, смотрят на свой новый храм, словно не веря, что в их отдалённом селе появилась удивительная святыня. Спасский храм в одночасье прославил маленький, ничем доселе не примечательный Кукобой на всю Россию. Люди специально приезжали, чтобы полюбоваться архитектурой храма и помолиться в его стенах.
И сегодня к храму Спаса Нерукотворного Образа в Кукобое едут люди. Пережив безбожные советские годы, когда богослужения были прекращены, убранство уничтожено, а в алтаре заседало колхозное правление, храм возродился — в 1989-м году его вернули верующим. И сердце начинает радостно биться, предчувствуя встречу, когда ещё издалека, с дороги, видишь яркую бирюзу его куполов.
Все выпуски программы ПроСтранствия
24 марта. «Тайна младенчества»
Поделиться
Фото: Hoi An and Da Nang Photographer/Unsplash
Малые дети мгновенно впитывают, как бы из воздуха, всякое родительское настроение, слово, взгляд, будучи совершенно открыты духовному и душевному воздействию со стороны взрослых людей. Такими мы должны быть в отношении всего Божественного, церковного, святого... Вместе с тем, нам должно быть совершенно закрытыми для грешного и грязного, низкого и пошлого, злого и чуждого благодати Христовой. «Уклонись от зла и сотвори благо», — учит нас Священное Писание духовной мудрости.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
