Каждого из нас окружают вещи. Куда мы без них? Из вещей формируется своего рода тело нашей жизни: о многом можно сказать, зайдя к человеку в дом. Чего только не увидишь, когда совершаешь чин освящения!
Вот большая – но пустая квартира. Вещей – минимум, всё предельно функционально. Ничего лишнего. Никаких развлечений. Украшательство – сведённое к минимуму – только бы совсем не становилось тоскливо. Любая грязь и пыль в таком жилище – просто кричит о своём появлении и требует немедленной уборки. Так и хочется повесить на входной двери: «Простерилизовано!» Здесь живёт человек, который умён, рационален, прекрасно управляется с любыми ресурсами и – скорее всего – это какой-то менеджер, возможно – одиночка.
А вот другая картина. Первое, что бросается в глаза – светлеющая дорожка на полу: приглядываюсь – оказывается, это отчищенный ногами линолеум, до того грязный, что по бокам рисунок уже и не различим. Над уборкой никто не заморачивается – всё равно – не важно. По углам – картонные коробки, старые вещи, пахнет прелью. Ходить по квартире неудобно – и даже опасно: вдруг случайно заденешь – и на тебя повалится всякий скарб, поднимая вокруг клубы густой пыли. Вещей – слишком много, чтобы в них разобраться. Но выкидывать никто не спешит. Лейтмотив жизни – бедность, столь крепко застрявшая в головах хозяев, что никакими даже фантастическими зарплатами не вытравить этот синдром Плюшкина.
Ещё до того, как откроется входная дверь, ощущаю на лестничной площадке какой-то манящий тонкий аромат. Квартира хорошо обставлена – но без роскоши. На полочке стоят ароматизирующие палочки. Всё – на своих местах; случайных, пыльных, некрасивых вещей нет в принципе. Сплошное очарование мещанского быта! Тебя накрывает, словно ватным одеялом, ощущение, что здесь просто можно завязнуть и утонуть: уж слишком всё душевно и притягательно. Настолько, что вызывает инстинктивную реакцию: сбежать, лишь только закончится чин освящения!
Распахивается дверь в другую квартиру – и на тебя накатывает волна тепла, шума и радости. Всё понятно: дети! На стене – протянувшийся след от фломастера – и кем-то дорисованная кошачья мордочка. Запах еды и чего-то ещё очень человеческого проникает повсюду. Над вещами здесь никто не трясётся: всё равно если не сломают, то свой след оставят. За всеми – не уследишь. Ну и да ладно: выросли бы только счастливыми и здоровыми!
Но самое сильное впечатление на меня произвела келья одного отшельника в египетской пустыне. Назвать жилищем эту прорубленную в скале нору язык поворачивается с трудом. В неё зайти – невозможно: можно лишь на четвереньках протиснуться к спальному месту, тоже вырубленному в податливом песчанике. В одном углу – книги, в другом – иконы. Небольшая газовая горелка, пара открытых пачек печенья, конфеты для случайно забредших гостей. Пачка кофе и почти чистые чашки с местами отбитыми краями. Канистра воды. Топор и походный нож. Всё. Усевшись на коврик своей норы, монах привычным движением наклоняется вбок – и перед нами появляется всё необходимое для кофе. В его счастливых глазах отражается диск солнца, ласково золотящего убогое жилище последними теплыми лучами. Понимаешь, что здесь все вещи – любимые – потому что без них – не прожить.
Всё, к чему ни прикоснётся человек, неизбежно получает зримый отпечаток того духа, которым он живёт. Неудивительно, что не только люди – но и их жилища – такие разные!
Тюмень. Путешествие по городу

Фото: Artem Shuba / Unsplash
Тюмень — областной центр в азиатской части России, за Уралом, на юге Западной Сибири. Город стоит на берегах реки Туры. С тринадцатого по пятнадцатый век здешние земли принадлежали Тюменскому ханству. Его жители говорили на тюркском языке, в котором слово Тюмень означает «десять тысяч». По всей вероятности, в названии государства отразилось число его подданных. Однако, в пятнадцатом веке ханство ослабело, его столица опустела. В 1586 году на её месте по указу царя Фёдора Иоанновича русские казаки построили острог, который сохранил тюркское название — Тюмень. Крепость стала центром добычи пушнины. Недаром на гербе, который город получил в 1634 году, изображены лисица и бобр, стоящие на задних лапах. В восемнадцатом веке на геральдическом знаке появился также парусник с плоским днищем. Он символизировал, что Тюмень стала стартовой точкой для освоения не только новых земель, но и рек. И по воде, и по суше через Тюмень проходили торговые пути на запад России. В девятнадцатом столетии уже не деревянные судна, а пароходы бороздили воды Сибири. В 1912 году через город пролегла железная дорога — Транссибирская магистраль. Успешное промышленное развитие Тюмени отразилась в её облике. К началу двадцатого века город украшали пятнадцать православных храмов. Четыре из них были утрачены в советское время, а остальные сохранились и действуют.
Радио ВЕРА в Тюмени можно слушать на частоте 92,4 FM
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
6 мая. «Подснежники»

Фото: Bruno Kelzer/Unsplash
Едва лишь увидишь среди мёрзлой, зачастую ещё не освободившейся от талого снега земли первые подснежники, сразу останавливаешься и вперяешь взор в это диво дивное! Какое совершенство формы и непередаваемой словом гармонии красок и полутонов, которые свидетельствуюих о поистине Божественной премудрости Создателя! Но эти подснежники — лишь намёк на красоту образа и подобия Божиих в человеческой душе, очищенной и воскрешённой действием благодати Христовой.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
6 мая. О служении князя Петра Волконского

Сегодня 6 мая. В этот день в 1776 году родился генерал-фельдмаршал, герой Отечественной войны 1812 года князь Пётр Волконский. О его служении — исполняющий обязанности настоятеля московского храма равноапостольных князя Владимира и княгини Ольги в Черёмушках протоиерей Владимир Быстрый.
Сегодня мы расскажем о Петре Михайловиче Волконском, человеке, которого называли «тенью императора» и одним из главных организаторов победы в Отечественной войне 1812 года.
Волконский начинал как адъютант великого князя Александра, а затем стал ближайшим советником императора. Именно он убедил Александра I оставить неудачный Дрисский лагерь. Это решение спасло русскую армию от разгрома.
Но главная заслуга Волконского — создание русского Генерального штаба. Он основал училище колонновожатых, организовал картографическую службу и сбор разведданных. По сути, он превратил управление армией из кустарщины в точную науку.
При этом Волконский был не только штабным теоретиком. Например, под Аустерлицем он лично водил полки в атаку, а в 1812 году сражался при переправе через Березину и за храбрость получил орден Святого Георгия.
После войны он стал министром императорского двора и руководил всей придворной жизнью империи 26 лет, до самой смерти. Волконский — блестящий пример русского государственника, талантливый стратег, бесстрашный офицер и выдающийся администратор. Его наследие — это и победа над Наполеоном, и сам институт Генерального штаба, без которого немыслима современная армия.
Все выпуски программы Актуальная тема:












