
Вы хорошо помните состояние природы, когда после сильной грозы — с тёмными, непроницаемыми облаками, раскатами грома и полыхающими молниями — наступает затишье, небо проясняется и наконец-то пробивается ослепительный луч солнечного света?
96-й псалом, который сегодня читается в храмах за богослужением, в основе своей драматургии имеет именно этот образ грозы. Давайте послушаем.
Псалом 96.
1 Господь царствует: да радуется земля; да веселятся многочисленные острова.
2 Облако и мрак окрест Его; правда и суд — основание престола Его.
3 Пред Ним идёт огонь и вокруг попаляет врагов Его.
4 Молнии Его освещают вселенную; земля видит и трепещет.
5 Горы, как воск, тают от лица Господа, от лица Господа всей земли.
6 Небеса возвещают правду Его, и все народы видят славу Его.
7 Да постыдятся все служащие истуканам, хвалящиеся идолами. Поклонитесь пред Ним, все боги.
8 Слышит Сион и радуется, и веселятся дщери Иудины ради судов Твоих, Господи,
9 ибо Ты, Господи, высок над всею землёю, превознесён над всеми богами.
10 Любящие Господа, ненавидьте зло! Он хранит души святых Своих; из руки нечестивых избавляет их.
11 Свет сияет на праведника, и на правых сердцем — веселие.
12 Радуйтесь, праведные, о Господе и славьте память святыни Его.
Псалом, который мы только что слышали, удивителен своим диапазоном, своим поистине невероятным размахом. Он начинается с образов не знающего пощады огня, гор, которые, словно воск, тают и расплываются, молнии сверкают, земля дрожит, идолы падают ниц — и в итоге приходит к самой настоящей камерности, домашнему очагу и уюту — тёплому, светлому, доброму и вдохновляющему. И весь этот диапазон держится на одном: правде Божией. Она являет себя и в грозных явлениях — и в тишине семейного уюта.
Великий греческий мыслитель Платон говорил о космосе как о «живом организме» — буквально ζῷον ἓν ὁρατόν — «одно‑единственное видимое живое». Однако псалмопевец смотрит ещё глубже: этот «организм» не только «живёт», но ещё и «поёт» — поёт славу своему Творцу и Создателю. В этом смысле Космос — икона (εἰκὼν) невидимого Бога: как икона делает невидимое зримым, так и сотворённый мир проповедует умопостигаемого Творца. Быть может, мы не всегда и не во всём способны услышать эту мелодию бытия — но чем ближе человек оказывается к чистоте и святости, тем лучше он начинает распознавать отзвуки Божественной гармонии повсюду: и в грозе, и в снегопаде, и в летнем зное, и ураганном ветре — и ровно точно так же в самой простой обыденности будней. В определённом смысле этот искренний, глубинный восторг перед бытием лучше всего показывают маленькие дети — когда они растут в любящей полноценной семье: для них каждый новый день — праздник, перед ними — безграничный горизонт новых событий и открытий, они не пытаются, в отличие от нас, взрослых, «всё понять», всё ухватить, всё удержать и подчинить себе. Вот этой «детскости» и хотелось бы научиться: просто — быть, «быть в бытии» — как бы это ни прозвучало тавтологией! Не «отщипывать» от жизни только то, что «по моему ндраву и вкусу», не превращать себя самого в единственный критерий правильности и неправильности — но учиться воспринимать жизнь во всей грандиозности её диапазонов целиком, но не фаталистично, а как пророк Давид — с ясной уверенностью в том, что Бог — единственный Хозяин этого мира, и Его правда — правда во веки!
Псалом 96. (Русский Синодальный перевод)
Псалом 96. (Церковно-славянский перевод)
Кокша-богатырь

Фото: B Basic / Unsplash
Было это давно. Жил в одной стране злой властитель Вараш, силой подчинивший весь народ. Охотники промышляли для него белку, лису и горностая, бортники приносили лучший мёд и воск, а бедные земледельцы отдавали почти весь свой урожай. Тех же, кто власти Вараша не подчинялся, его слуги нещадно наказывали и убивали, и не было у людей защиты.
Но вот в одном селе у бедных родителей на свет появился мальчик. Назвали его Кокша. Отец сплёл из лыка колыбельку, подвесил поближе к очагу, и каждую ночь мать пела сыну песни о славном прошлом.
Однажды ночью возле колыбельки появились и склонились над ребёнком три богатыря из старинных песен.
— Возьми, Кокша, мою силу, а смелости научит тебя отец, — сказал богатырь Кугурак.
— Бери, Кокша, мою ловкость, а доброту ты получишь от своей матери, — промолвил богатырь Чоткар.
— Я отдаю тебе свою мудрость, Кокша, а любить нашу землю тебя научит народ, — произнёс богатырь Актапыр, после чего они разом исчезли.
Стал Кокша расти не по дням, а по часам, и скоро превратился в высокого, широкоплечего юношу. Отец дал ему лук и стрелы, как и подобает охотнику. Кокша натянул тетиву и пустил стрелу вверх. Улетела стрела выше облаков и не вернулась на землю. По всей округе разнеслась молва о том, что в стране появился чудо-богатырь и народный защитник.
Донесли об этом Варашу, и тот решил погубить парня хитростью. Кокша часто уходил на охоту в лес, возвращаясь домой самой короткой дорогой. И в том месте, где Кокша переходил реку, слуги Вараша сделали прорубь, дождались, когда мороз затянет её ледком, и сверху засыпали снегом. Возвращаясь с охоты, усталый, но с богатой добычей Кокшаа провалился под лёд и стал тонуть. Захлебнулся он водой и совсем было потерял сознание, но вдруг услышал голос:
— Вспомни о силе Кугурака. Встань на дно и оттолкнись.
И слуги Вараша с изумлением увидели, как лёд вспучился, раскололся на несколько частей, и Кокша вышел на берег.
«Не вода, так сильный мороз его доконает, ведь здесь негде обсушиться», — решили они.
Понял и Кокша, что замерзает. Одежда его сразу обледенела. Но тут он услышал голос:
— Вспомни о ловкости Чоткара! Вставай на лыжи и беги.
Кокша надел лыжи и во весь дух помчался к дому, так что даже ещё и согрелся.
Узнал он, что прорубь — дело рук Вараша, и решил расквитаться со злодеем. Но тут его снова окликнул голос:
— Вспомни о мудрости Акпатыра! Не бейся один, а собери друзей, подними на врага весь свой народ.
Целое войско из мужчин собралось во главе с Кокшой-богатырём, и наконец-то изгнали они из страны Вараша со всеми приспешниками.
Народ объявил Кокшу своим вождем, и он так сказал: «Мы одержали победу, потому что со мной была сила, ловкость и мудрость наших предков. Будем всегда о них помнить!»
(по мотивам марийской сказки)
Все выпуски программы Пересказки
Золотой остров

Фото: Freysteinn G. Jonsson / Unsplash
Жил в одной деревне бедный крестьянин, звали его Ван Вэй. Вот пришло время сева, а у бедняка за душой нет ни зернышка. Что делать? Отправился Ван Вэй к богатому соседу попросить в долг немного зерна.
Богач пообещал дать горшок проса в долг, а сам придумал коварный план, как заставить Ван Вэя бесплатно на себя работать. Достал он самое гнилое просо, и велел жене сварить его, чтобы у бедняка оно не взошло. Жена так и сделала, но всё-таки сжалилась и положила сверху одно-единственное живое зёрнышко.
Посеял Ван Вэй загубленное зерно, и ничего не взошло на его поле. Только одно зернышко проросло хрупким зелёным побегом. От рассвета до заката ухаживал бедняк за своим единственным ростком: поливал его, окапывал, защищал от ветра, и, наконец, заколосился росточек ему на радость.
Наступила пора жатвы. Пришёл Ван Вэй на поле и видит: росток его сломан, и какая-то огромная птица выклёвывает из колоса последние зёрна.
— Как тебе не стыдно! Ты отнимаешь у бедняка единственный колосок! — крикнул бедняк птице.
— Не знала, что он у тебя один. Ладно, я в долгу не останусь, — сказала птица человеческим голосом. — Садись-ка на меня и держись покрепче!
Вскочил Ван Вэй на птицу, обхватил её руками за шею, а та взмахнула крыльями и поднялась ввысь. Долго летели они над горами и равнинами, пока не приземлились на острове посреди океана. Огляделся Ван Вэй по сторонам и глазам своим не верит. Весь остров покрыт песком, да только не простым, а золотым.
— Бери сколько хочешь! — сказала птица, — Это моя благодарность за твои зёрна.
Насыпал Ван Вэй в карманы золото, и попросил птицу, чтобы она его обратно домой отнесла.
Наутро каждый бедняк в деревне получил от Ван Вэя подарок — по щепотке чистейшего золотого песка.
Услыхал об этом завистливый богач, бросился к соседу и стал расспрашивать, откуда у него такое богатство? Ван Вэй рассказал ему без утайки про золотой остров.
И решил тогда богатый сосед сделать всё так же: сварил горшок проса, сверху положил одно живое зёрнышко, высадил и вырастил его на своём поле. А когда осенью побег заколосился, взял богач два больших мешка, подкараулил в поле птицу и велел отнести его к золотому острову.
При виде россыпей золотого песка стал он им под завязку свои мешки набивать. Сколько ни умоляла его птица, что не выдержит она такого груза, он её и слушать не хотел, и велел лететь с тяжёлой ношей через океан.
Изо всех сил старалась птица, но всё же рухнула от тяжести на полпути в волны. Сама-то вынырнула, отряхнулась, взлетела и исчезла за ближайшей горой, а богач остался на дне океана. Вцепился он в свои мешки с золотом, да так и не захотел выпустить их из рук.
Правду люди говорят: где жадность и зависть встретились — там счастье точно не задержится.
(по мотивам китайской сказки)
Все выпуски программы Пересказки
Жадность глупа

Фото: Conner Baker / Unsplash
Жили в одном ауле два соседа: Юмарт и Булат. У Булата плесневелой хлебной корочки не допросишься. А Юмарт последнюю рубаху с себя для нищего снимет. И случилось им однажды вместе отправиться странствовать.
Шли они весь день, а под вечер устроились на привал. Юмарт развязал котомку и достал лепёшку. А Булат сделал вид, что никак не может развязать свой мешок, и говорит:
— Ох, какой крепкий узел, а у меня в пути руки ослабли... Угости меня, сосед!
Юмарт с готовностью отломил половину лепёшки своему хитрому спутнику. А тот смекнул, что в следующей раз ему самому придётся делиться, дождался, когда сосед задремлет, взял свой мешок и, крадучись, ушёл в лес.
Пошёл Юмарт дальше один, и привела его дорога к домику в чаще. Постучался в дверь — никто не откликнулся, и решил он тогда заночевать в пустом домике. Вошёл в комнату и увидел — на столе каравай белого хлеба лежит. Отщипнул Юмарт немного от корочки, чтобы голод утолить, да и забрался на печку спать. Но не успел он закрыть глаза, как дверь заскрипела, и в домик вошли Мышь и Медведь. Уселись они по-хозяйски за столом, стали каравай хлеба есть и беседовать.
— Что ты сегодня интересного в нашем лесу видела? — спрашивает Медведь.
— Под самым большим дубом закопан котелок с серебром, — говорит Мышь. — Я пробегала мимо и услышала, как монеты звякают о стенки котелка.
— А я полез за мёдом на дерево, а там в дупле — мешок с золотом! Ладно, я тебе об этом завтра за ужином расскажу, а сейчас нам снова идти пора...
Наутро Юмарт вспомнил, о чём говорили звери, и пошёл к самому большому дубу в лесу, который ещё вчера по дороге заприметил. Выкопал он котелок, доверху набитый серебряными монетами, и решил, что пора домой возвращаться.
И надо же такому случиться! Встретился ему в пути Булат, который в лесу заблудился и всю ночь в чаще от страха дрожал.
— Что это ты такое тяжёлое в мешке несёшь? — первым делом спросил сосед.
Показал ему Юмарт свою находку, пообещав со всеми односельчанами поделиться кладом, без утайки рассказал про домик в лесной чаще и секреты зверей.
— Мне нужно золото в дупле! — воскликнул Булат и бросился к домику в чаще.
Хозяев опять дома не было, а на столе лежал каравай белого хлеба, приготовленный для ужина. Жадность обуяла Булата: схватил он каравай, сунул его в свой мешок, а сам залез на печку чужие разговоры подслушивать.
— Кто съел весь наш каравай? — заревел Медведь, войдя в дом.
— Надо осмотреть все уголки, может, вор до сих пор где-то прячется? — сказала Мышь.
Соскочил Булат с печки, кубарем выкатился за дверь и помчался по лесу, сверкая пятками. Мешок с караваем по пути обронил, про золото и думать забыл — лишь бы от разъярённого Медведя убежать...
Недаром говорят, что жадность глупа и сама себя наказывает.
(по мотивам татарской сказки)
Все выпуски программы Пересказки