Поделиться
Анна Тумаркина
Когда родился мой сын, я сразу решила, что он будет ходить в церковь вместе со мной, с самого раннего возраста. На сороковой день после рождения он был крещен, затем было первое Причастие. Пока он был маленький, причащался практически за каждой воскресной литургией. Во время Исповеди сидел у меня на руках. Я довольно быстро приспособилась ходить с ребенком в храм, научилась занимать его, маленького, во время Богослужения.
Став постарше, ребенок начал проявлять недюженную активность, бегая по храму и прячась под аналоем, сидя среди роз и лилий под иконами, тем самым наглядно иллюстрируя поговорку «Дети—цветы жизни». Однажды даже в алтарь забежал. Как же мне было неудобно перед батюшками! Помню, меня тогда утешили, мол, радуйся, что твой ребенок побывал в Царствии Божьем.
По мере взросления сын учился смирно стоять в храме, молиться, сам подходил к Причастию. Затем была его первая исповедь — серьезное испытание для человека восьми лет, которое он с честью прошел. И вот, мой ребенок уже не младенец, но отрок. Подросток. И я пытаюсь разбудить его в воскресение утром, дабы мы вместе пошли на Литургию. Но сын лишь недовольно смотрит на меня сонными полузакрытыми глазами и говорит:
— Мам, ты знаешь, а можно я сегодня в Церковь не пойду? Я не выспался.
Первая реакция: как так? Мы ведь собирались пойти вместе. Мы ведь верующая семья. Еще вчера перед сном читали молитвы. Что случилось? А вдруг это и есть то самое первое охлаждение к вере, которым так часто пугают родителей подростков? И, конечно же, главное: что мне сейчас делать? Вести ребенка в храм насильно? Пообещать ему за это награду? Или уйти, пылая праведным гневом, мол, безбожное вы поколение, ничего из вас не выйдет?
Я сделала глубокий вдох, прочитала про себя Иисусову молитву. «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешную». Это помогло мне немного успокоиться. И вспомнила, как сама начала ходить в храм. Даже не ходить, нет, — сначала я лишь изредка заходила в ближайшие к дому церкви и осматривалась. Впервые это произошло, когда мне было 18 лет. На тот момент я исповедовала другую религию, и в храм зашла исключительно из любопытства. Примерно с этого события и начался мой долгий путь в Православие, продлившийся около восьми лет.
Еще какое-то время я посещала тот же храм из любопытства, затем мой интерес стал более осознанным. Прошло несколько лет, и я начала ходить в храм и молиться, еще не будучи крещеной.
Сначала я скрывала это от родителей, позже скрываться не было смысла. Я приходила в храм с радостью, приходила и в слезах. Приходила с вопросами, уходила с ответами на них. Однако ни разу в жизни я не шла в храм по принуждению. Только добровольно. Только по любви. А Бог, собственно, и есть любовь.
Я глубоко убеждена, что принуждать кого-либо, будь то ребенок или взрослый молиться, ходить в храм или даже просто веровать в Бога бесполезно. Как невозможно осчастливить против воли. Как невозможно заставить любить. Да, мы, родители, хотели бы видеть детей в храме вместе с нами. Но у каждого из нас своя мера воцерковления. У нас одна, у ребенка — другая.
Я сказала сыну, что так и быть, пойду в храм одна и буду за него, маленького соню, молиться. А его ответ заставил меня окончательно успокоиться:
— Мам, я тоже. Тоже буду молиться.
Автор: Анна Тумаркина
Все выпуски программы Частное мнение
16 марта. «Тайна младенчества»
Поделиться
Фото: Flávia Gava/Unsplash
Заботливые и многоопытные родительницы ещё совсем недавно туго перепелёнывали новорождённых малышей. Для чего? Скованные во внешних движениях груднички быстрее развиваются внутренне, ментально и эмоционально, находясь в подобном, на первый взгляд, неестественном для них положении. Таково же правило и духовной жизни во Христе — добровольное ограничение себя во всём внешнем ради пребывания в уме и сердце Божией благодати, которая приходит к нам в ответ на внимательную молитву.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
16 марта. О личности Дмитрия Бенардаки
Поделиться
Сегодня 16 марта. В этот день в 1870 году на нижегородском Сормовском заводе была пущена первая в России мартеновская печь. О личности промышленника, создателя Сормовского завода Дмитрия Бенардаки рассказывает исполняющий обязанности настоятеля московского храма во имя равноапостольных князя Владимира и княгини Ольги в Черёмушках протоиерей Владимир Быстрый.
За этим прорывом стоял удивительный человек — Дмитрий Егорович Бенардаки. Потомственный дворянин из таврических греков, гусар, а затем крупнейший промышленник, он обладал редким чутьём на всё новое. Именно он в 1849 году основал ту самую Нижегородскую машинную фабрику, которую мы сегодня знаем как завод «Красное Сормово». На его предприятиях впервые в России появились паровые машины, железные суда и, наконец, мартеновская печь, давшая России отечественную сталь.
Но фигура Бенардаки интересна не только промышленным размахом. Этот грек, не получивший блестящего образования, был тонким ценителем искусства и удивительно щедрым меценатом. Он дружил с Карлом Брюлловым, собрал уникальную коллекцию живописи, но главное — был, пожалуй, самым близким и верным другом Николая Гоголя. Писатель не раз называл его гениальным человеком. Именно с него он списал образ идеального помещика Костанжогло во втором томе «Мёртвых душ».
Умер Дмитрий Егорович в 1870 году, спустя всего два месяца после пуска легендарной печи. Сегодня его имя вновь возвращается к нам в Нижнем Новгороде. Ему открыт памятник, и на заводе «Красная Сормово» ходит сухогруз «Дмитрий Бенардаки». Так, греческий юноша, ставший великим русским промышленником, навсегда остался в истории нашей страны.
Все выпуски программы Актуальная тема:
16 марта. О служении Григория Прозрителева
ПоделитьсяСегодня 16 марта. В этот день в 1849 году родился краевед и общественный деятель Григорий Прозрителев. О его служении — пресс-секретарь Пятигорской епархии протоиерей Михаил Самохин.
Уроженец Ставрополя, Григорий Николаевич Прозрителев прожил долгую и интересную жизнь. В студенческие годы будущий юрист увлекался идеями народовольцев, вернувшись на малую родину, стал адвокатом и вплоть до 1916 года защищал в том числе простых калмыков, ногайцев, туркмен, но не слава второго Плевако ждала Григория Прозрителева.
Практически всё свободное время Григорий Николаевич посвящал общественной и культурно-просветительской работе. Он активно участвовал в создании и деятельности таких организаций, как Ставропольское общество грамотности, общество содействия в воспитании и защите детей, общество покровительства животным, общество Красного креста, общество помощи бедным. Он был одним из организаторов ставропольского ночлежного дома, убежища для беспризорных детей, общедоступной библиотеки имени Белинского. И кроме того, он был ещё и журналистом, одним из инициаторов создания первой в регионе частной общественно-литературной и политической газеты «Северный Кавказ».
Особенно велик его вклад в развитие краеведения в Ставрополье. Прозрителев посвятил ему последние 30 лет своей жизни. Впервые в нашем крае он разработал и воплотил в жизнь концепцию краеведческого музея, активно участвуя в создании деятельности музея Северного Кавказа — единственного в Ставрополье подлинно краеведческого музея, в котором сосредоточились уникальные коллекции археологических и палеонтологических находок, материалов по этнографии народов Северного Кавказа. Многие экспонаты, переданные Григорием Николаевичем в дар музею, остались уникальными. Гордостью стал археологический отдел, созданный почти исключительно заботами Прозрителева и имеющий наиболее ценные собрания экспонатов. На 85-м году жизни Григорий Прозрителев умер в родном Ставрополе, практически забытый всеми.
Жизнь Григория Николаевича ярко иллюстрирует для нас исполнение притчи Спасителя о талантах. Его пример показывает, как Господь помогает тому, кто трудится над тем, что наполняет интересом и радостью его душу, трудится там, где Бог его поставил. Будем же и мы стараться исполнять волю Божию там, где она определила нам трудиться, и исполнять её со всей силой данных Господом талантов.
Все выпуски программы Актуальная тема:
