Поделиться
Писателя Льва Толстого нередко воспринимают как представителя светской дворянской культуры, воспитанного на Руссо вместо Евангелия. Помню, мне пришлось беседовать с благочестивыми прихожанками одного подмосковного собора. Я так и не смог убедить их, что Лев Толстой создал немало православных по духу произведений. Для них Толстой — богоотступник, враг Церкви.
С другой стороны, среди интеллигенции всё больше появляется сторонников «христианизации» писателя и его произведений. Они утверждают, что Лев Толстой — подлинный христианин, боровшийся с фарисейством.
Мне кажется, нам важно обратить внимание на факты из жизни и творчества писателя прежде, чем соберёмся его осуждать или превозносить. Тогда сможем извлечь духовную пользу.
Приведу любопытные факты.
Из отчётов по Тульской епархии конца 19 века известно, что Толстой на лошади врезался в крестный ход, встречавший чудотворную икону Божией Матери. Лев Николаевич пытался не только словами, но и силой разогнать крестьян.
С другой стороны, перед последним уходом из Ясной Поляны в 1910 году писатель читает роман «Братья Карамазовы» — одно из самых христианских по духу произведений современной ему литературы. Более того, он берёт роман с собой и едет в монастырь Оптина пустынь.
Мне кажется, это не удивительно. По воспоминаниям самого писателя, в детстве его окружали православные праведники — тётушки Остен-Сакен, Юшкова, Ергольская, монахиня Мария, юродивый Аким. В жизни этих людей проявились любовь к людям, вера в Бога, дар молитвы, милосердие, кротость. Христианские добродетели отобразились потом и в творчестве яснополянского писателя.
Именно красота православного идеала, к примеру, воспевается в первой повести Толстого «Детство». Стоит лишь вспомнить жизнь-житие и праведную кончину няни Натальи Савишны и мамы главного героя или горячую молитву юродивого Гришеньки.
Настоящий гимн праведнику звучит в рассказе «Рубка леса». В образе солдата Жданова раскрывается сила простого, смиренного, благочестивого человека, сохраняющего верность Богу, несмотря на трудные условия грубой армейской жизни.
Любопытные примеры православных по духу произведений представляют собой «народные рассказы», к примеру «Свечка» и «Три старца».
Как видим, Лев Толстой — фигура сложная, ищущая. К сожалению, не все это понимают. На писателя часто навешивают ярлыки, когда рассуждают о его религиозных взглядах и отношениях с Церковью. И учёные навешивают, и журналисты, и те, кто творчество писателя изучал только в школе. Хорошо бы сначала перечитать художественные произведения Льва Николаевича. Они свидетельствуют не только о желании противостоять Церкви, но и о внутреннем тяготении к Ней. А ещё о проявлении Божьего дара в творчестве яснополянского писателя. Это важно понимать и учитывать. Тогда мы сможем не только отказаться от безоговорочного осуждения или превозношения Толстого, но и получать духовную пользу от чтения его книг.
15 июня. «Девятый вал»
Поделиться
Фото: Art Institute of Chicago/Unsplash
Все опытные мореходы знают об этом опасном для судов явлении, о котором мы ведаем по шедевральному живописному полотну Айвазовского. Проходят первая, третья, пятая волны и наконец является он — девятый вал, несущий с собой гибель, встреть он на своём пути борт небольшого корабля. В жизни духовной, всеусердно храня мир сердца, мы, тем не менее, должны быть всегда настороже, памятуя об «огненном искушении», которое норовит застигнуть врасплох христианина, потерявшего бдительность и вознамерившегося «опочить на лаврах» мнимого преуспеяния.
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
15 июня. Об одиночестве
Поделиться
О важности человеческого общения — клирик московского храма Иерусалимской иконы Божией Матери за Покровской заставой священник Вадим Бондаренко.
Православная модель назидания уделяет много внимания тому, чтобы описать соблазны, которые ждут христианина на пути к Богу. Здесь всё понятно и на поверхности. Никому не удастся совместить следование за Христом с развратом, воровством, злом другому человеку. Всё это всегда было в жизни человечества, поэтому не теряет актуальности.
Но что-то и меняется. Уклад общества, сама модель жизни очень изменились за последние десятилетия. Я бы сказал, что это сформировало другой, гораздо более опасный соблазн, неплохо накладывающийся на внешнюю модель благочестия и религиозности. Этот соблазн — выбор одиночества.
Другой человек воспринимается нами как проблема, как лишнее обстоятельство, как то, что выводит нас из равновесия, покоя и гармонии. Мы ограничиваем контакты, оценивая их необходимостью и функциональностью. Мы забываем, что не можем видеть Бога и что-либо сделать для Него, но зато Он разговаривает с нами через других, которые Его образ и творение.
Все выпуски программы Актуальная тема:
15 июня. О мечтах
ПоделитьсяО вреде пустых мечтаний — настоятель Спасо-Преображенского Пронского монастыря в Рязанской области игумен Лука (Степанов).
Мечтательность, несомненно, относится к признакам нашей падшей природы. «Мечтательность, способность к воображению, — называет святитель Феофан, — самой чернорабочей стороной нашей души». Мечтательность может привести человека к необыкновенным заблуждениям, из которых очень трудно возвращаться, если эту свою чернорабочую способность воспринимает он за некоторую духовную реальность.
Представляя что-либо желанное, он воспринимает это за действительное в отношении самого себя и своего состояния, в отношении невидимого духовного мира, в отношении невидимых сторон жизни и близких людей: «а я-то знаю, а я-то подозреваю, что на самом деле кроется за теми или другими словами или действиями близких моих».
Так вот, эта самая мечтательность, эта склонность к воображению, оказывается, заполняет душу человека необыкновенным мусором, хотя с виду и благообразным. Поскольку это не реальность, которая открывается особым образом проницательному и чуткому, а это как раз порождение собственного падшего разума, собственной вот этой способности строить воздушные замки и какие-либо конструкции и концепции внутри своей души.
Потому святые отцы призывают и при наших молитвенных трудах, и при общении с ближними, и при уповании на какие-то будущие свершения всяко беречься мечтательности, вот этой способности к воображению, которая в результате определённым образом формирует и наши чувства, ибо то, что ты себе намечтал, тем ты потом либо восхищаешься, либо боишься, либо, наоборот, вдохновляешься этими совершенно неосновательными плодами твоего собственного воображения.
Все выпуски программы Актуальная тема:
