![](https://radiovera.online/wp-content/uploads/2024/07/Aleksandr-Ulev.jpg)
У нас в студии был предприниматель, многодетный отец Александр Ульев.
Мы говорили с нашим гостем о его пути к вере, о б особенностях жизни многодетной семьи и о том, как в сложные моменты жизни не терять ощущения присутствия Бога.
Ведущие: Игорь Цуканов, Кира Лаврентьева
Диакон Игорь Цуканов:
— Добрый вечер, дорогие друзья, «Вечер воскресенья» на Радио ВЕРА. Как обычно, в это время в студии у микрофона Кира Лаврентьева.
Кира Лаврентьева:
— Добрый вечер.
Диакон Игорь Цуканов:
— Я диакон Игорь Цуканов. Мы, как всегда, вот по воскресеньям вечером говорим с нашими гостями на тему «Христианин в обществе». И очень разные, надо сказать, образы христиан, конечно, те люди, которые приходят к нам, занимаются очень разными вещами. И вот сегодня у нас такой, мне кажется, образцовый образ христианина в обществе в некотором смысле. Александр Ульев, многодетный отец, предприниматель, человек, который занимается проектированием, в общем, много чем занимался в своей жизни, но вот сейчас предприятие, которое Александр возглавляет, да, или владельцем является...
Александр Ульев:
— Добрый вечер.
Диакон Игорь Цуканов:
— Добрый вечер, да. Занимается проектированием слаботочных и силовых сетей, монтажом различных систем, видеонаблюдения, контроля доступа и так далее. В общем, это такие очень полезные инженерные системы, которыми все мы сегодня так или иначе пользуемся. Александр, добрый вечер еще раз.
Диакон Игорь Цуканов:
— Добрый вечер еще раз. Рад вас приветствовать.
Александр Ульев:
— Спасибо.
Диакон Игорь Цуканов:
— Ну вот, давайте, может быть, мы сразу начнём говорить, если вы не против того, что вас, конечно, характеризует, наверное, в наибольшей мере. У вас восемь деток в вашей семье и...
Кира Лаврентьева:
— Одна жена.
Диакон Игорь Цуканов:
— И одна жена. Да, что неудивительно. Но вот восемь деток — это, конечно, всё-таки редкость большая. Это как бы традиционно, но мы понимаем с вами, что это очень большая редкость и это большая, наверное, радость, но и большой труд. Вот насколько... Вы, может быть, уже не помните, как это было, когда был сначала один ребёнок, потом два. Но вот всё-таки, как вам кажется, вот где проходит вот эта граница между, ну, как бы малодетностью и многодетностью? Вот в какой момент... Человек уже действительно становится, ну или семья становится многодетной, вот как вам кажется? Что меняется в жизни многодетной семьи радикально по сравнению с жизнью тех семей, у которых один-двое деток?
Александр Ульев:
— Ну, на первый вопрос отвечу. Многодетной семья становится, когда в ней присутствует много детей. Или рождается много детей, да? Знаете, как наши старики говорили, Царство им Небесное, это в основном по жениной линии. Раньше в деревнях говорили так, что один ребёнок не ребёнок, два ребёнка — полребёнка, три ребёнка — это ребёнок. Вот такой подход был раньше в наших русских деревнях, в наших русских семьях, собственно говоря, так вот. А семья становится многодетной, и здесь... Но я не думаю, что родители как-то ставят себе какие-то задачи, что вот у меня будет четверо, у меня будет пятеро, или шестеро, или так далее. Мы, по крайней мере, такой задачи себе не ставили. Мы рожали всех тех, кого нам дал Господь. Конечно, мы не сразу пришли к этому состоянию, скажем так. Сначала мы были, в общем-то, неверующие люди. Ну, как сказать неверующие? Неправильно, наверное, я подобрал слово. Мы верили, мы знали, что есть Бог, но мы не были воцерковлённые. И наше, собственно говоря, воцерковление, оно началось тогда, когда у нас было двое детей уже. Это был там 97-98 год, мы познакомились с совершенно замечательным человеком, протоиереем Александром Туриковым, храм Спаса Преображения на Песках, и, собственно говоря, с него-то наша многодетность началась. Вот, мы были, ну, такой вот семьёй, с которой мы познакомились с ним, и, собственно говоря, он вот ту самую искру, которая у нас была, наверное, да, он разжёг её в пламя, в пламя веры. И мы были вот, наверное, единственные сначала в приходе молодые люди, которые начали рожать, а дальше уже, глядя на нас, присоединялись все остальные примерно такого же возраста, и, собственно говоря, итог таков, что в храме были все многодетные семьи без исключения, разного достатка, разного уровня и всегда, но все рожали детей. Вот так вот отец Александр как бы, он не то, что нас уговаривал, что надо, не надо, но вот мы уверовали в Бога, более того, мы Его познали, да, мы с Ним соприкоснулись, естественно, в Причастии. И вот с тех пор мы даже не задумывались: рожать или не рожать. Мы радовались каждому новому ребенку.
Диакон Игорь Цуканов:
— А можно вот это звено логическое, немножко выпадающее, попытаться восстановить? Вы говорите, что мы поверили в Бога, в нашу жизнь пришла вера, и мы стали рожать детей. А в чём заключается вот это вот познание Бога, которое позволяет людям дальше уже, ну, как-то вот более в этом смысле себя свободно вести, то есть не переживать там по поводу того, вот как же...
Кира Лаврентьева:
— Ну, доверять Ему, доверять.
Диакон Игорь Цуканов:
— Да, вот в чём эта вера заключается, вот как бы вы сформулировали?
Александр Ульев:
— А вот она заключается как раз в доверии. Человек неверующий, он фактически незащищён. Он ищет какие-то подпорки, какую-то помощь где-то здесь, на земле.
Диакон Игорь Цуканов:
— Соломку подкладывать везде пытается.
Александр Ульев:
— А вот я сначала сделаю карьеру, я заработаю денег, потом я начну рожать детей, там, условно. Да, но это типовое такое вот рассуждение. А мне негде жить, а мне... У нас нет жилья, у нас нет ничего-ничего. А вот в нашей семье есть такое устойчивое выражение, и, собственно говоря, мы его, наверное, проецируем всем остальным, что рождается человек, и рождается его доля. И, безусловно, деньги тут совершенно ни при чём. Когда мы рожали детей, ну, это было, да, считайте, более 30 лет назад.
Диакон Игорь Цуканов:
— А старшим у вас сейчас 30, да?
Александр Ульев:
— Больше, больше. Вот. И мы были городские сумасшедшие, простите меня, да? На нас все смотрели с таким непонятным сочувствием, может быть, там или еще чем-то. Ну, куда они их рожают? Ну, зачем они их рожают? Да что же, как же, на что они будут жить? И так далее, и так далее. Ну, мы это все слушали, все слышали, но, собственно говоря, мы никогда не сомневались в том, что Господь рядом. Он нас никогда не оставит, и мы это знали, мы это чувствовали каждый раз. И как знаете, как Фома неверующий, да? Или многие другие говорят, вот покажите чудеса, и я поверю тогда, да? А мы им всегда говорим, что, ребят, вот вся наша жизнь — это большое чудо. Вот всё, начиная с первого дня, другого дня, это всё наше чудо, потому что мы настолько имели, наверное, горячую веру, и сейчас имеем горячую веру, что мы нисколько не сомневались, что Господь всегда рядом, и Он всегда поможет, и Он всегда поддержит, и Он даст либо физические силы, либо даст возможность заработать что-то, да, не было сомнения вообще никогда.
Кира Лаврентьева:
— Но вы ключевые какие-то вещи сейчас говорите, потому что даже среди верующих людей бытует такая установка, что всё-таки... Ну, это такой сейчас мы интимный, конечно, вопрос обсуждаем, но всё-таки деторождение — это такой вопрос отношений человека и Бога. И как бы ни священство, ни кто-либо сторонний не должен в этот процесс вмешиваться. И если ты чувствуешь, например, что у тебя ни денег, ни ресурсов, ни психических сил на рождение, например, пятого ребёнка или четвёртого, то, ну, будь любезен, остановись. Ну, не аборты, понятно, а какие-то там вот социальной концепцией Русской православной церкви, более-менее разрешенные там вот какие-то способы супружеского общения. И на самом деле это редко поднимается, потому что это действительно очень личный, интимный вопрос. Но вы сейчас настолько смело об этом говорите, что и я смело вас спрашиваю об этом, потому что это действительно, Александр Юрьевич, такая проблемная история. Потому что я общаюсь с очень многими... У меня сейчас подруги, они все вот в таком более-менее репродуктивном возрасте находятся. И они говорят, слушай, да я бы рада, но... Да я бы рада, но...
Александр Ульев:
— Но? Что? Что вот это но? Что такое но?
Кира Лаврентьева:
— Ну вот не хватит сил, бессонные ночи, денег там нет, ипотека, маленькие стеснённые жилищные условия. Ну вообще всё, что угодно. Или я болею чем-нибудь. Ну то есть, Александр Юрьевич, это же такой очень тонкий момент. С другой стороны, я не от вас первого слышу, что, если ты будешь Богу доверять, это естественно, это мы все понимаем. Неужели Господь, любящий, милостивый Отец тебя оставит со всеми твоими какими-то проблемами, заморочками, болезнями и всем прочим?
Александр Ульев:
— Конечно, не оставит. Я думаю, что надо просто, вот как вам сказать, дорогие радиослушатели, дорогие ведущие, ну надо доверять Богу. Доверять Богу — в этом-то заключается наша вера. А какие мы тогда христиане, если мы не доверяем Богу? А что с нас тогда взять? Вот если мы не верим, и Господь нам даёт возможность, да, мы полны сил, полны здоровья, мы полны энергии, но мы не реализуем эту энергию. Мы её закапываем куда-то непонятно куда, да? Вот понимаете, в чём дело? Вот сейчас разворот государственный произошёл очень существенный. Посмотрите, что говорит президент. Президент говорит о семье, многодетности, наконец-то это становится и стало уже приоритетом нашей страны.
Кира Лаврентьева:
— Да, но мы пока только становимся на эти рельсы.
Александр Ульев:
— Государство очень активно сейчас начинает помогать многодетным семьям, различные пособия и все прочее.
Кира Лаврентьева:
— Но пособия они критически малы.
Александр Ульев:
— Вы понимаете, в чем дело? Нельзя, вот все равно сначала идет идеология, сначала идет вера. Можно быть замужем за государством, да? Можно, да. Женщина получает пособие, что она делает? Она выгоняет мужа и сидит с этим пособием с детьми. Ей хорошо, ей больше этого не надо.
Кира Лаврентьева:
— Оно копеечное всё равно.
Александр Ульев:
— Ну, понимаете, бывает же и так. Но, тем не менее, невозможно переложить всё на государство. Когда мы начинали рожать, когда у нас была молодая семья, да не было никаких пособий. У нас восемь детей, мы получили материнский капитал один раз всего в своей жизни. Понимаете, да? Вот и всё. Но мы никогда... Ну, это, конечно, подспорье. Дети маленькие, они требуют одних расходов. Дети растут, расходы, конечно, увеличиваются, но просто вещь на год и на 15 лет, она стоит по-разному элементарно, там, ботиночки или туфли. Это всё понятно. И едят они по-разному и так далее. Но, тем не менее, вы сейчас... Мы сейчас не можем... Я не могу говорить за всех. Вот некоторые говорят, там, у меня двое детей. Я говорю: да это семечки вообще. Двое детей, это вообще ни о чём. Ой, это так тяжело, это так сложно, это всё... Я говорю: да это вообще ни о чём. Когда мы с супругой оказываемся в семье, дети одни уехали в лагерь какой-то, другие на пансионе в школе, еще что-то, и у нас в семье остается один-два детей.
Кира Лаврентьева:
— Ты как в отпуске, как на Мальдивах.
Александр Ульев:
— Понимаете? Ну тяжело-то, тяжело до определенного момента, а дальше ребятишки, они же помогают тебе. Это же твои соратники, это же твои, как сказать, подручные, не хочу сказать слово, но это твои помощники. Особенно если это парни или девочки, они же уже тебе помогают. Надо просто вот мобилизовать себя, не надо себя жалеть ни в коем случае.
Кира Лаврентьева:
— «Вечер воскресенья» на Радио ВЕРА продолжается. У нас очень злободневный разговор с нашим сегодняшним гостем Александром Ульевым, бизнесменом, многодетным отцом. У микрофонов диакон Игорь Цуканов и Кира Лаврентьева.
Диакон Игорь Цуканов:
— Да, Александр, ну вот я хотел здесь, может быть, немножко, ну как-то, если позволите, даже свои такие пять копеек, что называется, вставить. Да, мне кажется, тут дело даже не в том, что ну, там, пять детей — это правильно, а двое — неправильно, да, или что шесть детей — это вот, ну, как бы так вот, так, как нужно, а вот один ребёнок — это вообще не ребёнок, да, так всё-таки, мне кажется, нельзя сказать. А дело просто в радости, что когда их... вот чем их больше, тем больше радости, вот это вот абсолютно точно. То есть, чем полнее семья, тем, ну, вот как вы и говорите, да, тем больше общения, тем больше... ну, помощников, тем больше какого-то вот... ну, просто больше любви. Вот мне кажется, что в этом секрет-то. Не согласны?
Диакон Игорь Цуканов:
— Ну, любви мало не бывает, я согласен с вами. То есть один ребёнок — это тоже любовь, но просто чем больше...
Кира Лаврентьева:
— Чем больше любовь делится, тем этой любви становится больше, скажем так.
Александр Ульев:
— Я бы даже сказал, здесь дело не совсем в любви. Вы сами знаете, что происходит в нашем обществе. Один ребенок в семье — это, как правило, избалованный эгоист. Это залюбленный, особенно если его воспитывает одна мамочка, это залюбленный, занеженный человек, особенно если это мальчик, да? И это в конечном итоге становится проблемой не только ее самой, но и проблемой общества, да? Проблемой государства, да?
Диакон Игорь Цуканов:
— Все ошибки родители делают на первых детях.
Александр Ульев:
— Конечно. В армию уже мы не идем, потому что он единственный, самый любимый на свете. Этого мы не делаем, то мы не делаем. Понимаете, в чем дело? Многодетная семья — это абсолютно нормальная, божественная модель жизни человека. Это замысел нашего Творца, нашего Бога. Понимаете, другой модели Господь нам не закладывал.
Кира Лаврентьева:
— Ну да, кому уже сколько даст. Безусловно.
Александр Ульев:
— Я не говорю, кто-то в силе, кто-то может родить одного, кто-то может родить двух.
Кира Лаврентьева:
— И это будет его максимум, это тоже прекрасно.
Александр Ульев:
— Нет, я не призываю всех стать многодетными родителями. Каждый выбирает себе свой путь. И я ни в коем случае не хочу никого обидеть, да, и там каким-то образом сказать, превознести многодетных и унизить малодетных. Ни в коем случае. Ни в коем случае. Но, тем не менее, посмотрите дореволюционная Россия. Малодетных семей практически не было. Все семьи были многодетные. И рожали много. Но совсем другой подход был. Женщина-то была где? Женщина была в семье. Она не бегала по офисам, не занималась менеджментом, не сидела на телефонах в колл-центрах и так далее. Женщина была в семье. Она была хранительницей очага, она рожала, она заботилась, воспитывала. А государственная система работала так, что муж её мог содержать их всех, даже на самом разном уровне. Высокопоставленный или простой рабочий, но им хватало денег, чтобы эту семью вырастить и прокормить. Может быть, мы начнем возвращать женщину в семью? У нас сейчас очень модно, да, высшее образование. Ну, супер, я люблю высшее образование, образование люблю вообще, да. Но скажите мне, пожалуйста, а надо ли... Вот я сейчас крамолу, наверное, скажу какую-то...
Кира Лаврентьева:
— Да, у нас сегодня такой разговор острый.
Александр Ульев:
— Да, ну раз вот вы меня спрашиваете, это мое частное мнение. А надо ли? Сколько девочек у нас не спят ночами, учатся в школе, отличницы, медалистки, потом они идут в этот институт, они его заканчивают, и дальше что? А что дальше?
Кира Лаврентьева:
— Нет, ну мозги, конечно, еще никому не помешали.
Александр Ульев:
— Мозги, безусловно, мозги даёт человеку Бог, образование человек выбирает себе сам. И только идеология. Посмотрите, почему рожают мусульмане? У них это заложено, это религиозный посыл, это идеология. У нас нет познания Бога, школа у нас совершенно не проповедует религию нашу православную, да? Школьники у нас совершенно отделены от этого, и мало семей на самом деле. Надо идти к Богу, ребята, надо познавать Его, надо молиться, надо доверять Богу. Вот с чего начинается семья, вот с чего начинается многодетная семья. Именно с этого.
Диакон Игорь Цуканов:
— Вот про доверие Богу я очень хотел спросить. Всё-таки доверие Богу — это такая вещь, которая, конечно, приходит с каким-то опытом.
Кира Лаврентьева:
— Свыше даётся.
Диакон Игорь Цуканов:
— Ну как свыше? Свыше всё даётся.
Кира Лаврентьева:
— Это тоже дар.
Диакон Игорь Цуканов:
— Всё даётся свыше.
Кира Лаврентьева:
— Это дар, это волей не возьмёшь.
Диакон Игорь Цуканов:
— Для этого некий опыт жизни нужен, мне кажется, и некоторая внимательность, наблюдательность. Потому что я вот по себе даже суммирую, что всё-таки опыт доверия Богу, он как раз не даётся априори. Обычно всё-таки ты какие-то вещи в своей жизни замечаешь, ты понимаешь, что это случилось совершенно не случайно. И ты понимаешь, к определённому возрасту, кто-то раньше, кто-то чуть позже, что вот Господь, Он не бросит, что Господь, вот Он такой, что Он тебя будет носить в руках буквально, ну, в ладошках Своих, и не бросит никогда. Но это вот как-то надо пережить. Вот у меня-то вопрос к вам, ну, в какой момент вы это... не то, что в какой момент. Ну, какой вот жизненный опыт вы сумели такой приобрести, что вы почувствовали эту заботу Божию, почувствовали... у вас родилось вот это доверие к Богу? Ведь это же тоже, ну, как-то, наверное, не в 20 лет случилось, что вы это почувствовали?
Александр Ульев:
— Ну, безусловно, в 20 лет там в голове-то еще не было ничего. Это случилось гораздо позже, это действительно случилось тогда, когда мы воцерковились, когда мы пришли в храм. Раньше, да, было понимание Бога, раньше мы могли, я, по крайней мере, еду на работу, зайду в храм. Вот что я туда зайду? Я не знаю, вот я зайду, мне почему-то хочется туда зайти.
Диакон Игорь Цуканов:
— Ну, как там спокойно, там свечки горят красиво.
Александр Ульев:
— Ну, я не знаю, понимаете, душа христианка, она хотела туда зайти, да? Я это себе еще не отдавал этот отчет, но тем не менее зайду в храм, постою. Один раз по дороге на работу я зашел, любил я храм, вот здесь на Воробьевых горах, зашел в момент литургии, и начали петь «Верую». Это потрясающе, на меня произвело такое впечатление. Вот, и я это настолько глубоко прочувствовал, да, вот это какое-то единение, когда люди и когда поют, я даже представить себе такое не мог. Вот, и потом уже спустя там несколько лет, вот как раз мы встретили того самого пастыря, да, вот с которого всё и началось, собственно, началась наша вера. Мы ничего не знали, мы не знали ни молитв, ни правил, ни правил к Причастию, ни постов, да мы вообще ничего не знали. Просто мы были два чистых листа, на нас можно было начинать писать всё, что угодно. Но он, по крайней мере, надо отдать ему должное, очень деликатно, очень тактично он начал у нас эту веру возрождать, да, вот так вот зарождать. Мы приходили на службы, мы исповедовались, он нас венчал, потом все следующие дети — это его крестные. Вот, то есть он нас пестовал весь этот жизненный путь, он очень строгий пастырь, он очень требовательный, да, он такой человек старой закалки, и фактически мы вот жили в этих рамках, да, во-первых, и его подвести нельзя, да, и Бога нельзя подвести. То есть уже каждый шаг, каждый свой жизненный день, что-то еще ты всегда сравниваешь. Как говорят раньше, да? Был муж праведный, ходил пред Богом, да? Вот мы ходили пред Богом. Я не говорю, что мы праведные, да? Но мы ходили пред Богом. И самое главное, я считаю, нам очень повезло, что ни я, ни Женя ни в коем случае не сомневались, никогда не колебались. Было, безусловно, трудно. Никто не говорит, что многодетная семья — это безоблачное существование, и все счастливо почивают, и всё. Конечно, это огромный, колоссальный труд. Но, не хвалясь, наверное, скажу, что, конечно, многое зависит от мужчины. Потому что мужчина здесь является не только, как бы он должен обеспечить быт, заработок, еду, одежду и так далее, но он всё равно должен быть неким мотором, локомотивом, который ведёт всё это семейство к Богу, как говорят, да? Малая церковь домашняя, да? Отец, муж, он священник, жена — диакон, да, а это наши прихожане. Ну, можете представить, как собрать, например, там, семь-восемь человек утром в воскресенье в храм, да? Это же надо встать, это же надо всех одеть, и чтобы они были одеты по-человечески. Вот такую модель, на самом деле, вот сейчас вот полностью повторяет наша дочь Александра, которая фермерша наша, да? Которая живет у нас в Клыково, да, там рядышком. Вот, и она абсолютно повторяет нашу модель, когда у неё все девчонки одеты в туфельки, в платьица. То есть она идёт в храм, ведёт их в храм, как на праздник. И, собственно говоря, так у нас это всегда было. Для нас поход в храм — это было событие, малая Пасха. Все дети должны быть нарядные, все должны быть в платьицах, мальчишки должны быть там в рубашках, в костюмчиках и так далее и тому подобное. То есть всё равно вот эту вот компанию надо как-то собрать, погрузить, проследить, чтобы она доехала до храма, не перепачкалась и так далее. Причем мы же ездили, мы же не ходили, у нас храма не было близко, вот там в пешей доступности, мы возили, мы ездили там, тогда жили в Апрелевке, и мы возили детей каждое воскресенье, каждый праздник на Арбат. Да, понимаете, это действительно был какой-то наш маленький подвиг. Но, опять-таки, я повторюсь, должен быть локомотив в виде отца, который вот эту всю компанию воодушевляет, организует, собирает, и вот они все вместе движутся.
Диакон Игорь Цуканов:
— И вдохновляет.
Александр Ульев:
— И вдохновляет, да. А, естественно, мамочка, она уже как диакон, она солирует, и как бы на своем уровне она уже ведет эту работу с детьми и так далее и тому подобное. Конечно, у нас были помощники, безусловно. Безусловно, потому что и по хозяйству, и нам помогали. Вот, тем не менее, тем не менее...
Диакон Игорь Цуканов:
— «Вечер воскресенья» на Радио ВЕРА, дорогие друзья, напоминаем, что у нас сегодня в гостях Александр Ульев, многодетный отец, православный предприниматель. У микрофона Кира Лаврентьева. Я — диакон Игорь Цуканов. Мы вернемся в студию буквально через несколько секунд. Пожалуйста, не переключайтесь.
Кира Лаврентьева:
— «Вечер воскресенья» на Радио ВЕРА продолжается. Здравствуйте еще раз, дорогие друзья. Напоминаю, что у нас в гостях Александр Ульев, многодетный отец, бизнесмен. У микрофонов диакон Игорь Цуканов и Кира Лаврентьева. В первой части мы, конечно, очень животрепещущие темы обсуждали, о многодетной семье говорили, о важности рождения детей, если Господь дает, и в общем, всем таком интересном. Но знаете, что, Александр Юрьевич, я хотела вас спросить о чём? Где-то в переходном возрасте или в предпереходном, может быть, раньше, ты уже в какой-то момент, во всяком случае, вот у первых детей, ты уже начинаешь замечать, где ты, ну, где ты проштрафился, где ты недосмотрел, недорассказал, недодал, может быть, где-то они с тебя взяли не то, что нужно было взять. То есть ты видишь вообще все твои косяки. Вот для меня лично это просто жуткий кризис был, когда я увидела двух старших мальчиков, где реально мы с мужем просто просмотрели, прошляпили, а мне казалось, что я все делаю по книжкам, и вообще я молодец.
Диакон Игорь Цуканов:
— Хочется сказать: дети, закройте уши.
Кира Лаврентьева:
— Да-да-да. И я резко начала, в общем-то, нагонять что-то, где-то им объяснять. А уже всё, в каком-то возрасте это уже поздно. Это как шлюзы подводной лодки, они закрываются, и ребёнок уходит в пубертат. И всё, что ты там ему говоришь, это просто шум. Вот этот белый шум, который ему вообще совершенно неинтересен. Но с вашей женой, когда я обсуждала эту тему, она сказала: главное, не потерять себя. Ты должна сама не уйти в такой кризис самобичевания и чувства вины, тогда это уже точно никому не поможет, ни им, ни тебе. Но, тем не менее, вопрос так себе никуда не уходит, когда ты видишь, где ты не додал, где реально пробелы твоего воспитания. Вот вы с этим вообще, как справляетесь? Есть ли у вас вообще такая проблема? Стоит ли она перед вами? Видите ли вы, ну, косяки, грубо говоря молодежным языком, своего воспитания? И что с этим делать, если эти косяки, ну, действительно, прям в глаза бросаются? Порой тебе же самому.
Александр Ульев:
— Безусловно. Во-первых, мы же не в вакууме живем. Мы живем в обществе. Живем в столице. Мы живем в эпоху интернета, да, в конце концов. Вы знаете, ну, отец диакон, наверное, не даст мне соврать. Он же и с духовенством общается, и у людей исповедь принимает. Наверняка есть такие человеческие проблемы, которые так или иначе обезличенно обсуждаются среди духовенства, ведь влияние тлетворное влияние мира, оно всё равно сказывается на всех, будь ты верующий, будь ты неверующий и так далее. Естественно, вот это вот, скажем так, даже не знаю, какое слово подобрать, всё равно это вползает так или иначе. Ты можешь здесь перекрыть, здесь ты можешь закрыть, предостеречь, но всё равно это вползает так или иначе. Даже вот в телефоне ты ищешь какую-то информацию или в компьютере, тебе навязчиво может вылезать не пойми чего, какое-то непотребство, все мы с этими сталкиваемся. Естественно, наши детки, они, конечно, подвержены этому, они подвержены этому влиянию, но я хочу сказать, очень важно обратить внимание всех наших слушателей на очень важную вещь. Чтобы наши дети не болели, мы им делаем прививки медицинские, вот от той болезни, от сей болезни и так далее. Я всегда говорю всем своим людям, с которыми я общаюсь: причащайте детей с малых ногтей, с малого возраста. Вот у нас дети практически все, кроме старших, причащались с первого дня. И причащались они каждое воскресенье. Опять-таки, дайте Богу действовать. Господь должен действовать там, где вы бессильны, где вы не можете этого сделать. Господь управит. Это абсолютно точно. И даже если ребенок в малом возрасте был в храме, причащался, наступает, бывает очень часто, наступает период какой-то, знаете, охлаждения, когда захлёстывают соблазны мира сего, он начинает познавать там то-то, сё-то, ему мальчишки или девчонки рассказали об этом, о том, о сём, и у него начинается немножко, ну, скажем так, противоречивое...
Кира Лаврентьева:
— Расколбас.
Диакон Игорь Цуканов:
— Да. Ну, я не могу на радио применять такие слова. Если позволите, я буду. Конечно, им очень сложно. Да, он здесь слышит одно, ему говорят одно, а там совершенно другое, да? Он видит в семье одно, там происходит совершенно другое. Но в любом случае, в любом случае Господь должен действовать. И та самая прививка, которую он получил в малом возрасте, она все равно будет работать. Она всё равно будет защищать этого ребёнка. Но ошибки есть, но для этого есть мы, для этого самое главное, что есть у родителей, особенно у матери. Кира, что есть у матери? Самое главное оружие матери?
Кира Лаврентьева:
— Любовь.
Александр Ульев:
— Это молитва.
Кира Лаврентьева:
— Да, ну, конечно.
Александр Ульев:
— Материнская молитва достаёт со дна моря. Вот понимаете, я всем и вам, и всем другим хочу сказать, что молитесь за ваших детей. Там, где вы бессильны, там, где вы не можете уже своим авторитетом, своими словами, своими поступками или еще чем-то переубедить ваше чадо, молитесь, молитесь Богу, и Господь будет отвечать на ваши молитвы. Безусловно, мы хотим, чтобы все получалось по щелчку, сегодня помолились, завтра он пришел шелковый и сказал: «Мама, я тебя люблю, я был в неправ», это нет. Не бывает. Во-первых, испытания нам посылает Господь тоже не случайно. Для того, чтобы мы, наверное, вот как вы говорили, косяки свои осознали. Может быть, мы эти косяки и не осознавали, мы такие белые, пушистые, такие правильные, всех воспитываем и так далее. Но вот эти косяки вылезают в детях, мы их начинаем видеть. Значит, первый повод нам покаяться самим, да, и просить у Бога врачевать наши старые грехи, наши старые раны. И вот это врачевание, оно так или иначе отразится потом и на воспитании, и на всём. И надо иметь, безусловно, терпение, надо иметь терпение, такт. Оттолкнуть ребёнка можно очень быстро. Можно пытаться вязать узлы, можно пытаться там, да, закручивать гайки и так далее. Безусловно, иногда это помогает, иногда это нужно сделать, но здесь это должен родитель сам чувствовать, в какой момент и что применить. А иногда нужно просто доброе слово, терпение. Вот так вы смотрите, да. Я всегда привожу пример, притчу о блудном сыне. Отец же не свернул его в бараний рог, своего блудного сына. Он же не посадил его на цепь и не сказал: «Никуда ты не пойдешь, ты будешь сидеть дома и выполнять то, что я тебе скажу». Нет. Он дал ему наследство и сказал: «Вперед, сынуля, гуляй, а я посмотрю, что это будет». Вот только на собственном примере этот блудный сын, походив, набив себе шишек, вернулся домой с покаянием. Это великолепная вообще притча, о которой я очень часто упоминаю. Ну, наверное, как-то так.
Диакон Игорь Цуканов:
— Вот когда есть в семье много детей, то однозначно, что никогда не бывает так, что ты кого-то любишь больше, кого-то меньше. Любовь, она действительно делится на всех, вот сколько бы их ни было. Но вот со временем не всегда так бывает. То есть время иногда чувствуешь, что не додаёшь. Вот, ну, внимание какого-то, времени, да? Может быть, ты о них молишься, но им же нужно ещё, чтобы поговорить, а вот поинтересоваться, как дела, что-то обсудить, куда-то вместе сходить. Вот мне кажется, что в многодетной семье это иногда становится таким узким местом. Вот как вы с этим справляетесь? У вас восемь детей.
Александр Ульев:
— Вопрос интересный, конечно, безусловно. Конечно, проще, когда они все маленькие. Когда они все маленькие, у них интересы примерно одинаковые. Ты их можешь в охапку собрать и пойти с ними куда-нибудь в зоопарк или на аттракционы или еще куда-то и так далее. Потом, по мере возрастания, конечно, у всех становятся интересы.
Диакон Игорь Цуканов:
— А я с вами не пойду. А я пойду. А я с друзьями.
Александр Ульев:
— А я с друзьями, да. Ну, надо тоже уважать волю ребёнка.
Диакон Игорь Цуканов:
— Ну, да.
Александр Ульев:
— Если он не хочет с нами идти, ну...
Диакон Игорь Цуканов:
— Нет, ну, понятно. Но вот, тем не менее, общение, оно должно сохраняться, да? И иногда ты чувствуешь, что его не хватает. И ребёнок чувствует.
Диакон Игорь Цуканов:
— А вы знаете, я могу маленький совет сделать, дать, наверное, какой-то. Ну, устраивайте семейные обеды или семейные ужины. Не просто там в день рождения кого-то, устраивайте просто, там, дорогие дети, у нас сегодня семейный ужин. Пожалуйста...
Диакон Игорь Цуканов:
— Всем быть.
Александр Ульев:
— Ну, грубо говоря, приглашаются все, да. И почему бы там всем не посидеть, как раз не поговорить и так далее. Вы знаете, вот наша семья устроена очень просто, но я всегда устраиваю эти семейные ужины, я жду всегда всех, и всех люблю и жду. Конечно, мне очень нравится, когда мы вот сядем, и вот мы видим, как вот они были маленькие, потом они побольше, побольше, побольше, сейчас уже все прочти, все взрослые. Но у нас обычно кулуарные беседы происходят с мамочкой. Дети так вот к ней приходят по одному, бывает вдвоем и так далее. Они любят с ней пошептаться, поговорить. Она их послушает, что-то скажет и так далее. Со мной, наверное, это бывает сложно сделать, потому что я в большей части, наверное, либо на работе, либо занят, но я по-другому решаю этот вопрос. Я, например, мальчишек организую, и они мне помогают по хозяйству, по дому, еще что-то и так далее. Например, со старшим сыном, он сейчас служит в армии, например, он работал со мной, да, перед армией, ну, достаточно долго он работал, набирался опыта какого-то, и мы с ним даже в командировки ездили, то есть он со мной находился вот 24 часа в сутки, что называется, да. Мы и отдыхаем вместе, и работаем вместе, и в перелетах, переездах вместе, и так далее, и тому подобное. Это самая лучшая форма разговора, когда мы можем обсудить всё, мы можем то, он увидит это, увидит всё, мы поговорим. Вот это как бы неразрывная связь отца и сына. И сейчас, пока он в армии, например, два других, один постарше, другой помладше. Например, его место занял Юра, и он уже чувствует себя старшим, и он многие вещи, которые делал Гриша до армии, он уже делает, помогает. И вот вы знаете, они всё равно же общаются друг с другом, и так или иначе они рассказывают, а вот мы там с отцом поговорили об этом, об том, о сём, о пятом, десятом, так или иначе. Вот, так что у нас как бы, как замполит в армии, да, у нас за идеологию отвечает жена Евгения, я отвечаю за всё остальное. Понимаете, ну вот как-то так сложилось, сложилось. Безусловно, у нас тоже есть проблемы, они были. И с какими-то проблемами нам удалось справиться. Опять-таки, вот это тлетворное влияние окружающей среды, и соблазны, и всё прочее. Но, тем не менее, молитва, Причастие, так или иначе, за Бога надо держаться не только руками, ногами, всем сердцем. Вот надо, чтобы Он всегда был рядом с тобой.
Диакон Игорь Цуканов:
— Но заповедь не случайна же, да? «Возлюби Господа всем сердцем, всею душою твоей, всем разумением твоим, всею силой, крепостью твоей», да? Да. Так и есть.
Диакон Игорь Цуканов:
— Друзья, «Вечер воскресенья» на Радио ВЕРА. Сегодня у нас в гостях Александр Ульев, многодетный отец, предприниматель, православный человек. У микрофона Кира Лаврентьева, я диакон Игорь Цуканов.
Кира Лаврентьева:
— Александр Юрьевич, тяжело мне задавать этот вопрос, но я, конечно, не могу его не задать, потому что очень люблю вашу семью, давно, близко, как-то всё-таки включена в историю Жени, и не могу об этом не спросить, почему, потому что очень многих это может укрепить, ваш пример. Несколько лет назад в вашу семью пришло испытание в виде болезни вашей супруги, болезни тяжелой, из которой она с Божьей помощью все же смогла выкарабкаться с помощью ваших молитв, с помощью молитв вашего духовника, множества тысяч других людей, детей. И, конечно, это было большое испытание. Женя не раз об этом рассказывала в интернет-пространстве и здесь у нас на Радио ВЕРА. Но, конечно, нам хочется поговорить об этом с вами, как с человеком, который действительно глава семьи в полном смысле этого слова. Тут даже никаких сомнений не возникает и в духовном, и в физическом, и во всяческом. И, конечно, хочется спросить: как вы с этим справлялись, как вы смогли это испытание преодолеть и как муж, и как отец, и как христианин? Были ли какие-то вопросы к Богу? В общем, если можно, поделитесь, пожалуйста.
Александр Ульев:
— Ну, безусловно, период был сложный, и я считаю, что это тоже было испытание какое-то, да? Испытание нашей веры, нашего доверия Богу. Но я вам хочу сказать, как праведный Иов сказал своей жене: «Неужели мы хорошее из рук Бога принимали, а плохое не примем?» Не было сомнений, ни секунды никто не сомневался, ни дети, ни я. Мы не колебались. Да, постигла беда, постигло горе, но мы собрались. Отец Илий сказал тогда Жене, что дети тебя вымолили. Они устроили такое, ну поскольку они в разных местах находятся, они устроили такой, как это называется, чат, не чат, молитва по согласию. И они молились за маму. Я тоже вооружился молитвой. Я до сих пор продолжаю молиться. Я просил «Всецарицу», я молил «Всецарицу», Пресвятую нашу Деву Богородицу, читал акафист практически каждый день, да и сейчас я продолжаю это делать. Ну вот, Господь услышал наши молитвы, слава Богу, и, безусловно, тяжело, безусловно, было тяжело, но, не знаю, мы как-то не унывали, мы надеялись, что Господь управит, но мы были готовы, конечно, ко всему. Особенно переживали маленькие, в то время еще там маленький у нас, самая младшая Василиса. Вот переживала она очень сильно, она и до сих пор переживает сильно. Ну ничего, слава Богу, мы как-то... не произошло никакого разлада в нашей семье, никто не сказал, что «ах, вот ты какой Бог, да, вот мы Тебе тут и так, и сяк, а Ты нам вот такую вот беду послал». Нет, ни в коем случае, ну слава Богу, слава Богу, что так произошло, конечно, есть последствия, есть паллиатив, вот есть как бы последствия вот этого самого лечения, но это уже неизбежно, никуда не денешься, да мы учимся с этим жить, но слава Богу Женя, моя супруга, она, можно сказать, обрела второе я, второе дыхание. Да, и вот она сейчас помогает людям.
Кира Лаврентьева:
— Да, это действительно так.
Александр Ульев:
— Она помогает людям, и к ней часто обращаются люди, которые вот только-только узнали о своей болезни. Она им что-то рассказывает, как-то поддерживает и так далее. И, безусловно, она вот нашла себя, и как бы Господь дал ей новую стезю, новое поприще, где она в качестве православного психолога помогает людям выбраться из разных жизненных ситуаций. Ну, я считаю, что я ее благословил тоже на это поприще, да. Людям надо помогать, люди должны чувствовать, что есть поддержка. Тем более, что профессиональных таких вот православных психологов-то у нас практически нет. Люди пытаются это как-то все врачевать с научной точки зрения, но я считаю тоже, что без духовной составляющей очень сложно это делать.
Кира Лаврентьева:
— Александр Юрьевич, а что вы скажете про любовь в браке, когда люди очень давно вместе живут? Сейчас модно говорить о кризисах, о кризисах в среднем возрасте, об усталости какой-то, о бытии, о детях маленьких с их вечными проблемами, финансовых трудностях, ну и так далее. У каждой семьи свои проблемы, а у вас еще и вот это испытание, которое вообще, наверное, все перекрывает, все перечисленное. Но, тем не менее, кризис семьи, кризис семейных отношений, неумение любить, это особняком стоит, наверное, сейчас в наше время. Это проблема нашего времени. Мы все очень сконцентрированы на себе. Да, и действительно, проблема с любовью, в том числе супружеской, мне кажется, это одна из самых больших проблем нашего времени. Вот что вы думаете об этом?
Александр Ульев:
— Я думаю, что мужикам надо перестать себя жалеть. Да и женщинам тоже. Не надо себя жалеть. Супружество — это, помимо удовольствия, это большой труд. Это каждодневный, каждоминутный труд. Любовь — это вообще такая штука, которую надо всё время подогревать. Она должна гореть. Если вы видите, что пламя вашей любви каким-то образом угасает, значит, надо что-то предпринимать в этой связи.
Кира Лаврентьева:
— Ну вот что мужчина может предпринять в этой связи, если давать практические советы? Топ-3 практических советов. Если через 25 лет семейной жизни вы чувствуете, что любовь угасает, дети выросли, ушли из семьи, вы остаётесь всё чаще вдвоём, и как-то уже привыкли быть с детьми, и тут, конечно, и поджидает искушение начать новую жизнь.
Диакон Игорь Цуканов:
— Так начните её вместе с своей женой. Вам уже больше никто не мешает. Дети ушли, вы совершенно спокойны. Наконец-то вы можете не опасаться, что кто-то вас застанет врасплох, например, за вашим поцелуем или за вашими объятиями. Но начните новую жизнь, кто вам мешает. Понимаете, в чём дело? Мне всегда удивляло, когда люди пытались найти счастье на стороне. Казалось бы, вот твоя верная подруга, тот человек, которого ты полюбил, и вдруг ты разворачиваешься и покидаешь её, да? И идёшь искать счастье на стороне. Мне это было всегда...
Кира Лаврентьева:
— Да не дай Бог, конечно.
Александр Ульев:
— Мне это всегда было непонятно. Но, опять-таки, союз двух людей, да, здесь должны работать оба. Не только мужчина должен там как уж виться вокруг своей жены и там задаривать ее и подарками можно, и цветы, и знаки внимания, и так далее. Но надо освежить каким-то образом свои чувства, надо говорить о своей любви, надо говорить о том, что ты восхищаешься своей половиной, что ты ее до сих пор любишь, и она самая главная в твоей жизни. Ну, здесь рецепта единого не существует для всего, да, их может быть миллион. Но, тем не менее, два человека, два человека. Это не противление сторон, да. Если люди готовы идти на диалог, да, то тогда всё получится. А если один упёрся там и говорит, всё, мне всё надоело, дети выросли, отвали от меня, то ничего не получится.
Диакон Игорь Цуканов:
— Есть такое вот распространённое представление о многодетности, что многодетность, она либо для очень богатых людей, ну, то есть, что вот для того, чтобы содержать большую семью, там папа должен быть каким-нибудь там таким очень успешным бизнесменом, олигархом. Ну, либо это для совсем маргинальных людей, которым, ну, вообще ничего не надо, они готовы там в коробках, условно говоря, там спать.
Александр Ульев:
— Социально безответственные люди, грубо говоря. Ну, это вообще безобразие. Я, простите, отче, меня так коробит всегда, когда так говорят.
Диакон Игорь Цуканов:
— Это не я говорю, это я, так сказать, воспроизвожу.
Александр Ульев:
— Да, я понимаю, да. Просто моя ремарочка, я прошу прощения.
Диакон Игорь Цуканов:
— Ну вот, я и хотел попросить как раз как-то поспорить, да, с этими двумя такими крайними утверждениями, но всё-таки очень распространёнными.
Александр Ульев:
— Ну, заблуждений в нашем обществе очень много. Люди просто не понимают, что говорят, на самом деле. Вот среди наших знакомых, да у нас все многодетные семьи. У нас даже шутка такая есть: кого будем звать на день рождения? Вот. И говорит, да кого вот, позовем там Ульевых, и там Степаничевых, или там Поставаловых. И такая ремарка: ну да, оркестр и футбольную команду, да, больше никого звать не будем. То есть, семья многодетная, вы понимаете, их много, и детей много, и так далее. Да у нас все, наши кумовья, наши знакомые, у нас все имеют минимум 5-6 детей, ну нету таких, это вот пошло с храма, да? Молодые люди разного достатка. У кого-то там денег через край, у кого-то денег, ну вот, человек получает зарплату, да, и больше нет, но тем не менее. У нас есть знакомые, которые, более того, берут ещё детей из детских домов, понимаете, в чём дело? Это не от избытка. Деньги, они помогают, но это не самый главный мотиватор. Конечно, хорошо, когда ты не задумываешься, ты достаёшь из кошелька и можешь покупать там что угодно, да? Себе, своим детям и так далее, но тем не менее. Я, например, среди многодетных семей, ну вот как вы говорите, да, безответственных, маргинальных я не встречал. Потому что многодетность, это всё равно ответственность, это всё равно попечение об этих детях, это забота, это труд, это величайший труд, понимаете? Женщина спасается чадородием, рождением детей, это всегда об этом, и святые отцы говорили, и старцы наши говорили. Я не согласен с этим выражением. Ну и что? Да, у кого-то есть такой достаток, у кого-то есть другой достаток. Ну и мало ли, что идёт ребёнок не в нарядном каком-то платье от «Версачи», да, а идёт в каком-то простом ситчике, да. Ну и что? Ну и что? Это дети, это люди Божьи, понимаете, их дал Господь. И наоборот надо восхищаться этими людьми, что они не пошли, не пошла эта мамочка делать аборт, понимаете, а родила этого ребёнка. Ведь проблемы абортов-то её никто не снимал. Я не знаю, по ОМС сейчас делают аборты?
Кира Лаврентьева:
— До сих пор, еще не вывели.
Александр Ульев:
— Вы представляете, какой диссонанс? С одной стороны, у нас президент говорит, что семья — это опора нашего общества, нашей страны, многодетность и все прочее. А с другой стороны, мы за государственные деньги убиваем своих детей. Ну, это вообще безобразие какое-то. И только церковь говорит о том, что это грех, что это убийство. И вы сами знаете, вы люди уже взрослые, что ни одна женщина, ну я, по крайней мере, таких не встречал, чтобы никто не жалел об этом. Рано или поздно это всё равно тоска, эта безысходность возвращается, и люди просто оплакивают это своё действие, понимаете? Ну вот и всё. Вот таким вот образом. И ведь многодетность, да, это как модель, ведь я вот вам не случайно в начале эфира переслал этот пост совершенно потрясающий, я читаю, нашего пророка, отца Андрея Ткачёва. Как раз о многодетной семье, да? И он говорит там о том, что...
Кира Лаврентьева:
— О роли мужчины.
Александр Ульев:
— Ну, там как таковой, я сейчас хочу сказать о другом. Многодетная семья либо как модель у людей, вот он видит в детстве, что есть папа, мама, есть много детей там и так далее, либо большая любовь. Вот он приводит два варианта создания многодетной семьи, да? Либо это модель... Ну, к сожалению, да, мы выросли... Нас было двое детей в семье. Мама овдовела очень рано. Воспитывала нас, поднимала двоих с сестрой. Супруга моя была одна в семье, да? То есть у нас не было такой модели. Но у нас была любовь. Понимаете, у нас была любовь, и там как раз как пишет отец Андрей, и я с ним очень согласен на эту тему, но мужики-то должны быть заряжены на то, чтобы сделать так, чтобы ваша половина была счастлива. Чтоб она доверяла, чтоб она чувствовала в тебе опору, поддержку. Не обязательно строить золотых замков, да? Не нужно. Но надёжность, верность, вот это самое главное.
Кира Лаврентьева:
— Опора какая-то, да?
Александр Ульев:
— Опора, да, и основа семьи. Безусловно.
Кира Лаврентьева:
— Прекрасные слова для завершения программы. Огромное спасибо за этот разговор, Александр Юрьевич, огромное спасибо за вашу искренность, глубину и действительно ответственность, которую вы несете и за свою семью, и за свою жену, и за людей, которые возле вас. Спасибо вам огромное за честность. Дорогие друзья, в гостях у светлого радио был Александр Ульев, бизнесмен, многодетный отец. О бизнесе мы не успели сегодня поговорить, уж очень интересные у нас были темы про детей, про семью, про многодетность. Обязательно еще поговорим. У микрофонов были диакон Игорь Цуканов и Кира Лаврентьева. Мы прощаемся с вами до следующего воскресенья. Всего вам доброго и до свидания.
Диакон Игорь Цуканов:
— С Богом!
Все выпуски программы: Вечер Воскресенья
Первое послание к Коринфянам святого апостола Павла
![Апостол Павел](https://radiovera.online/wp-content/uploads/2018/03/Apostol-Pavel.jpg)
«Апостол Павел». Рембрандт (1606–1669)
1 Кор., 141 зач., IX, 2-12.
![](https://radiovera.ru/wp-content/uploads/2019/05/Pavel-Velikanov-1024x696-240x240.jpg)
Комментирует протоиерей Павел Великанов.
Здравствуйте, с вами протоиерей Павел Великанов. Вас когда-нибудь смущало, когда вы узнаёте, что некий знакомый — вполне успешный, здоровый, красивый молодой человек — вдруг всё оставляет и уходит в монашество? Если да, то отрывок из 1-го послания апостола Павла к Коринфянам — именно для вас! Давайте послушаем 9-ю главу, которая сегодня читается в храмах во время богослужения.
Глава 9.
2 Если для других я не Апостол, то для вас Апостол; ибо печать моего апостольства — вы в Господе.
3 Вот мое защищение против осуждающих меня.
4 Или мы не имеем власти есть и пить?
5 Или не имеем власти иметь спутницею сестру жену, как и прочие Апостолы, и братья Господни, и Кифа?
6 Или один я и Варнава не имеем власти не работать?
7 Какой воин служит когда-либо на своем содержании? Кто, насадив виноград, не ест плодов его? Кто, пася стадо, не ест молока от стада?
8 По человеческому ли только рассуждению я это говорю? Не то же ли говорит и закон?
9 Ибо в Моисеевом законе написано: не заграждай рта у вола молотящего. О волах ли печется Бог?
10 Или, конечно, для нас говорится? Так, для нас это написано; ибо, кто пашет, должен пахать с надеждою, и кто молотит, должен молотить с надеждою получить ожидаемое.
11 Если мы посеяли в вас духовное, велико ли то, если пожнем у вас телесное?
12 Если другие имеют у вас власть, не паче ли мы? Однако мы не пользовались сею властью, но все переносим, дабы не поставить какой преграды благовествованию Христову.
В сегодняшнем апостольском чтении многократно повторяется одно и то же слово — «власть» — по-гречески — εξουσία. В прямом смысле слова «власть» — это законное право или способность действовать. Но апостол Павел не просто так использует это слово снова и снова именно в своих риторических вопросах: тем самым он хочет особо подчеркнуть нечто крайне важное. Что же именно — давайте разбираться.
Ни для кого не секрет, что среди остальных апостолов Павел стоял «не в ряду», сильно выделяясь. Он единственный происходил из фарисеев, духовной элиты, ученик Гамалиила — ещё бы не отличался от простых рыбаков и сборщиков податей! Но, кроме этого, Павел ещё и вёл себя... подозрительно: он не был женат, старался не обременять своих слушателей сборами для своих личных нужд, предпочитая зарабатывать самостоятельно — и в целом вызывал скорее раздражение у апостолов, чем радостное принятие. Причина — непривычная широта взглядов вместе с самым настоящим радикализмом. Неудивительно, что это вносило определённую тональность в его деятельность. И перед нами — фактически оправдательная речь перед теми, кто смущается его поведением, нетипичным даже для первых христиан.
Апостол Павел мудро и деликатно в форме вопрошаний озвучивает «висевшие в воздухе» вопросы к нему — и даёт ясный ответ: да, всё правильно, все эти вопросы — совершенно правомочны. Но — есть одна маленькая деталь. Он существенно повышает планку личной праведности с единственной целью: не дать повода тем, кто хотел бы усмотреть в его проповеднической и миссионерской деятельности всего лишь... разновидность «бизнеса на духовной тематике». У него есть право — такое же, как и у всех других проповедников, — иметь супругу, питаться от пожертвований, пользоваться гостеприимством — и всё это ни разу не зазорно. Но он переступает через все эти свои права не потому, что они — ущербны или неправильны — а только потому, что не хочет дать даже малейший повод для «претыкания» тем, кто эти поводы с удовольствием отыскивает.
Пример апостола — хороший повод для нас задуматься, на самом ли деле мы готовы также бережно относиться к тем, кто находится вне всякой религии и веры — пытаясь искренне понять, обо что именно прежде всего спотыкаются эти люди, начиная смотреть в сторону Церкви Христовой?..
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Поможем Соне и другим подопечным Марфо-Мариинской обители
![](https://radiovera.ru/wp-content/uploads/2024/09/Soberi-rjukzak-dobra-1-322x480.png)
Соня с трёх лет живёт в Елизаветинском детском доме. Это благотворительный проект. Находится он в Марфо-Мариинской обители милосердия в Москве. В этом месяце Соне исполняется 11 лет. Она заботливая и внимательная девочка, всегда опекает младших и старается помочь взрослым — и салат на обед приготовит, и общую игру организует, и комнату в порядок приведёт. Настоящая помощница воспитателям!
Одно из её любимых увлечений — вязать крючком. Причём вязать Соня может и на детской площадке, и в метро, и в кровати перед сном. У неё всегда под рукой крючок и моток ниток. Ещё девочка с удовольствием осваивает швейную машинку, плетёт из бисера и вышивает.
Сотрудники Елизаветинского детского дома занимаются всесторонним развитием детей, поддерживают их интересы и обеспечивают всем, что нужно для творчества и учёбы.
На днях Соня вместе с другими девочками из детского дома отправилась в школу. И сейчас перед воспитателями стоит важная задача — приобрести на весь учебный год тетрадки, книги, ручки и многое другое. Но без помощи им не обойтись.
Сегодня на территории Марфо-Мариинской обители помимо Елизаветинского детского дома, работает ещё несколько социальных проектов. В каждом из них есть маленькие и юные подопечные, которым важна поддержка — это ребята с инвалидностью, сироты и дети из малоимущих семей.
Чтобы подготовить их к школе обитель милосердия ежегодно проводит акцию «Собери рюкзак добра». В этом году её участниками стали 268 детей, и вы можете их поддержать. Переходите на сайт: https://rukzakdobra.ru/ и сделайте любой благотворительный взнос.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«11-е воскресенье по Пятидесятнице, Сретение Владимирской иконы Богородицы». Прот. Федор Бородин
![](https://radiovera.online/wp-content/uploads/2024/06/Protoierej-Fedor-Borodin.jpg)
В нашей студии был настоятель храма святых бессребреников Космы и Дамиана на Маросейке протоиерей Федор Бородин.
Разговор шел о смыслах богослужения в ближайшее воскресенье, о празднике Сретения Владимирской иконы Богородицы, об Усекновении главы Иоанна Крестителя, о церковном новолетии (индикте), о праздновании Положения честного Пояса Пресвятой Богородицы, а также о днях памяти благоверного князя Даниила Московского и мучеников Адриана и Наталии.
Ведущая: Марина Борисова
Все выпуски программы Седмица