«10-летие проекта «Вера и Фома». Алексей Князев, Елена Мацан

Гостями программы «Пайдейя» были: писатель, сценарист, одна из авторов детской аудиоэнциклопедии «Вера и Фома» Елена Мацан и редактор этого проекта Алексей Князев.

Мы говорили о том, как в 2016 году начинался проект «Вера и Фома», о том, как темы о святых и о христианстве соединяются с темами о светских исторических личностях и событиях, а также о том, как появились выпуски, посвящённые темам из школьной образовательной программы.

«Вера и Фома» — проект, который помогает детям расти нравственными и социально ответственными личностями, обладающими уважением к другим людям и к своим корням.

Использованный игровой формат для передачи жизненных представлений о добре и зле позволяет детям узнать основы христианства и сформировать христианские ценностные установки и поведение. Это помогает детям легче усваивать материал, делает процесс обучения интересным и увлекательным.

«Вера и Фома» объединяет образовательную и духовную составляющие. Инновационный подход к образованию и воспитанию детей позволяет заложить в них ценности, необходимые для жизни в современном мире. Контент разработан православными педагогами и профессиональными авторами, что гарантирует его практическую значимость и актуальность.

За каждым выпуском программ стоят авторы, редакторы, режиссёры и звукорежиссёры — те, благодаря кому истории звучат по-настоящему тепло.

О команде, которая делает проект «Вера и Фома».

Ведущие: Анна Леонтьева, Сергей Платонов

---

Сергей Платонов

— Дорогие друзья, в эфире программа Пайдейя. Этим красивым словом греки называли целостный процесс образования и воспитания. О том, как образование может помочь человеку на пути к достижению идеала и раскрытию образа Бога, мы будем сегодня говорить. Напомним, что беседы мы организуем совместно с образовательным проектом «Клевер Лаборатория», который объединяет учителей, руководителей школ, детских садов, родителей и всех тех, кто работает с детьми и занимается их духовно-нравственным развитием. У микрофона Анна Леонтьева и Сергей Платонов. В гостях у нас Елена Мацан, писатель-сценарист, один из авторов проекта «Вера и Фома». А также Алексей Князев, редактор проекта «Вера и Фома». И, как, наверное, уже все догадались, сегодня будем говорить о проекте «Вера и Фома». Здравствуйте.

Анна Леонтьева

— Добрый день, дорогие.

Алексей Князев

— Здравствуйте.

Елена Мацан

— Здравствуйте.

Анна Леонтьева

— Ну что, начнем, наверное, с самого начала. Когда мне рассказали про грядущий проект «Вера и Фома», про то, что дети будут приходить к дяде Мише и при помощи пёсика перемещаться в пространстве и во времени, таким образом мы расскажем детям о библейских событиях, о каких-то евангельских событиях, о святых, я подумала, какая чушь. Это просто не может быть, потому что это будет либо какой-то китч, либо это просто будет очень тяжело.

Сергей Платонов

— Либо будет очень быстрый проект, который быстро закончится.

Анна Леонтьева

— Да, не начавшись. Алексей, расскажи, пожалуйста, как это всё начиналось, откуда такая идея пришла и как вы это придумали?

Алексей Князев

— Начну с того, что когда-то я занимался совершенно другими вещами, я на радио другими проектами занимался и работал на них. Для меня эта история с Верой и Фомой была совершенно непонятным заданием. Нам дали, мы думали, что сейчас мы попробуем, и то ли получится, то ли нет. И даже если не получится, будет здорово, у нас так много важных дел, которыми мы занимаемся, еще это отвлекает, какая-то непонятная история. И вдруг неожиданно оказалось, что это важно, это задание достаточно серьезных людей, и связано это было — не знаю, рассказывали мы про это или нет — с неким интересом, проявленным замечательным человеком по имени Алексей Захаров. У него была дочка Серафима, она есть сейчас. Он хотел для своей дочери сделать программу по аналогии с некой аудиоэнциклопедией, в которой будут даваться ответы на любые вопрос, на любые буквально. Сделать ее нам казалось, с одной стороны, интересно, и даже это был для нас вызов, а с другой стороны, мы не понимали, как к этому подступиться. Хотя, естественно, мы знали, что есть некие образцы существующие. Но это же надо было рассказывать о вере, о достаточно сложных вопросах. Алексей Захаров сразу высоко поднял планку, это должны быть любовь, смерть, ангелы, Бог, Троица, Творение мира. Это рассказывать ребенку, которому еще нет шести лет. Мы не понимали, как это сделать. Первые пробы совершались, над этим работал Алексей Таржанов, продюсер нашего проекта, Сергей Мантуров, звукорежиссер. Они сначала в хорошем смысле этого слова колдовали, что-то пытались сделать. При этом параллельно писался первый сценарий, в котором, сразу скажу, не было никакой собаки, то есть не было перемещения в пространстве и времени. Был просто разговор пожилого человека, доктора Михаила Гавриловича и двух детей. Причем под разговорами подразумевалось, что это будет довольно длинные, долгие диалоги на разные темы. Первоначально реплики Михаила Гавриловича занимали по полстраницы. Такая лекция на тему, что такое Троица. Дети, естественно, задавали какие-то вопросы. Первые сценарии были огромные, и в них были, скорей, академические исследования на разные вопросы. Когда мы повернули в другую сторону, появилась концепция возможной реальности, это была третья программа «Ангелы и архангелы». В тот момент наш главный сценарист, который занимался вначале всем этим, Наталья Харпалёва, предложила: давайте перемещаться во времени и в пространстве. Каким образом? Ну, вот таким, и была выдвинута концепция возможной реальности. А что такое возможная реальность? Это когда мы увидим, как было всё на самом деле, а как могло быть. Сначала мы представляли себе таким образом, что на основании тех знаний, которые есть у наших героев, формируется мгновенно некий слепок их знаний, он превращается в некую метавселенную. Что-то такое, куда они перемещаются, как в кино или в компьютерной игре, и мы оказываемся в тех местах, в тех событиях, которые нас интересуют. Но, принципиальный момент, который мы сразу подчеркивали, мы увидим всё не так, как было на самом деле, а как могло быть. Любой исторический роман, любой фильм — это фантазия в некотором смысле.

Анна Леонтьева

— Конечно.

Алексей Князев

— Мы не можем уверять, что всё было именно так. Даже историки зачастую о каких-то событиях спорят и не могут договориться, как проходила та или иная битва иди другое событие. А здесь ответственность какая большая, мы рассказываем о святых. Поэтому сразу эта оговорка была в каждой программе, мы постоянно говорили, что мы видим всё не так, как было на самом деле, а как могло быть. Мы тем самым подчеркивали, что это реконструкция. Тогда это всё было по наитию, сразу скажу. А впоследствии, когда мы на эту тему рефлексировали, мы поняли, что это не мы придумали, это существует много веков. Более того, многие авторы житий именно таким образом реконструировали события, когда нет понимания о том, как это было на самом деле, просто додумывали, это называется тропы, когда некоторые условности, как в житиях бывает. Человек родился, он был благочестив, он молился, постился, он ходил в храм, не играл с детьми. Ничего этого не известно авторам, но они это добавляли, потому что понимали, раз он благочестивый, раз он святой, значит, наверное, в его жизни это было. Эти реконструкции мы стали тоже себе позволять, опираясь на опыт наших славных предшественников, Симеон Метафраст, Дмитрий Ростовский.

Анна Леонтьева

— То есть изначально Михаил Гаврилович говорил лекционным образом, и вы поняли, что дети просто этого не выдержат, правильно?

Алексей Князев

— Не поняли, мы думали, что это так и будет, это был смелый эксперимент, а Наталья когда предложила, мы за голову схватились. Ну, как мы будем перемещать куда-то, да вы что? Как мы это будем делать? Сначала это вызвало неприятие. Но она настояла, и в этом смысле она молодец. Признаюсь честно, я был противником этой концепции, а потом я стал главным адептом ее, и уже я Наталью уверял, что мы должны переместиться туда, мы должны сделать то, а она говорила, нет, Алексей, это слишком, это будет перебор. Мы поменялись местами, я, скорее, стал амбассадором этого явления. Потом, если вам будет интересно, мы поговорим о том, что такое возможная реальность, это очень сложная концепция. Есть такой фильм, не роман, а фильм, «Солярис». Если вы помните финальные кадры этого фильма, там главный герой оказывается в неком выдуманном пространстве, которое создано этой планетой. Нечто подобное мы имели в виду, когда создавали эту концепцию возможной реальности. Это и не компьютерные игры, это и не кино мгновенное. Эта реальность настолько близка к настоящей, что даже мы говорили, что наши герои должны взаимодействовать с персонажами, проявлять к ним уважение человеческое, хотя понятно, что это все-таки некое кино. Почему кино? Почему не на самом деле мы перемещаемся во времени и пространстве. Если мы будем в прошлое перемещаться и общаться с Пифагором, Сократом или с Платоном, то мы будем воздействовать на это прошлое. Таким образом, мы можем его изменить, и у нас возникнут вопросы.

Анна Леонтьева

— Вы аккуратненько в стороне стоите.

Алексей Князев

— Аккуратненько, да, что все-таки это некое кино, но очень правдоподобное. И нам задавали вопросы, почему же тогда ваши герои плачут, переживают, уворачиваются от стрел и снарядов. А вы, говорю, представьте, когда мы смотрим хорошее кино, мы и плачем и переживаем. Просто кино обыкновенное на экране смотрим, также у нас сильные эмоции. А здесь на порядок выше эти ощущения и эти переживания, мы, оказываясь там, очень сильно всему сопереживаем. Один из секретов нашего проекта, он сразу появился, что не просто безучастные зрители, пришли экскурсанты и смотрим, здесь то происходит, здесь это, а мы участвуем в этих событиях, мы видим всё это, проживаем сердцем. Это очень важно, эта эмоциональная составляющая.

Анна Леонтьева

— Это очень важно.

Алексей Князев

— Извините, я так много говорю.

Анна Леонтьева

— Нет, нет, хорошо вы рассказываете. Эмоции — это же цель кино.

Сергей Платонов

— Просто вам сначала, получается, поставили задачу создать проект. А потом вы в нем начали жить и просто захватились.

Алексей Князев

— Для нас это было некое поручение, задача, которую нужно выполнить, а потом неожиданно мы поняли, что всё остальное начинает потихоньку отходить в сторону. Так получилось, что это стало жизнью. Мы еще не понимали, что это будет наша жизнь, случилось одно событие. Когда уже, по-моему, пятый или шестой выпуск вышел, нас пригласили в паломничество на Святую Землю, как раз Алексей Захаров. Мы поехали в составе большой достаточно делегации, возглавлял ее митрополит Нижегородский Георгий. Первый наш разговор на Святой Земле, он нас всех собрал, весь наш коллектив и сказал, насколько важно то, что мы делаем. А мы, честно говоря, не понимали этого. Нас вывезли в прекрасные места, Святая Земля, там святыни, мы там причащаемся — чудесно. И тут владыка нас вызывает и очень серьезно начинает с нами говорить, насколько это важно и какая ответственность на нас лежит. Ну да, конечно, мы сделали что-то, но мы не понимали, что это будет вот так. Там замечательные были батюшки, не знаю, можно ли озвучить имена этих людей, которых до сих пор мы почитаем, они о нас молятся, мы о них молимся, познакомились именно в этой поездке. Они, послушав нашу программу, помню, как сейчас, о Пасхе, сказали такие слова: ребята, вы сделали великое дело, но бить вас будут очень больно, вам будет очень тяжело. То, что вы делаете, вам, условно говоря, темные силы не простят. А мы так легкомысленно отнеслись: да, наверное. И когда действительно, делая потом очередную программу, у нас автор терял голос или попадал в больницу, а именно это было, когда мы делали программу о страстотерпцах, Наталья Репина потеряла голос к моменту окончания работы. Мы этот сценарий дописывали, как говорится, кровью сердца. В последний момент перед записью сюда посылали тексты, буквально сюда в студию, чтобы записать. Мы сказку все время вспоминаем про Эльзу «Дикие лебеди». Там, помните, девушка не успевала дошить рубашку, и уже ее везли на эшафот, она всё еще шила. Мы также зачастую сценарий делали, в последний момент, в последние секунды какие-то правки вносились, потому что нам нужно успеть. Потому что этот сценарий, когда запишем программу, в частности о святых страстотерпцах, в тысячи экземпляров дисков отправится на Крестный ход. Как раз это было 100-летие со дня мученической кончины Царственных страстотерпцев. Вот так у нас стала жизнь, мы буквально как будто в жерле вулкана стали находиться. И всё, что мы создавали, все эти программы мы потом проживали, когда совпадало часто в нашей жизни то, о чем мы рассказываем, с тем, что у нас происходит. Там совпадений очень много, сейчас не смогу привести примеры, к сожалению, но поверьте мне, что было именно так. Те самые совпадения, о которых говорил епископ Василий (Родзянко), возникали, благодаря этим программам. Что-то вдруг неожиданно стыковалось с тем, о чем мы только что рассказали. Мы еще удивлялись: ничего себе, мы только про этого святого рассказали, а нам подарил кто- то иконку этого святого.

Анна Леонтьева

— Появился святой.

Алексей Князев

— Или какое-то событие произошло, которое нас вывело на это. Или мы отправились в паломничество туда, где мы только что... Это всегда нас поражало и удивляло. К сожалению, нет здесь Алексея, он бы много рассказал таких историй.

Сергей Платонов

— Господь укрепляет, он всегда посылает некие знаки, моменты, когда очень трудно, а ты получаешь эти благословения и надо иметь духовные очи, чтобы это увидеть. В эфире программа Пайдейя. У микрофонов Сергей Платонов и Анна Леонтьева. В гостях у нас Алексей Князев, редактор проекта «Вера и Фома», и Елена Мацан, писатель, сценарист, один из авторов проекта «Вера и Фома». Елена, вам вопрос, как вы пришли в этот проект, как это стало вашей жизнью?

Елена Мацан

— Да, это очень хороший вопрос, спасибо большое. Как раз программа про Пасху, о которой только что сказал Алексей, это была первая программа, которую мы услышали всей семьей. У меня старшему ребенку было тогда 4 года, он первый раз ее услышал, и с тех пор мы стали слушать эти передачи каждый день по многу раз. Он прослушал эти все «Ангелы и архангелы», «Возникновение мира». Мы жили с этими героями.

Сергей Платонов

— А вы еще не работали в этом проекте?

Елена Мацан

— Я еще не работала. В проект пришла сначала Наташа Харпалёва, она с самого начала в проекте, потом Наташа Репина. Затем, это был еще 2017-й год, моей младшей дочке было 6 месяцев. Когда ей было 6 месяцев, я поняла, что нужно что-то делать, нужно выходить на какую-то работу, что-то параллельно. Вообще-то я пиарщик по первому образованию. В пиар невозможно было идти с маленьким ребенком. Я просто помолилась Богу, чтобы Он мне послал какое-то хорошее дело, которым я могу заниматься из дома. И, не поверите, через два дня приходит мой супруг Константин Мацан, которому как раз Алексей Таржанов... А тогда передача выходит на новый уровень, их взяли к себе Детское радио. Сначала выпуски выходили только в интернете, и в этот момент Детское радио, мы выходим на новый уровень и нужно каждую неделю выпускать передачу, срочно нужны новые авторы. Просто ребята, я так понимаю, обратились к ближайшим пишущим людям, кто-нибудь, пожалуйста, напишите. Моему мужу тоже предложил Алексей Таржанов: Костя, напишешь? Он приходит и говорит: я сам не чувствую, может быть ты напишешь? — говорит он мне. А я два дня назад, никому не говорила, просто помолилась. Думаю, это ответ, конечно, надо писать. Я написала, как сейчас помню, это была передача о Сергии Радонежском. Написала, отправила. Алексей Князев говорит, да, это уже отличный выпуск, четыре правки мы прошли сразу, то есть немножечко правим и можно выпускать. Вы прямо чувствуете, знаете, как мы работаем. Я думаю, конечно, я же уже с этими героями пару месяцев живу.

Анна Леонтьева

— Они уже родные.

Сергей Платонов

— Это замечательно, вот как нужно поступать молодым мамам. Можно помолиться, Господь управит всё.

Елена Мацан

— Да, и всем, я думаю.

Сергей Платонов

— Продолжаем. Вы говорите, уровень подрос через год. Если 6 августа мы отмечали день рождения проекта, получается, год и вы уже идете на такой большой уровень, это здорово. Расскажите еще про какие-то проекты, которые вы осуществляете, это важно, интересно и, может быть, в контексте этого расскажете, к чему вы идете дальше.

Алексей Князев

— Я продолжу то, что сказала Елена. В 17-м году у нас изменение произошло, что мы стали выходить на Детском радио, нас сразу стали форматировать. До этого мы были в пространстве свободы, здесь мы неожиданно поняли, что есть жесткий формат, который задает светское сми. Ясно, что мы не могли, как раньше, вольница у нас была абсолютная. Мы поняли, что многие вещи, о которых мы говорили легко и свободно, о той же смерти, например, в Успенский пост мы рассказывали о мытарствах, это достаточно жесткое было кино. Вдруг мы неожиданно поняли, что здесь мы уже не можем, здесь мы должны с оглядкой делать на светское сми. И здесь началось некое наше форматирование, нам это, как ни странно, помогло.

Сергей Платонов

— Форматирование какое, хронометраж, или в содержание они тоже заходили?

Алексей Князев

— Содержательное, абсолютно содержательная часть. Мы посылали на утверждение сценарий. В этих сценариях часто нам указывали, что обязательно нужно. Как пример приведу, у нас же всякие чудеса, кто-то помолился и исцелился, от нас требовали, чтобы мы обязательно подчеркивали, что чудеса возможны, но нужно обращаться в случае болезни к врачу. И молиться при этом. Дядя Миша стал подчеркивать.

Анна Леонтьева

— Поэтому дядя Миша стал врачом.

Алексей Князев

— Он же сам врач, естественно, одно другому не мешает. Когда вышли на программу о Луке (Войно-Ясенецком) это естественным путем соединилось, он же сам был великолепный хирург и при этом был святой, то есть он и молился и оперировал, одно другому не мешало. Это форматирование длилось достаточно долго, пока мы выходили на Детском радио, когда появились новые проекты. С одной стороны, был запрос со стороны Алексея Захарова того же. Он сказал, что программы длинные, в процессе, когда идет программа, мы отвечаем на какие-то вопросы, и часто бывает, что в одной части мы рассказали об одном, а в другой о другом. А хочется, чтобы был короткий жанр. Он попросил нас создать на основании больших выпусков, которые часто длились около часа, короткие, по принципу вопрос-ответ. Мы неохотно к этому отнеслись, честно говоря, потому что не успевали делать основную работу. Но потом подумали, почему нет, мы не будем нарезать, мы будем с нуля. Первая программа, которая была сделана в этом формате, сначала она шла под рабочим названием «Вопросы батюшке». Но потом мы поняли, что батюшке...

Сергей Платонов

— Уже есть такие программы.

Алексей Князев

— Знаете, почему, как ни странно, такой аргумент. Алексей Захаров сказал, вот представьте, будут задавать вопросы батюшке. А кто такой батюшка для наших героев, для детей? А Михаил Гаврилович — это авторитет. Мы поняли, что то, что он скажет об этих явлениях или вопросах, ему будут верить, потому что его уже знают, его уже полюбили. А если некий неизвестный священник придет, это для нас он будет авторитетом.

Сергей Платонов

— То есть нужно целую концепцию продумать того, как в проект войдет батюшка, и займет свое место.

Алексей Князев

— И какой это будет батюшка? Придуманный нами, какой-то условный отец Иннокентий придет, духовник нашего Михаила Гавриловича или это будет настоящий батюшка, священник. Поэтому мы решили, что все-таки отвечать на вопросы будет Михаил Гаврилович авторитетный. Первый выпуск посвящен был церковной свече, в течение пяти минут, он всем очень понравился. Мы сделали пилот. Но самое интересное, сделали мы его, по-моему, в 18-м году, но вышло впервые, была запущена линейка позже, если не ошибаюсь, в 19-м году. Почему? Потому что этот проект как бы отстаивался, ждал. Надо было и авторов подключить, набрать некие вопросы, это был очень долгий процесс. Тем не менее, мы в конце концов на него вышли и примерно 60-70 выпусков было, коротких вопросов и ответов. Они были тоже популярны, выходили параллельно. И там были самые разные вопросы, почему цвета облачения такие? Почему куполов столько у храма? Как креститься, как молиться? Они были очень коротенькие.

Сергей Платонов

— Взрослым полезно тоже.

Анна Леонтьева

— Абсолютно.

Алексей Князев

— Слушатели поддержали этот жанр. Но постепенно мы поняли, что не успеваем, потому что появились новые проекты. Вы говорите, какие новые проекты появились? Дальше мы стали двигаться, если раньше мы рассказывали о святых, в какой-то момент мы провели эксперимент, сделали большой выпуск из серии «Жизнь замечательных людей», по-моему, это был Ломоносов, могу ошибаться. Суть в том, что мы впервые рассказали не о святом человеке, его биографию дали. И мы подумали, почему бы не превратить это в отдельную линейку. Так получилось, что в это время, была необходимость, мы подавали на президентский грант, и получили грант президентский на создание линейки ЖЗЛ. Единственное, что программы были короче, где-то 18-25 минут. Эти программы были все о замечательных людях, о выдающихся полководцах, художниках, писателях, поэтах, математиках. Это тоже был выход за пределы нашего основного жанра, а в дальнейшем это послужило отправной точкой для создания нового направления — видео комиксы. Здесь, я думаю, лучше расскажет Елена, потому что она была автором сценариев этих всех видео комиксов. Это тоже было для нас новое совершенно явление, потому что мы до этого только аудио занимались, а тут визуальная составляющая появилась.

Елена Мацан

— Да, это была целая история. Наши слушатели уже привыкли к героям, у каждого слушателя образ Фомы или Веры сложился.

Анна Леонтьева

— Он уже представлял себе его?

Елена Мацан

— Да. Дети себе как-то их представляют. Мы даже не говорим обычно о том, кто у нас на самом деле озвучивает Веру и Фому. Была целая история с тем, что нужно было срочно визуализировать. Рисовали сначала, я так понимаю, художники, но очень долго это всё согласовывалось, не нравилось одним, не нравилось другим. Потом решили делать конкурс детских рисунков. Был конкурс детских рисунков и девочка одна победила, выиграла этот конкурс и на основе ее визуализации, ее рисунков потом были сделаны эти герои, Вера, Фома и Михаил Гаврилович, которых до сих пор у нас на сайте можно увидеть. Мы продолжаем с ними работать и в видео игре они тоже появляются.

Анна Леонтьева

— Видеоигра — это еще один формат.

Сергей Платонов

— Расскажите потом о нем обязательно.

Елена Мацан

— Позже придем к нему обязательно. Мы сделали 20 комиксов сначала. Одни были в цикле Жизнь замечательных людей, о писателях, о художниках наших российских известных. Там Рахманинов есть, есть Глинка, Лермонтов, Пушкин. И потом о государях, наших императорах. Это была очень интересная работа отдельная. Потом была команда ребят из Новосибирска, по-моему.

Алексей Князев

— Из Екатеринбурга.

Елена Мацан

— А, из Екатеринбурга. Были отличные ребята, до этого они рисовали комикс про Александра Невского, он в Манеже в выставке большой церковной принимал участие.

Сергей Платонов

— «Моя история»?

Елена Мацан

— Да. Потом мы с ними работали. После комиксов пошла игра.

Алексей Князев

— Игра, да, позже пошла. Мы уже поняли, что у нас визуальная составляющая определилась, мы примерно понимаем, как выглядят наши герои, и уже можно было выходить на новый уровень. Но, опять же, для нас это был вызов, мы не сразу согласились, что нам это нужно, мы этого боялись. Потому что и специалисты были нам не знакомы, мы не знали, насколько сможем с ними взаимодействовать, поймут ли они наши законы, наши правила. И то, и то было тяжело. Когда мы делали с вами эти комиксы, мы были единомышленниками. Хочу сказать важный момент, я помню, однажды посчитал, у нас с вами письма по Павлу I, целая переписка, 500 писем, мы согласовывали каждую деталь, чтобы пятиминутный сюжет сделать. Мы настолько долго спорили, думали, у нас еще есть наш редактор, мы никак не могли понять, что же рассказать. Мы о Павле I знаем всё, но что именно в пяти минутах о нем сказать, самое главное. Такие были дискуссии, так было жарко подчас, потому что я свое представлял, они свое. В конце концов, мы пришли к общему знаменателю, это было тяжело сделать. А с игрой еще сложней было. Когда мы вышли на игру, там просто было такое количество разных концепций. Если вспомнить, с чего мы начинали, с чего эта игра должна была начинаться изначально, какая была там история, и к чему мы пришли — это сильно отличалось.

Сергей Платонов

— Давайте об игре поговорим в следующей части нашей программы. Напомню, что в эфире Радио ВЕРА программа Пайдейя. У микрофонов Анна Леонтьева и Сергей Платонов. В гостях у нас Алексей Князев, редактор проекта «Вера и Фома», а также Елена Мацан, писатель, сценарист, один из авторов вышеозначенного проекта. Вернемся через несколько минут.

Сергей Платонов

— Программа Пайдейя на Радио ВЕРА. У микрофонов Анна Леонтьева и Сергей Платонов. В гостях у нас Алексей Князев, редактор проекта «Вера и Фома», и Елена Мацан, писатель, сценарист, один из авторов замечательного проекта «Вера и Фома». Продолжаем.

Анна Леонтьева

— Мы поздравляем проект «Вера и Фома», 6 августа 2016-го года проект начал свое существование, и вот уже 10 лет, как мы наслаждаемся. Надо сказать, я сразу скажу, это не только детский проект, я с удовольствием слушаю выпуски «Веры и Фомы», просто наслаждаюсь. Это нужное-нужное-нужное дело.

Сергей Платонов

— Исполняешь заповедь «будьте, как дети». Всё правильно, так.

Анна Леонтьева

— Точно.

Сергей Платонов

— Но мы продолжаем. Мы говорили в прошлой части про компьютерную игру и комиксы. Дорогие гости, расскажите, как компьютерная игра у вас создавалась.

Алексей Князев

— С компьютерной игрой было очень интересно. У нас было запущено много линеек, проектов и примерно те же самые ощущения были. Когда нам сказали, что необходимо делать игру, есть такой план, мы подумали, у нас так много дел, мы не успеваем сделать основную нашу работу, и тут неожиданно еще какая-то почти на грани авантюры история, которая непонятно, чем закончится, и как это воспримут наши слушатели. Мы понимаем, среди православных родителей есть люди, которые отрицательно относятся к этому.

Анна Леонтьева

— Противники игр.

Алексей Князев

— Как это будет воспринято, было непонятно. Мы не понимали, в каком жанре будет. Существует масса этих концепций в игровой индустрии. Что это будет? Это шутер будет, это, наверное, очень дорого, или это будет...

Сергей Платонов

— Стратегия.

Алексей Князев

— Да, или стратегия или что-то еще. Оказалось, что на такого рода жанр мы замахнуться не можем, но то, что мы сделали, на мой взгляд, было очень сильно, интересно. Другой вопрос, что подходили мы к этому с очень долгим заходом. Прежде чем мы приступили к работе над сценариями, обсуждения и совещания длились месяцами. Мы долго не понимали, времени мало остается, уже полгода прошло, а мы все обсуждаем и обсуждаем, кто у нас, куда, с чего мы начнем. Была даже такая концепция, что некая византийская принцесса инкогнито прибывает в Киев посмотреть на своего будущего жениха. Масса всего было интересного.

Сергей Платонов

— Романтично.

Анна Леонтьева

— Классно, да.

Алексей Князев

— Ее сопровождают какие-то слуги-воины. То есть могло быть совершенно всё по-другому, но в результате получилось то, что получилось.

Сергей Платонов

— Сейчас просто кому-то идею продали в эфире бесплатно.

Алексей Князев

— У нас были профессиональные историки достаточно серьезные, которые с нами работали. Но я помню еще момент, где-то даже похвастаться хочу, историки часто удивлялись, потому что мы зачастую были более жесткими критиками с коллегой редактором моим. Я не буду называть его имя, потому что он не захочет, чтобы я сказал, как его зовут. Это очень серьезный человек, очень мудрый, очень глубокий, надеюсь, он меня услышит. Именно мы зачастую давали жесткие комментарии, что историки удивлялись, откуда вы всё это знаете. А мы просто уже в силу того, что долго находимся в этой теме, делали программы, о князьях русских мы много знаем. Мы ведь тоже многое для себя открываем, когда начинаем заниматься какой-то темой, и выясняем так много всего пропущенного. Когда-то в институте мы недополучили эти знания, а надо было получать. Сейчас, благодаря этой программе, мы начали это всё открывать для себя. Русские князья — это целый пласт, и когда мы во всё это погружались, благодаря игре, мы понимали, насколько это актуально, насколько это важно, насколько это то, что на злобу дня. Всё, что сейчас происходи вокруг нас — это там, это в нашей истории. Мы от этого загорались, поэтому для нас это был уже не какой-то праздный интерес, давайте сделаем игру, а мы хотели всё это донести до тех, кто будет играть в эту игру. Это же не только познавательная была составляющая, но еще некая воспитательная часть. Мы хотели, чтобы люди поняли, что все те проблемы, которые были у нас, и всё то, что нас волнует сейчас, было тогда, и в принципе ничего нового не появилось, имеет отчасти место в наших играх. А потом, оттолкнувшись от игры, мы практически про всех героев этой игры, там были и русские князья, сделали отдельно еще и программу. Это тоже такое зеркало этой...

Сергей Платонов

— А где это игру можно скачать?

Алексей Князев

— Она онлайн и в телефоне есть и онлайн. Можно в интернете набрать: игра в историю «Вера и Фома». Сразу же в первых строчках того же яндекса или гугла будет выдано необходимое.

Сергей Платонов

— В общем рассказали. Мне интересно, взрослые люди, порой даже взрослые совсем, здесь, получается, вся твоя профессия, вся твоя жизнь крутится вокруг того, что ты должен как-то себя преодолеть и попытаться рассказать о каких-то важных фундаментальных моментах нашей жизни детям. Елена, как это происходит? Есть дети, школа, проблемы, да, в конце концов, квитанция, отпуск — очень много разных моментов. И тут твоя работа, чтобы тебя поняли дети. Как это происходит? Что происходит в этот момент в вашей душе?

Елена Мацан

— Я думаю, что есть люди, которые умеют работать со взрослыми, с контентом для взрослых людей, и есть совершенно иное направление и иная работа мозга, когда ты готов работать с детской аудиторией. С детьми гораздо сложнее, потому что нужно объяснить очень просто. Говорить тяжелым языком, говорить много, говорить долго и нудно, в принципе, может каждый человек. Рассказать коротко и интересно — это задачка со звездочкой. Тем более современные дети, мы знаем, что...

Сергей Платонов

— Они меняются каждый год, да?

Елена Мацан

— Они меняются каждый год, у них совершенно другое мышление, более клиповое, мы знаем, они не выдерживают долгих разговоров, они быстрее переключаются. Поэтому планка с каждым годом повышается. Тут есть несколько основных правил, когда ты работаешь с детским контентом. С одной стороны, мы говорим с детьми и это как будто на другом языке, но на самом деле нужно говорить как со взрослыми. Ребенок, с которым сюсюкаются, шушукаются, пытаются с ним поговорить как с ребенком, это не воспринимает. Ребенок для себя — взрослый, взрослее, чем сейчас, в данный момент, он никогда еще не был, он супервзрослый. Он очень ценит, когда с ним говорят о серьезных вещах. Наверное, в этом тоже один из секретов успешности этого проекта. Ребенку приятно, когда с ним говорят о таких серьезных вещах, как смерть или ангелы или вера — это взрослая проблема, и ее с ним обсуждают. Но нужно просто смотреть не свысока, а присесть. Когда ты присаживаешься и пытаешься посмотреть... Все мы были детьми, надо вспомнить, как это было, и посмотреть взором внутреннего ребенка, есть такая концепция.

Сергей Платонов

— Вспомнить себя маленьким.

Елена Мацан

— Да, вспомнить себе маленьким и найти этого себя маленького сегодня, рассказать ему об этих вещах, чтобы тебе маленькому было интересно.

Анна Леонтьева

— Елена, правильно я понимаю, что ты закончила курсы ВГИКа по сценарию для того, чтобы вступить в эту работу?

Елена Мацан

— Это не совсем было так. Я уже начала работать, начала писать сценарии «Веры и Фомы». Я помолилась, мне ответили, я начала уже писать сценарии. Когда мы уже отработали вместе год, я поняла, что теперь я должна получить образование. Я действительно закончила ВКСР имени Данелии, двухгодичные курсы сценарные. Благодаря этому проекту, я потом получила образование и, благодаря этому проекту, я вообще потом уже стала сценаристом.

Сергей Платонов

— Закачалась так сказать.

Елена Мацан

— Да.

Анна Леонтьева

— Ну, потому что в ваших сценариях, столько того, что в кино называют перипетии, столько приключений, столько смен кадров, что я просто поражаюсь, как вы придумываете, как у вас хватает фантазии вот так не монотонно, а именно так увлекательно путешествовать с этим пёсиком Алтаем, и вы видите всякие разные драматические события.

Елена Мацан

— Это благодаря Алексею Князеву. Когда я пришла, с Алексеем было очень приятно работать. Я пришла и вот редактор, сначала немного страшно, как это будет. Но Алексей настолько великолепный редактор и настолько по-доброму общается. Даже если ты какую-то ерунду там написал, Алексей очень умный и очень подкованный.

Анна Леонтьева

— В этом весь секрет, как оказалось.

Сергей Платонов

— И очень скромный.

Елена Мацан

— И очень скромный, да. Он говорит, давай здесь, мои дети сейчас смотрят этот фильм, им очень нравится, значит, нам нужно сделать сценарий про... Например, сценарий у нас был, экшен просто история, про день народного единства. Нам нужно сделать также, здесь битва, здесь еще что-то. Мы пишем. С нами тогда работал звукорежиссер на этом проекте, сейчас, может быть несколько, а тогда работал только Роман Азаров звукорежиссером. Потом, когда я встретилась первый раз с Ромой, он мне сказал: вот эти твои сценарии, это невозможно, там все время нужно что-то переключать, там столько дополнительных звуков, я замучился монтировать. А потом Рома сам стал автором тоже.

Алексей Князев

— И автором и сценаристом.

Елена Мацан

— Да.

Сергей Платонов

— Программа Пайдейя на Радио ВЕРА. У микрофонов Сергей Платонов и Анна Леонтьева. В гостях у нас Алексей Князев, редактор проекта «Вера и Фома», и Елена Мацан, писатель, сценарист, один из авторов этого замечательного проекта. Очень важный вопрос сегодня нужно озвучить именно в контексте нашей образовательной программы. Как проект «Вера и Фома» повлиял, теперь уже можно сказать, на образовательную среду не только нашей аудитории, но и всей нашей большой страны?

Елена Мацан

— Нужно начать с того, что образовательная среда сначала немножко повлияла на наш проект. Насколько я знаю, это была инициатива администрации Шуваловской школы сделать передачи «Вера и Фома» по школьной программе.

Сергей Платонов

— Что-то вроде внеклассного какого-то занятия?

Елена Мацан

— Внеклассного, может быть, их могут использовать учителя, может быть, и на уроке, и дома дети могут прийти послушать. Как мы понимаем, дети сейчас очень интересные, но не всегда они что-то слышат на уроке, им иногда нужно еще раз объяснить. Не у всех родителей есть возможность дома еще раз объяснить этот материал.

Сергей Платонов

— Очень трагично ты Елена сказала, зная, что такое с детьми дома повторять то, что было в школе в этот день. Это боль наша и радость.

Елена Мацан

— Да это непросто.

Сергей Платонов

— Продолжайте.

Елена Мацан

— Благодаря учителям Шуваловской школы... они нас поддерживали, они нам помогали, они нас консультировали, они столько своего времени потратили на работу с нами. Мы начали сначала, с первого класса делать программы. Есть учебники математика, русский язык, чтение и окружающий мир, по каждому уроку мы делали программу. Это целый урок, нужно сделать очень коротко, это, насколько я помню, 15-20-минутная программа. Нужно придумать, как эту тему рассказать интересно, придумать какие-то ходы. Особенно, конечно, математика, мне больше всего понравилось писать про математику, потому что это самое сложное. Я люблю такие темы, когда ты должен придумать, как это объяснить. Просто счет от одного до десяти, что нужно сделать, чтобы ребенок понял, и было ему еще прикольно. Нас консультировали учителя, мы постоянно с ними общались, были редакторы и по контенту, соответственно. Я так понимаю, они у себя на уроках это вначале отрабатывали, они нас со всех сторон закрыли. И потом оказалось, что, действительно, это интересно, это полезно. Мы пошли во второй класс, мы пошли в третий класс, в четвертый класс. Сейчас у нас проект «Школа с Верой и Фомой», можно зайти на сайт «Вера и Фома», найти «Школу с Верой и Фомой», вы можете найти программу «Школа России» по каждому уроку: русский язык, математика, чтение и окружающий мир.

Анна Леонтьева

— И всё это увлекательно.

Сергей Платонов

— Это светский проект, по сути.

Елена Мацан

— По сути, да, это светский проект. Конечно же, там христианские смыслы тоже, мы без них никуда.

Сергей Платонов

— Это такая мягкая сила, назовем это так.

Елена Мацан

— Там это ненавязчиво, там об этом напрямую не говорится, просто ценности. Мы делаем эту программу в христианских ценностях.

Сергей Платонов

— Вы это начали до того, как это стало мейнстримом, скажем так.

Елена Мацан

— Ну конечно. Мы вообще впереди планеты всей.

Анна Леонтьева

— Я открыла сайт «Вера и Фома», цикл увлекательных аудиоуроков по школьной программе начальных классов «Давайте учиться вместе» и вижу, например, название: письменное деление на двузначное число. Как это можно сделать прикольно, как Лена сказала?

Елена Мацан

— Конкретно эту программу я уже не вспомню, потому что, как вы понимаете, каждый из нас написал уже какое-то количество программ. Иногда ребята спрашивают, ты какие программы писала, я не помню. У меня иногда ребенок начинает слушать какую-нибудь передачу, я слушаю и думаю, это же вроде я писала или не я, я уже не помню. Поэтому конкретно эту историю я сейчас уже не вспомню, как это.

Сергей Платонов

— Аня, найди что-нибудь полегче там.

Алексей Князев

— Самый интересный пример, я хочу принцип объяснить. Представьте, как это происходит, чтобы было понятно. Наши герои хотят какой-то навык получить по математике. Они перемещаются в некое сказочное королевство, в котором, предположим, дракон охраняет принцессу. Чтобы проникнуть в этот замок, этому дракону необходимо посчитать что-то, решить. Когда мы посчитали, решили, открываются двери, мы сможем попасть внутрь замка. То есть происходит своего рода квест. Это один из подходов, как это может быть. Или какой-нибудь король не может разделить королевство между двумя сыновьями, потому что он плохо знает математику. Наши герои помогают им это сделать. В результате вся семья соединяется, мирится. Мы перемещались в этих программах так же, мы и в космосе побывали. Когда-то мы не могли запустить ракету, потому что не могли рассчитать количество топлива, с помощью которого может отправиться экспедиция на спасение каких-то коротышек, это Незнайка. Как это посчитать? Главным героем в этих программах является Верочка, она учится в начальной школе, именно она пытается, в первую очередь помочь. Естественно, Фома и дядя Миша помогают тоже. Она рассчитывает, сколько, какое количество топлива должно быть в этой ракете, чтобы ракета смогла долететь.

Анна Леонтьева

— Принцип поняла, как это сделать развлекательно.

Алексей Князев

— А когда доходим до литературного чтения, это уже проще.

Анна Леонтьева

— Это уже легко.

Алексей Князев

— Мы в гостях у разных поэтов и писателей прошлого были, и в гостях у каких-то философов древности. Здесь намного проще. А с математикой приходится придумывать разные истории, либо это фантастика, либо сказка, либо выдуманный мир.

Елена Мацан

— Кстати, также я хочу отметить тоже важный момент, никогда ни в одной программе мы не делали, что нам сейчас нужно объяснить деление, просто придумываем истории про деление. У нас всегда программа начинается с какой-то нравственной проблемы. Верочка или Фома приходят, есть какой-то конфликт, какая-то жизненная ситуация. Этот урок не только помогает обучиться чтению или математике, но благодаря этому ребенок к чему-то приходит. Это еще тогда это не стало мейнстримом, то, к чему сейчас школа хочет прийти, чтобы помимо обучения какие-то нравственные основы...

Сергей Платонов

— Уроки о важном, так называемые.

Елена Мацан

— Да, уроки о важном, в нашем проекте уроки о важном встроены.

Сергей Платонов

— Начались давно.

Елена Мацан

— Да. Они просто встроены по скелету проекта.

Анна Леонтьева

— Как опция.

Елена Мацан

— Да.

Сергей Платонов

— Это происходит тогда, когда неравнодушные люди занимаются своим делом, которые пытаются мыслить, скажем так, стратегически, чего очень нам всем не хватает. Понятно, сложно это. Господь всё управляет, но надо все равно думать на какой-то период времени вперед, и тогда что-то может получиться. И не бояться ошибиться.

Анна Леонтьева

— А мне, знаете, о чем вспомнилось? Я вспомнила мультики советские еще ранние, которые я старалась детям показывать. Несмотря на то, что они были советские, там самые талантливые люди были брошены на то, чтобы делать контент для детей. Самые яркие, самые талантливые, лучшая музыка. И всегда была, как ты говоришь, Лена, встроена эта нравственная составляющая.

Алексей Князев

— Можно я скажу? Здесь очень важный момент есть.

Анна Леонтьева

— Можно.

Алексей Князев

— Мы сделали в свое время программы ЖЗЛ, посвященную Л.Пантелееву. Он является автором замечательной книги, посвященной, так скажу, криптохристианству. Рекомендую, она на Азбуке выложена, почитайте. В этой книге он рассказывает о людях, которые творили в те времена, советские, тех, кого мы все знаем, Евгений Шварц или Самуил Маршак, и вдруг узнаем, что эти люди были верующими и что свою веру они доносили таким образом.

Анна Леонтьева

— Реализовывали таким образом.

Алексей Князев

— В частности известный рассказ «Честное слово» про мальчика — это тоже некий евангельский урок, который в те времена по-другому нельзя было донести. Именно тогда узнали, что те писатели и поэты, которых мы знаем и любим, но считаем их советскими, оказывается, были криптохристианами, тайно поздравляли друг друга с Пасхой. Они зачастую друг про друга выясняли, ты тоже веришь в Бога, ничего себе, только никому не говори про это. Это очень приятно было узнать, мы специально сделали программу об этом писателе, республику ШКИД вспоминали. Все эти христианские моменты, которые мы видим в советском творчестве, зачастую связаны с этим, с тайной верой людей, которые творили.

Анна Леонтьева

— С тайным христианством.

Алексей Князев

— Как про ту же Ольгу Берггольц. Мы для себя часто открывали, что тот или иной поэт или писатель... Кстати, люди часто совмещали членство в партии и веру во Христа. Это нам сейчас кажется странным, а в то время это было обычным явлением. Поэтому та основа, тот базис, который был, мы часто используем эти произведения в наших программах, не боимся путешествовать с поэтом или писателем прошлого, какие-то их рассказы использовать, и это тоже воспитательная составляющая. Мы эту преемственность пытаемся показать, что она никогда не прекращалась. Есть такой миф, что в советское время все были атеистами. Это не так, хотя бы потому что все мы помним, перепись 37-го года показала, что подавляющая большинство граждан Советского Союза сказали, да, верую, в то время, когда людей расстреливали и убивали. Представляете, какой это подвиг, какую силу духа надо иметь, чтобы сказать, а я верю в Бога, несмотря на то, что вы делаете. Тут тоже не надо упрощать. Мы считаем, что эта преемственность была и в наших программах можно это увидеть и об этом мы не боимся рассказывать. В одной из программ, про Сорок мучеников Севастийских мы соединили две вещи: жития святых и судьбу Карбышева, знаменитого генерала, которого все знают. Советский генерал, коммунист, который не вступал в партию по одной причине, что советское правительство гнало Церковь.

Сергей Платонов

— А он же был сыном священника, кажется?

Алексей Князев

— У них мама была верующая. Он не был сыном священника. В те времена было очень сложно. Мама была верующая, она и детей всех воспитывала, как христиан, но при этом парадоксальным образом среди них были революционеры. В то время возможен был такой замес. Сам по себе он гениальный абсолютно и военный, и инженер, но эту веру, которую мама в него вложила, он пронес через всю жизнь. Кстати, он с собой носил икону, подаренную мамой, могу ошибаться, но, по-моему, икону Спасителя. В тот момент, когда его пленили, он эту икону с собой не взял, он ее все время с собой возил, она потом хранилась у его супруги в иконном уголке. А мы проводили параллель в этой программе. Вы помните, героев жития святых Севастийских пытали холодной водой. То же самое в его жизни. Это было в некотором смысле допущение, мы же не знаем, что он думал в тот момент, но мы понимаем, раз мама воспитывала его в христианской вере, наверняка она читала жития, в том числе и Севастийских мучеников. Не могла не прийти ему в голову мысль, что с ним происходит что-то похожее. Мы некоторую вольность допустили, что как будто он стоит под этими льдинами и вспоминает слова мамы, которая читает ему житие Севастийских мучеников. А там была потрясающая фраза, мы рекомендуем этот выпуск переслушать, когда мама одного из мучеников Севастийских убеждает его: сынок, не бойся, терпи до конца ради Христа. Эти слова как будто мама Карбышева читает ему в детстве, а он их вспоминает в этот момент, когда находится под ледяной водой. Мы это соединили, это был художественный прием, но, тем не менее, мы считаем, что это был сильный ход и оправданный. Это та самая реконструкция, та самая возможная реальность, которая в этих случаях допустима.

Анна Леонтьева

— Та самая возможная реальность, о которой вы начали говорить.

Алексей Князев

— Да. Какие-то вещи проговариваем, продумываем. Мы для себя много фактов открыли о его вере, насколько он был верующий человек. Я приводил пример, что в официальной биографии не говорится, почему он не вступал в партию, говорится только, что он вступил в партию в 40-е годы. Потому что Церковь была гонима, когда он увидел, что правительство меняет свое отношение, тогда только позволил себе вступить в партию. В то время это было обычное явление. Помните, знаменитое письмо солдата с фронта: мама, я вступаю в партию; мама, помолись за меня Богу. Сейчас это кажется оксюморно, а тогда это было нормально.

Анна Леонтьева

— Соединялось.

Алексей Князев

— Да, соединялась вера в Бога с этим. Такое время было, не нам судить этих людей. Но извините, я далеко ушел, это очень интересно.

Анна Леонтьева

— Нет, нет, здорово, что ты рассказываешь конкретно, как вы это делаете. Это безумно интересно.

Сергей Платонов

— А можно вопрос такой, может, личный немножко. Мне интересно, что вас вдохновляет? Получается, что каждый раз вы ищете что-то новое, смотрите какие-то фильмы, читаете книги, это безусловно. Но что самое главное в вашей жизни, что позволяет вам постоянно находиться на таком уровне увлеченности и этого креатива?

Елена Мацан

— Вдохновляет, собственно говоря, сам материал. Допустим, тебе предлагают, нужно написать передачу вот про это, например, программу про Кирилла и Мефодия. Чего мы, казалось бы, не знаем про этих святых, это наши любимые святые. И, вроде бы, садишься, думаешь, ну да, сейчас. Но ты начинаешь погружаться в этот материал. И ты понимаешь о себе что-то, ты с ними знакомишься по-другому совершенно, погружаешься в глубины их веры. Они тебе дают мотивацию рассказать о них. Так рассказать, чтобы еще кто-то о них узнал, еще кто-то их полюбил совсем маленький слушатель или родители, бабушки. Ведь семьями слушают программы, в машине. Я, например, когда пишу, это не касается школьных передач, может быть, но «Вопросы Веры и Фомы» о святых, всегда пишутся через слезы, через какую-то метанойю. Ты садишься, казалось бы, детская передача, но на самом деле если ты не поплачешь в рамках процесса приготовления этой программы, то, скорей всего, ничего хорошего не получится.

Анна Леонтьева

— Она не тронет сердца, да?

Елена Мацан

— Да. Если ты через свое сердце это не пропустил, то, скорее всего, ничего не выйдет. Если ты пропустил, да, это будет хорошая программа.

Сергей Платонов

— Это очень важно. У нас не так много времени остается до конца программы. Алексей, расскажите о своей команде. Расскажите, кто делает этот проект. Я предполагаю, что мы здесь упоминали несколько имен, это главный продюсер Алексей Таржанов, вы, редактор Алексей Князев, Елена Мацан это редактор.

Анна Леонтьева

— Автор.

Алексей Князев

— Как раз я хотел сказать, что у нас коллектив очень большой, поэтому мы часто говорим о том, что у нас семья. У нас семейный принцип организации этой нашей маленькой корпорации. Что такое семья? Семья это место, в которое можно всегда прийти и всегда уйти, всегда двери открыта в обе стороны. Поэтому если называть всех людей, которые у нас были и будут...

Анна Леонтьева

— Программы не хватит.

Алексей Князев

— ...не хватит места. А обидеть кого-то мне жалко. Конечно, я назову главных людей, вдохновителей всего этого проекта. Мы называли его, Алексей Захаров, с которого всё начиналось. Естественно, если бы не было Алексея Таржанова, то и не было бы всего остального. Роман Азаров, которого называли, звукорежиссер, который создавал эту гениальную концепцию. Трудно это всё давалось. И другие были звукорежиссеры нашей радиостанции, которые тоже участвовали в этом. Боюсь кого-то обидеть, не назвать, а эти все люди важны, каждый вложил частичку своей души. Мы считаем, что они по-прежнему с нами. Более того, скажу так, есть потрясающие совершенно у нас авторы и сценаристы, которые создали лучшие программы, одни из самых любимых. Я Анну Иванову точно вам назову. Наталья Репина, к сожалению, почившая в Бозе, она тоже была с нашим проектом. Если посмотрите, что это за человек, она и телевизионные программы создавала, и документальные фильмы, и преподавала, и занималась благотворительной деятельностью, она была прихожанкой храма святого Николая при Третьяковской галерее, вы знаете, чадо духовное отца Николая Смирнова. У нас таких потрясающих людей, каждый из которых является вселенной. Я боюсь кого-то не назвать, а все люди очень важные и ценные. У нас на сайте большая часть этих людей выложена, можете зайти на сайт и посмотреть на них. Сейчас к 10-летию были опубликованы портреты людей, которые занимаются этим проектом. Но, как часто говорят, самое главное спрятано, самое главное невидимо. У нас есть люди, значение которых очень велико для нашего проекта, но которых мы, к сожалению, не можем называть по разным причинам. Не знаю, насколько это корректно озвучивать, либо они не хотят этого, либо не могут назвать себя. Я, может быть, за скобками потом объясню.

Сергей Платонов

— Самое главное, что Алексей сейчас всех-всех-всех, всю свою команду обнял, можно сказать.

Елена Мацан

— Еще очень важно сказать, это тоже заслуга всей нашей команды, мы получили две большие награды. Это ИРИ, фонд развития интернета.

Сергей Платонов

— Институт развития интернета.

Алексей Князев

— Мы в 2023 году победили в номинации «Лучший подкаст России». А второй — когда была премия правительства Российской Федерации, вручал Мишустин. Кстати, мы забыли упомянуть нашего главного редактора Илью Кузменкова, который тоже является одним из тех людей, которые нам помогают и всячески нас пестуют. Хотя он старается не вмешиваться серьезно в какие-то творческие моменты, но он тоже присутствует. Награждение производил Михаил Мишустин.

Сергей Платонов

— Премьер-министр Российской Федерации.

Алексей Князев

— Да, премьер-министр Российской Федерации.

Сергей Платонов

— В общем, поздравляем вас. 10 лет — это огромный срок для таких проектов, медийных особенно, которые направлены на благое дело. Спасибо вам огромное.

Анна Леонтьева

— Спасибо вам за вашу работу, за эту беседу. Призываем всех радиослушателей всей семьей послушать, вы очень много интересного узнаете из выпусков «Веры и Фомы», потому что даже если вы считаете себя очень церковным человеком, все равно можете обогатиться.

Сергей Платонов

— Да. У микрофонов были Сергей Платонов и Анна Леонтьева. В гостях у нас были Алексей Князев, редактор проекта «Вера и Фома», а также Елена Мацан, писатель, сценарист, один из авторов этого замечательного проекта. Спасибо всем. Напоминаем, что наши регулярные беседы об образовании мы организуем совместно с образовательным проектом «Клевер Лаборатория», который собирает лучшие и самые интересные опыты работы в области образования и воспитания. Узнать подробнее об этом проекте, стать участником или поддержать его вы можете на сайте clever-lab.pro. Всего доброго. До свиданья.

Анна Леонтьева

— Спасибо.

Алексей Князев

— До свиданья.

Елена Мацан

— До свиданья.

---

Все выпуски программы Пайдейя

• «Иммерсивные уроки истории». Всеволод и Сергей Окороковы
• «Творческие кружки и развитие детей». Анастасия Схимова
• «Школьные олимпиады». Елена Хоанг (Анашкина)