Поделиться
Рим., 109 зач., XII, 4-5, 15-21
Комментирует священник Антоний Борисов.
Фамилия литературного персонажа — Франкенштейн — давно уже стала нарицательной и часто служит для обозначения чего-то неестественного, уродливого, того, что собрано из плохо подходящих частей, не имеющих никакой надежды на обретение настоящего единства. В отличие от иного примера единения, о котором рассуждает апостол Павел в отрывке из 12-й главы своего послания к Римлянам. Данный текст читается сегодня в православных храмах во время богослужения. Давайте послушаем.
Глава 12.
4 Ибо, как в одном теле у нас много членов, но не у всех членов одно и то же дело,
5 так мы, многие, составляем одно тело во Христе, а порознь один для другого члены.
15 Радуйтесь с радующимися и плачьте с плачущими.
16 Будьте единомысленны между собою; не высокомудрствуйте, но последуйте смиренным; не мечтайте о себе;
17 никому не воздавайте злом за зло, но пекитесь о добром перед всеми человеками.
18 Если возможно с вашей стороны, будьте в мире со всеми людьми.
19 Не мстите за себя, возлюбленные, но дайте место гневу Божию. Ибо написано: Мне отмщение, Я воздам, говорит Господь.
20 Итак, если враг твой голоден, накорми его; если жаждет, напой его: ибо, делая сие, ты соберешь ему на голову горящие уголья.
21 Не будь побежден злом, но побеждай зло добром.
В прозвучавшем отрывке апостол Павел объясняет христианам древнего Рима устройство Христианской Церкви на примере человеческого тела. Так он поступает совершенно сознательно, потому что понимает — его читатели, бывшие язычники, не склонны к возвышенным богословским рассуждениям. Им нужно дать в качестве примера вполне понятный, осязаемый объект. И с точки зрения апостола, тело вполне для этого подходит. Тем более, что римляне видели вокруг себя прекрасные статуи, восхваляющие красоту человека. Однако апостол, конечно же, рассуждает не о теле физическом, а о теле духовном, лишённом и намёка на какую-то греховность. Но, наоборот, являющего нам пример чистого, непорочного совершенства.
Апостол Павел рассуждает о Теле Христовым и называет им Церковь. Причём, сразу по нескольким причинам. Во-первых, во главе Церкви находится Сам Спаситель, поскольку именно благодаря Его искупительному служению Церковь на земле и возникла. Не случись Голгофы, Воскресения из мёртвых и Вознесения, не сошёл бы на апостолов Дух Святой, благодаря чему, собственно, Церковь и возникла. Во-вторых, центром церковной жизни является таинство Евхаристии, в котором православные христиане под видом хлеба и вина причащаются Тела и Крови Христовых. Евхаристия не была придумана людьми — совершать её завещал Сам Спаситель на Тайной вечери (последней трапезе Христа и Его апостолов). Так вот. Причащаясь Тела и Крови Христовых, мы вступаем с Богом в особое духовное общение, оказываемся сопричастниками Божественного бытия, достигаем единения со Христом и, что не менее важно, друг с другом.
Это единство напоминает собой цельное и гармоничное сосуществование различных частей человеческого тела. Казалось бы, сердце, лёгкие, руки, ноги — всё разное, но всё друг другу помогает, ничто друг другу не противоречит. Вот и в Церкви мы все разные. Но благодаря Богу способны достичь единства. И со Христом, и друг с другом. Церковь — это не только и не столько земная организация, состоящая из различных сотрудников и отделов. Церковь в духовном плане представляет собой особую реальность, руководит которой Бог. Церковь — начало Царства Божия, которое в будущем заменит привычный нам мир. Жителями этого Царства смогут стать, в первую очередь те, кто стремился быть частью Церкви. Апостол Павел так говорит об этом стремлении. Настоящий христианин — человек с открытым сердцем. Он радуется с радующимися, утешает страдающих. Такой человек не выпячивает себя, не считает себя выше других, старается жить в мире с собой, Богом и окружающими.
По мысли апостола Павла, в Церкви нет места для обиды, зависти и мести. В Ветхом Завете человек имел право ответить на принесённый ему ущерб. Всем известно правило — «око за око и зуб за зуб». Но в Царстве Божием действуют иные законы. Победить зло можно исключительно добром. Добро не только противостоит злу, оно способно по-настоящему объединить людей, сделать из разрозненной толпы союз истинных единомышленников. Тем более, если речь идёт о Церкви, внутри которой люди достигают духовного единства с Богом и друг другом. Такое единство не подвластно времени, внешним угрозам. Оно крепко, даёт вдохновение и смысл. Церковь, как Тело Христово, питает нас живительной благодатью Божией, делает частями великого целого, имеет внутри себя истинную жизнь, преодолевающую греховную разделённость и дарующую настоящее единство.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Радио ВЕРА из России на Кипре. Ο ραδιοφωνικός σταθμός ΠΙΣΤΗ απο την Ρωσία στην Κύπρο (29.06.2026)
Псалом 37. Богослужебные чтения
Поделиться
Здравствуйте! С вами епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Наказывает ли Бог человека за грехи? Этот вопрос не так прост, как может показаться на первый взгляд. С одной стороны, о наказании со стороны Бога как о некотором направленном действии Божием мы можем прочитать в Библии, к примеру, в звучащем сегодня во время богослужения в православных храмах 37-м псалме. С другой же стороны, у нас есть евангельские слова Христа, сказавшего, что «верующий в Него не судится, а неверующий уже осуждён» (Ин. 3:18), то есть неверующий во Христа уже наказан в силу осуждения. Так как же нам понимать наказание от Бога? Если оно существует, то в каком виде? Давайте послушаем упомянутый 37-й псалом и потом вернёмся к этим вопросам.
Псалом 37.
1 Псалом Давида. В воспоминание [о субботе].
2 Господи! не в ярости Твоей обличай меня и не во гневе Твоём наказывай меня,
3 ибо стрелы Твои вонзились в меня, и рука Твоя тяготеет на мне.
4 Нет целого места в плоти моей от гнева Твоего; нет мира в костях моих от грехов моих,
5 ибо беззакония мои превысили голову мою, как тяжёлое бремя отяготели на мне,
6 смердят, гноятся раны мои от безумия моего.
7 Я согбен и совсем поник, весь день сетуя хожу,
8 ибо чресла мои полны воспалениями, и нет целого места в плоти моей.
9 Я изнемог и сокрушён чрезмерно; кричу от терзания сердца моего.
10 Господи! пред Тобою все желания мои, и воздыхание моё не сокрыто от Тебя.
11 Сердце моё трепещет; оставила меня сила моя, и свет очей моих, — и того нет у меня.
12 Друзья мои и искренние отступили от язвы моей, и ближние мои стоят вдали.
13 Ищущие же души моей ставят сети, и желающие мне зла говорят о погибели моей и замышляют всякий день козни;
14 а я, как глухой, не слышу, и как немой, который не открывает уст своих;
15 и стал я, как человек, который не слышит и не имеет в устах своих ответа,
16 ибо на Тебя, Господи, уповаю я; Ты услышишь, Господи, Боже мой.
17 И я сказал: да не восторжествуют надо мною враги мои; когда колеблется нога моя, они величаются надо мною.
18 Я близок к падению, и скорбь моя всегда предо мною.
19 Беззаконие моё я сознаю, сокрушаюсь о грехе моём.
20 А враги мои живут и укрепляются, и умножаются ненавидящие меня безвинно;
21 и воздающие мне злом за добро враждуют против меня за то, что я следую добру.
22 Не оставь меня, Господи, Боже мой! Не удаляйся от меня;
23 поспеши на помощь мне, Господи, Спаситель мой!
Чаще всего нам кажется, будто бы грех — это просто нарушение непонятного, странного и нелогичного закона Божия. Мы, как правило, не чувствуем всей мерзости греха, не осознаём, что любой грех — это не столько нарушение какого-то когда-то зафиксированного закона; грех — это попрание основ бытия, того закона, который был заложен Богом в основу существования нашего мира. Получается, что любой грех нарушает гармонию Божьего творения и в перспективе может привести к непоправимым последствиям — он попросту может уничтожить мир.
До определённого момента эти размышления не выглядят имеющими хоть какое-то отношение к реальному положению вещей, ведь грешат все, а мир как стоял, так и стоит. Однако всё меняется в тот момент, когда Бог оставляет нас один на один с последствиями наших грехов.
Именно это произошло с автором только что прозвучавшего псалма — царём Давидом; последствия собственных грехопадений он описывает такими словами: «Нет мира в костях моих от грехов моих, ибо беззакония мои превысили голову мою, как тяжёлое бремя отяготели на мне, смердят, гноятся раны мои от безумия моего» (Пс. 37:4–6). Да, это описание не похоже на внятное и чёткое перечисление обрушившихся на Давида бед, он говорит о них поэтическим языком, и такой язык, пожалуй, лучше какого-либо иного передаёт весь ужас человека, которого Бог оставил наедине с последствиями грехопадений.
Впрочем, это лишь половина беды: Давид упомянул и своих врагов; получается, что он остался наедине и со своими грехами, и с врагами, что, конечно же, усугубляло переживания царя. Давид прямо говорит, что он не выдерживает отсутствия помощи от Бога: «Я близок к падению, и скорбь моя всегда предо мною» (Пс. 37:18). И там же он исповедует осознание своего греха: «Беззаконие моё я сознаю, сокрушаюсь о грехе моем» (Пс. 37:19). В итоге же царь просит Бога вернуться и не оставлять его.
Прозвучавший только что псалом — это прекрасная иллюстрация того, что случается с человеком в тот момент, когда Бог оставляет его наедине с самим собой и с последствиями собственных грехов. С другой же стороны, псалом напоминает нам, что как бы ни были тяжелы для исполнения заповеди Господни, как бы ни была сложна жизнь в присутствии Божием — такая жизнь несопоставимо прекрасней жизни без Бога, ведь без Него всё превращается в ад, наказание, от которого да избавит нас всех Господь Всемилостивый.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
