«Как праздновать Новый год?» Протоиерей Алексей Батаногов, Максим Аншуков, Ольга Цой

В этом выпуске программы «Клуб частных мнений» настоятель храма святого равноапостольного князя Владимира в Новогиреево протоиерей Алексей Батаногов, лидер музыкальной группы «Ключевая» Максим Аншуков и филолог, кандидат искусствоведения Ольга Цой говорили о христианском отношении к празднованию Нового года. Как отмечать этот праздник, если по церковному календарю еще идет Рождественский пост, как найти баланс между всеобщей радостью и подготовкой к встрече грядущего Рождества Христова и какие появляются новые традиции встречи Нового года в церковной среде.

Ведущая: Наталия Лангаммер

---

Ведущая: Наталья Лангаммер

Гости: Протоиерей Алексей Батаногов, Максим Аншуков, Ольга Цой

Н. Лангаммер

—Добрый вечер, дорогие радиослушатели. В эфире программа «Клуб частных мнений». Меня зовут Наталья Лангаммер. И мы сегодня, в предновогодний день, собрались в «Клубе частных мнений», чтобы поговорить о том, собственно, как христианину встретить Новый год. И пригласили в гости отца Алексея Батаногова, настоятеля храма святого равноапостольного князя Владимира в Новогиреево. Добрый вечер.

Протоиерей Алексей

— Добрый вечер.

Н. Лангаммер

— Максима Аншукова, лидера группы «Ключевая». Добрый вечер, Максим.

М. Аншуков

— Добрый вечер.

Н. Лангаммер

— И Ольгу Цой, которая и предложила эту тему, кандидата искусствоведения, филолога, педагога. Оля, привет.

О. Цой

— Добрый вечер.

Н. Лангаммер

— Ну что, давайте послушаем по традиции программу Оли и продолжим обсуждение.

«Когда я еще не воцерковилась, часто руководствовалась светской поговоркой: „Как Новый год встретишь, так его и проведешь“. Поэтому старалась отметить любимый праздник на должном уровне: в красивом платье, в кругу родных людей, за обильным хлебосольным столом. Под бой курантов с неизменным салатом оливье, из года в год я провожала старый год и встречала новый почти одинаково. Пока не стала ходить в храм. Тогда правила поменялись. Во-первых, я осознала, что 31 декабря приходится на Рождественский пост, тут уж про оливье и прочие вкусности приходится забыть. Во-вторых, со временем сам праздник Новый год как-то стал отходить на второй план, уступая место долгожданному Рождеству Христову. Но все равно хотелось провести новогоднюю ночь по-особенному, чтоб и праздник был, и радость, и чудеса, и подарки, и ночью не спать — все как в детстве. И вот решение, примирившее память детства и православные традиции, нашлось: в новогоднюю ночь я решила пойти на Божественную литургию. Там и встретить Новый год. Под вечер я красиво оделась и поехала в храм. Литургия — удивительное событие. Будто собираются самые близкие люди на Святую Трапезу. Получается, мы тоже собрались за столом, мы тоже празднуем, радуемся. В полночь на улице стали раздаваться хлопки петард, вспышки салютов, громкие выкрики. Они казались такими далекими, потусторонними и чужими. Ведь у нас в храме лилась молитва, пел хор, было спокойно и благодатно, не было мирской суеты. Причастившись, в ночи мы поехали домой. Наверное, это было самое праздничное новолетие. Я почувствовала, что Господь благословил наступающий год. В ту ночь приоритеты были расставлены. Я навсегда сохранила в памяти ощущение, когда стоишь в тишине с Богом и тебя не касается, не смущает бурный мир вокруг».

Н. Лангаммер

— Вот так вот Оля зашла. Нашла для себя, наверное, самое правильное для христианина решение. Хотя я не возьмусь сказать, есть тут правильные решения или неправильные. Как отец Алексей скажет, каждый, наверное, должен делать так, как ему по сердцу. Да, отец Алексей, как правильно-то?

Протоиерей Алексей

— Постараемся разобраться, для кого что, я думаю. Для кого что. Надо сказать, что, конечно, участие в Божественной литургии в новогоднюю ночь — это замечательно, это прекрасно. Я тоже очень люблю служить в эту ночь. Но ведь это довольно свежая традиция. Я думаю, что ей четверть века максимум. Первый раз я с ней столкнулся — это было, наступал 2001, по-моему, год или 2000 год. Это, в общем-то, новая практика, очень хорошая практика.

Н. Лангаммер

— Но вы служили тогда, потому что вам хотелось или потому что как-то это попала ваша череда?

Протоиерей Алексей

— Вы знаете, вот первый раз я служил — меня перевели в новый для меня храм, и там настоятель, уже не первый, не второй раз, уже какое-то количество лет служил новогоднюю литургию. Первая реакция у меня была — я не до конца понял, зачем. Ну, как-то мы, получается, Новый год к Рождеству приравниваем, к Пасхе. Мы ночью на Рождество, на Пасху служим. Тут светский праздник — и такая честь. Но когда я первый раз был на этой службе — надо сказать, это была не просто Божественная литургия, это было всенощное бдение, длинное, там с акафистом, с молебном о страждущих от недуга пьянства, потом с литургией — то есть, это была очень большая служба, такая длинная, я вдруг понял, как это здорово. В храме было немало людей, много. И в том числе было много пожилых людей. Я подумал: вот пришли люди, кто остался дома один. Ведь у нас многие люди чувствуют в эту ночь одиночество. Молодежь расходится, и они одни там у телевизора сидят или там спать ложатся. И вот это петарды, шум, веселье, и они как бы не у дел. И я так подумал: как же это хорошо, какая замечательная традиция уже такая, какая замечательная идея — Новый год в молитве встречать. И тоже, о чем Ольга говорила, что и причаститься в этот день, и действительно начать год, завершить год, начать год Божественной литургией — это очень хорошая традиция. Это вот тот пример, когда вот такой ответ Церкви, такой благодатный ответ Церкви на современную реальность.

Н. Лангаммер

— Как ваша семья отреагировала, что вас нет дома?

Протоиерей Алексей

— Вначале удивились, очень сильно расстроились. А потом сейчас, в общем, мы любим, я сейчас настоятель в храме, и мы тоже ставим в расписание новогоднюю ночную службу. И я сам служу ее с удовольствием.

Н. Лангаммер

— Длинную?

Протоиерей Алексей

— Нет, мы служим не длинную, мы служим просто литургию. Люди приходят, причащаются. Мне кажется, это очень правильно.

Н. Лангаммер

— Ну, а если люди привыкли отмечать Новый год иначе? Я вот давайте буду тут оппонировать от лица немощных таких христиан, которым хочется сохранить то, что было в детстве, ибо это правда праздник детства. Для меня, наверное, как для ребенка советского такого, Советского Союза, я помню это с таким теплом, что мне не хочется это тепло разорять и себя этого лишать. Потому что это так было с родителями. Это память о семье, это память о традициях. Это салат оливье, который, Олечка, можно делать без мяса.

О. Цой

— Постный. С креветками.

Н. Лангаммер

— С креветками, с крабами, с крабовым мясом. И это, между прочим, вкуснее. Я теперь так все оливье делаю, потому что он так легче. Мы еще делали последние годы суши. Потому что тоже как бы постная история. Можно сельдь под шубой. Я сейчас оглашу, как в «Лете Господнем», полное меню.

М. Аншуков

— Мимоза.

Н. Лангаммер

— А мимоза с яйцами делается, тут мимоза как раз не пройдет. А вот сельдь под шубой и что-то вот такое свекольно-тунцовое — кто-то так делает, кто-то по-другому. Кто-то тунец с солеными огурцами, так мы начали...

О. Цой

— Я еще добавлю, можно плов с тунцом сделать.

Н. Лангаммер

— Вообще.

О. Цой

— Обалденно. Потому что тунец, он на вкус как мясо получается. Абсолютно полноценный плов.

Н. Лангаммер

— А вот мы тебя и поймали — то есть все-таки праздновать Новый год хочется, не только на литургии. Я причем слышала мнение, что Богу богово, а кесарю кесарево, и этот праздник светский, и почему, собственно, нужно идти в храм. Я знаю случаи, когда в семье кто-то рвался в храм, а другие печалились и хотели остаться дома. Как вот с этим быть, Оль?

О. Цой

— Тут надо вообще понимать, что за семья прежде всего. И здесь есть очень много нюансов в каждой семье. Конечно, праздновать Новый год хочется. Вот, наверное, единицы, действительно, это могут быть только пожилые люди или там какие-то, которым не хочется, или плохое настроение, или какая-то обида. Всем хочется, потому что все хотят, как пел мой знаменитый однофамилец, перемен. Все хотят перемен. Новый год — это какой-то такой вот рубеж перемен, конечно, к лучшему. Вера, что все будет еще радостнее, еще лучше и впереди только самое хорошее — это, конечно, детство. И здесь все зависит от семьи. Если эта семья верующая, самый важный момент, я об этом скажу — есть ли в этой семье дети или детей нет. Вот если детей нет и семья верующая, муж и жена, супруги, они в согласии, здесь пожалуйста, можно пойти в храм, можно какой-то постный действительно стол сделать, можно лечь спать и вообще не отмечать этот праздник. Можно на следующий день пойти, допустим, уважить своих родственников, навестить их, тоже в каких-то добрых традициях. Тут уже каждая семья решает по-своему. Если в семье есть какие-то разногласия, например, кто-то из супругов верующий, а кто-то нет, тут уже договариваются, как всегда, кто-то идет на какие-то уступки.

Н. Лангаммер

— То есть, чтобы это не стало поводом для розни.

О. Цой

— Конечно, это уже решается, наверное, с духовником и такой тонкий момент внутрисемейный. Но вот если есть дети, то здесь никак от Нового года не убежишь.

Н. Лангаммер

— Ну да, они подвержены этой культуре внешней.

О. Цой

— Конечно. Потому что говорить детям: «Мы православная семья, нет-нет, Новый год — это не наш праздник, а наш праздник Рождество. Давай его подождем, а этот пропустим», — ну здесь никак, мне кажется, не получится. Потому что это и детский сад, новогодние какие-то праздники, утренники, и события, и все. И здесь уже надо находить какую-то альтернативу, как детям рассказать о том, что такое Новый год. И самое важное, чтобы Новый год не соединился с Рождеством Христовым, то есть, чтобы вот в этой западной традиции...

Протоиерей Алексей

— Даже я бы добавил, не то чтобы не соединился, чтобы он не вытеснил Рождество.

О. Цой

— Не заместил.

Протоиерей Алексей

— Мне кажется, это как раз очень хороший повод учиться расставлять приоритеты для верующих людей. Не надо отменять Новый год, это абсурд, это странно. Ну как, если мы живем, и вся страна, весь внешний мир — мы не должны подражать во всем, безусловно, и, если что-то худое происходит вне Церкви, это не значит, что нужно это худое нести в Церковь, в свою семью. Но просто сделать вид, что его нет, это странно. Нужно правильно реагировать.

Н. Лангаммер

— Да, странно, и плюс, это травма для ребенка.

Протоиерей Алексей

— Ну это какая-то странная вещь — сделать вид, что вот все готовятся к празднику....

Н. Лангаммер

— Мы не будем.

Протоиерей Алексей

— Весь город там, все населенные пункты украшены, там все соответствует. Нужно вырабатывать у детей в том числе правильное отношение к этому. Конечно, это праздник светский. Он имеет определенные духовные смыслы — поблагодарить Бога, попросить Бога — в этом ничего дурного нет. Есть чин новогоднего молебна. Он, конечно, перекочевал из индикта церковного, с 1 сентября, значит, на 1 января. Но все равно, то есть Церковь осмысляет этот праздник, как Церковь осмысляет все, что происходит в жизни людей. Конечно, это не древняя традиция. Понятно, что празднование Нового года с 31 на 1 января — это традиция, которой несколько столетий всего.

Н. Лангаммер

— С петровских времен.

Протоиерей Алексей

— Ну да. И делать вид, что этого нет, это странно. Это может выработать дурной навык игнорировать то, что не надо игнорировать. Нужно правильно к этому относиться.

Н. Лангаммер

— А почему дурной? Вот смотрите, мне, когда я только воцерковлялась, у меня одна верующая знакомая такая, прямо рьяно верующая, сказала: «Новый год — страшный праздник! Страшный праздник!»

Протоиерей Алексей

— Ну как праздновать.

Н. Лангаммер

— Я говорю: «А почему?» — то есть хочется какой-то сакральный смысл найти. Я же неофит, я всему готова верить. «Потому что он приходится на самую строгую неделю Рождественского поста». И я такая: «Ну и что?» Ну как бы как праздновать?

Н. Лангаммер

— Напомню, что в эфире программа «Клуб частных мнений». Меня зовут Наталья Лангаммер. И мы сегодня обсуждаем, в предновогодние дни, как, собственно, этот праздник православному христианину отмечать. В студии у нас сегодня протоиерей Алексей Батаногов, настоятель храма святого равноапостольного князя Владимира в Новогиреево. Максим Аншуков, лидер группы «Ключевая», и Ольга Цой, педагог, кандидат искусствоведения, филолог, которая, собственно, с этой темой, с этим вопросом к нам сегодня пришла. А вот если говорить не о церковной традиции, а о той традиции, которая остается в обществе. Ну то есть что делать, если я не пошла в храм, осталась дома, а у нас традиция была смотреть телевизор? И вот, Максим, вы наверняка с этим сталкиваетесь — предновогодние концерты как альтернатива празднованию в храме. Вот как для вас это отзывается? Вы же еще и участвуете в этом.

М. Аншуков

— Вот тут очень важно, правильно сегодня мы тут озвучиваем, двигаться в единение, двигаться в важнейшую дату — в Рождество Христово. То есть держать в себе основным праздником всегда внутри радость встречи в Рождество. А все то, что касается предновогодней какой-то вот этой всей мишуры, суеты, важно не распыляться, важно всегда помнить, быть цельным, настраивать вокруг себя людей обязательно — будь то коллектив, будь то семья, настраивать именно на то, что мы все возрадуемся именно с 6-го на 7-е. А пока мы отмечаем, и вообще я хотел бы сказать, что всегда нужно помнить, что это детский праздник. И вот когда ты еще и несешь это творчески, и подбираешь соответствующую программу, соответственно празднику, тогда как-то светло на душе, и в общем-то ты не отвлекаешься на какие-то моменты.

Н. Лангаммер

— Вас приглашают на новогодние огоньки, которые снимают?

М. Аншуков

— Вы знаете, нечасто. Мы все-таки такой коллектив достаточно серьезный, смысловой и не развлекательный. У нас есть песни, которые можно подогнать под определенную тему, но их значительно меньше, чем песен, где нужно именно подумать, посопереживать.

Н. Лангаммер

— Корпоративы. Знаете, как у всех актеров елки перед Новым годом, а у вас наверняка какие-то корпоративные предложения — то есть все равно, наверное, для артиста это период работы.

М. Аншуков

— Да, конечно.

Н. Лангаммер

— И как вы на это отзываетесь? Как вы можете сказать людям: «Нет, мы вам не будем обеспечивать веселье, а мы вам сейчас расскажем про Рождество Христово»? Или как вот это?

М. Аншуков

— Так вот здесь вот очень важно оставаться самим собой и себя не переделывать ради чего-то. Вот здесь очень нам помогает то, что у нас есть большое количество материала, и мы не задумываемся над тем, как и что играть, мы не подстраиваемся под события. Мы можем сделать так, можем сделать так, но в любом случае это будет светло и радостно.

Н. Лангаммер

— То есть вы несете все равно свет Христов, потому что это ваш собственный репертуар?

М. Аншуков

— Мы дерзновенно так думаем. По крайней мере настрой в группе именно такой.

Н. Лангаммер

— Хорошо, а какие еще есть традиции? Давайте мы уже взялись людям что-то рассказать, предложить что-то. Отец Алексей, какие у вас традиции в семье празднования Нового года? Или вы служите литургию и спать?

Протоиерей Алексей

— Вы знаете, было по-разному. И нашей семье уже 35 лет в этом году, и дети выросли, и уже создали свои семьи. И вот в этом году мы планируем играть после литургии в игру, нашу традиционную игру в исполнение желаний.

Н. Лангаммер

— Это как?

Протоиерей Алексей

— Заранее все, кто предполагают участвовать в застолье — ну, опять, понимаете, вот мы там про винегрет, про там плов, я не знаю...

Н. Лангаммер

— Это важно. Тут хозяйки сидят.

Протоиерей Алексей

— Понятно. Но все-таки мне кажется, что самое важное — это общение между людьми. Понятно, что люди должны перекусить что-то, и может быть какое-то праздничное угощение, это понятно, но я против того, чтобы на гастрономической, так сказать, составляющей делался акцент.

Н. Лангаммер

— Просто здесь преткновение. Почему мы не празднуем? Потому что холодец, потому что алкоголь.

Протоиерей Алексей

— Сколько постных продуктов, сколько постного всего существует. Нет, какой-то здравый смысл же должен быть, я не знаю. Если мы весь пост сводим к гастрономии, то я думаю, что это как бы ошибка.

Н. Лангаммер

— Отец Алексей, игра, рассказывайте.

Протоиерей Алексей

— Игра. Значит, общение за столом и творческое общение. Каждый участник загадывает желание, которые можно было бы в шапку бросить — но тут есть вероятность вытащить свое желание или как-то немножко некорректно. Некий ведущий (обычно последние годы — это я) собирает эти желания и распределяет между другими. То есть каждый загадывает желание и чье-то другое желание выполняет.

Н. Лангаммер

— И вы прямо знаете, да, кому что?

Протоиерей Алексей

— Я знаю. А человек, который выполняет желание, не знает, чье желание.

Н. Лангаммер

— И вы осознанно, знаете, что этот человек лучше выполнит желание другого.

Протоиерей Алексей

— То есть здесь некий подход некий, так сказать, как мне кажется, такой вот.

Н. Лангаммер

— Мудрый. Баланс.

Протоиерей Алексей

— Кто на что способен, я примерно представляю. Идея в том, чтобы то есть это юмористическое выполнение такое, кто на что способен — сюрприз какой-то, книжка, я не знаю, стихотворение, песня, какая-то шутка, может быть, что-то.

Н. Лангаммер

— Я хочу пойти на аттракционы кататься.

Протоиерей Алексей

— Ой, это аттракционы можно устроить.

Н. Лангаммер

— Да.

Протоиерей Алексей

— Нет, разные были желания. Хочу там прошлогоднего снега, я не знаю.

Н. Лангаммер

— А еще?

Протоиерей Алексей

— Хочу оказаться в нужном месте, в нужное время и знать, что делать.

Н. Лангаммер

— И что тут, собственно, как это исполнить? Это же что-то абстрактное такое.

Протоиерей Алексей

— Это желание лет 25 назад выполнял я.

Н. Лангаммер

— Так.

Протоиерей Алексей

— Желание моего друга. Я долго думал, как его выполнить. Там, значит, часы какие-то песочные выдумывал, выдумывал — ничего толкового у меня не получалось. И вдруг, я прошу прощения у всех наших зрителей, я позволю себе рассказать эту шутку, смешную историю до конца. И вдруг мне все время реклама была — по телевизору там, по радио «Лопедиум» рекламировали.

Н. Лангаммер

— Это что?

Протоиерей Алексей

— Это таблетка от диареи.

О. Цой

— В нужном месте, в нужное время. Ну да, ты окажешься в нужное время в нужном месте, если она будет с тобой.

Протоиерей Алексей

— В общем, было смешно.

Н. Лангаммер

— И как человек отреагировал?

Протоиерей Алексей

— Все смеялись. Нет, ну это здесь заведомо, здесь нет предположений загадать что-то ценный подарок — там дорогие часы или, я не знаю, что-нибудь там...

М. Аншуков

— Главное попасть в точку.

Протоиерей Алексей

— Просто вот, я говорю, как-то кто-то загадывал небо в алмазах.

Н. Лангаммер

— И?

Протоиерей Алексей

— Подарили калейдоскоп. Это, кстати, и заказывал.

Н. Лангаммер

— Кстати, да, калейдоскоп.

Протоиерей Алексей

— Ну, там еще это обыграно было определенным образом.

Н. Лангаммер

— Еще фосфоресцирующие звезды можно сейчас на потолок.

М. Аншуков

— Сейчас светильнички есть такие.

Протоиерей Алексей

— Сценки бывают иногда, что-то. Вот прошлогодний снег — это было сделано суфле: такая гора снежная, горнолыжная трасса. Ну, тут...

М. Аншуков

— Фантазия.

Протоиерей Алексей

— Да неважно, это же в общении, тут как-то...

Н. Лангаммер

— То есть это повеселиться, да, сделать друг другу приятное?

Протоиерей Алексей

— Пообщаться, приятное сделать. Мне кажется, самые запоминающееся именно творческие какие-то номера, когда вот что-то человек вот такое от души приготовит, там песню споет какую-то, вот какую-то постановочку маленькую сделает.

Н. Лангаммер

— Вы сказали про семью...

Протоиерей Алексей

— Семья плюс друзья.

Н. Лангаммер

— То есть здесь общение именно, общение со своими родственными связями. Для многих это Новый год действительно общение, да, Максим?

Протоиерей Алексей

— Честно говоря, я вот это все время оливье там, мандарины, шампанское, икра, что-то, какие-то атрибуты новогоднего стола, мне все время жалко время и деньги вот на все это.

Н. Лангаммер

— А мне желудки жалко.

Протоиерей Алексей

— Ну, это все я просто даже... Тем более, кстати, для православных очень повезло в этом смысле — постный день, полегче вообще, не наседать на все это, не хомячить.

Н. Лангаммер

— Да, у нас после Рождества начинается.

Протоиерей Алексей

— Да вообще нужна умеренность. Пост, не пост — умеренность, воздержанность никому еще не мешала.

Н. Лангаммер

— Как у вас, Максим?

М. Аншуков

— Все же упирается в одно и то же, что все потом уже не могут ничего в себя впихнуть и думают, что же делать. И вот тут бы куда-нибудь сходить погулять. Кстати, как у нас всегда было принято в семье — обязательно выйти погулять. И вот сегодня прекрасно прозвучало: хорошо бы дойти до храма. А почему бы нет? Ведь действительно это единение, действительно это радость. Очень хорошо, светло.

Н. Лангаммер

— А у меня, знаете, как совмещалась рождественская традиция с новогодней? Мы ходили 31 декабря... Но раньше елки не сразу увозили в храмы. Сейчас, кстати, елки увозят в храмы. А тогда их везли на мусорку, те, которые не купили. И где-то часов в семь сворачивались эти ярмарки, и мы шли как раз к семи 31 декабря нарубить веток, когда уже не жалко, веток для вертепа.

М. Аншуков

— Это с елочных базаров?

Н. Лангаммер

— С елочных базаров. Ну, сейчас уже не дадут, сейчас уже там за деньги все равно будут стараться. Но бывало, что у нас получалось. Мы в любом случае эти ветки добывали, хоть покупали, хоть как. И я их приносила домой, и уже вот пахло Рождеством.

М. Аншуков

— Ну да, вот живая хвоя, да.

Н. Лангаммер

— Живая хвоя, да. И я уже знала, что я буду делать вертеп. То есть у нас такое преддверие Рождества было. Оль, какие у вас традиции? У вас дети.

О. Цой

— Для меня всегда, и вспоминая свое детство, я тоже размышляла, что для меня Новый год. Для меня Новый год — это утро 1 января, когда вскакиваешь рано и бежишь под елку смотреть подарки.

Н. Лангаммер

— Вот. И это именно с Новым годом связано. А получилось это перенести на Рождество? Или это осталось на Новый год?

О. Цой

— Нет. На Рождество, мне кажется, вообще не надо ничего с Нового года переносить. Вот вообще. Потому что общего у Нового года и Рождества Христова, мне кажется, только вот эти прекрасные нарядные елки — елки, которые стоят в храме, около храма и дома. Вот здесь, мне кажется, наоборот. Очень важно это, вот как батюшка говорил, четко разграничить и расставить приоритеты, чтобы у нас не было такого вот Mary Christmas и Happy New Year. И тут важно как-то попробовать объяснить детям, в чем ценность Нового года, да? Ну вот для меня лично это вот 1 января, утро, подарки, и что вот их не было под елкой, я же проверяла. Специально перед сном я пошла, посмотрела...

Н. Лангаммер

— Я ночью еще ходила.

О. Цой

— Ну можно, да, тоже проверить. А потом вдруг они появились. Это такое чудо.

Н. Лангаммер

— Чудо.

О. Цой

— И просто чудо, радость, и даже не то что радость, что тебе подарили ценные вещи...

Н. Лангаммер

— А что ты подарил еще.

О. Цой

— Да. А то, что они появились, их не было, это какое-то вот волшебство. Поэтому здесь, наверное, вот этот момент можно зафиксировать, момент чудес. Но когда мы уже пододвигаемся к Рождеству Христову, это совсем другая тема — это тема прихода в мир Спасителя.

Н. Лангаммер

— И детям как это объяснить? Если для них вкусное, самое такое яркое — это подарки. Подарки на Новый год. А что тогда на Рождество?

О. Цой

— А вот тут надо вспомнить, что на Рождество-то подарки кому мы дарим?

Н. Лангаммер

— Ну, это такой осознанный подход, а малышу хочется радости такой простой.

О. Цой

— Можно попробовать. Попробовать. Вот был Новый год, тебе подарили подарки? Ну, оставим — кто-то любит Деда Мороза, бедного этого, несчастного, поминает, а кто-то его не любит. Вот опять так, какой он персонаж там — наш, не наш, языческий, не языческий. То есть Новый год — это тебе подарили подарки. А вот в Рождество Христово мы вспоминаем, что кто дарил подарки — волхвы, которые пришли и Младенцу Христу подарили подарки. Давай мы с тобой тоже попробуем в этот праздник подарить подарки Младенцу Христу.

Н. Лангаммер

— Какие?

О. Цой

— Прежде всего, наши хорошие поступки.

Н. Лангаммер

— А как это зафиксировать?

О. Цой

— А это надо над этим работать.

Н. Лангаммер

— Я могу рассказать, как это придумала делать матушка Ольга Юревич. Мне очень эта традиция нравится. Они жили не-небогато, и что же можно сделать? И у них, когда оставались какие-то картонки от любого, собственно, упаковочного материала, она разрезала на треугольники на такие яркие. И когда ребенок совершал добрый поступок, она на треугольнике ему писала. И дети эти треугольнички сохраняли у себя, а под Рождество они делали гирлянды. В подарок Христу.

О. Цой

— Мне кажется, это прекрасная история.

Н. Лангаммер

— Прямо это вот ее такое авторское ноу-хау. И мне кажется, это здорово. Но вот про подарки действительно, перенести как-то это на Рождество у нас не получилось. Но, с другой стороны, понимаешь, ты уже говоришь про чудеса в Новый год. А вот для меня это прямо было, вот когда я только уверовала, мне хотелось подчеркнуть, что чудеса случаются не в Новый год, а чудеса случаются именно на Рождество. Я даже фильм специально сняла — «Чужой Новый год», где чудо случилось именно в Рождество. Вот мы тут как-то не сбиваем ребенка, если у нас чудеса, например, появление подарков — а это очень важно. Я бегала, пыталась застать Деда Мороза, мне было важно, какого цвета у него шуба — все-таки голубая, желтая или красная? Я выходила, папа однажды принес подарок первый, чтобы украсить люстру, и говорит: «Только сейчас вылетел из окна. Я его за хвост хотел, а он вылетел из окна». Мне так было досадно, и я всю ночь ходила, значит, проверяла, когда же случается, что мешки тряпочные лежат пустые, сложенные, а потом раз — и они полные.

Протоиерей Алексей

— Дети верили в Дедушку Мороза очень долго. Мы так устраивали, что он приходил к ним, но не входил в дом или в квартиру. А где-то вот так за окошком.

Н. Лангаммер

— То есть они его не видели?

Протоиерей Алексей

— Видели.

Н. Лангаммер

— И кто это был?

Протоиерей Алексей

— По-разному. Это тайна. Секрет.

Н. Лангаммер

— Понятно. Все-таки Дед Мороз.

Протоиерей Алексей

— Дед Мороз это был, да. Он оставлял — ну как, он в дом не может зайти, потому что тепло, растает. Он оставлял и уходил. У нас разные варианты. В лесу мы празднуем. Но, кстати, вот я не вижу никакой проблемы в перенесении даты. Почему мы не можем на Рождество. Допустим, вот мы на Рождество это устраивали, такой праздник с Дедом Морозом, не на Новый год.

Н. Лангаммер

— Не в Новый год.

Протоиерей Алексей

— Ну, так сложилось, что мы как раз акцент делали и подарки, все, максимум на Новый год тоже, но на Рождество все-таки акцент был. В лесу мы справляли. Ну, как вот, мы же на службе ночью или там утром на службе, на Рождество, а 7-го вечером или 8-го, в какой-то другой день — продолжение праздника для детей. Не в храме уже, а в семье с друзьями там, с другими детьми.

Н. Лангаммер

— В эфире «Клуб частных мнений» на Светлом радио. Меня зовут Наталья Лангаммер. Мы с вами придумываем традиции какие-то или вспоминаем традиции, способы, как отпраздновать Новый год православному христианину. В гостях у нас протоиерей Алексей Батаногов, настоятель храма святого равноапостольного князя Владимира в Новогиреево, Максим Аншуков, лидер группы «Ключевая», и Ольга Цой, кандидат искусствоведения, филолог, педагог. Мы сейчас прервемся на небольшую паузу. Пожалуйста, не переключайтесь.

Н. Лангаммер

— Возвращаемся в студию Светлого радио, где у нас уже стоит елочка, Дед Мороз. Хоть еще три дня три, правильно? 28-е, 29-е, 30-е, 31-е — три дня до Нового года. Но мы уже говорим на новогодние темы, а конкретно о том, как праздновать Новый год православному христианину. И в гостях у нас отец Алексей Батаногов, настоятель храма святого равноапостольного князя Владимира в Новогиреево, Максим Аншуков, музыкант, лидер группы «Ключевая». И Ольга Цой, филолог, педагог, кандидат искусствоведения. Оля с этой темой сегодня пришла. Отец Алексей, так все-таки вы говорите перенести праздник не на 7-е, а на 8-е. А что бы тогда в Новый год все-таки его не отметить?

Протоиерей Алексей

— Рождество?

Н. Лангаммер

— Нет, новогодний. Вот с елкой, с Дедом Морозом. Я запуталась.

Протоиерей Алексей

— Перенести в том плане, что центральное событие Рождества — это, конечно, богослужение, литургия.

Н. Лангаммер

— А почему подарки нельзя тогда 7-го утром?

Протоиерей Алексей

— На литургию все идут.

Н. Лангаммер

— Ну, проснулись после литургии...

Протоиерей Алексей

— Тут по ситуации: если ночью были на литургии — значит, утром подарки. Тут по ситуации. Здесь вообще проблема-то откуда возникла? Что мы Новый год справляем по григорианскому календарю, а Рождество по юлианскому. Так-то, если мы жили бы в одном календаре, а не в двух, то Новый год приходился бы на Святки, и это логично. И я тут не совсем, Ольга, с вами соглашусь. Определенная связь Нового года с Рождеством, она существует.

Н. Лангаммер

— Какая?

Протоиерей Алексей

— Советского Нового года с Рождеством не существует. Но мы, у нас летоисчисление от Рождества Христова. И так случилось по уставу Церкви, что Новый год рядом с праздником Рождества Христова. И вот вся наша трудность здесь заключается в осмыслении в том, что у нас на пост приходится, что как бы он предшествует Рождеству. А должен был наоборот, сначала Рождество, а потом...

Н. Лангаммер

— У нас с 13-го на 14-е, как старый празднуют.

Протоиерей Алексей

— Ну, у нас в нашем народе понятно, мы и с 13-го на 14-е отметим, с 31-го на 1-е отметим, и с 6-го на 7-е отметим. Но здесь важно, чтобы все было на своем месте, как бы чтобы система ценностей не рушилась. И для детей это тоже важно. Не то, что Новый год мы отменяем и не празднуем. Мы его празднуем. Мы живем в том числе в государстве, в светском обществе это событие как бы, да. Но акцент, именно главное духовное событие — это Рождество. Подарки, мне кажется, мы на Рождество большие подарки дарили. Как бы акцент был на Рождество, а Новый год — ну так, что-то тоже дарили, но это как-то вот, чтобы обидно не было. Но, понимаете, вот что мне нравится. Мне все время, как сказать, не люблю я вот эти предновогодние дни, когда все стоят в пробках, ничего делать невозможно, какие-то огромные корзины закупаются еды. Вот это вот предновогоднее, к сожалению, я как-то не люблю это.

Н. Лангаммер

— Посидеть дома, спрятаться.

Протоиерей Алексей

— Надо как-то вот пережить это, эти дни надо. А когда это вот 1-е января, 2-е пройдет, оно как-то все спокойнее. Тихо, спокойно.

Н. Лангаммер

— И тут нам повезло с Рождеством, мы можем спокойно подготовиться к нему.

Протоиерей Алексей

— Да.

Н. Лангаммер

— Тут нам повезло. Но вот у меня, когда взрослые в семье, у меня не получилось вообще никак перенести подарки.

Протоиерей Алексей

— Это правда. Смотрите, хотим мы или не хотим, если человек живет в большом городе, тут уже 25 декабря, да уже после 20 декабря уже все, коллапс полный.

О. Цой

— Конечно.

Протоиерей Алексей

— Тут уже вот получается, наше Рождество по юлианскому календарю, оно вот в такое спокойное время уже. Мне кажется, это даже хорошо. Вот есть плюсы.

Н. Лангаммер

— Да, есть плюсы.

Протоиерей Алексей

— А постную еду можно приготовить.

Н. Лангаммер

— Все равно как-то вот, не знаю, у нас не сложилось, что прямо праздник в Рождество. Если неверующие люди, там, родственники, друзья дома, очень трудно им объяснить.

Протоиерей Алексей

— В каждой ситуации, в каждой семье какие-то свои нюансы есть, конечно.

Н. Лангаммер

— Индивидуально.

Протоиерей Алексей

— Я думаю так, вот вы говорили, если там полсемьи верующие, полсемьи неверующие, ну так случилось — конечно, верующие должны уступать. Это тут как бы понятно. Тут могут быть тоже нюансы, в чем уступать и так далее. Но мир, согласие, прощение выше какой-то справедливости, я не знаю. То есть любовь выше справедливости. Ради мира, ради любви, конечно, верующий человек понимает и должен. Понятно, что есть границы, нельзя во всем уступать. Но вот в каких-то таких моментах, конечно, идти навстречу немощи неверующего человека.

О. Цой

— Это важно очень.

Н. Лангаммер

— Но пельмени все равно не варить. Могут же люди адаптироваться.

О. Цой

— А если муж попросил пельменей?

Н. Лангаммер

— Ну, муж попросил...

Протоиерей Алексей

— Да сварите пельмени, в чем проблема-то?

Н. Лангаммер

— А если как-то аккуратно предложить, все-таки чуть более постно отпраздновать.

Протоиерей Алексей

— Нет, подождите, если он согласен, пожалуйста. Ну, если не согласен, не нужно делать трагедии из пельменей.

М. Аншуков

— Их можно вместе лепить.

Н. Лангаммер

— Да, и тогда будет...

М. Аншуков

— Весело, по крайней мере.

Н. Лангаммер

— Ну вот уже предрождественская, наверное, традиция, которая может начинаться до Нового года, но почему-то именно особенно в эти дни — это делать подарки другим людям, помогать, благотворить, к кому-то пойти, у кого вообще все плохо. На Новый год, кстати, можно дарить календари. Вот точно не на Рождество, а на Новый год. Я всегда дарю календари, и может, к кому-то из пожилых попадаешь и устраиваешь.

Протоиерей Алексей

— Отрывной календарик — из Советского Союза атрибут.

Н. Лангаммер

— Можно и такой. А можно православный. Ну вот не знаю, навязываю я или нет, но я люблю такие яркие календари, где там картинки, где написано, какой день какой. Конечно, это не работает, люди все равно не заглядывают, какие дни постные, но, может, и сработает. Но крестникам я дарю такие календари. Максим, что вы дарите?

М. Аншуков

— «Сад и огород» календарь очень полезный, как правило.

Н. Лангаммер

— Для взрослых.

М. Аншуков

— Да, для взрослых.

Н. Лангаммер

— У вас как, подарки когда?

М. Аншуков

— Вы знаете, конечно же, под Новый год, но и на Рождество, конечно же, тоже. И вот здесь, я согласен, надо четко расставлять приоритеты. Я считаю, что на Рождество надо более значимое что-то дарить. А Новый год уже как просто дата, действительно, вход в новый год — то есть цифры всего лишь, мы как бы входим в новый такой мир. Я, знаете, что хотел, такую вставочку сделать: я работал Дедом Морозом. У меня был такой опыт.

Н. Лангаммер

— Ух. Вот отец Алексей не признался, а вы признались.

М. Аншуков

— Недолгое время, так было у меня две зимы. И вы знаете, это было уже больше десяти лет назад, от такого большого магазина, мы, значит, такая бригада у нас была целая. И поскольку у нас действительно длинные праздники, здесь нам очень повезло, они у нас действительно длинные, то я могу вам сказать, что из десяти случаев, три случая — это Дед Мороз был вызван на Рождество.

Н. Лангаммер

— Во как. Дед Мороз?

О. Цой

— Интересно.

М. Аншуков

— И я вам больше скажу. Как правило, это вот абсолютно точно, это семьи, где много детей. Вот где много детей.

Протоиерей Алексей

— Вот есть большая вероятность, что воцерковленные семьи.

Н. Лангаммер

— Или просто Деду Мороза добыть проще.

М. Аншуков

— Это в Рождество. И это большие, хорошие такие, интересные подарки. Там очень много было смешных случаев, конечно же, и много веселых случаев. Я где-то бороду забыл, и мне приходилось, значит, в следующий...

Протоиерей Алексей

— Срочно отращивать.

Н. Лангаммер

— И красить.

М. Аншуков

— Хорошо, меня спасли, там на чердаке была запасная у людей.

Н. Лангаммер

— Мочалка.

М. Аншуков

— Да, какая-то, да, мы так замаскировали, классно это было. И вот эти, конечно, детские глаза, которые смотрят — это ни с чем не сравнимо, которые смотрят вот как ты входишь.

Протоиерей Алексей

— Дед Мороз — это не советское изобретение. Это Снегурочка у нас позднее изобретение. Дед Мороз — это исторический персонаж. Есть две традиции: в западной традиции — это святитель Николай и в восточной традиции — Василий Великий.

Н. Лангаммер

— Во как. Про Василия Великого я даже не слышала.

Протоиерей Алексей

— А вы никогда не слышали колядки рождественские?

Н. Лангаммер

— Да.

Протоиерей Алексей

— Ну и там же...

Н. Лангаммер

— Но это разве не 14-е, не Обрезание Господне, вот этот праздник третий празднование?

Протоиерей Алексей

— Так это и есть 1 января. Память Василия Великого приходится на 1 января.

М. Аншуков

— Вот как интересно-то.

Протоиерей Алексей

— По юлианскому календарю, поэтому.

Н. Лангаммер

— Ах, вот как.

Протоиерей Алексей

— 14-е, конечно.

Н. Лангаммер

— Василий Великий. Ну, это спасение. Потому что, если говорить про Деда Мороза, я специально подняла какие-то материалы — вообще это помощник Перуна, их там было несколько, языческие.

Протоиерей Алексей

— Понятно, что есть разные варианты. Но христианская Церковь, христианская культура восприняла значит, доброго человека, святого, который посещает детей и дарит им подарки. Там разные существуют вариации, но вот в западной традиции Санта Клаус — святой Николай, в Восточной Православной Церкви — это Василий Великий.

Н. Лангаммер

— Ой, спасибо за решение. Потому что я всегда это сводила к тому, что все равно к святителю Николаю, потому что нужно объяснить, почему подарки. 19 декабря мы празднуем память святителя Николая, и вот рассказываешь про эти мешочки, которые он с золотом бросил у них, через дымоход, по-моему, приходит, с этим связано.

Протоиерей Алексей

— Святитель Николай — более известная версия, так почему-то получилось. Но вот совершенно достоверно, что там есть в Греции, допустим, до сих пор определенные традиции, там какие-то пироги пекут, еще что-то — как-то все это вот празднование Рождества и Нового года. У них, кстати говоря, у греков, они сначала празднуют Рождество, потом Новый год — у них, как раз они живут в григорианском календаре. Там определенные есть традиции новогодние, связанные вот с Василием Великим.

Н. Лангаммер

— А с чем связано? Вот многие спрашивают: ну что, Церкви трудно перейти на григорианский календарь? Почему мы этого не делаем?

Протоиерей Алексей

— Часть Поместных Церквей перешла на григорианский календарь, та же Греческая Церковь на старом стиле. На юлианском календаре остается Русская Православная Церковь, Грузинская Православная Церковь, Святая гора Афон, Иерусалимская церковь. Возможно, я кого-то забыл, но, по-моему, я всех перечислил.

Н. Лангаммер

— А почему?

Протоиерей Алексей

— Почему остаются или почему...

Н. Лангаммер

— Почему остаются?

Протоиерей Алексей

— Ну, я, честно говоря, вообще не вижу проблемы никакой из-за этого. Из-за того, чтобы Новый год был вне поста, из-за этого надо менять календарь?

Н. Лангаммер

— Не только из-за этого.

Протоиерей Алексей

— А еще из-за чего?

Н. Лангаммер

— Ну, чтобы быть со всеми как-то единым, опять же с теми же греками.

Протоиерей Алексей

— Это, знаете, есть определенное, вполне возможно, что когда-то будет соборное решение, и этот вопрос будет обсуждаться. Принципиальным является празднование Пасхи.

Н. Лангаммер

— Ну да.

Протоиерей Алексей

— Вот все наши братья, Православные Церкви, которые перешли на григорианский календарь, на новый стиль, Пасху они все равно празднуют по юлианскому календарю, Пасха у нас вместе — это потому, что серьезный вопрос. Потому что у католиков, допустим, которые полностью перешли на григорианский календарь, у них Пасха может быть вместе с иудейской или даже до иудейской, что запрещено Вселенскими Соборами, постановлениями Соборов. Вопрос такой, он как бы многие считают, и справедливо считают, что юлианский календарь, старый стиль, более точный. Я даже не знаю, что тут добавить. Меня не смущает, нисколько не мешает то, что у нас Новый год до Рождества, я даже нахожу в этом плюс.

Н. Лангаммер

— Напомню, что в эфире программа «Клуб частных мнений». Меня зовут Наталья Лангаммер. Мы сегодня придумываем, как же православному христианину отпраздновать правильно, духовно отпраздновать Новый год. Ну, что значит придумываем — мы как бы озвучиваем те традиции, которые есть в христианских семьях. В гостях у нас отец Алексей Батаногов, настоятель храма святого равноапостольного князя Владимира в Новогиреево. Максим Аншуков, лидер группы «Ключевая». И Ольга Цой, филолог, кандидат искусствоведения и педагог, одна во многих лицах, которая, собственно, эту тему предложила, хотя сама знает ответы на многие вопросы. Оля.

О. Цой

— Не все.

Н. Лангаммер

— Не все, что-то находится нового?

О. Цой

— Не все, конечно. Вот мне по поводу детей тоже не очень понятно. Все-таки вот мы много сказали, что и в Новый год мы дарим подарки, и в Рождество мы дарим подарки. И вот как ребенка все-таки на Рождество сориентировать, что это праздник прихода в мир Спасителя? Это немножечко вот уйти от вот этого новогоднего.

Протоиерей Алексей

— Так ребенок церковный или нецерковный? Если ребенок нецерковный, мы ничего объяснить ему не сможем. Потому что это не объясняется каким-то предложением или каким-то там книжкой одной, фразой. А если ребенок участвует в литургии, если он причащается...

О. Цой

— В воскресную школу ходит.

Протоиерей Алексей

— В воскресную школу ходит. Это он же в этой культуре растет, он же воспитывается в вере. А идея, чтобы ребенок подарил подарок — это очень хорошая идея, чтобы он был как мы все волхвы, мы все можем Спасителю принести какой-то дар. Взрослый человек должен осознавать, что духовные дары — это мир, долготерпение, кротость, воздержание, любовь. А ребенку в какой-то степени, вне зависимости от возраста, это можно прививать — как некая добродетель, добрый поступок, не знаю, что-то такое. Подарить кому-то что-то — это тоже подарить Богу. Давай вот мы не будем ни от кого ждать подарки, наоборот, подарим кому-то.

Н. Лангаммер

— То есть на Новый год получаем...

Протоиерей Алексей

— А к Рождеству все раздариваем.

Н. Лангаммер

— Все раздариваем, что получили. Но, знаете, я хочу еще все-таки оговориться, что почему у нас православные некоторые враждебно относятся к Новому году, потому что в советское время Новый год заменил Рождество. Именно вот с приходом советской власти. Правильно я говорю, отец Алексей?

Протоиерей Алексей

— Ну как, да, вытеснены были, церковные религиозные праздники были вытеснены. Но Новый год какой-то удивительный праздник, он какой-то действительно...

Н. Лангаммер

— Камень преткновения какой-то.

Протоиерей Алексей

— Очень теплые воспоминания. Но все равно здесь какую-то духовную составляющую, душевную уж точно.

Н. Лангаммер

— Душевную точно.

Протоиерей Алексей

— Духовную даже, все равно, как некий анализ прожитого времени. Там если для неверующего человека, может быть, не покаяние, но все равно какой-то вот итог — ошибки там, наоборот, успехи, благодарность. Даже если вымещена религиозная составляющая, божественная, что, конечно, всегда делает человека, так сказать, не хочется как-то грубо говорить, но обделенным.

Н. Лангаммер

— Обделенным.

Протоиерей Алексей

— Обделенным, да, скажем мягко. Если у человека нет Бога в душе, нет Бога в жизни, нет Бога в мыслях. Но все-таки это какой-то был, такая вот радость общения, встречи. Какой-то добрый смысл, безусловно, был и в советском Новом годе. Я этот праздник вспоминаю как-то тепло.

Н. Лангаммер

— А кто его вспоминает холодно.

Протоиерей Алексей

— Вот вы говорите, православные враждебно относятся к Новому году. Я не отношусь враждебно к Новому году — я православный, я из Советского Союза.

Н. Лангаммер

— Хорошие слова: я православный из Советского Союза. Не знаю, люди как-то вот именно переживают, что елка, например, переехала с Рождества на Новый год, что все самое лучшее Новый год себе забрал, и была такая традиция интересная.

Протоиерей Алексей

— Знаете, была же такая традиция интересная, вот поделюсь. Я знаю в некоторых церковных семьях там священников, например, елку наряжали к Новому году, а зажигали лампочки на Рождество.

Н. Лангаммер

— Можно поставить к Новому году, чтоб пахло хвоей.

Протоиерей Алексей

— Ну да. Здесь какой-то, знаете, это все же любовь родителей, они как бы с любовью относятся к своим детям и понимают, что нельзя ни в коем случае обкрадывать в том плане, что вот у всех праздник, а им сказали, что Нового года нет. Но все-таки акцент постараться сместить на Рождество.

Н. Лангаммер

— А что вы делаете с тем, что елки начинают продавать в ноябре и к 7 января они осыпаются, простите? Кто-то с этим сталкивался, нет?

Протоиерей Алексей

— Мы пользуемся замечательной возможностью 31 декабря забрать елки с елочных базаров и украсить храм, и там прихожанам раздать.

Н. Лангаммер

— Срезаны-то они в ноябре?

Протоиерей Алексей

— Когда мороз, они особо не осыпаются.

Н. Лангаммер

— Да?

Протоиерей Алексей

— Они в тепле осыпаются. Если холодная погода, они неплохо сохраняются. А я, кстати, пока ни одного елочного базара не видел.

Н. Лангаммер

— Да, кстати, я тоже не видела ни одного.

М. Аншуков

— Мы окончательно переходим на искусственные елки?

Н. Лангаммер

— Да, Максим.

Протоиерей Алексей

— Искусственный интеллект, искусственные елки.

М. Аншуков

— Ну это же повально уже везде, по-моему, и сейчас, если раньше искусственную елку это было дорого купить, то сейчас, по-моему, живую елку купить дороже, и поэтому люди переходят.

Протоиерей Алексей

— Нет, елки разные. Искусственные бывают очень дорогие елки.

М. Аншуков

— Да, бывают.

Протоиерей Алексей

— Безумно дорогие.

Н. Лангаммер

— Живые тоже.

Протоиерей Алексей

— Тоже, да.

Н. Лангаммер

— Я в прошлом году вынуждена была купить пихту. И она стоила очень прилично. Но мне хотелось сделать приятное. Мне, конечно, сказали дома, что я с ума сошла. Но какая же она была красавица!

М. Аншуков

— А аромат она дает такой же?

Н. Лангаммер

— Нет. Аромат — вот я брала эфирные масла и распыляла в квартире, масла новогодние, чтобы был такой вот...

Протоиерей Алексей

— Так можно и на искусственную побрызгать.

Н. Лангаммер

— Можно, понимаете. Можно.

О. Цой

— Елкозамещение.

Н. Лангаммер

— Елкозамещение, да. А что мы поем на Новый год? Мы как-то радуемся в этот день или что? Давайте еще вот, может быть, здесь посоветуем. Максим, как у вас, какие-то песни новогодние?

М. Аншуков

— У нас всегда пели в семье на Новый год. У нас вообще по праздникам, мы тоже, я из советской семьи, конечно же, у нас вот песенное это обязательно, доставались песенники. Дедушка, я помню, дедуля доставал песенник такой советский. И вот по кругу.

Протоиерей Алексей

— Рукописный?

М. Аншуков

— И рукописный там, да, и там были и какие-то вставки, и тетрадочки, и были такие выпущенные официально песенники, толстые такие.

Н. Лангаммер

— Что ж там было, кроме «В лесу родилась елочка, в лесу она росла»?

М. Аншуков

— Много. Много песен разнообразных.

Н. Лангаммер

— «Маленькой елочке холодно зимой»?

М. Аншуков

— Про зиму там. У нас вот, кстати, в коллективе есть такая прекрасная новогодняя песня, мы ей заканчиваем вообще каждый концерт.

Н. Лангаммер

— Каждый? Даже не новогодний.

М. Аншуков

— Каждый.

Н. Лангаммер

— А о чем она?

М. Аншуков

— Она как раз о празднике Рождества.

Н. Лангаммер

— Вот так вот мы и пришли.

М. Аншуков

— И про Петербург. Вот как-то у нас там это совмещено.

Н. Лангаммер

— Потому что на Рождество-то все понятно — колядки мы начинаем петь.

О. Цой

— А они, кстати, тоже языческого происхождения, колядки.

Н. Лангаммер

— В общем, да, но они адаптированы к Рождеству.

О. Цой

— Переплетено, насколько у нас фольклор переплетен вот...

Протоиерей Алексей

— Ничего удивительного нет. Когда народ живет в Церкви религиозной жизнью, большая часть народа, вся культура, быт, фольклор, они, так сказать...

Н. Лангаммер

— Адаптируются.

Протоиерей Алексей

— Становятся церковными. До этого за основу может взято что-то другое быть. Но в конце концов, это все же, понимаете, это и хорошо. Плохо вот что — плохо, когда религия сводится к фольклору. Когда нет живого религиозного чувства, нет общения с Богом, нет молитвы, нет участия в таинствах, но есть некое вот такое: ну вот колядки там, елочка, храм, свечку поставили — уже хорошо. То есть есть некие такие...

Н. Лангаммер

— Воды на Крещение взять.

Протоиерей Алексей

— Обряды. Обряды есть, а нет живой веры. И в этом смысле у праздников как бы действительно человек может самообманываться тем, что вот он сходил — воду взял на Крещение, куличи освятил на Пасху, там, не знаю, свечку поставил на Рождество — он верующий православный человек. Обманываться может. Хотя по сути живой веры нет, человек не живет по заповедям, даже не задумывается порой об этом. Но, с другой стороны — это повод. Вот в Великую Субботу мы допустим, освящаем куличи — это тяжело в больших городах, там в Москве это целый день.

Н. Лангаммер

— Вообще не положено же, да?

Протоиерей Алексей

— Это да, это по уставу как бы по-другому должно быть. Это после ночной, после литургии освящается уже вот еда, и в том числе куличи. Но не суть. Мы это делаем, потому что многие люди приходят в храм раз-два в году. И бывают обязательно случаи, когда кто-то подойдет к священнику, поговорит. Просят договориться об исповеди или поисповедоваться. То есть для какой-то части вот таких захожан это может быть первым шагом действительно к осознанной живой вере.

Н. Лангаммер

— Поставить свечку.

Протоиерей Алексей

— Это миссионерский такой, как вот миссионерский день. Вот, знаете, можно, не знаю, огромные средства, ресурсы использовать, чтобы привлечь людей на какое-то мероприятие, и результат может быть очень плачевный. А вот на Пасху, в Великую Субботу куличи придут освящать все. Даже если никто не скажет, какая это дата, никто ничего не будет объявлять — все придут. Поэтому странно было бы не использовать этот момент для проповеди.

Н. Лангаммер

— Еще одна традиция, о которой вы упомянули, отец Алексей, мне кажется, очень важная, вот что называется, проводить старый год. Вот для нас сейчас это вспомнить, что нам Господь подарил в том году, и поблагодарить Бога. А потом кто-то строит планы. И даже у нас был один гость, который говорил: «Мы вот строим на следующий год сверяем, чего мы достигли». Я говорю: «А Богу-то как бы это приносите?» «Нет, мы просто вот...» — и как-то он замешкался. А на самом деле это же очень правильно, что сказать: «Господи, я вот хочу вот так. Но не моя воля, а Твоя да будет». Да, Оля?

О. Цой

— Да. Вообще очень важный момент, тоже вот Наташа сказала. И в нашей семье обязательно вот, когда мы садились за стол там в одиннадцать часов вечера, первое, что вот у нас папа, это всегда: «Давайте проводим старый год». И обязательно он говорил слова, слова благодарности старому году за все, что было хорошего, за все, что было плохого. И это действительно очень важно. На этом тоже, наверное, стоит сделать акцент.

Протоиерей Алексей

— Лучше, конечно, Бога благодарить, а не старый год.

О. Цой

— Да, вот я тоже сейчас хотела об этом сказать.

Протоиерей Алексей

— Это вот из Советского Союза все. Подмена такая.

О. Цой

— Конечно.

Протоиерей Алексей

— А меня одного смущает пожелание в Новый год: «С Новым годом, с новым счастьем»?

О. Цой

— Нет, меня тоже смущает.

О. Цой

— Смущает.

Протоиерей Алексей

— Неправильное словосочетание. Ну счастье новое — это что такое?

Н. Лангаммер

— Нет, не новое. Ну вот, знаете, действительно, это какая-то история. Я причем я ее визуализировала, потому что на всех детских елках (а у меня такое счастливое было детство, что я на разных елках бывала) все время выводили одного мальчика с надписью старого года на груди. Значит, он прощался, и это всегда было очень грустно, и он куда-то уходил, и приходил новый мальчик. Поэтому мы действительно как бы визуализируем год, ассоциируем с кем-то, и вот, значит, мы его провожаем. А ведь и благодарим, да? Ведь правда, действительно нужно благодарить Бога. Оля, находятся ответы на вопросы?

О. Цой

— Да, конечно.

Н. Лангаммер

— Мы уже к концу программы подходим.

О. Цой

— Конечно. Самое важное, мне кажется, что и Новый год, и Рождество Христово — это такое вот прекрасное благодатное время для делания добрых дел, которые, конечно, нужно делать круглый год стараться, но почему-то особенно хочется делать добрые дела именно в этот период. Причем делать их не только своим родным и близким друзьям, а совершенно вот всем людям — чужим прохожим, незнакомым. И вот это ощущение счастья, праздника, оно, конечно, витает в воздухе, мне кажется, очень долго, на протяжении всех Святок, и вот сохраняется у всех.

Н. Лангаммер

— Отец Алексей, правильно ли как-то себя понуждать не думать о сказочности Нового года, о чудесах и говорить: нет-нет, это только на Рождество? Или можно вот так вот вернуться в память детства и наслаждаться вот этим вот ощущением сказки?

Протоиерей Алексей

— Мне кажется, все от устроения человека зависит. Ошибка, знаете, вот часто человек огорчается, бывает, даже горюет там из-за того, что ожидания не оправдались.

Н. Лангаммер

— Да.

Протоиерей Алексей

— Это вот тоже напрасные ожидания — это не очень хорошо. И в детях тоже, мне кажется, нужно воспитывать, знаете, вот чувство благодарности, очень важно. У тебя вот есть — слава Богу. Слава Богу за все, что есть. Слава Богу за то, чего нет. Вот за все слава Богу. Потому что если ребенок будет горевать из-за того, что ему подарили не то, что он хочет, то это ведь тоже ошибка родителей, значит, что-то они не досмотрели. А чудо, радость в любой день, не только в Новый год и в Рождество, или когда больше — в Рождество или в Новый год. Да в любой день Господь может благословить человека такой радостью, что это вне календаря.

Н. Лангаммер

— Почему-то все равно сказка такая, какая-то вот реализация сказки.

Протоиерей Алексей

— А вот здесь нет опасности, что если мы вот такой акцент делаем на эту сказку, что мы будем разочарованы?

Н. Лангаммер

— Конечно. Но смотрите...

Протоиерей Алексей

— Не надо очаровываться, чтобы не разочаровываться.

Н. Лангаммер

— Давайте честно, все равно Новый год приносит какую-то радость. Я могу сказать за себя. Во-первых, это мерцающие снежинки.

Протоиерей Алексей

— А если нет снега? Будет разочарование.

Н. Лангаммер

— А если нет снега — значит, я радуюсь тому, что я могу взять в выходные и пойти по магазинам, купить подарки своим близким. Вот для меня это просто как меня в розетку воткнули.

Протоиерей Алексей

— Я очень люблю 1 января утром.

Н. Лангаммер

— Магазины закрыты.

Протоиерей Алексей

— И никого нет. Москва превращается в какой-то фантастический город — пробок нет, толчеи, ничего нет. Вот эти первые часы и вообще дни нового года, они как-то удивительны. В Москве мы привыкли жить в какой-то ужасной концентрации всего, и вдруг нормальная жизнь.

Н. Лангаммер

— Это, кстати, такой день, когда мы ездили всегда к бабушке, к моей, к папиной маме. Всю жизнь, вот сколько я себя помню, все детство. Абсолютно пустая Москва. Мы спокойно доезжали, и вот там тоже мешок под елкой, я помню, он был оранжевый. Вот давайте такой блиц в конце: что самое радостное для вас в Новом году и что бы вы порекомендовали людям сделать перед Новым годом? Максим.

М. Аншуков

— Я бы порекомендовал все самое прекрасное, что есть в нас, разделить со своими близкими, то есть сделать праздник этот общим.

Н. Лангаммер

— Быть солнышком.

М. Аншуков

— Да, быть солнышком, греть вокруг, согреваться всеми теми, кто есть вокруг, и радоваться за то, что мы есть, и есть наши близкие. И радоваться за то, что действительно правильно, что Москва пустая 1 января, что можно куда-то так легко доехать.

Н. Лангаммер

— Оля.

О. Цой

— А я бы, наоборот, предложила пойти и сделать какое-нибудь доброе дело совершенно чужому человеку. Вот в магазине, не знаю, стоишь в очереди — кому-то, наоборот, какой-нибудь подарочек положил, или где-то в метро, или вот знаешь, кто-то нуждается — вот совершенно чужому человеку. Какое-нибудь такое доброе дело.

Н. Лангаммер

— Он не испугается?

О. Цой

— Не знаю.

Н. Лангаммер

— Сейчас такое время... Но вообще мысль классная. Вот даже просто что-то купить.

Протоиерей Алексей

— Давайте делать добро, спешите делать добро. Конечно. Я думаю, что нужно именно спешить делать добро, не ждать себе, а давать.

Н. Лангаммер

— Да.

Протоиерей Алексей

— Рука дающего не оскудеет. И Господь всегда благословляет, когда человек делает добро.

Н. Лангаммер

— И мы вас поздравляем с наступающим Новым годом. Надеемся, что мы какие-то полезные вещи сегодня сказали, и что у вас праздник пройдет и душевно, и духовно. А сегодня в студии были отец Алексей Батаногов, настоятель храма святого равноапостольного князя Владимира в Новогиреево. Максим Аншуков, музыкант, лидер группы «Ключевая». И Ольга Цой, филолог, педагог, кандидат искусствоведения, которая, собственно, эту тему нам предложила. Спасибо, Оля.

О. Цой

— Спасибо большое.

Н. Лангаммер

— Напомню, что нашу программу можно не только слушать, можно смотреть на всех ресурсах Радио ВЕРА, на сайте https://radiovera.ru/, в нашей группе ВКонтакте. Программа «Клуб частных мнений» снова выйдет в эфир через неделю, в воскресенье в 18:00. А сегодня мы с вами прощаемся. У микрофона была Наталья Лангаммер. Всего доброго. До свидания.

О. Цой

— До свидания.

Протоиерей Алексей

— До свидания.

М. Аншуков

— До свидания.

Н. Лангаммер

— С Новым годом!

---

Все выпуски программы Клуб частных мнений

• «Встреча с Богом». Протоиерей Дионисий Лобов, Владимир Носов, Екатерина Каштанова
• «Церковная община». Священник Игорь Мазепа, Нина Юркова, Кирилл Алексин
• «Искусственный интеллект и вера». Иером. Геннадий (Войтишко), Сергей Комаров, Саркис Григорян