Поделиться
Здравствуйте! С вами епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Человеку, который не любит военную историю, бывает довольно непросто читать Священное Писание Ветхого Завета, ведь во входящих в него книгах содержится большое количество описаний различного рода сражений. Такое положение дел поначалу смущает: Священное Писание и сражения? А где же слова о Боге и о душе? Где размышления о спасении? Конечно, в Писании немало и таких слов, но всё же рассказы о битвах не могут не вызывать вопросы. У Церкви есть ответы, и состоят они в том, что библейские сражения — это образ тех сложностей, с которыми сталкивается душа человека на пути к Богу. Эти сложности нужно уметь преодолевать, и Писание, рассказывая о битвах, подсказывает, какие именно методы способны нам помочь. Сегодня в православных храмах за богослужением звучит 26-й псалом, в котором есть такие слова:
26 Псалом Давида. [Прежде помазания].
1 Господь — свет мой и спасение моё: кого мне бояться? Господь крепость жизни моей: кого мне страшиться?
2 Если будут наступать на меня злодеи, противники и враги мои, чтобы пожрать плоть мою, то они сами преткнутся и падут.
3 Если ополчится против меня полк, не убоится сердце моё; если восстанет на меня война, и тогда буду надеяться.
4 Одного просил я у Господа, того только ищу, чтобы пребывать мне в доме Господнем во все дни жизни моей, созерцать красоту Господню и посещать святой храм Его,
5 ибо Он укрыл бы меня в скинии Своей в день бедствия, скрыл бы меня в потаённом месте селения Своего, вознёс бы меня на скалу.
6 Тогда вознеслась бы голова моя над врагами, окружающими меня; и я принёс бы в Его скинии жертвы славословия, стал бы петь и воспевать пред Господом.
7 Услышь, Господи, голос мой, которым я взываю, помилуй меня и внемли мне.
8 Сердце моё говорит от Тебя: «ищите лица Моего»; и я буду искать лица Твоего, Господи.
9 Не скрой от меня лица Твоего; не отринь во гневе раба Твоего. Ты был помощником моим; не отвергни меня и не оставь меня, Боже, Спаситель мой!
10 Ибо отец мой и мать моя оставили меня, но Господь примет меня.
11 Научи меня, Господи, пути Твоему и наставь меня на стезю правды, ради врагов моих;
12 не предавай меня на произвол врагам моим, ибо восстали на меня свидетели лживые и дышат злобою.
13 Но я верую, что увижу благость Господа на земле живых.
14 Надейся на Господа, мужайся, и да укрепляется сердце твоё, и надейся на Господа.
Автор этого псалма — царь Давид — один из тех библейских героев, которые прославились особенной активностью на полях сражений, однако это не было выбором царя, он лишь исполнял волю Божию о себе и о своём народе. Об этом Давид и сказал в только что услышанном нами псалме: «Господь — свет мой и спасение моё: кого мне бояться?» Господь действительно был светом и спасением для Давида. Конечно, у царя, как и у всякого другого человека, были свои грехопадения, он не прожил жизнь не знающего греха праведника, однако и в глубине собственных падений Давид умел не забывать о Боге.
Далее здесь же Давид упомянул своих врагов, которых он назвал также «злодеями» и «противниками». Опять же, в словах царях нет ни лукавства, ни преувеличений, в самом деле, тех людей, с которыми ему доводилось сражаться, можно назвать именно этими словами. Однако этими же словами можно назвать и совсем иных существ, тех, кто желает погибели не только какому-то отдельному человеку, но всему человечеству, тех, кто сумел соблазнить наших прародителей и сделать нас рабами греха, тления и смерти. Псалом говорит, что враги хотят «пожрать плоть» Давида, но всем понятно, что это лишь фигура речи, ни у кого из противников царя не было людоедских наклонностей, и под этой фразой стоить понимать их стремление уничтожить Давида не только физически, но и истребить всё то, что ему было дорого и ценно, сделать так, чтобы о нём не осталось и памяти. Схожей ненавистью дышат к нам и наши исконные враги, но с ними произойдёт — и уже произошло благодаря Христу! — то же, что и с врагами Давида, «они сами преткнутся и падут», ведь Спаситель Своим Воскресением уничтожил власть ада.
Псалом не остановился на этой мысли, и царь Давид указал нам и на необходимое условие победы над исконными врагами нашего спасения, и условие это состоит в сердечном стремлении к пребыванию с Богом, которое в псалме выражено такими словами: «Одного просил я у Господа, того только ищу, чтобы пребывать мне в доме Господнем во все дни жизни моей, созерцать красоту Господню и посещать святой храм Его» (Пс. 26:4). Давид искал лишь этого, но Бог, дав ему просимое, одарил царя мудростью, силой и крепостью, и, что самое важное, Бог сподобил его Царства Небесного, сделав Давида прекрасным примером для всех людей, взыскующих высшего блага.
Псалом 26. (Русский Синодальный перевод)
Псалом 26. (Церковно-славянский перевод)
Первое послание к Коринфянам святого апостола Павла
Поделиться
1 Кор., 149 зач., XI, 23-32
Комментирует протоиерей Павел Великанов.
Здравствуйте, с вами протоиерей Павел Великанов. Сегодня в храмах читается отрывок из 11-й главы 1-го послания апостола Павла к Коринфянам. И свой комментарий мне хочется предварить словами из одного стихотворения греческого поэта Константина Кавафиса:
Должно случиться то, потом другое,
и незаметно время небольшое
пройдёт (полгода или год примерно) —
и мы сочтём, что всё закономерно.
Какие мы старанья ни приложим,
чтоб сделать мир на прежний не похожим,
мы лишь вконец развалим всё, что сможем,
и, убедившись в этом, руки сложим.
Давайте послушаем теперь текст апостола — который имеет прямую связь с этими стихами.
Глава 11.
23 Ибо я от Самого Господа принял то́, что и вам передал, что Господь Иисус в ту ночь, в которую предан был, взял хлеб
24 и, возблагодарив, преломил и сказал: приимите, ядите, сие есть Тело Мое, за вас ломимое; сие творите в Мое воспоминание.
25 Также и чашу после вечери, и сказал: сия чаша есть новый завет в Моей Крови; сие творите, когда только будете пить, в Мое воспоминание.
26 Ибо всякий раз, когда вы едите хлеб сей и пьете чашу сию, смерть Господню возвещаете, доколе Он придет.
27 Посему, кто будет есть хлеб сей или пить чашу Господню недостойно, виновен будет против Тела и Крови Господней.
28 Да испытывает же себя человек, и таким образом пусть ест от хлеба сего и пьет из чаши сей.
29 Ибо, кто ест и пьет недостойно, тот ест и пьет осуждение себе, не рассуждая о Теле Господнем.
30 Оттого многие из вас немощны и больны и немало умирает.
31 Ибо если бы мы судили сами себя, то не были бы судимы.
32 Будучи же судимы, наказываемся от Господа, чтобы не быть осужденными с миром.
Всё, что сказал апостол Павел, было сказано совсем неспроста: он находится в самой гуще острейшего конфликта в коринфской общине. Апостол вставляет рассказ об установлении Вечери Господней в самый центр своего упрёка коринфянам, потому что их общая трапеза перестала быть знаком единства: богатые ели отдельно и обильно, а бедные оставались униженными. Для ранних христиан Таинство Евхаристии ещё было связано с общей трапезой, и потому такое социальное неравенство сразу становилось откровенной богословской ложью.
Перед нами — не просто «благочестивое литургическое наставление», а самый настоящий суд над общиной, которая превратила святыню в продолжение обычной социальной иерархии. Как же быстро коринфяне «сползли» в прежнее неравенство — от которого вроде бы как и должны были избавиться! Точно по Кавафису:
Какие мы старанья ни приложим,
чтоб сделать мир на прежний не похожим,
мы лишь вконец развалим всё, что сможем,
и, убедившись в этом, руки сложим.
Апостол Павел как бы говорит: если за столом распятого Мессии вы опять строите мир привилегий, значит, вы ещё вообще не поняли, что именно происходит с хлебом и вином, возносимыми во имя Христово.
Заметим, насколько остро и беспощадно апостол возвращает мысль коринфян к установлению этого Таинства: не мы придумали его, а Сам Господь! Не на пике торжества и славы — а в самый момент предательства! Светильник Евхаристии зажигается в момент предельного сгущения человеческой подлости и тьмы греха.
И именно в этот момент Бог в Лице Своего Единородного Сына заключает новый договор с человечеством: «завет в Его крови». Сын Божий отдаёт Свою непорочную жизнь на Кресте как «печать» этого договора — а вам сложно умерить жадность своих желудков на евхаристической трапезе и поделиться с неимущими? О чём тогда вообще вам говорить?..
Евхаристия — это окно, через которое вечность входит во время. И она совсем не обязательно будет «приятной»: она будет настоящей, обличающей, срывающей любые «защиты» и «тряпочки» оправданий, которыми мы зачастую прикрываем собственное непотребство и греховность. Тому, кто не побоялся обнажить свою уязвимость, неправедность, удобопреклонность ко греху — обнажить навстречу Божественному Свету — это и называет апостол «самоосуждением» — с того «срывать» уже нечего: он уже открыт, распахнут навстречу Богу. А вот для того, кто всячески держится за «мнимую правильность» — придётся несладко.
Дай Бог каждому из нас, приступая к Таинству Евхаристии, иметь мужество честно осуждать самих себя, чтобы не быть подвергнутым Божественному осуждению!
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«Страстная среда». Священник Николай Конюхов
Поделиться
о. Николай Конюхов
Гостем программы «Светлый вечер» был клирик храма Живоначальной Троицы у Салтыкова моста в Москве священник Николай Конюхов.
Разговор шел о смыслах и евангельских событиях Великой среды, в частности о предательстве Иуды.
Этой беседой мы продолжаем цикл из пяти программ, посвященных дням Страстной седмицы.
О Великом понедельнике мы говорили со священником Владиславом Береговым (эфир 06.04.2026)
О Великом вторнике мы говорили со священником Павлом Лизгуновым (эфир 07.04.2026)
Ведущий: Константин Мацан
Все выпуски программы Светлый вечер
«Память смертная». Протоиерей Андрей Рахновский
Поделиться
У нас в гостях был настоятель храма Ризоположения в Леонове протоиерей Андрей Рахновский.
Разговор шел о том, почему святые отцы часто призывают помнить о часе смертном, как это помогает в духовной жизни, что ждет человека после смерти и как в христианском учении говорится о вечной жизни.
Ведущая: Марина Борисова
Все выпуски программы Светлый вечер
