Поделиться
На заре основания Санкт-Петербурга Пётр Первый привёз в северную столицу список чудотворной Казанской иконы Божией Матери. Через семьдесят лет после этого Павел Первый объявил конкурс на проект нового парадного собора, чтобы создать достойное хранилище для святыни. Император высказал единственное пожелание – новый храм должен быть похожим на собор святого Петра в Риме. В конкурсе приняли участие самые видные архитекторы того времени – Пьетро Гонзаго, Чарльз Камерон, Жан Тома де Томон. Однако ни один проект не был утверждён.
Царское одобрение неожиданно получила работа молодого русского архитектора Андрея Воронихина. Талантливый зодчий-самородок не мог лично представить проект к царскому двору – это было бы дерзостью для вчерашнего крепостного. За Воронихина хлопотал бывший хозяин, граф Николай Строганов, который и стал главным попечителем строительства.
Надо сказать, что проект Андрея Воронихина и поныне остаётся уникальным образцом храмового зодчества. Перед молодым архитектором стояла нелёгкая задача – своим парадным фасадом новый собор должен был украсить Невский проспект. По правилам церковного строительства это было почти невозможно – ведь алтарь православной церкви всегда обращён на восток, в данном случае – в сторону нынешнего канала Грибоедова. То есть, к Невскому собор вынужден развернуться не лицом, а боком. Многие и сейчас удивляются, когда узнают, что знаменитая гранитная колоннада Казанского собора – это именно боковой вход в храм. Если посмотреть на собор сверху, то 96 колонн – это не парадное крыльцо крестообразного здания, а словно единственное крыло, ассиметрично раскрытое в сторону Невского проспекта.
Внутреннее помещение храма своим богатым убранством напоминает парадный зал царского дворца, это впечатление усиливают многочисленные скульптуры и барельефы. Колонны зрительно поднимают потолок на головокружительную высоту, благодаря высоким окнам пространство наполнено светом, купол словно парит в воздухе.
Центральный иконостас выполнен из трофейного серебра, отнятого в 1812 году у французов. Казанский собор, кстати сказать, сыграл определённую роль в победе над Наполеоном – перед началом военных действий главнокомандующий русской армии Михаил Кутузов прикладывался здесь к чудотворному Казанскому образу. Сейчас в храме находится могила прославленного военачальника. По-прежнему хранится здесь и старинная Казанская икона.
Найти Казанский собор не составит труда. Нужно доехать на метро до станции «Гостиный двор», выйти к каналу Грибоедова – и окажешься как раз напротив того места, где, по словам Осипа Мандельштама «На площадь выбежав, свободен стал колоннады полукруг».
Благовещенская церковь (г. Яранск, Кировская область)
Поделиться
«Церковь в Горсаду» — так жители Яранска, городка в Кировской области, называют храм Благовещения Пресвятой Богородицы. Один из древнейших на Вятской земле, он стоит в городском парке уже более трёхсот лет. Впрочем, парк не всегда был парком. Когда-то на его месте располагался мужской Вознесенский монастырь, основанный в середине 17 века. По преданию, именно в нём отбывал ссылку опальный боярин Василий Никитич, родной дядя первого царя из династии Романовых — Михаила Фёдоровича. Благовещенская церковь была одним из двух монастырских храмов. При императрице Екатерине Второй, в 1764 году, обитель упразднили. Из всех строений остался только Благовещенский храм и стал приходским. Сохранились данные начала ХХ века, согласно которым в 1912 году его прихожанами были жители 12-ти окрестных поселений.
Но скоро наступила эпоха гонений на верующих и Церковь. Не миновала она и Яранск. В богоборческие 1930-е Благовещенский храм закрыли. Здание передавали то одной, то другой организации. Здесь в разные годы были библиотека, контора «Госкинопроката», потом — отделение городского жилищного хозяйства, которое использовало церковь как склад. Внутри хранили уличные лавочки, мусорные урны и арсенал дворников — мётлы и лопаты. Церковь ветшала и разрушалась. Жителям Яранска казалось, что долго она не простоит.
И всё это при том, что Благовещенский храм уже тогда был признан архитектурным и историческим памятником регионального значения. Небольшая церковь — яркий образец каменного зодчества середины 17-го столетия, архитектурного стиля «московское барокко». Храм выстроили так, что его единственный купол одновременно являлся и крышей здания. Фасад Благовещенской церкви был богато украшен: на окнах — лепные наличники и изящные решётки с кованными цветами. Великолепная резная арка обрамляла центральный вход, а по периметру здания — подобного же рода карнизы. Увы, эту красоту в советские годы совсем не щадили.
Но пришли новые времена. В 2000-м году церковь вернули верующим. Отремонтировали. И сегодня, глядя на чудесный, нарядно расписанный Благовещенский храм, трудно представить, что ему пришлось пережить. Вокруг него скоро снова вырастет монастырь. Власти Яранска передали территорию Городского парка женской монашеской общине. Молитвенная жизнь возвращается.
Все выпуски программы ПроСтранствия
26 марта. «Тайна младенчества»
Поделиться
Фото: Vitali Adutskevich/Unsplash
«Из уст младенцев Ты приемлешь хвалу, Господи», — многие помнят это изречение святой Псалтири. Что оно означает? То, что Господу приятен наш младенческий лепет, исходящий из кающегося и сокрушённого сердца; краткая, но сердечная молитва мытаря: «Боже, милостив буди мне, грешному» — приятна более, нежели затверженные или механически, без должного внимания, произносимые пространные молитвы с обилием прошений и многословных обращений к Божеству. Из этого, конечно, не следует, что подобные молитвы не хороши. Главное — произносить их должно неспешно, внимательно, разумея значение каждого слова.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Анонимная приятность
Поделиться
Фото: Yaroslav Shuraev / Pexels
Как-то утром хотел оплатить мобильную связь дочери, однако поторопился и случайно перепутал номер. Досадно, но наверняка есть повод не расстраиваться. Скоро Рождество, и пусть незнакомец, которому я пополнил баланс, порадуется... Такая маленькая анонимная приятность. Эта мысль взбодрила меня лучше утреннего кофе, и я занялся важным делом. Нужно было выбрать подарок для отца.
Он увлекается рыбалкой. Я хотел подарить ему спиннинг определённой фирмы и модели, но такого, как хотел папа, нигде не было. Что же делать, задумался я. И в этот момент раздался звонок в домофон. Пришёл сосед.
— Старик, будь другом, помоги разгрузить вещи, машина у подъезда.
Спускаюсь вниз и принимаюсь за работу. Пока разгружаем коробки узнаю́, что эти вещи соседу достались от деда, который был рыбаком. Коллекция снасте́й и удочек впечатляла. Присматриваюсь и не верю своим глазам! Среди спиннингов был именно такой, о каком мечтал мой отец.
— Забирай себе, если что приглянулось, — неожиданно произносит сосед, заметив мой взгляд, — я к рыбалке равнодушен и планирую всё раздать родственникам.
Я с радостью соглашаюсь. Спиннинг как новый. Папа будет счастлив. Но что это? На рукоятке замечаю металлическую пластинку с надписью: «Сделал добро — бросай его в море, и оно вернётся...». Я улыбнулся. Что-то мне подсказывало, что подарок соседа и моя анонимная приятность связаны невидимой нитью... Одна маленькая случайность потянула за собой другую, и во всём этом чувствовался непостижимый Промысл Божий.
Текст Клим Палеха читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
