
У царя Иоанна Грозного было множество недругов. Расправлялся он с ними беспощадно. Касалось это не только бояр или их приближённых. В равной мере царский гнев обрушивался и на священнослужителей. Но не менее опасной была и царская милость. В любой момент она могла обернуться для человека опалой и смертью.
Ещё в детстве будущий царь подружился с юным боярином Фёдором Колычёвым. Блестяще образованный, обученный воинским навыкам, Фёдор выделялся своим благочестием, скромностью и целомудрием. Детская привязанность к нему государя была безгранична, она обещала молодому придворному блестящую будущность.
Но Бог приготовил ему другой путь. Через многие годы Федор Колычёв станет Московским митрополитом Филиппом.
До той поры произойдёт множество событий. Малолетство Иоанна Грозного было наполнено смутами и раздорами среди бояр. Род Колычёвых тоже участвовал в этой борьбе. Боярин Фёдор переживает казнь ближайших родственников. Набожный, склонный к молитвенному уединению, он всё больше тяготится придворной жизнью. И в 1537 году Фёдор тайно уходит в отдалённый монастырь на Соловках, где принимает монашеский постриг с именем Филипп. Там, в Соловецкой обители, он находит то, к чему стремилась его душа.
Своими трудами и подвижнической жизнью Филипп заслуживает всеобщее уважение. Братия монастыря избирает его настоятелем. В течение 20 лет он управляет обителью. Слава о нём, как о человеке святой жизни, мудром и кротком правителе, разносится по всей Руси.
Не забывает Филиппа и царь. Почти ежегодно он жертвует Соловецкому монастырю то земли, то богатые вклады. А однажды гонец привозит на Соловки царскую грамоту. Иоанн Грозный очень ласково обращается к игумену Филиппу и зовёт его немедленно в Москву для духовного совета. При первом же свидании с царём соловецкий игумен узнаёт, что для него назначена кафедра митрополита. Со слезами умоляет он Иоанна не разлучать его с монастырём; но царь непреклонен. Духовенство и бояре уговаривают Филиппа согласиться. Одни — в угоду царю, другие — в надежде обрести в лице святителя заступника перед государем. А в заступнике тогда нуждались многие.
Начинается самая мрачная страница правления Ивана Грозного. Царь создаёт особую систему управления — опричнину. Внешним отличием опричников служат собачья голова и метла, прикреплённые к седлу, в знак того, что они грызут и выметают изменников. Из опричников Грозный формирует подобие монашеского братства. Вместе они посещают богослужения, молятся, поют в церковном хоре. И так же вместе пируют, пытают и казнят обвинённых в измене бояр. Кровь льётся рекой. И ни в ком царь не встречает противодействия.
Всё это известно святителю Филиппу. Он понимает: кроме него никто не скажет правду грозному царю. Скрепя сердце, Филипп даёт согласие занять престол митрополитов Московских. Не добившись отмены опричнины, он оставляет за собой право заступаться за опальных. И поначалу его заступничество приносит плоды. Кроткие и мудрые увещевания святителя смягчают свирепый нрав Иоанна. Пытки и казни на время прекращаются, страна отдыхает от крови. Но спокойствие и тишина продолжаются недолго.
Обострение отношений с Литвой и Польшей вызывает новую волну террора. Опять бесчинствуют опричники, опять Русь замирает от страха.
И вновь святитель Филипп обращается к Грозному; снова и снова обличает он беззакония, которые творят опричники. Но уже не так благосклонно слушает царь митрополита. Всё чаще гневно прерывает его, а порой приходит в бешенство. Всё чаще прислушивается он к опричникам, для которых святитель становится смертельным врагом. Окончательный разрыв наступает весной 1568 года.
…В Успенском соборе идёт митрополичье богослужение. Внезапно в храме появляется Иоанн Грозный с толпой опричников. И царь, и свита — все в чёрных высоких шапках и чёрных рясах. Царь подходит к владыке Филиппу, ожидая от него благословения. Но святитель словно не замечает присутствия царя. Наконец, один из опричников обращается к митрополиту.
Опричник:
— Владыко, царь Иоанн Васильевич пришёл к твоей святости и требует от тебя благословения.
Филипп:
— Государь, ни в этой странной одежде, ни в делах твоих не узнаю Царя Православного. Даже у татар и язычников есть закон и правда, а на Руси правды нет. В целом свете уважают милосердие, а на Руси нет сострадания даже для невинных. Как страдают православные! Убойся, государь, суда Божия. Мы здесь приносим бескровную жертву Богу, а за алтарём льётся невинная кровь христианская! Везде грабежи и убийства совершаются именем царским! Хотя и возвеличен ты по воле Божией, однако же и ты смертный человек! Как предстанешь на суд Бога Всевышнего?
Иван Грозный:
— Филипп, нашей ли воле хочешь противиться? Лучше было бы тебе согласиться с нами.
Филипп:
— Тогда к чему же вера наша? Я не о тех скорблю, кто невинно предаётся смерти, как мученики; я скорблю о тебе, забочусь о твоём спасении.
Иван Грозный:
— Нашей державе смеешь ты противиться? Я был слишком милостив к тебе, митрополит!
Филипп:
— Государь, я пришелец на земле… и хотя бы мне пришлось и лютые страдания претерпеть, не смирюсь пред тобою!
Иван Грозный:
— Что ж, Филипп, я заставлю тебя жаловаться; увидим твою твёрдость!
Вне себя от ярости Иоанн выходит из храма.
Царь не замедлил исполнить обещанное. Поспешно созванный церковный собор лишает святителя Филиппа митрополичьего сана. На санях, под насмешки и ругань опричников, его везут в один из московских монастырей. Оттуда отправляют на вечное заточение в Тверской Отрочь монастырь.
А через год Иван Грозный выступает в поход на Новгород. Проезжая мимо Твери, царь отправляет Малюту Скуратова в келью святого Филиппа. Предвидя эту встречу, святитель спокойно встречает своего убийцу. Задушив святого, Малюта приказывает братии монастыря тут же похоронить его…
Так окончил свой земной путь митрополит Филипп.
…Прошло сто лет. И снова в Соловецкий монастырь прибывают царские посланники. Снова царь обращается к святому Филиппу. Перед ракой с мощами святителя митрополит Никон читает привезённую грамоту. Под сводами монастырского собора звучат слова царя Алексея Михайловича. Он молит святого Филиппа простить согрешение своего предшественника, Иоанна Грозного, простить обиду, нанесённую завистью и неудержимой яростью. Затем царские посланники торжественно перевозят мощи святителя в Москву, в Успенский собор. Туда, где он в последний раз совершал богослужение, где ему зачитали указ о лишении его сана митрополита и, надев рваную рясу, с позором вывели вон. Там, в главном соборе Московского Кремля, и по сей день пребывают мощи святителя Филиппа, митрополита Московского.
Храм Спаса Нерукотворного (с. Кукобой, Ярославская область)
На севере Ярославской области, почти у самой границы с Владимирской, стоит небольшое село Кукобой. Расположилось оно на берегу реки Ухтомы. Русло её в этом месте сужается и напоминает, скорее, большой ручей. Слово «кукобой» с языка одного из финно-угорских племён, некогда населявшего эту территорию, так и переводится — «большой ручей». От Ярославля до Кукобоя 160 километров по магистральному шоссе. Приехать сюда непременно стоит ради ярославской жемчужины — Храма Спаса Нерукотворного Образа.
Словно резной сказочный терем, стоит он в окружении скромных деревенских домиков, полей и оврагов. Спасский храм в Кукобое часто сравнивают с петербургским Спасом на Крови. Они, действительно, схожи очертаниями — богатым и сложнейшим декором фасада, орнаментом и узорами. В отличие от своего петербургского собрата, кукобойский храм облицован кирпичом цвета слоновой кости. На изящных шатровых башнях куполов — фигурная черепица, покрытая глазурью оттенка бирюзы. Небесно-голубые маковки с крестами. Не ожидаешь встретить в глубинке такую красоту поистине столичного архитектурного размаха!
Впрочем, Спасский храм в Кукобое как раз и строил архитектор из столицы — Василий Антонович Косяков, автор Морского собора в Кронштадте, Собора Петра и Павла в Петергофе и Богоявленской церкви на Гутуевском острове в Санкт-Петербурге. Проект знаменитому зодчему заказал в 1909 году Иван Агапович Воронин — петербургский купец, бывший кукобойский крестьянин. Он решил сделать землякам подарок. Предложил на выбор построить дорогу от Кукобоя до Пошехонья или новую церковь. Кукобойцы выбрали церковь. И спустя всего 4 года в центре небольшого села вырос величественный Храм Спаса Нерукотворного Образа. До наших дней сохранились фотографии с момента освящения храма, которое совершил в 1912-м году епископ Ярославский и Ростовский Тихон (Белавин), будущий Патриарх Московский и Всея Руси. На этих снимках кукобойские крестьяне, подняв головы вверх, смотрят на свой новый храм, словно не веря, что в их отдалённом селе появилась удивительная святыня. Спасский храм в одночасье прославил маленький, ничем доселе не примечательный Кукобой на всю Россию. Люди специально приезжали, чтобы полюбоваться архитектурой храма и помолиться в его стенах.
И сегодня к храму Спаса Нерукотворного Образа в Кукобое едут люди. Пережив безбожные советские годы, когда богослужения были прекращены, убранство уничтожено, а в алтаре заседало колхозное правление, храм возродился — в 1989-м году его вернули верующим. И сердце начинает радостно биться, предчувствуя встречу, когда ещё издалека, с дороги, видишь яркую бирюзу его куполов.
Все выпуски программы ПроСтранствия
24 марта. «Тайна младенчества»

Фото: Hoi An and Da Nang Photographer/Unsplash
Малые дети мгновенно впитывают, как бы из воздуха, всякое родительское настроение, слово, взгляд, будучи совершенно открыты духовному и душевному воздействию со стороны взрослых людей. Такими мы должны быть в отношении всего Божественного, церковного, святого... Вместе с тем, нам должно быть совершенно закрытыми для грешного и грязного, низкого и пошлого, злого и чуждого благодати Христовой. «Уклонись от зла и сотвори благо», — учит нас Священное Писание духовной мудрости.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Тепло внутри

Фото: PxHere
Не знаю, что тяжелее даётся зимой — бесконечные холода или короткий световой день? Открываешь глаза и неясно, ночь или утро. Но потоки машин с горящими фарами за окном и люди в заснеженных шапках уже спешат в новый день.
Можно немного взбодрить себя — свежий кофе, домашний завтрак, уютный шарф. И вроде ненадолго помогает. Но у зимы есть и ещё одна неприятная особенность — бесконечные простуды, апатия и сонливость. И это снова сбивает настрой. Хочется радости, красок и тепла. Только настоящего, внутреннего. И без Божьей помощи этого никак не достичь.
— Господи, как же немощен я без Тебя! Как зажечь мне внутри свет, что согревал бы?!
Выхожу на улицу и вижу тех, кому сложнее. Вот бездомный у метро. Угощаю его кофе с булкой. Но теплее становится самому. Вот девушка с коляской у ступенек в переходе. Переношу коляску через лестницу. И тепло становится мне. Вот звонок от мамы:
— На выходные приедешь?
— Конечно!
Мама рада, и я снова согреваюсь. Благодарю тебя, Господи, за это тепло внутри. Настоящее. Живое.
Текст Татьяна Котова читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе











