Поделиться
На протяжении последних десятилетий – имя, труды, духовный и человеческий подвиг Сергея Фуделя обретают широкий круг сопричастников и сомысленников. Его любит церковная и новоначальная молодёжь, почитают миряне и духовенство. Книги Сергея Иосифовича, выходившие когда-то в самиздатовских списках и русских эмигрантских издательствах, обильно издаются в России, выпущено его жизнеописание, состоялось трехтомное собрание сочинений.
Для многих и многих он оказался близкородственным, духовным проводником.
…Удостоенный милости быть другом святых, годы и годы проведший в ссылках и лагерях, сын светлого пастыря и светлый мирянин, чьи сокровенные, исповедные труды питали сердца, – по слову священника Николая Балашова – «хлебом жизни в пору духовного голода России», – родился в первый год прошлого века и прожил 77 лет. Передо мною сейчас – его первое литературно законченное произведение, созданное после последней ссылки и названное «Моим детям и друзьям».
Я открыл эту книжечку на неожиданном воспоминании автором рассказанной ему кем-то чудовищной истории из 19-го века. Некий мужик ограбил и убил девочку, возвращавшуюся после пасхальных каникул. Убийцу быстро поймали. Небольшие девочкины деньги он потратил, капустные пироги съел, а яйца на дне корзинки – не тронул. На мимолётно-простодушный вопрос следователя – почему? – ответил: «Ведь день был постный».
«…Но кто же все–таки воспитал такое уважение к посту в этом мужичке XIX века? Кто же все–таки недосказал ему чего–то в своем рассказе о христианстве?
Христианство – пост? Да, несомненно. Христианство – милосердие? Да. Христианство – послушание и любовь к Церкви? Да. Христианство еще и многое другое. Но что же все-таки христианство в целом, можно ли, отойдя от частичных его определений, найти какое–то общее и всеобъемлющее? Вопрос имеет практическое значение, так как, очевидно, этому мужичку раскрыли только одну часть христианства, а все остальное утаили, оцедили комара и проглотили верблюда».
Половину нашей закладки из книги Сергея Фуделя «Моим детям и друзьям» прочитал Олег Шкловский. А записывал я эту программу в Великий Четверг, в день воспоминания о Тайной Вечере, когда молящиеся поют, вспоминая о Христовой притче о брачном пире: «Чертог Твой вижду Спасе мой, украше́нный, и одежды не имам, да вниду в онь: просвети одеяние души моея Светодавче, и спаси мя» («Вижу Твой украшенный (брачный) чертог, Спаситель, но не имею (достойной) одежды, чтобы войти в него. Просвети одежды души моей, Дарующий свет, и спаси меня»).
«Христианство есть учение, или благовествование, о Царстве Божием. Тяжелее всего делать выписки, так как невольно вспоминаешь книги, сплошь составленные из выписок, которые никого не убедили. Настало время (да это и всегда было так), когда в христианстве можно убедить только личной верой в силу Божию. Всякое писательство о нем все больше теряет значение. А нам (мне) как раз все хочется только “о”, а не “в”.
Быть в Церкви – это значит вступить на тесный и скорбный путь Христов, и как мало дерзающих на это! Сколь же легче сидеть “около церковных стен” на солнышке, слушать птичек и, покуривая, размышлять без особого труда об этой тесноте и скорбности. Такие мы, как бы верующие».
Священник Николай Балашов пишет, что в последнем своем завещании, названном «Итог всего», Сергей Фудель вновь и вновь говорил «о жажде Духа, о реальном причастии “еще здесь, на земле, Божественной жизни и нетления”, без которого томится душа, о подвиге жизни, которым возжигается в сердце огонь Пятидесятницы».
А рассуждение о христианстве из самого первого своего произведения, которого мы сегодня коснулись, невыносимо горькую мысль о нашем «как бы веровании», Сергей Иосифович Фудель завершил просительными словами надежды: «Но да благословит Господь идущих истинно тем, настоящим путем, да утешит их, да облегчит, да помилует их, а с ними и всех нас».
25 марта. О личности и служении Святейшего и Блаженнейшего Католикоса-Патриарха всея Грузии Илии II
Поделиться
Сегодня 25 марта. Девятый поминальный день со дня кончины Предстоятеля Грузинской Православной Церкви Святейшего и Блаженнейшего Католикоса-Патриарха всея Грузии Илии Второго. О его личности и служении рассказывает режиссёр Константин Церцвадзе.
Ушла личность, которая десятилетиями была не просто главой Церкви, но нашим общим духовным компасом, великим примирителем, можно сказать, и живым символом национального единства.
Физически нет больше с нами нашего любимого патриарха Илии II. И эта внезапная тишина буквально оглушает. Мы привыкли, грузинский народ привык сверять ритм своих сердец по его мудрому и смиренному дыханию. И сегодня грузинская паства на самом деле чувствует себя осиротевшей.
Его святейшество называли библейским старцем. И дело не только в почтенном возрасте, но и в той невероятной мудрости, с которой он вёл наш народ, свой народ через самые тёмные и тернистые времена. Мы помним, в эпоху войн, раздора и лишений голос патриарха всегда оставался тем единственным маяком, который призывал нас к любви, к терпению, к стойкости. И для миллионов из нас он был личным духовным отцом. Его короткое слово обладало силой останавливать гнев и возвращать надежду там, где она, казалось, была утрачена навсегда.
Мне посчастливилось быть пономарём его святейшества. И в моей памяти, конечно, навсегда остался один глубоко личный момент. В мои студенческие годы жизнь была суровой, порой не было денег даже на хлеб. И в одной из воскресных служб патриарх подозвал меня к себе и протянул 10-ларовую купюру, сказав, что больше с собой у него сейчас нет. Я бережно спрятал её, пообещав себе сохранить этот дар на всю жизнь как реликвию. Но через несколько дней наступила ночь, когда голод стал невыносимым, и мне пришлось купить на эти деньги еду. Да, вот, казалось бы, очень простая история, но тогда наш патриарх спас одного голодного студента.
И только Бог знает, сколько ещё таких голодных студентов и сколько отчаявшихся людей патриарх буквально возвращал к жизни своей тихой заботой. И в этот скорбный час вспоминаются пророческие слова преподобного Гавриила (Ургебадзе), что наш патриарх носит два креста — народа и церкви. Благодаря неустанным трудам нашего любимого патриарха наш народ смог духовно возродиться, и по всей стране строились храмы, и сейчас строятся. Вера предков вновь стала нашей опорой. Огромная часть нашей молодёжи — 95% молодых людей — бесконечно доверяла (и, к сожалению, в прошедшем времени) нашему патриарху и готова была исполнить любое его благословение. Он для каждого из нас является примером для подражания.
Мы провожаем великого человека, но его молитвенный покров всегда останется в сердце каждого, кого он согрел своей любовью.
Все выпуски программы Актуальная тема:
25 марта. О творчестве художника Игоря Грабаря
Поделиться
Сегодня 25 марта. В этот день в 1871 году родился живописец Игорь Грабарь. О его творчестве — настоятель московского храма Живоначальной Троицы на Шаболовке протоиерей Артемий Владимиров.
Он оставил нам в наследие реорганизованную им Третьяковскую галерею, новые принципы расположения картин в полном каталоге-инвентаризации этого крупнейшего хранилища музея русской живописи. Многотомный труд по истории русского искусства пережил и Грабаря, и несколько поколений последующих историков искусства.
Игорь Эммануилович Грабарь раскрыл для нас древние краски «Святой Троицы» преподобного Андрея Рублёва. Грабарь возглавлял реставрационные мастерские на территории Марфо-Мариинской обители. Ему мы обязаны спасением шедевров отечественной иконописи.
Он талантливый художник, вобравший в себя, так сказать, все импульсы и струи гения Серебряного века, представителей классической живописи. И сегодня знакомство с живописным наследием Грабаря, его жизнерадостные пейзажи, портреты — это полное приобретение для человека, любящего отечественное искусство.
Все выпуски программы Актуальная тема:
25 марта. О многогранности культуры
ПоделитьсяСегодня 25 марта. В России отмечается День работника культуры. О многогранности культуры — клирик московского храма Благовещения Пресвятой Богородицы в Сокольниках протоиерей Василий Гелеван.
Культура. Оказывается, это очень многообразное явление, но всегда её объединяет одно — это что-то искусно сделанное. Культура как проявление искусного во всех сферах жизни. И это проявление возвышает нас, оно помогает нам сохранить связь поколений. И накопленный опыт всего лучшего воспринять и потом передать потомкам.
В Церкви тоже есть своё понятие культуры. И тоже есть проявление культуры. В Церкви есть иконопись. Это богословие в красках. Конечно, у нас есть наша музыкальная культура, наши церковные пения, система семи гласов. И что отличает наше церковное пение от светского? Так это некая аскетичность, лаконичность, в то же время выразительность, торжественность и возвышенность. Вот что такое духовная музыка. Вот что такое православная церковная культура.
И также можно сказать о нашей архитектуре. Она имеет свои особенности. Вся красота внутри, как сказано в Псалтири: «Вся красота царицы внутри её». У нас иконостас, у нас по всем стенам росписи, фрески и иконы.
Так и в духовной жизни. Мы только кажемся и не строим из себя никаких праведников. Вся наша работа направлена на внутреннее изменение самого себя. И к этому призывает нас пост. И к этому вообще весь год: призывает нас к внутреннему самоотречению от греха и самосовершенствованию, приближению к Богу.
Все выпуски программы Актуальная тема:
