«Религия — церковный и светский взгляды». Константин Антонов

Гостем программы «Светлый вечер» был доктор философских наук, заведующий кафедрой философии и религиоведения Православного Свято-Тихоновского Гуманитарного университета Константин Антонов.

Разговор шел о понимании религии через философию и богословие и в чем особенности светского и церковного взглядов на религиозность. Поводом для беседы стал выход книги нашего гостя «Religio et Ratio : Религиозная жизнь и пути ее рефлексивного осмысления», в которой представлен взгляд на соотношение религии и основных форм ее изучения: богословия (теологии), философии религии и светской науки.

Ведущий: Алексей Пичугин

---

М. Сушенцова

— «Светлый вечер» на радио «Вера» у микрофона Мария Сушенцова. Сегодня мы продолжаем цикл программ «Вера и дело», в рамках которого мы встречаемся с предпринимателями, исследователями, экономистами и рассуждаем с ними о христианских смыслах экономики. В последнее время мы в фокусе своего внимания поставили тему cвятых покровителей предпринимательства, и сегодня с удовольствием представляю нашего гостя — это Михаил Воробьев, коломенский историк, краевед, родственник исповедника Иоанна Леонтьевича Летникова, который как раз является одним из тех святых наших российских новомучеников и исповедников, который в своей жизни был предпринимателем и занимался не одним делом, а несколькими сразу такими затеями хозяйственными. Но, тем не менее, уже в годы советской власти претерпел от нее, был репрессирован и сослан на север, где вскоре и умер. Михаил, добрый вечер.

М. Воробьев

— Добрый вечер.

М. Сушенцова

— Спасибо, что вы доехали к нам из Коломны, чтобы рассказать о вашем родственнике более подробно, поскольку жития многих российских новомучеников и исповедников порой представлены очень кратко, и у нас сегодня представилась такая возможность поговорить об этом более подробно, тем более с продолжателем рода, что всегда особенно важно и ценно.

М. Воробьев

— Да, действительно, правильно вы сказали, что, к сожалению, информация о новомучениках и исповедниках, в силу того, что они были репрессированы в советские годы, очень скудная. Исходя из этого, очень важно основываться на нарративных источниках, то есть, составляя их жития, исследователи в основном опираются именно на архивные исследования, на документы, которые так или иначе открыты или находятся в небольшом доступе для исследователей. У меня немножко другая ситуация возникла: дело в том, что я сам по образованию — историк, коломенский краевед, увлекаюсь церковной историей Коломны, но интерес именно к Иоанну Леонтьевичу Летникову, как коломенскому исповеднику, начался... Люди нецерковные, наверное, сказали бы — случайно, а вот люди верующие понимают, что есть Промысл Божий, который нас ведет по жизни. Одна из коломенских газет православных — «Благовестник» — опубликовала список имен новомучеников и исповедников, это было где-то середине «нулевых» годов. Я ее принес домой, и папа, просматривая ее, обнаружил фамилию Летников, как староста протопоповской церкви. И в связи с этим возникает как раз такой интерес к этому человеку: не родственник ли он нам, потому что у меня отец тоже из села Протопопово родом. Начиная копать, поднимать исторические документы, общаться с родственниками, мы приходим к поводу о том, что он действительно является нам далеким, но родственником по отцу, по его материнской линии, потому что его мать была родной сестрой с той женщиной, которая в замужестве стала Летникова, то есть через его мать как раз связь родственная с Летниковыми. И как раз удалось пообщаться, максимально найти информацию, в том числе и более близких родственников, и таким образом выстроить уже более подробное житие, которое действительно можно назвать житием или жизнеописанием, потому что Иоанн Леонидович был мирянином, и он решил посвятить свою жизнь Богу — при том, что у него был выгодный бизнес, как бы сейчас сказали, это предпринимательская деятельность, торговля, а также, несмотря на революционные события и то, что многие отходили от Бога, он, наоборот, приближается к этому и начинает свой путь к Богу на Голгофу.

М. Сушенцова

— Прекрасно вы сейчас нам так крупными мазками сразу накидали вот этот жизненный путь человека. А поскольку программа у нас в значительной степени и экономических, предпринимательских аспектов касается, то давайте подробнее поговорим о жизненном периоде его становления именно как предпринимателя, как хозяйственника. Вот не могли бы вы нам рассказать чуть подробнее, чем занимался Иоанн Леонтьевич, когда он был еще обычным человеком, скажем так, к чему у него был интерес, что это было у него за предприятие такое?

М. Воробьев

— Дело в том, что у него очень интересный вообще сценарий жизни. Родился он, считается, в Коломне, в селе Протопопово, хотя предки его были не местными — из-под Орла. Иоанн Леонтьевич родился в 1860 году, эта дата есть в метрической книге, в достаточно небогатой крестьянской семье. История распространенная, обыденная, а вот дальше жизнь интересная делает такие витки. Он познакомился с девушкой, дочерью крупного лесопромышленника тоже из этого села Протопопово, Андрея Павловича Салтыкова. Интересно то, что судьба Иоанна Леонтьевича Летникова могла бы совершенно по-другому сложиться, но он сделал такой важный жизненный шаг — породнился с богатыми промышленниками Салтыковыми, и, как человек нравственный, он произвел впечатление. Андрей Салтыков был, наверное, главным благотворителем этого села, потому что он и храм строил в селе Протопопово, пристроил два крупных придела, в том числе и в честь небесного покровителя Андрея Салтыкова, святого Андрея Критского. И Иоанн Леонтьевич, повенчавшись с его дочерью Екатериной Андреевной, унаследовал его дело, его бизнес. Надгробный камень Салтыкова Андрея Павловича сейчас находится в этом селе, возле Троицкой церкви, такой красивый памятник классический XIX — начала XX века, выполненный из белого коломенского камня, на нем даты жизни и смерти Андрея Павловича Салтыкова. Основным его делом было сплавление по Оке ржи и леса, то есть торговое дело.

М. Сушенцова

— То есть перевозки, а не производство?

М. Воробьев

— Нет, там несколько стадий было. Первая стадия — это именно перевозки, сплавление, а потом у него уже был свой лесопильный завод, известно даже место его нахождения, и вот этот самый лесопильный завод как раз унаследовал Иоанн Летников. Андрей Салтыков умер в 1905 году, с 1905-го по 1917 год Иоанн Летников владел этим заводом самостоятельно, и уже после революции он добровольно его сдаёт в пользу государства, есть документы, это подтверждающие. Потом, в советские годы на этом месте был мебельный завод, то есть дело продолжалось, но сейчас там затишье. Это было достаточно большое предпринимательское дело, заказы они получали и от церковных организаций, есть документ на поставку леса для нужд Старо-Голутвина монастыря в частности, и для московских предприятий, то есть были весьма обеспеченными людьми, они владели ещё мельницей, у них было несколько палаток, и они занимались благотворительностью. Вообще в традиции семьи Салтыковых была благотворительность. У Андрея Павловича было двое детей: Екатерина Андреевна, которая вышла замуж за Иоанна Летникова, и сын, Иван Андреевич, он был бездетный, поэтому большую часть своего дела Андрей Салтыков передаёт Иоанну Летникову. У Летникова было трое сыновей и две дочки. Судьба его и его детей достаточно трагична, хотя всей своей жизнью и в дореволюционный период, и в период уже советской власти Иван Леонтьевич доказывал свою любовь к односельчанам, к жителям села Протопопово, к государству: он сам добровольно сдаёт в пользу советской власти своё предприятие, хотя ещё тогда не требовалось, и служит, посвящает жизнь Богу.

М. Сушенцова

— Михаил, мы остановились на той точке хозяйственного сценария жизни Иоанна Леонтьевича, когда он передаёт добровольно советской власти своё предприятие, и возникает такой естественный бытовой вопрос: а как же он жил, на что он жил, как дальше существовал? Он сам чем дальше занимался?

М. Воробьев

— Дело, которым они занимались, было очень доходным, об этом есть и экономические документальные архивные подтверждения, и этот опыт, который Иоанн Леонтьевич приобрёл в ходе занятия бизнесом, в дальнейшем ложится в то, что он посвящает свою жизнь Богу. На самом деле и до революции Иоанн Леонтьевич очень тесно был связан с церковной жизнью, об этом есть много свидетельств. Он уже тогда являлся старостой. Клировые ведомости 1911, 1912 годов, которые хранятся в архивах, содержат информацию о том, что на тот момент уже Летников является старостой храма. Кого назначали старостами церквей — людей, которые способны вести дело, чтобы приход не разорился. Священнослужители занимались тем, что служили Богу, а вот всеми хозяйственными вопросами, распределением пожертвований занимались старосты. Часто эту должность занимали успешные предприниматели, купцы, как это было издревле, еще там с XVII, XVI века. Вообще, Коломна — город купеческий, и на примере него можно очень хорошо смотреть успешное развитие экономики прихода. Дело все в том, что многие купцы не получали никакого дохода и средств за счет того, что они были старостами, но для них это было престижно, то есть их избирали всем причтом, это было очень почетное дело, они давали обет, что если их изберут, то они пристроят какой-то придел или перестроят храм, это было распространено. И очень похожая ситуация как раз с селом Протопоповым на примере Иоанна Леонтьевича Летникова. Он всячески помогал приходу, очень грамотно была организована приходская жизнь. Кроме того, не имея какого-то полноценного образования, но будучи просто человеком церковным, умея читать, на клиросе, еще что-то, Шестопсалмие, какие-то церковные чтения, он начал проводить беседы на церковные темы, просвещая местных односельчан в своем собственном доме. Вот это два дела, которым он посвящает много времени и сил. Вот если оказаться в то время, просто образ мыслей людей революционных, кто-то осудит эти события, кто-то их радостно приветствует, в том числе и у священнослужителей это было, но интересна модель поведения Летникова, как он повел себя в данной ситуации, и это уже как раз говорит о том, что он духовно зрелый человек, это человек, который готов идти за Богом, и все дальнейшие его поступки будут об этом свидетельствовать.

М. Сушенцова

— А скажите, пожалуйста, можно ли проследить в этом пути духовного становления Иоанна Летникова какой-то переломный момент или, исходя из тех источников, которые доступны, это было такое поступательное движение, такой эволюционный постепенный путь естественного возрастания в вере? Ведь сложно сказать заранее, как это было, время было достаточно шальное, и мы знаем, что и в конце XIX века уже было очень много людей, которые, учась в семинарии, даже в Бога могли не верить, то есть такое разложение искренней веры довольно задолго происходило до революции, что наверняка тоже было одним из элементов, причин и так далее. Вот можно ли сказать что-то об этом касательно Иоанна Летникова?

М. Воробьев

— Конечно, отследить образ мысли досконально человека того времени очень сложно по документам, можно сделать какие-то лишь предположения, потому что из самых ближайших родственников практически никто не остался в живых. Судьба его сыновей очень трагична, только по линии дочерей есть. А почему он делает такой выбор, почему осознанно следует за Богом? Ну, наверное, это воспитание, прежде всего, деревенское воспитание, которое было заложено его отцом, которое прививалось в семье, жизни с Богом. Казалось бы, обычный крестьянин, но вот Господь ему дает силы, разумение и способности быть успешным предпринимателем (хотя сейчас это средний или мелкий даже бизнес, не очень крупный), он был известен среди коломенских крестьян. Он не стремился выходить на самый верх, но был очень успешным человеком и своими средствами грамотно умел делиться. Например, помогал осиротевшим детям с прихода, а девушкам-сиротам, когда они подрастали, всем приходом помогали собрать им приданое, потому что в той традиции совсем без ничего семью создавать было как-то неправильно, и могли быть какие-то препятствия к свадьбе, поэтому помогали очень серьёзно именно материально. Это как раз тот пример, когда человек, получая какие-то материальные блага, Богом посылаемые, может грамотно распределить их.

М. Сушенцова

— Давайте поговорим теперь о том периоде, когда начинается, метафорически выражаясь, его вот такое восхождение на свою Голгофу, то есть когда начинаются первые вопросы, претензии и уже давление советской власти на него, и как он, главное, на это реагирует?

М. Воробьев

— Ну, с экономической точки зрения претензий к нему не было после того, как он отдает предприятие, тем не менее, его сын Александр был арестован как нэпман, именно по обвинению в предпринимательстве. Сам же Иоанн Леонтьевич после революции проводит жизнь при церкви, возможно, имея какие-то накопления или ещё что-то, вот он посвящает свою жизнь семье и Богу. И сложности именно на этом поприще, на его служении старосты церкви, начинаются, но не сразу, с середины 20-х годов. Все попытки закрыть церковь успехом не увенчались. Известно несколько настоятелей этого храма. Вообще период Коломны того времени, да и всех, в принципе, городов очень интересен. В Коломне тогда был епископ Феодосий — выдающийся человек, архиерей, его лично назначил на эту кафедру Патриарх Тихон: из Москвы, от игуменства в одном из московских монастырей он был назначен на Коломенскую и Бронницкую кафедру. И вот епископ Феодосий очень грамотно умел как раз все эти вопросы организации сделать, если какого-то священника арестовывали, то он находил возможность на его место кого-то еще поставить, он проверял обязательно проповеди всех коломенских священнослужителей, чтобы ни к чему не придрались, потому что тут только дайте повод. Был даже такой случай, когда во время одного из крестных ходов просто дьякон по старому репринтному служебнику — а если открыть служебники начала XX века, там обязательно упоминается Царская семья, — и он, видимо, просто впопыхах взял и помянул Царскую семью, ну, а, естественно, это повод к монархическому заговору: вот, царя при народе вспоминаешь. А Иоанн Леонтьевич был как настоящий отец этой церкви, потому что священников назначали, но были общины, которые действительно церкви поддерживали. Это как раз тот случай, когда общинники — это не те, кто просто приходит за какими-то требами в храм, а именно те, которые окормляются здесь, которые постоянно здесь, и если что-то там в храме отваливается, они, соответственно, сами это всё реставрируют, сами делают, подновляют, все вместе собираются, все вместе молятся. И вот духовным таким объединением как раз являлся именно староста храма — из местных, который там постоянно жил, и которого все знали.

М. Сушенцова

— «Светлый вечер» на Радио ВЕРА продолжается. В рамках нашей программы «Вера и дело» мы сегодня разговариваем об исповеднике Иоанне Леонтьевиче Летникове, который был предпринимателем до репрессии и своей отсылки на север. И рассказывает нам о нем сегодня Михаил Воробьев — коломенский историк, краевед, директор АНО «Коломенский Арбат». Михаил, мы остановились на таком переломном моменте в судьбе Иоанна Леонтьевича, когда начинаются уже серьезные предъявления каких-то обвинений со стороны советской власти в том, что Иоанн Леонтьевич исповедует открыто христианскую веру и церковный приход поддерживает. Расскажите об этом, пожалуйста.

М. Воробьев

— На самом деле, брожения начались в деревне еще в дореволюционное время, с революцией, естественно, они усиливаются, и проповеди священников, призывы служить на Пасху, проведение бесед в доме Иоанна Леонтьевича не могли остаться без внимания, в том числе и со стороны власти. Нажим усиливается уже ближе к концу 20-х годов, мы знаем о том, что практически на каждом приходе, так или иначе, тогда еще просто арестовывали, ссылали в большинстве, то есть именно кровавые расправы начнутся позднее, но аресты, ссылки происходили и в 20-е годы. Тогда же многие храмы начинают закрываться, но еще не все, начинается активная волна процесса изъятия церковных ценностей, и, безусловно, Иоанн Леонтьевич, насколько это было возможно, заступался за свой родной храм, как его староста, его защитник, его отец, к тому же отец супруги практически его и построил, там было два придела им сделано, и храм обретает своё благолепие и красоту именно тогда, то есть он был для Иоанна Леонтьевича родным. Конечно же, попытки каких-то провокаций рано или поздно дали о себе знать, известно, что были найдены доносчики, которые написали донос на священника. Когда был старостой Иоанн Леонтьевич, настоятелем храма был священник Иоанн Калабухов — он, кстати, тоже прославлен как новомученик, и его арестовали по доносу. Староста церкви не сразу был арестован, более того, если бы он просто промолчал, остался бы в стороне, даже не то, чтобы против кого-то засвидетельствовал, а просто промолчал, я думаю, что его не тронули бы тогда, это еще не 1937 год. Но было принято решение в приходе, там староста, псаломщик и пономарь обратились с письменным воззванием к органам, арестовавшим настоятеля, чтобы его отпустили, что он ни в чем не виноват, и тогда их самих арестовывают как неблагонадежных, известны уже дальше протоколы допроса, почему они так себя повели, им задаются конкретные вопросы, предъявляются даже обвинения, которых никто из них не признает. А Иоанн Леонтьевич, несмотря на свою кипучую энергию, уже достаточно престарелый человек, ему уже в тот момент 69 лет, хотя все равно крестьянское воспитание, он человек крепкий, но под 70 лет высылка, и не просто высылка куда-то, а именно работы в лагере, они уже были для него смертельными. Известен случай из воспоминаний его потомков о том, что когда он уезжал из деревни, пришли его забирать, и он уже понимал что это высылка, он поцеловал эту землю, сказал, что «сюда я уже больше не вернусь». Он понимал, что эта высылка в Архангельскую область будет для него смертельной. И тем не менее, он всегда лояльно относился, даже в те моменты, никого не обвинял, не осуждал ни в коем случае советскую власть и вел себя как настоящий христианин. Фотография, сделанная при его аресте, показывает, что у него вот эта энергия, духовный стержень есть в глазах, но здоровье уже сильно подорвано, он такой поседевший. И есть еще один фотоснимок, сделанный в 1914 году, он тоже сохранился, но не в подлинном виде, а как бы переснятый, где на фотографии изображен он, достаточно такой крепкий русский крестьянин с бородой, его супруга Екатерина Андреевна с внучкой на руках, и Александр Иванович, его сын, в форме солдата пехотного полка.

М. Сушенцова

— Уже началась Первая мировая?

М. Воробьев

— Да, началась, и он как раз перед отправкой на фронт, в форме, с усами, стриженый, на этой фотографии предстал, и там еще жена Александра Ивановича. В том, что Промысл Божий был над этой семьей — сомнений нет, хотя он есть о каждом человеке, но был, например, такой случай на фронтах Первой мировой войны, когда Александр Иванович находился в окопе, пуля вражеская летела на него, а он в тот момент как раз прицелился, и удар пули пришелся на обручальное кольцо. Золото — крепкий металл, и пуля отрикошетила, а летела ему в голову, такой показательный момент достаточно. Ну и уже после войны дети тоже были при церкви, постоянно занимались какими-то хозяйственными делами, один из его сыновей учительствовал, но все три сына были репрессированы, судьба их трагична.

М. Сушенцова

— А они были репрессированы уже во вторую волну, самую кровавую, в 37-м, 38-м годах?

М. Воробьев

— Нет, вот Александр, младший сын, был арестован через какое-то время после отца, по свидетельству родных он тоже находился недалеко от Архангельска, и когда умер отец его, он на тот момент был приглашен, как-то с ним перед смертью увиделся, он это рассказал, когда вернулся из лагерного заключения. А у родственников, в частности, у Екатерины Андреевны, его супруги, и у тех, которые оставались в Протопопово, полностью изъяли все имущество, дом был взят под медицинский госпиталь, даже есть документ, что им пришлось по родным разместиться как-то. Екатерина Андреевна писала письма в исполком и спустя какое-то время им вернули дом, но положение семьи все равно было особенное в отношении к ним и какое-то пренебрежение со стороны местных жителей, хотя кто-то все-таки поддерживал, люди сердобольные, кто знали его, но была грань очень чёткая, и презрение в школе со стороны одноклассников они испытывали, в том числе.

М. Сушенцова

— А почему вы сказали, что у него не осталось прямых потомков? Ведь, получается, во-первых, три сына — они были репрессированы, но не были расстреляны, то есть, возможно, они продолжили как-то жизнь, и вы упоминали о внуках — возможно, там как-то продолжился этот род всё-таки?

М. Воробьев

— Там косвенно, по дочерям. Не у всех сыновей были дети, вот по линии Александра, соответственно, там тоже женская линия есть, и вот по дочерям осталось продолжение рода — дети этих дочерей, то есть его внуки и внучки. Я имел в виду непрямых потомков — тоже его родственников, просто, понимаете село — это достаточно особая атмосфера, жизнь и уклад, они все там между собой роднятся. Вообще до революции пришлых в это село было крайне немного, были три самые известные фамилии, которые там жили, и вот они как-то между собой роднились, в основном. Эта традиция сохранялась и в советские годы, до того, как село становится частью одного из микрорайонов, а до этого у жизни такой был патриархальный очень уклад.

М. Сушенцова

— А скажите, пожалуйста, какая сейчас ведется работа по сохранению памяти Иоанна Летникова и священномученика Иоанна, который служил настоятелем в этом храме в Коломне? А возможно, и ведется деятельность по просвещению местных жителей на эту тему, чтобы они знали о своих святых. И также мне хотелось бы узнать, я из жития не совсем поняла: Иоанн Летников был захоронен в неизвестной могиле или в братской могиле в Архангельске, удалось ли в итоге восстановить место его захоронения, чтобы родственники и другие желающие могли бы почтить его память?

М. Воробьев

— Начну с конца вопроса по захоронению, здесь информация немного смазана. Есть две версии, по одной из версий он был захоронен именно в братской могиле, но его близкие родственники не уверены, что он умер своей смертью. Есть рассказ о том, что вполне возможно, он заступился в лагере за священника и к нему было применено насилие, но никаких подтверждений этому нет, поэтому считается, что он умер своей смертью, и я тоже склоняюсь к этой версии по причине того, что все-таки у него был действительно очень приличный возраст, но, тем не менее, такая версия есть, Известно, что его отпевали сорок священников, тех, которые находились в лагере. И к нему был допущен его сын, который и добился, чтобы он был захоронен один, но в силу сложности того времени найти эту могилу невозможно: тем, кто находился в заключении, не ставили ни памятников, ни тем более крестов. Но было бы, конечно, интересно, потому что у многих исповедников и новомучеников находят мощи, это вызывает особое почитание, но в каком именно лагере, в каком именно месте, при каких обстоятельствах — предстоит еще узнать, исследовать, и если какая-то помощь, поддержка будет, то это вполне реально осуществить. Что касается просвещения, то у нас есть в Коломне православные СМИ, которые несколько раз публиковали написанную мной статью, житие, как мы можем назвать, об Иоанне Летникове. Но хорошо бы узнавать более подробно о жизни новомучеников и исповедников, говорить об этом школьникам, вот с этим есть определенные нюансы, но интерес к людям того времени и таким подвижникам есть и со временем можно надеяться на то, что это станет возможным и в более широком масштабе, то есть и по школам, и среди светского сообщества, потому что сейчас, в основном, какие-то православные братства и общества этим интересуются. Эта информация свободна, доступна, но обсуждают ее, изучают, анализируют лишь немногие сейчас.

М. Сушенцова

— А как вы считаете, чем пример подвижничества Иоанна Летникова может быть назидателен, полезен для современных предпринимателей?

М. Воробьёв

— Его пример полезен не только для современных предпринимателей, но в принципе, для людей любого времени. Но если на сегодняшний день, то я думаю, что главный момент — это, конечно, тот выбор, который он сделал, то есть жизнь, судьба, время предоставило возможность сделать ему выбор, и он его сделал. Первый выбор он сделал после революции, когда посвятил свою жизнь приходу, семье, и второй уже выбор, когда после ареста священника Иоанна Калабухова он за него заступается, хотя мог этого не делать, и уже потом, когда ему предъявляется обвинение, он идет до конца — в этом и есть главный его подвиг и пример. Что касается предпринимательства, то мы знаем много православных предпринимателей, у нас есть в Коломне один — Дмитрий Вдовин, но у него не настолько было крупное предприятие — своя лавочка была, он работал и тоже был человеком, в общем-то, успешным, но тот вызов времени, который был ему предъявлен, он использовал до конца. Наверное, самое здесь показательное то, что эти люди — миряне, это не монашествующие, не священники, которые посвятили свою жизнь Богу, и они тоже посвящают свою жизнь Богу, но в другом ключе, продолжая оставаться хорошими семьянинами и мирянами.

М. Сушенцова

— Михаил, в ходе нашего рассказа вы неоднократно упоминали об особенностях Коломны, немного касались её духовной истории, экономической, в том числе и купеческой истории этого города. Действительно, Коломна сейчас очень популярна среди жителей столицы, особенно в качестве точки ближнего туризма или туризма одного дня, или выходных. Честно говоря, чаще всего о Коломне можно услышать то, что это город с вкусной пастилой, ну и такой вот очень приятный, милый, красивый. Но именно вы, мне кажется, могли бы о Коломне рассказать в другом ключе, в ключе церковном, в разрезе духовной истории, представить нашим слушателям Коломну с этой стороны, и, честно говоря, я думаю, многие бы с удовольствием ещё раз туда съездили, кто уже был, а кто не был — впервые бы съездили уже именно с таким посылом.

М. Воробьев

— Да, я думаю, что Коломна заслуживает, несомненно, внимания не только как город популярный в туризме, но и с точки зрения его очень богатой духовной истории. Я в своё время закончил Коломенскую семинарию, имею профессиональное историческое образование, и мной был создан проект, который называется «Коломна — духовная столица Подмосковья». Это экскурсионный проект, но интересен он не только людям глубоко воцерковлённым, но и всем тем, кто вообще интересуется историей, жизнью людей XVII, XVIII века, жизнью Церкви. Дело в том, что у Коломны с XIV века была епархия своя, к ней было пристальное внимание, как к крепости, к Коломенскому кремлю, но княжеством Коломна не была, она относилась либо к Московскому, либо к Рязанскому княжеству. А епархия была, и коломенские епископы были не просто церковными иерархами, но в силу близости и расстояния были преемниками у московских митрополитов и патриархов. Известно, что коломенский епископ Герасим благословлял Дмитрия Донского перед началом похода на Куликово поле, на тот момент он был фактически местоблюстителем митрополичьего престола. Также известны другие святые подвижники, коломенские архиереи. Наиболее такой яркой личностью является будущий Патриарх Иов, который канонизирован Церковью, он не признал в Смутное время Лжедмитрия I, был сподвижником Бориса Годунова. Он несколько лет был на Коломенской кафедре, поэтому Коломна считает его своим небесным покровителем. Также всем хорошо известный святитель Филарет (Дроздов). Имя святителя Филарета, небесного покровителя Коломны, чьи мощи находятся в храме Христа Спасителя, многим известно, но далеко не многие знают о том, что он родился в Коломне. Настоящее имя его — Василий Михайлович Дроздов, родился он на приходе Богоявленского храма, и в метрической книге есть свидетельство о том, что он родился в священнической семье. Мать его была дочкой тогда еще дьякона Богоявленской церкви Гончарной слободы города Коломны, а отец его был сначала клириком, священником главного Успенского собора, тоже сначала дьяконом, потом священником, и потом уже настоятелем Троицкого храма, одного из посадских храмов Коломны. Известны даже дома, где проходило его детство, он закончил Коломенское духовное училище, и мы знаем несколько моментов из жизни и обучения его в Коломенском духовном училище, взаимоотношения с однокурсниками. После упразднения Коломенской епархии и закрытия Коломенской духовной школы его продолжение обучения в Лавре и восхождение уже на такую духовную вершину, как выдающегося церковного государственного деятеля, в том числе и автора последней редакции Манифеста об отмене крепостного права; человека, которому государи доверяли самое сокровенное. Известно, что Александр Первый доверил ему документ, который передавал престолонаследие его брату Николаю.

М. Сушенцова

— Да, это очень важный момент, мало кто об этом знает.

М. Воробьев

— И хранителем этого документа был тогда еще будущий митрополит Московский и Коломенский Филарет (Дроздов). Но если, например, писатель Иван Лажечников или кто-то другой — родился в Коломне, там прошло его детство, а потом человек уезжал из Коломны и не был там постоянно, а вот святитель Филарет приезжал часто, особенно когда его возвели на Московскую и Коломенскую кафедру. Очень многие храмы перестроили тогда при его участии, известны его чуть ли не ежегодные посещения Коломны, он очень хорошо знал духовную жизнь города, священников, которые были на разных приходах, многие из них были родственниками его, в частности, священник церкви Иоанна Богослова. Святителя Филарета и самого хотели женить, а потом рукоположить для служения в коломенской Вознесенской церкви. Прихожане очень любили этого человека, зная его нрав, они хотели себе такого священника, но он продолжает учебу и принимает монашество, а мог бы стать хорошим просто клириком в одной из коломенских церквей. И вот этот авторский маршрут «Духовная столица Подмосковья» рассказывает об истории Коломенской кафедры, об истории храмов многих коломенских, которые сохранились, у них уникальная сохранность. Если от Коломенского кремля примерно одна шестая часть сохранилась: совсем небольшие фрагменты, несколько башен, и то, в основном, они переделаны, то храмы, несмотря на советское лихолетье, имеют уникальную сохранность, даже самый древнейший храм Подмосковья, в районе Городище в Коломне, конца XIII — начала XIV столетия, монгольского периода. Там есть разные предположения по началу строительства, но вероятнее всего, строительство было завершено в XIV веке, либо в начале, либо в середине. Храм действительно очень интересный, его архитектура очень схожа со многими храмами Владимира, Суздаля, там есть свои моменты. Пользуясь случаем, хотел бы всех пригласить приехать в Коломну, если кто-то хочет, может приезжать и в будние дни, спокойно можно пройти всё, погулять, все храмы посмотреть, можно приехать в выходные и праздники, но народу, конечно, больше. А так лучше приезжать либо в будни, либо в обычные выходные, и можно всё посетить, пройти вот этот маршрут «Духовная столица». Есть изданная два года назад книжка-путеводитель при моём авторстве, она так и называется «Коломна — духовная столица Подмосковья», которая полностью охватывает маршрут, он такой краткий, но при этом ёмкий с исторической точки зрения. Он охватывает все храмы Коломны, четыре действующих монастыря (в XV-XVI веке было гораздо больше монастырей, сейчас официально четыре действующих) и некоторые утраты. Это такой вот интересный консультативный сборник- путеводитель и одновременно с тем историческая характеристика храмов, монастырей Коломны, с помощью его можно самостоятельно тоже пройти, там представлены старинные снимки начала XX столетия, в частности, и то, как храмы выглядят и чем живут на сегодняшний день. В общем, в Коломну нужно приезжать, и даже на несколько дней, а по соседству есть тоже очень интересный город Зарайск, о котором немногие знают, с очень богатой духовной историей, поэтому на многодневные туры в Подмосковье всех приглашаем.

М. Сушенцова

— Спасибо большое. Вы так увлекательно, через историю Коломны, вышли на фигуру святителя Филарета, ведь как раз недавно, 2 декабря, был день его памяти. А поскольку в Татьянинском храме при Московском университете как раз нижний храм в честь святителя Филарета, это моя альма-матер, поэтому я сразу вспомнила, и мне было очень приятно, что вы о святителе Филарете так рассказали, сразу по всем основным его вехам. А вот если мы говорим о Зарайске — действительно, это гораздо менее раскрученный, известный город, чем Коломна, то, может быть, какие-то крупицы его духовной истории вы сейчас, в качестве спойлера, надеюсь, к предстоящей поездке наших слушателей в эти края, могли бы рассказать? Было бы здорово.

М. Воробьев

— Вы знаете, Зарайск, в силу определенных временных обстоятельств, немного удалённее оказался Коломны от центральных торговых путей и поэтому меньше о нём знают. В советские годы крупных предприятий в Коломне и Зарайске, не существовало, но при этом город не менее интересный. Во-первых, он сохранил в себе полностью самый маленький кремль в России. Если у Коломенского кремля мы можем видеть лишь какие-то его части, то Зарайский полностью сохранился, можно увидеть стены и башни, они, кстати, одновременно примерно были построены, и Коломенский, и Зарайский кремли.

М. Сушенцова

— А какой период строительства этих кремлей?

М. Воробьев

— Это у нас рубеж второй четверти XVI века, и Коломенский — с 1525-го по 1531 год, а Зарайский строился чуть позднее — с 1528-го или 29-го года, примерно в это время. Причём считается, что те же самые итальянские мастера, зодчие, которые были приглашены для проектирования и строительства Коломенского кремля, они же принимали участие и в проектировании Зарайского, который является самым маленьким. Если в Коломне есть храм, который никогда не закрывался, такой храм есть и в Зарайске — это Благовещенская церковь, очень интересная. Кстати, это храм, в котором служил митрополит Ювеналий, Крутицкий и Коломенский, который сейчас на покое, он какое-то время был епископом Зарайским. В церкви сохранились уникальные росписи, уникальная архитектура, иконостас и очень почитаемый образ святителя Николая — Николы Зарайского. Вот если ехать в Зарайск, к каким святыням? Любая икона — святая, но наиболее почитаемый образ — это святитель Николай Зарайский, который по преданию был привезён из Херсонеса. Его первоначальный образ не сохранился, есть несколько списков, один находится в Зарайском кремле, в Иоанно-Предтеченском соборе, тоже поистине уникальный образ святителя Николая с клеймами, то есть с житийными такими образами, это по-настоящему музейный уникальный экспонат, который фактически является великой святыней Зарайска. И образ Николы Зарайского есть в Благовещенском храме, тоже очень интересный, писаный, в таком металлическом киоте, тоже хорошо посмотреть. Зарайск много охватывает знаменитостей, но, если с точки зрения духовной, я бы, наверное, остановился на таком человеке, как Фёдор Михайлович Достоевский.

М. Сушенцова

— Неожиданно.

М. Воробьев

— Да, неожиданно, но дело в том, что именно летнее время в детские годы он проводил под Зарайском, в деревне Даровое, рядом с селом Моногарово. Эта деревня была выкуплена отцом Фёдора Михайловича, на лето они переезжали туда. Более того, многие упоминания Зарайска известны в его произведениях, в том числе и в романе «Братья Карамазовы», там Федина роща, в «Преступлении и наказании» мать и сестра Раскольникова были из Зарайска, в «Бедных людях» тоже упоминается и так далее. И не только в детские годы, но уже будучи взрослым человеком, семьянином, Фёдор Михайлович туда приезжал. Ну а мы знаем, что образ этого писателя очень тесно связан с духовной жизнью XIX века русского человека.

М. Сушенцова

— Безусловно. Я бы сказала, вообще с русским культурным кодом, и православным, в частности. Спасибо большое, Михаил. Я напомню нашим слушателям, что сегодня мы посвятили нашу программу, в основном, истории жизни и подвига исповедника Иоанна Леонтьевича Летникова, который был предпринимателем в своей жизни до того, как пришла советская власть, он всё ей передал, и рассказывал нам об этом его потомок — Михаил Воробьёв, коломенский историк, краевед, директор АНО «Коломенский арбат». Это была программа «Вера и дело», в рамках которой мы разговариваем о том, как совмещается христианская вера с тем делом — иногда это бизнес, иногда что-то более такое социальное или общественное — с нашими гостями. Спасибо большое, Михаил, что вы нашли время и возможность приехать к нам из Коломны и в финальной части программы так удивительно быстро накидали крупными мазками духовную историю Коломны и Зарайска, который находятся рядом. Мне как минимум, я надеюсь, что многим из слушателей тоже захотелось приехать и с духовной стороны познакомиться с этими местами. Спасибо вам большое.

М. Воробьев

— Вам спасибо.

М. Сушенцова

— И, надеюсь, до новых встреч. Дорогие слушатели, прощаемся с вами, до встречи через неделю.

---

Все выпуски программы Светлый вечер

• «Король Франции Генрих IV и религиозные войны». Александр Музафаров
• «Настоящий мужчина». Священник Алексей Дудин, Андрей Коченов, Ольга Цой
• «Прощеное воскресенье. Первая неделя Великого поста». Священник Стахий Колотвин

---

Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов