Поделиться
— Наташенька, здравствуй! Проходи, пожалуйста.
— Спасибо, Маргарита Константиновна! Вы знаете, я взяла в библиотеке книгу. Пока ехала к вам, решила почитать в метро. Открываю — а там, между страниц — вот эта репродукция. Кажется, вырезана из какого-то журнала. Без подписи. Сама я никак не могу понять, что это за картина. Может быть, вы узнаете? Так любопытно. На ум приходят Михаил Нестеров или Виктор Васнецов, но я не уверена...
— Ну что ж, давай посмотрим... Каменистая дорога, старенький забор из толстых прутьев, вдалеке виднеются крыши селения. А на переднем плане — деревянный столб. Он стоит на большом валуне и увенчан чем-то вроде маленького домика. Знаешь, что это такое, Наташа?
— По-моему, Маргарита Константиновна, это часовенка. Такие устанавливали в старину на дорогах, чтобы путники и странники могли помолиться. Домик на столбе — киот, в нём находится икона. Правда, на картине икону не видно, но о её присутствии говорит тёплый свет лампады или свечи внутри.
— Так и есть, Наташенька. На полотне изображена так называемая столбовая придорожная часовня. Подобные, действительно, можно увидеть на картинах русских художников. Но перед нами — работа австрийского мастера 19 столетия Фридриха Гауэрмана. Этюд из собрания петербургского Музея Академии художеств, называется он «Икона при дороге».
— Австрийского? Как интересно... Но, наверное, он написал этот этюд в России?
— Гауэрман в России не бывал, хотя его полотна и пользовались популярностью в среде русской аристократии. Путешествовал живописец в основном по родной Австрии, в особенности — по горным альпийским селениям. Альпийский пейзаж запечатлён и на этюде, который ты, Наташенька, принесла.
— Маргарита Константиновна, вы меня так удивили! Я-то думала, что часовенки-столбы с иконами — явление традиционно русское, православное.
— Обычай ставить такие часовни — на самом деле очень древний, возник он ещё до разделения церквей на Восточную, православную и Западную, католическую в 1054 году. Западная церковь отринула или изменила многие традиции. Но эта сохранилась. Вот почему часовенные столбы, похожие на наши, русские, встречаются и в Европе. Особенно много их как раз на альпийских перевалах, или вблизи горных селений. Одну из этих часовенок и запечатлел на своём полотне Фридрих Гауэрман.
— Путешествовать по горным дорогам нелегко, а порой и опасно. Наверное, встреча с иконой и возможность помолиться, воодушевляла путников, придавала им силы.
— Конечно, Наташенька! Можно вспомнить переход Суворова через Альпы в 1799 году. Это было тяжелейшее испытание для русской армии. И до сих пор стоит в альпийском ущелье Шёлленен часовня, где, по преданию, молился генералиссимус во время этого исторического похода.
— Маргарита Константиновна, вот вы сказали, что картина «Икона при дороге» — этюд. Значит, это — проба пера перед большой работой. Интересно, какой?
— К сожалению, Наташа, точного ответа на этот вопрос пока нет. Известно лишь, что вдова живописца после его кончины в 1862 году распродала все полотна, включая наброски и этюды. По всей вероятности, таким образом этюд «Икона при дороге» и попал в Россию. А уже в 1934-м он пополнил коллекцию Музея Академии художеств — был передан туда из Государственного музейного фонда.
— Как жаль, что нельзя узнать замысел художника...
— Фридрих Гауэрман был одним из ярких пейзажистов своей эпохи. Он писал пасторальные сюжеты. Изображал пастухов, которые гонят тучные стада коз, овец или коров с альпийских пастбищ. Столбовая часовенка вполне могла стать одним из фрагментов такой картины.
— Пастух и стадо — какой мирный образ! А часовенка с иконой, конечно, сделала бы полотно ещё более умиротворённым и одухотворённым.
— Да, этот этюд дышит покоем и молитвенным настроением.
— И несмотря на то, что написал его австрийский художник, есть в нём русский дух!
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Все выпуски программы Свидание с шедевром
Сергей Андрияка. «Староконюшенный переулок»
Поделиться— Никита, здравствуй, мой хороший! Рада тебя видеть!
— Здравствуйте, Маргарита Константиновна! И я очень рад, давно мы с вами не виделись!
— Я тебя из метро ждала, а ты, кажется, пешком?
— Да, решил пройтись. Я, кстати, в Староконюшенном переулке остановился, в маленькой гостинице. Чудесный исторический уголок Москвы!
— Правда, Никитушка, в Староконюшенном чувствуется атмосфера старого города. Старинные доходные дома, купеческие и дворянские усадьбы, храмы.
— Кажется, у Льва Толстого в «Войне и мире», семейство Ростовых гостило в Староконюшенном?
— Верно, Никита. И, кстати, Староконюшенный переулок становился героем не только литературных, но и живописных произведений!
— А каких, интересно?
— У современного художника Сергея Андрияки есть картина, которую он написал в 2000 году. Она так и называется — «Староконюшенный переулок». Эта акварель находится в Музейно-выставочном комплексе Академии акварели, которую создал художник, она носит его имя.
— Сергей Андрияка, «Староконюшенный переулок»... Я, кажется, нашёл эту работу в интернете, посмотрите, Маргарита Константиновна!
— Да, это она. Светлая, солнечная, весенняя.
— Маргарита Константиновна, мы же с вами кофе собирались выпить — давайте присядем вон на той уютной веранде, и заодно поговорим о картине?
— С удовольствием, Никита!
— Как потрясающе художник передал здесь атмосферу весны в большом городе, когда деревья покрываются первой листвой, и солнце начинает согревать дома и тротуары. Его лучи играют и на огромном куполе храма Христа Спасителя, который возвышается над улицей, ещё закованный в строительные леса, а вокруг него — несколько подъёмных кранов...
— Сергей Андрияка рассказывал о том, как родилась эта картина. В мае 2000 года он прогуливался по арбатским переулкам, наслаждался тёплым весенним днём. Подошёл к зданию посольства Австрии на пересечении Староконюшенного и Пречистенского. И увидел, как на фоне старинных домиков высится громада строящегося Храма Христа Спасителя. Художнику захотелось перенести на бумагу этот миг, в котором переплеталась история города, старая и новая...
— Я помню, как много тогда говорили о воссоздании Храма Христа спасителя — в прессе и на телевидении. Это ведь было грандиозное событие.
— Да, эпохальное. Строительство храма, взорванного большевиками в 1931-м году, на его историческом месте, стало символом поворота России к своим корням, к православию. В этом смысле у Сергея Андрияки получилась, мне кажется, символичная картина: с одной стороны — весна, пробуждение природы после долгой зимы. А с другой — возвращение главного храма как возрождение веры после многих лет безбожия.
— А ещё в картине «Староконюшенный переулок» ощущается радость жизни — хочется пробежаться по залитому солнцем тротуару, чтобы потом замереть в благоговении перед великим Храмом, в котором очень скоро зазвучит молитва.
— Никитушка, а мы ведь совсем рядом с Храмом Христа Спасителя. Там как раз сейчас вечерняя служба начнётся.
— Пойдёмте, Маргарита Константиновна — успеем к началу! А завтра я, пожалуй, отправлюсь в Музейно-выставочный комплекс Академии акварели Сергея Андрияки — очень хочется теперь посмотреть на его работы. Может быть, и вы со мной?
— С радостью присоединюсь!
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Все выпуски программы Свидание с шедевром
Энгельс Козлов. «Будет жить!»
Поделиться— Маргарита Константиновна, вы заметили, что в петербургском музее Академии художеств, в отличие, скажем, от Эрмитажа или Русского музея, нет длинных очередей на входе? Даже удивительно!
— И правда, Андрей Борисович, туристической суеты здесь почти никогда не бывает. Между тем это один из старейших художественных музеев России с огромной, уникальной коллекцией русского и западноевропейского искусства. И что на мой взгляд особенно интересно, здесь можно увидеть студенческие работы знаменитых живописцев — тех, кто в разные эпохи учился в стенах Академии.
— Маргарита Константиновна, а вот, посмотрите, какое любопытное полотно. И название такое оптимистичное: «Будет жить!». Это тоже чья-то проба пера?
— Андрей Борисович, вы обратили внимание на замечательную картину! Полотно принадлежит кисти народного художника Энгельса Васильевича Козлова, нашего современника. Он написал её в 1956 году, выпускаясь из Ленинградского института живописи, скульптуры и архитектуры имени Репина. Такое название в то время носила Академия художеств. То есть, как вы справедливо предположили, картина «Будет жить!» — дипломная работа живописца.
— Энгельс Козлов... Знакомое имя. Это ведь он рисовал советских тружеников — шахтёров, врачей, учителей?
— Энгельс Васильевич вырос в крестьянской семье, где любовь и уважение к труду прививалось с детства. И люди труда стали главными героями его произведений. Однако художник не замыкался на одной теме, работал в разных жанрах. У Козлова есть прекрасные пейзажи и натюрморты.
— А на этом полотне перед нами, по всей видимости, эпизод времён Великой Отечественной войны... Бревенчатый блиндаж в низенькой, полутёмной землянке. На лежанке — раненый. Мужчина перевязан; под головой у него гимнастёрка с красными офицерскими погонами, на стене висят сумка-планшет и автомат.
— Боевые товарищи-однополчане с тревогой его обступили. А молодая женщина в белом халате, с открытым, светлым лицом, улыбается и, похоже, сообщает им радостную новость: будет жить!
— Всего два слова, а сколько в них силы и глубины! Маргарита Константиновна, согласитесь: с эмоциональной и художественной точки зрения полотно написано так, словно художник сам пережил всё это. Наверное, он тоже воевал?
— Да, искусствоведы отмечают, что Энгельс Козлов обладал удивительным даром вкладывать в каждое полотно частичку себя. Но всё же на войне художник не был — не взяли на фронт по состоянию здоровья. С детства он болел костным туберкулёзом и передвигался на костылях. Только после окончания художественного института, после сложной операции, смог самостоятельно ходить. Однако войну всё-таки пережил, и знал о ней не понаслышке.
— Маргарита Константиновна, а мне кажется, что картина «Будет жить!» — это ещё и ода подвигу врачей во время Великой Отечественной войны. В тяжелейших условиях они поднимали на ноги раненых.
— Безусловно, Андрей Борисович! Можно сказать, что уже в дипломной работе Энгельс Козлов обозначил ключевую тему своего творчества — чествование самоотверженных тружеников. И это была не пропаганда, а настоящее творчество. Художник всегда подчёркивал, что писал только близкое и созвучное его собственной душе и сердцу.
— Да, в картине чувствуется искренность и любовь художника к людям. Всё это передаётся смотрящему на полотно.
— И, я уверена, ещё надолго останется с нами!
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Все выпуски программы Свидание с шедевром
Храм Новомучеников и исповедников Российских, Чегдомын (Хабаровский край)
Поделиться
В юго-западной части Хабаровского края, в трёхстах километрах от Комсомольска-на-Амуре, есть небольшой поселок Чегдомын. Он стоит на живописной сопке среди таёжных лесов, над одноимённой рекой. Хвойные заросли, отражаясь в её быстром течении, окрашивают поток в тёмно-зелёный цвет. Потому и дали коренные жители — эвенки речке такое название — Чегдомын. В переводе с эвенкийского языка на русский оно означает «сосновая вода».
Эвенки жили на берегах Чегдомына испокон веков, но не имели постоянного обиталища. Оленеводы и охотники — они кочевали с места на место. Посёлок возник в 1932 году, когда российская геологическая экспедиция обнаружила в тайге залежи каменного угля. Правительство направило тогда в Чегдомын специалистов с Донбасса.
В это же самое время началось строительство Байкало-Амурской магистрали — железной дороги, проходящей через Восточную Сибирь. На тяжёлых работах в суровом сибирском климате использовали труд заключённых. В тридцатых годах двадцатого века в Хабаровском крае была развернута сеть исправительно-трудовых лагерей. Несколько его подразделений находились вокруг поселка Чегдомын.
Среди прочих узников здесь отбывали наказание и православные христиане — священники, монахи и миряне. Многие их них в невыносимых для жизни условиях приняли мученическую смерть и впоследствии были прославлены Церковью в лике святых.
Жители Чегдомына обратились к этому факту в конце двадцатого века, когда в поселке появилась первая христианская община. Православный приход был зарегистрирован в 1995 году с посвящением новомученикам и исповедникам российским. Храма в то время ещё не существовало. Верующие сначала собирались на молитву в одном из помещений Дворца культуры, а затем им предоставили здание бывшего магазина. Наконец, в 2007 году в Чегдомыне построили церковь и освятили её во имя новомучеников, пострадавших в двадцатом веке от безбожной власти.
Деревянное здание, похожее на сказочный терем, возвышается над живописной долиной. Когда в праздники колокола возвещают о богослужении, звон плывёт над тайгой на десятки километров. А он здесь особенный! В 2023 году на церковной звоннице была установлена электронная система, управляющая колоколами. В её репертуаре — красивейшие канонические мелодии. Здесь и благовест, и малиновый звон, и оптинский, и ростовский, и троицкий...
Поют колокола и в престольный праздник Чегдомынской церкви, в день памяти новомучеников и исповедников российских. Он установлен в воскресенье, ближайшее к двадцать пятому января. В это время в Хабаровском крае лютуют морозы, колокольню пронизывают ледяные ветры, но электронному звонарю всё нипочём!
Все выпуски программы ПроСтранствия
