Поделиться
Фото: Сергей Власов / Пресс-служба Патриарха Московского и всея Руси
Протопресвитер Александр Шмеман называл Великий пост «духовным странствием». Это необычайно точный образ. Те, кто пробовал когда-нибудь поститься, наверняка знакомы с этим ощущением: словно с палубы корабля или с трапа самолёта вы смотрите на остальной мир. Он остался прежним, полным суеты и хлопот. А вы вышли из общего потока и отправились к своей цели, вы не совсем причастны этому миру, потому что мыслями совсем в другом месте. Это очень необычное и ценное чувство. Оно даёт возможность задуматься о конечном смысле всех наших трудов.
Церковь готовит верующих к странствию поста. Для этого на первой неделе читается Покаянный канон святителя Андрея Критского. Чтение происходит на службе, которая называется «Великое повечерие», то есть «после вечерни», так на славянских языках назывался ужин. А название «Великое» подчёркивает значимость богослужения. Кроме того, Канон действительно очень большой: в нём более двухсот отдельных песен — тропарей.
Великим постом Покаянный канон Андрея Критского звучит ещё в среду пятой недели. Эту службу в народе называют «Мариино стояние», так как песни Канона чередуются с житием преподобной Марии Египетской.
Канон святителя Андрея Критского становится тем трамплином, от которого мы отталкиваемся и ныряем в самую глубину Великого поста. Его читают по частям, в течение первых четырёх дней поста. Загляните в это время в храм, посмотрите — как всё изменилось по сравнению с обычной воскресной службой. Священники одеты в тёмные облачения. Поменялось на великопостное - чёрное или тёмно-фиолетовое убранство церкви: завеса, аналои, покровы на иконах. На повечерии в храме гасят свет, горят только свечи у икон и в руках верующих.
Звучат первые строки Канона, и верующие вслед за автором задают себе самый строгий вопрос «С чего я начну оплакивать окаянные дела моей жизни? Какое начало положу я, Христе, нынешнему рыданию?».
Покаянный Канон — это диалог с собственной душой. В этом разговоре святитель Андрей приводит в пример праотцов Адама, Иосифа, Моисея, царя Давида и других, как праведников, так и грешников. Он сокрушается: «Из них ты, душа, подражала последним, а не первым, согрешая против Бога...»
Особую силу Канону придаёт то, что личная история переплетается со всемирной. Для автора она, в первую очередь, это взаимоотношения человека и его Творца. Отпадение, скорбь, боль и раскаяние. «Я совершил преступление первозданного Адама... Я не уподобился, Иисусе, Авелевой правде...» — скорбим мы вслед за святителем Андреем. Но в то же время он обнадёживает нас: «не предавайся отчаянию о себе». Господь может «убелить и отчистить жизнь прокажённую», — уверяет он. Так Канон Андрея Критского становится ещё и компасом нашего духовного странствия. Он указывает путь — от покаяния к прощению, от греха — к Отцу Небесному.
15 июня. «Девятый вал»
Поделиться
Фото: Art Institute of Chicago/Unsplash
Все опытные мореходы знают об этом опасном для судов явлении, о котором мы ведаем по шедевральному живописному полотну Айвазовского. Проходят первая, третья, пятая волны и наконец является он — девятый вал, несущий с собой гибель, встреть он на своём пути борт небольшого корабля. В жизни духовной, всеусердно храня мир сердца, мы, тем не менее, должны быть всегда настороже, памятуя об «огненном искушении», которое норовит застигнуть врасплох христианина, потерявшего бдительность и вознамерившегося «опочить на лаврах» мнимого преуспеяния.
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
15 июня. Об одиночестве
Поделиться
О важности человеческого общения — клирик московского храма Иерусалимской иконы Божией Матери за Покровской заставой священник Вадим Бондаренко.
Православная модель назидания уделяет много внимания тому, чтобы описать соблазны, которые ждут христианина на пути к Богу. Здесь всё понятно и на поверхности. Никому не удастся совместить следование за Христом с развратом, воровством, злом другому человеку. Всё это всегда было в жизни человечества, поэтому не теряет актуальности.
Но что-то и меняется. Уклад общества, сама модель жизни очень изменились за последние десятилетия. Я бы сказал, что это сформировало другой, гораздо более опасный соблазн, неплохо накладывающийся на внешнюю модель благочестия и религиозности. Этот соблазн — выбор одиночества.
Другой человек воспринимается нами как проблема, как лишнее обстоятельство, как то, что выводит нас из равновесия, покоя и гармонии. Мы ограничиваем контакты, оценивая их необходимостью и функциональностью. Мы забываем, что не можем видеть Бога и что-либо сделать для Него, но зато Он разговаривает с нами через других, которые Его образ и творение.
Все выпуски программы Актуальная тема:
15 июня. О мечтах
ПоделитьсяО вреде пустых мечтаний — настоятель Спасо-Преображенского Пронского монастыря в Рязанской области игумен Лука (Степанов).
Мечтательность, несомненно, относится к признакам нашей падшей природы. «Мечтательность, способность к воображению, — называет святитель Феофан, — самой чернорабочей стороной нашей души». Мечтательность может привести человека к необыкновенным заблуждениям, из которых очень трудно возвращаться, если эту свою чернорабочую способность воспринимает он за некоторую духовную реальность.
Представляя что-либо желанное, он воспринимает это за действительное в отношении самого себя и своего состояния, в отношении невидимого духовного мира, в отношении невидимых сторон жизни и близких людей: «а я-то знаю, а я-то подозреваю, что на самом деле кроется за теми или другими словами или действиями близких моих».
Так вот, эта самая мечтательность, эта склонность к воображению, оказывается, заполняет душу человека необыкновенным мусором, хотя с виду и благообразным. Поскольку это не реальность, которая открывается особым образом проницательному и чуткому, а это как раз порождение собственного падшего разума, собственной вот этой способности строить воздушные замки и какие-либо конструкции и концепции внутри своей души.
Потому святые отцы призывают и при наших молитвенных трудах, и при общении с ближними, и при уповании на какие-то будущие свершения всяко беречься мечтательности, вот этой способности к воображению, которая в результате определённым образом формирует и наши чувства, ибо то, что ты себе намечтал, тем ты потом либо восхищаешься, либо боишься, либо, наоборот, вдохновляешься этими совершенно неосновательными плодами твоего собственного воображения.
Все выпуски программы Актуальная тема:
