Поделиться
3 февраля 1238 года полчища Татарские, бесчисленные как саранча, обступили со всех сторон Владимир. Великого князя Юрия не было в городе. Он выехал на север собирать войска. Защита же Владимира была поручена Юрием двум его сыновьям Всеволоду и Мстиславу.
Когда Татары подъехали к Золотым воротам, то они стали спрашивать: «Великий князь Юрий в городе ли?» Владимирцы на это пустили в них град стрел. Ответив им тем же, Татары закричали: «Не стреляйте!» и затем, выведя вперед захваченного в Москве отрока Владимира, спросили: «Узнаёте ли вашего княжича?». Владимир так похудел, что узнать его было трудно. При виде его — братья, бояре и весь народ заплакали. Тут же все поголовно решили: «лучше умрем все перед Золотыми воротами за Святую Богородицу и за правую веру, чем быть в их воле».
Однако опытный воевода ОслядюкОвич отговорил молодых князей выходить за ворота, и они последовали его совету обождать за стенами, пока не подойдет великий князь Юрий на выручку.
Между тем, Батый немедленно отрядил часть сил для взятия Суздаля, где были сожжены церкви и избиты все жители, а сам стал подготовлять всё для успешной осады Владимира.
6 февраля городские жители с изумлением смотрели, как ставились незнакомые им стенобитные и метательные орудия, готовились лестницы для приступа и город обносился тыном. Все поняли, что им не устоять и решили умереть, как подобает героям и христианам.
Всеволод, юная супруга его, бояре и множество других людей собрались в храме Владимирской Божией Матери. Здесь епископ Митрофан совершил умилительный обряд пострижения их в схиму. Затем, все способные носить оружие отправились опять на защиту городских стен.
Утром 7 февраля Татары пошли на приступ, до обеда взяли Новый город и зажгли его. Тогда Всеволод и Мстислав с остальными жителями бросились в Старый город, чтобы защищаться здесь. Мать же князей, великая княгиня Агафья и множество знатных людей, неспособных к бою, затворились в соборной церкви.
Скоро Всеволод, видя, что гибель неминуема, решил выйти с малою дружиною и богатыми дарами навстречу Батыю, думая, что, может быть, это умилостивит его. Но Батый не тронулся молодостью и несчастием Всеволода и приказал зарезать его.
Татары подошли к собору, обложили его дровами и подожгли, а затем отбили двери и стали грабить и убивать, никого не щадя, в то время как с амвона преосвященный Митрофан громогласно отпускал грехи умирающим. Из бывших в храме никто не спасся: одни задохнулись от дыма или сгорели, другие же были убиты.
Покончив с Владимиром, Татары пошил дальше. Разделившись на несколько отрядов, они взяли четырнадцать городов, в том числе Ростов, Ярославль, Волоколамск и Тверь.
Великий князь Юрий стоял на реке Сити, когда узнал о сожжении Владимира и гибели семьи. Поборов свое великое горе, он послал воеводу Дорожа с трехтысячным отрядом произвести разведку противника. Дорож вернулся и объявил, что Татары уже обошли Русское войско с правого крыла. Тогда Юрий сел на коня и бесстрашно выступил против врагов.
Скоро произошла встреча с Татарами. Русские бились мужественно и долго, но были совершенно разбиты окружившими их Татарскими полчищами. Убитых было великое множество. Самому князю Юрию была отрублена голова.
От Сити Татары двинулись на Торжок. Затем они направились по Селигерскому пути на Новгород, но, не доходя 100 верст, повернули назад. Очевидно, Батый, войдя в страну речную и болотистую, опасался потерять при оттепели всех лошадей. А также боялся развития болезней от непривычной для Монголов весенней влажности воздуха.
Повернув от Новгорода, Татары двинулись к югу, направляясь в степи, но были по пути надолго задержаны у незначительного города Козельска. Жители Козельска решили: «Хотя князь наш и молод, положим живот свой за него, и здесь славу и там небесные венцы от Христа Бога получим».
Татары вынуждены были осаждать город в течение семи недель, встретив упорнейшее сопротивление. Наконец, они разбили городские стены и взошли на вал, но горожане, и тут защищались с необыкновенной отвагой. Одни резались с врагом ножами, другие, выйдя из города, напали на Татарские полки и убили 4000 неприятеля, причем дрались до тех пор, пока все не были истреблены. Озлобленные Татары не оставили в живых ни одного человека. Все старики, женщины и младенцы были перебиты. Юный же князь потонул, по преданию, в крови. Татары прозвали Козельск злым городом.
Деяния святых апостолов
Поделиться
Питер Пауль Рубенс. Тайная Вечеря, 1631-1632
Деян., 17 зач., VI, 8 - VII, 5, 47-60.
Комментирует священник Дмитрий Барицкий.
Что представляет собой серьёзную угрозу для живой веры? Ответ на этот вопрос находим в отрывке из 6-й и 7-й глав книги Деяний святых апостолов, который звучит сегодня за богослужением в православных храмах. Давайте послушаем.
Глава 6.
8 А Стефан, исполненный веры и силы, совершал великие чудеса и знамения в народе.
9 Некоторые из так называемой синагоги Либертинцев и Киринейцев и Александрийцев и некоторые из Киликии и Асии вступили в спор со Стефаном;
10 но не могли противостоять мудрости и Духу, Которым он говорил.
11 Тогда научили они некоторых сказать: мы слышали, как он говорил хульные слова на Моисея и на Бога.
12 И возбудили народ и старейшин и книжников и, напав, схватили его и повели в синедрион.
13 И представили ложных свидетелей, которые говорили: этот человек не перестает говорить хульные слова на святое место сие и на закон.
14 Ибо мы слышали, как он говорил, что Иисус Назорей разрушит место сие и переменит обычаи, которые передал нам Моисей.
15 И все, сидящие в синедрионе, смотря на него, видели лице его, как лице Ангела.
Глава 7.
1 Тогда сказал первосвященник: так ли это?
2 Но он сказал: мужи братия и отцы! послушайте. Бог славы явился отцу нашему Аврааму в Месопотамии, прежде переселения его в Харран,
3 и сказал ему: выйди из земли твоей и из родства твоего и из дома отца твоего, и пойди в землю, которую покажу тебе.
4 Тогда он вышел из земли Халдейской и поселился в Харране; а оттуда, по смерти отца его, переселил его Бог в сию землю, в которой вы ныне живете.
5 И не дал ему на ней наследства ни на стопу ноги, а обещал дать ее во владение ему и потомству его по нем, когда еще был он бездетен.
47 Соломон же построил Ему дом.
48 Но Всевышний не в рукотворенных храмах живет, как говорит пророк:
49 Небо — престол Мой, и земля — подножие ног Моих. Какой дом созиждете Мне, говорит Господь, или какое место для покоя Моего?
50 Не Моя ли рука сотворила всё сие?
51 Жестоковыйные! люди с необрезанным сердцем и ушами! вы всегда противитесь Духу Святому, как отцы ваши, так и вы.
52 Кого из пророков не гнали отцы ваши? Они убили предвозвестивших пришествие Праведника, Которого предателями и убийцами сделались ныне вы,-
53 вы, которые приняли закон при служении Ангелов и не сохранили.
54 Слушая сие, они рвались сердцами своими и скрежетали на него зубами.
55 Стефан же, будучи исполнен Духа Святаго, воззрев на небо, увидел славу Божию и Иисуса, стоящего одесную Бога,
56 и сказал: вот, я вижу небеса отверстые и Сына Человеческого, стоящего одесную Бога.
57 Но они, закричав громким голосом, затыкали уши свои, и единодушно устремились на него,
58 и, выведя за город, стали побивать его камнями. Свидетели же положили свои одежды у ног юноши, именем Савла,
59 и побивали камнями Стефана, который молился и говорил: Господи Иисусе! приими дух мой.
60 И, преклонив колени, воскликнул громким голосом: Господи! не вмени им греха сего. И, сказав сие, почил.
Иудеи, которые спорят со Стефанам, были иудеями диаспоры. Так либертинцы — это иудеи, которые при военачальнике Помпее были переселены в Рим в качестве военнопленных. После своего возвращения в Иерусалим они организовали собственную синагогу. Точно такие же собрания были в Иерусалиме у иудеев из других регионов древнего мира: из Александрии, Киринеи, Киликии, Асии. Вернувшись на родину, они чрезвычайно дорожили своим происхождением и религиозным статусом. Они-то и обвиняют Стефана в том, что он возводит хулу на Иерусалимский Храм и на Закон Моисеев.
В ответ Стефан просто начинает пересказывать историю Авраама. И акцент он делает на том, что Бог явился их праотцу в Месопотамии, ещё до того, когда евреи возникли как нация. Тогда они не владели Палестиной, тогда у них ещё не было Храма. Авраам слышит призыв Божий, не имея ничего. Так Стефан предъявляет своим обвинителям мощный богословский аргумент: слава Божия не привязана к месту, а Бог Авраама и всего еврейского народа может действовать за пределами привычных границ. Даже если эти границы освящены традицией и поддерживаются законом и храмовым богослужением.
Казалось бы, кто как не иудеи диаспоры должны были понять Стефана. В отличие от коренных жителей Иерусалима, распявших Христа, они имели богатый опыт жизни среди язычников и видели, как Господь действует в жизни человека и в других странах. Однако они продолжают упорствовать в своих убеждениях. И этому есть естественное объяснение. Именно благодаря этому упорству и твёрдости они сохранили свою национальную идентичность на чужбине. Не смешались с язычниками и сберегли нравственную чистоту и чистоту религиозных убеждений. Однако сейчас это сослужило им плохую службу. В какой-то момент их твёрдость в вере превращается в уродливую фанатичную одержимость. И вместо того, чтобы принять благую весть о Христе, они приходят от слов Стефана в бешенство и в итоге убивают его.
Согласитесь, эта история — прекрасный повод спросить самого себя: а бывают ли такие ситуации, когда я также перехожу незримую черту и, подобно персонажам из прозвучавшего отрывка, начинаю размахивать своими религиозными убеждения, словно дубиной над головой. Причём с таким остервенением, что могу нанести ущерб и причинить боль, как себе самому, так и окружающим? Не цепляюсь ли я за свои привычные представления о том, как и где действует Господь, с таким упрямством, что перестаю видеть и ощущать Бога, Который пытается войти в мою жизнь необычным образом, через непривычных людей, в непривычных местах?
Задавать себе эти вопросы очень важно. Ведь главная опасность для живой веры — это ложная уверенность, что я наконец-то поймал Бога и теперь можно успокоиться. Стефан разрушает эту иллюзию. Он напоминает: наш Бог — это Бог странствия. И чтобы быть с Ним рядом, необходимо искать Его волю и понуждать себя служить ради Его Евангелия окружающим непрестанно. В любой момент своей жизни. В любой ситуации. Такая работа требует огромной внутренней сосредоточенности и духовного напряжения. Она требует дерзновения. Ведь здесь много неопределённости. Здесь нет шаблонных решений. Здесь часто приходиться импровизировать, как именно исполнить Его заповедь о любви. И это настоящее творчество. Это и есть нерв подлинной религии. Это и есть путь Авраама, пройти которым нас и призывает первомученик Стефан.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Псалом 43. Богослужебные чтения
Поделиться
Как объяснить страдание человека, который ничем не согрешил перед Богом? И где такому человеку искать утешение? Ответ на этот вопрос находим в 43-м псалме, который звучит сегодня за богослужением в православных храмах. Давайте послушаем.
Псалом 43.
1 Начальнику хора. Учение. Сынов Кореевых.
2 Боже, мы слышали ушами своими, отцы наши рассказывали нам о деле, какое Ты соделал во дни их, во дни древние:
3 Ты рукою Твоею истребил народы, а их насадил; поразил племена и изгнал их;
4 Ибо они не мечом своим приобрели землю, и не их мышца спасла их, но Твоя десница и Твоя мышца и свет лица Твоего, ибо Ты благоволил к ним.
5 Боже, Царь мой! Ты — тот же; даруй спасение Иакову.
6 С Тобою избодаем рогами врагов наших; во имя Твоё попрём ногами восстающих на нас:
7 Ибо не на лук мой уповаю, и не меч мой спасёт меня;
8 Но Ты спасёшь нас от врагов наших, и посрамишь ненавидящих нас.
9 О Боге похвалимся всякий день, и имя Твоё будем прославлять вовек.
10 Но ныне Ты отринул и посрамил нас, и не выходишь с войсками нашими;
11 Обратил нас в бегство от врага, и ненавидящие нас грабят нас;
12 Ты отдал нас, как овец, на съедение и рассеял нас между народами;
13 Без выгоды Ты продал народ Твой и не возвысил цены его;
14 Отдал нас на поношение соседям нашим, на посмеяние и поругание живущим вокруг нас;
15 Ты сделал нас притчею между народами, покиванием головы между иноплеменниками.
16 Всякий день посрамление моё предо мною, и стыд покрывает лицо моё
17 От голоса поносителя и клеветника, от взоров врага и мстителя:
18 Всё это пришло на нас, но мы не забыли Тебя и не нарушили завета Твоего.
19 Не отступило назад сердце наше, и стопы наши не уклонились от пути Твоего,
20 Когда Ты сокрушил нас в земле драконов и покрыл нас тенью смертною.
21 Если бы мы забыли имя Бога нашего и простёрли руки наши к богу чужому,
22 То не взыскал ли бы сего Бог? Ибо Он знает тайны сердца.
23 Но за Тебя умерщвляют нас всякий день, считают нас за овец, обречённых на заклание.
24 Восстань, что спишь, Господи! пробудись, не отринь навсегда.
25 Для чего скрываешь лицо Твоё, забываешь скорбь нашу и угнетение наше?
26 Ибо душа наша унижена до праха, утроба наша прильнула к земле.
27 Восстань на помощь нам и избавь нас ради милости Твоей.
Автор псалма начинает с того, что вспоминает «дни древние». Эти те эпизоды из истории израильского народа, когда Бог явным образом проявлял себя в судьбе евреев. Ярким признаком такого заступничества были их громкие победы над врагами: избавление из египетского рабства и завоевание Земли Обетованной.
Однако в тот исторический момент, когда живёт псалмопевец, всё изменилось. Враг хозяйничает в Палестине, земли разграблены, народ рассеян, а соседние племена злорадствуют, видя унижение евреев. Ключевая деталь — фраза «Ты сокрушил нас в земле драконов». Это выражение с древнееврейского на русский можно перевести ещё как «земля шакалов». Возникает образ бесплодной пустыни, места изгнания, где нет ни Божьего присутствия, ни надежды.
Но гложет псалмопевца другое. По его убеждению, беды обрушились на Израиль незаслуженно. Богоизбранный народ не совершил явного греха. Люди не отступали от Творца. Исследователи предполагают, что речь может идти о том моменте правления царя Давида, когда в пределы иудейского царства вероломно вторглись идумеи. Они пришли с юга, воспользовавшись тем, что Давид вместе со своей армией воевал на северо-восточной границе государства. По этому поводу автор псалма и восклицает: «всё это пришло на нас, но мы не забыли Тебя». Осознание этого факта угнетает больше, чем всякие страдания. Псалмопевец чувствует себя преданным. Об этом красноречиво свидетельствует яркая метафора, которую он использует по отношению к Богу: «без выгоды Ты продал народ Твой и не возвысил цены его». То есть отдал, словно бракованный товар на базаре, по цене даже ниже стоимости раба.
Такой вот парадокс мы видим в прозвучавшем псалме. Верные страдают, как отступники. Преданность Творцу не всегда является гарантией защиты от бед. Однако псалмопевец находит в себе силы не провалиться в обиду. Он не отступает от Бога. Он справляется со своими претензиями. Как же ему это удаётся? Ответ очевиден: он не застревает в поиске ответа на вопрос «за что?». Он не ищет виноватых. Он не пытается рационализировать страдание или найти в нём высший смысл. Вместо этого всю боль и энергию своего возмущения он перенаправляет в дерзновенный вопль: «Восстань, что спишь, Господи!» Перед нами высшая форма доверия. Псалмопевец словно говорит: «Я не понимаю Тебя, но только на Твою милость я уповаю и только за Тебя продолжаю держаться. Я Твой даже тогда, когда Ты скрываешь лицо Твоё и забываешь скорбь нашу. Потому что Ты мой Бог». Это крик веры. Веры, которая основывается не на логике и не на выгоде. Только этот крик привлекает к нашей душе благодать Творца, наполняет её Божьей милостью и утешением.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Псалом 43. На струнах Псалтири
Поделиться
1 Начальнику хора. Учение. Сынов Кореевых.
2 Боже, мы слышали ушами своими, отцы наши рассказывали нам о деле, какое Ты соделал во дни их, во дни древние:
3 Ты рукою Твоею истребил народы, а их насадил; поразил племена и изгнал их;
4 ибо они не мечом своим приобрели землю, и не их мышца спасла их, но Твоя десница и Твоя мышца и свет лица Твоего, ибо Ты благоволил к ним.
5 Боже, Царь мой! Ты - тот же; даруй спасение Иакову.
6 С Тобою избодаем рогами врагов наших; во имя Твое попрем ногами восстающих на нас:
7 ибо не на лук мой уповаю, и не меч мой спасет меня; 8но Ты спасешь нас от врагов наших, и посрамишь ненавидящих нас.
9 О Боге похвалимся всякий день, и имя Твое будем прославлять вовек.
10 Но ныне Ты отринул и посрамил нас, и не выходишь с войсками нашими;
11 обратил нас в бегство от врага, и ненавидящие нас грабят нас;
12 Ты отдал нас, как овец, на съедение и рассеял нас между народами;
13 без выгоды Ты продал народ Твой и не возвысил цены его;
14 отдал нас на поношение соседям нашим, на посмеяние и поругание живущим вокруг нас;
15 Ты сделал нас притчею между народами, покиванием головы между иноплеменниками.
16 Всякий день посрамление мое предо мною, и стыд покрывает лице мое
17 от голоса поносителя и клеветника, от взоров врага и мстителя:
18 все это пришло на нас, но мы не забыли Тебя и не нарушили завета Твоего.
19 Не отступило назад сердце наше, и стопы наши не уклонились от пути Твоего,
20 когда Ты сокрушил нас в земле драконов и покрыл нас тенью смертною.
21 Если бы мы забыли имя Бога нашего и простерли руки наши к богу чужому,
22 то не взыскал ли бы сего Бог? Ибо Он знает тайны сердца.
23 Но за Тебя умерщвляют нас всякий день, считают нас за овец, обреченных на заклание.
24 Восстань, что спишь, Господи! пробудись, не отринь навсегда.
25 Для чего скрываешь лице Твое, забываешь скорбь нашу и угнетение наше?
26 ибо душа наша унижена до праха, утроба наша прильнула к земле.
27 Восстань на помощь нам и избавь нас ради милости Твоей.
