Поделиться
Я листал эту книгу страницу за страницей. Моему воображению открылась бесконечно красивая лестница вверх, к Богу, обещающая свободу и блаженство. «Почему же раньше не замечал ее?» — думал я. — «Почему так мало слышу про это? Мы, словно, топчемся на первой ступени этой лестницы, не желая не только ступить выше, но и не замечая лестницу вовсе, потому что наши глаза опущены вниз».
Таким было мое впечатление от книги Клайва Стейплса Льюиса «Расторжение брака». Уже потом я заметил, что есть в этом осознании, навеянном прекрасным автором, очень глубокая евангельская, в прямом смысле слова «благая весть». Человеку нужно стремиться вверх, за Христом, а не застревать в бесконечном самокопании и формальностях. Они, несомненно, нужны, как нужно покаяние — перемена ума, к которой призывает Христос. Но это покаяние — фундамент христианского пути, а не само его содержание. Христос призывает к покаянию лишь однажды — при выходе на проповедь, — а вот следовать за Собой зовет регулярно.
Это же мы видим и у апостола Павла, который пишет, что «забывая заднее и простираясь вперёд», стремится к своей цели — Христу. Об этом же говорит и святитель Иоанн Златоуст, утверждая, что даже в тех делах, в которых мы сами согрешили, излишняя скорбь пагубна.
Во всем этом я слышу продолжение открытия, подаренного мне книгой Льюиса: нельзя бесконечно возвращается к своей вине, ведь тогда в центре твоей жизни будет она, а не Христос. И ад для тебя будет не нужен, когда ты сам его себе создаешь.
Но тогда возникает вопрос: если не стоять у первой ступени, глядя под ноги, то что делать? Я нашёл, как мне кажется, ответ в очень простых вещах. Замечать жизнь в себе и вокруг себя. Разговаривать с людьми, которые интересны. Делать что-то доброе и полезное. И постоянно сверяться со Христом.
И тогда общение с Богом происходит не только в молитве, но и в чтении хорошей книги, и в удачно сделанной работе, в разговоре за столом с близкими, когда говорим о вере во Христа.
Наверное, это всё — ступени той лестницы. Пуская Бога в свою повседневную жизнь и наполняя её тем, чему нас учит Священное Писание, мы постепенно начинаем видеть, что Царство Божие — уже здесь, среди нас.
Это осознание многое для меня прояснило в христианстве. Но главное в том, что оно сильно изменило мой внутренний настрой, отношение к вере. Я смог увидеть её как призыв подниматься по прекрасной лестнице в Рай.
Автор: Алексей Шириков
Все выпуски программы Частное мнение
«Журнал от 17.07.2026». Арсений Федоров, Ольга Зайцева
Поделиться
Каждую пятницу ведущие, друзья и сотрудники радиостанции обсуждают темы, которые показались особенно интересными, важными или волнующими на прошедшей неделе.
В этот раз ведущие Алла Митрофанова и Алексей Пичугин, а также руководитель проекта «Академия журнала Фома» Ольга Зайцева и заместитель главного редактора Радио ВЕРА Арсений Федоров вынесли на обсуждение темы:
— «Игра в бисер» Германа Гессе;
— Материалы «Академии журнала Фома» об «Одиссее» Гомера;
— Жизнь в миру и отшельничество — почему святые уходили в леса и как спасаться в миру?
— Исторические памятники — важность их сохранения.
Ведущие: Алла Митрофанова, Алексей Пичугин
Все выпуски программы Журнал
Горе вам, актеры
Поделиться
Когда я читал, как Христос называет фарисеев лицемерами, я всегда думал, что речь идет про людей, которые сознательно притворяются. Знают правду и намеренно делают вид, что не знают. Такие расчётливые обманщики.
У слова лицемер есть и другое значение — актёр, человек, играющий роль. Оно, в общем-то, очень близко к притворству, но все же добавляет важный смысл. Актерство может быть не злонамеренным. Человек может играть роль и думать, что так и должно быть, он может быть вполне искренен в своей игре и даже по-настоящему переживать чувства «своего персонажа».
Фарисеи, которых обличает Христос, судя по всему, довольно искренне верили в то, что, играя по внешним правилам и соблюдая все предписания, они угождают Богу. Этим и было вызвано их озлобление в адрес Воплощенного Бога, Который не вписывался в их сценарий. Играя роль «вождей Израиля», они потеряли в ней самое главное — реального живого человека.
И такого актерства в себе я очень опасаюсь.
Вот, прихожу в храм. Я там по-особому одет, по-особому здороваюсь, по-особому веду себя. Знаю, каким должен быть. Знаю, что в пост нужно надеть темное, а на Пасху — улыбаться. И от этого знания всего один шаг до ситуации, когда форма живёт отдельно от содержания, до того самого актерства, где я, быть может, и думаю, что все делаю искренне, но, на самом деле, просто играю роль в большом театре общества. Хочу выглядеть христианином, потому что это благочестиво и праведно, а не действительно быть им.
Грань эта очень тонкая, а потому, чтобы не утонуть в этом актерстве и не слиться с ним, я выработал для себя важное правило: регулярно спрашивать себя, для чего я надеваю темное в пост, совершаю поклоны, благочестиво молчу или пою «Символ веры» вместе со всеми на литургии? Для себя или для соответствия чужим ожиданиям? А если ради второго — то это желание соответствовать рождается из заботы о людях или из желания самому показаться хорошим?
Надеюсь, что это правило поможет избежать того осуждения, о котором мы читаем в Евангелии: «Горе вам, лицемеры...».
Автор: Алексей Шириков
Все выпуски программы Частное мнение
Да запотеет милостыня
Поделиться
Однажды, когда я гулял по Москве, ко мне подошел мужчина с просьбой о милостыне. Знакомая многим, я думаю, ситуация. У меня в таких случаях всегда возникало внутреннее колебание: что правильнее сделать? Как проявить любовь к этому человеку? Дать ему денег, не размышляя о том, куда они пойдут? Отказать, чтобы у него был стимул трудиться и так зарабатывать на хлеб? Помочь, но не деньгами?
В тот раз я выбрал последнее.
— На что вы просите? — уточнил я у мужчины.
— На еду.
— Давайте мы дойдем до магазина, и я вам куплю.
К моему удивлению, он согласился. Это был первый случай, когда на такое предложение я получал положительный ответ от просящего.
Мы дошли до супермаркета, я купил мужчине хлеба и тушенки, после чего мы разошлись. А я в очередной раз задумался, как же лучше действовать в таких ситуациях? В голову пришли слова из одного древнейшего христианского текста, почти ровеснике апостольского века —Дидахе: «Пусть милостыня твоя запотеет в руках твоих, пока ты не узнаешь, кому дать».
Что это значит? В той книге эта цитата дана в качестве дополнения к наставлению о том, что нужно давать просящим и не просить без нужды. За последнее, между прочим, обещается суровое наказание: «Если (кто принимает), не имея нужды, тот даст отчет, почему принял и на что: подвергшись же заключению, испытан будет относительно того, что сделал, и не выйдет оттуда, пока не отдаст последнего кодранта».
Мне кажется, общий смысл этих наставлений — в ответственном подходе к дару. Он не всегда полезен — иногда может и навредить. Мы хорошо понимаем это по отношению к детям: есть забота, которая помогает, и есть забота, которая балует, расслабляет. Ведь любовь — это не безусловное удовлетворение любых желаний любимого.
Так, получается, и с пожертвованиями: если я хочу проявить любовь, я должен не просто дать деньги, но подумать, принесет ли это человеку пользу. Не дам ли я повод к его осуждению за то, что он принял без нужды? Конечно, я никогда не могу быть уверен в ответе. Особенно, когда вижу человека в первый и последний раз.
Но, полагаю, хорошим проявлением ответственности и реальной заботы может стать как раз честная попытка купить еду, если просят на еду, билет на поезд, если в этом нужда у просящего или приобрести лекарства, если человек собирает деньги на них. Заодно, может быть, и станет понятно, реально ли перед нами нуждающийся.
Автор: Алексей Шириков
Все выпуски программы Частное мнение
