Поделиться
2 Тим., 294 зач., II, 20-26
Комментирует священник Антоний Борисов.
История неоднократно демонстрировала, как самые светлые, возвышенные вещи могут, к сожалению, быть использованы для самых дурных, меркантильных целей. Таким инструментом служило и Священное Писание — Слово Божие, которое, будучи неверно истолковано, позволяло оправдывать различные преступления. Сегодня во время утреннего богослужения читается отрывок из 2-й главы 2-го послания апостола Павла к Тимофею, которое как раз использовалось для упомянутых, не слишком добрых задач. Давайте послушаем этот текст.
Глава 2.
20 А в большом доме есть сосуды не только золотые и серебряные, но и деревянные и глиняные; и одни в почетном, а другие в низком употреблении.
21 Итак, кто будет чист от сего, тот будет сосудом в чести, освященным и благопотребным Владыке, годным на всякое доброе дело.
22 Юношеских похотей убегай, а держись правды, веры, любви, мира со всеми призывающими Господа от чистого сердца.
23 От глупых и невежественных состязаний уклоняйся, зная, что они рождают ссоры;
24 рабу же Господа не должно ссориться, но быть приветливым ко всем, учительным, незлобивым,
25 с кротостью наставлять противников, не даст ли им Бог покаяния к познанию истины,
26 чтобы они освободились от сети диавола, который уловил их в свою волю.
Прозвучавший отрывок некоторыми христианскими исповеданиями, тяготеющими к радикализму, понимается превратным образом. А именно — образ дорогих и дешёвых сосудов, использованный апостолом Павлом, с точки зрения этих людей, доказывает, что Господь якобы изначально одних людей предопределил ко спасению, а других к погибели. Таким образом, золотые и серебряные сосуды — праведники, которые таковыми стали фактически по принуждению Бога. А деревянные и глиняные сосуды, соответственно, — грешники, ставшие, в общем-то, невольной жертвой того же предопределения. Им уготована изначально самая печальная участь — и в земной жизни мучиться, и после смерти пребывать в адских мучениях. Почему? Потому что так якобы распорядился Бог.
Такая точка зрения не соответствует ни духу Священного Писания, ни христианской нравственности. Однако человек, как известно, стремится верить не в то, что истинно, а в то, что удобно. Например, английским колонистам в 17-м веке превратное толкование рассуждений апостола Павла позволило оправдать геноцид коренного населения Америки. Колонисты себя считали драгоценными сосудами Божиими, предопределёнными ко спасению, а индейцев — глиняными и деревянными горшками — которые не жалко и разбить. Толку-то от них?..
Но давайте посмотрим всё же на то, что на самом деле имеет в виду апостол Павел, когда рассуждает о двух типах сосудов. Он, с одной стороны, соглашается, что мы все рождаемся не в вакууме, стартовые позиции у нас действительно разные. Но это не означает, что существует не зависящая от человека предопределённость. Вовсе нет. Мы можем или улучшить то, чем обладаем, что нам дано. Или, наоборот, всё растерять, испортить, погубить. В этом и заключается свобода, дарованная нам Богом.
Апостол Павел прямо пишет, что сосуд драгоценный при неправильном использовании может превратиться в ёмкость, куда будут сливаться нечистоты. Сосуд же простой, наоборот, может чудесно переродиться, став вместилищем для самых ценных жидкостей. И апостол иллюстрирует свои размышления примером своего адресата — лица, которому изначально был направлен услышанный нами текст. Речь об апостоле Тимофее, еврее-полукровке, воспитанном бабушкой, т.к. он рос без отца. Для древних иудеев Тимофей был бастардом, то есть выродком. Для язычников — просто неудачником. Но апостол Павел в этом юноше, которого все считали (если использовать образ из послания) чуть ли не ночным горшком, разглядел чистое сердце, наполненное золотым светом любви к Богу и людям.
И Павел сделал всё, чтобы свет благодати внутри Тимофея разгорелся, и сам Тимофей стал драгоценным сосудом — примером для других христиан, их опорой и утешением. Что, в конечном счёте, и произошло. Но почему? Не потому, что так был изначально предопределено, а потому что и Павел, и Тимофей, каждый по-своему, усердно потрудились — стремились творить добро и уклоняться от тьмы пороков. И получается, что все мы (при всех имеющихся различиях) способны к удивительному преображению, которому Господь всячески способствует. Потому будем просить у Бога мудрости и сил. А в отношении других людей не станем спешить с выводами, определяя, из чего они сделаны — из золота или из глины. Чтобы не совершить досадных ошибок, способных лишить нас света благодати и превратить в никому не нужные черепки.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«Доктор Лиза — врач, жена, мама». Глеб Глинка
Поделиться
Гость программы «Светлый вечер» — Глеб Глинка, председателем совета фонда «Доктор Лиза» адвокат, супруг Елизаветы Глинки.
Гость вспоминает жизнь в США и год, проведённый в Свято-Троицком монастыре в Джорданвилле, рассказывает о желании быть ближе к Богу и о своём «двойном зрении» — опыте человека, который способен видеть Россию и изнутри, и со стороны. Отсюда — размышления о переменах последних десятилетий и о возрождении церковной жизни.
Отдельная тема разговора — память о Елизавете Петровне: её скромность и подлинность, народная любовь и день прощания, который особенно запомнился Глебу Глинке. Он говорит о художественном фильме «Доктор Лиза» и о короткой песочной анимации Ксении Симоновой из Евпатории, которую считает одним из самых точных рассказов о жизни супруги.
Во второй части беседы — о новом, расширенном издании книги «Я всегда на стороне слабого»: предисловии Евгения Водолазкина, рисунках Сергея Голербаха, новых текстах и фотобиографии. Гость рассуждает о разнице между благотворительностью и милосердием, о праве каждого на защиту и о том, как после гибели Елизаветы Петровны он заново «собирал себя из кусков».
Ведущая: Кира Лаврентьева
Все выпуски программы Светлый вечер
Что такое декоративное письмо
Поделиться
Фото: PxHere
Вязь — это древнее искусство декоративного письма. Зародилось оно в Византии в XI веке, а на Русь пришло в XIII столетии и стало уникальным стилем, сочетающим выразительность и компактность.
Название «вязь» дано неслучайно: оно указывает на главную особенность письма — переплетение букв, слияние их в единую композицию. Суть вязи в том, чтобы не только передать содержание текста, но и сделать его визуально привлекательным и гармоничным.
Вы наверняка видели на иконах надписи, созданные вязью. Один из ярких приёмов вязи — лигатура. Это соединение двух или нескольких букв, имеющих общую часть. Ещё один приём — уменьшение одних букв и распределение их в промежутках между другими буквами.
Зачем же древние писцы и составители книг использовали вязь? Дело в том, что средневековые рукописи были дорогими и трудоёмкими в изготовлении, поэтому и возник способ размещать максимальное количество текста на ограниченной площади. Вместе с тем, использование декоративных элементов превращало письмо в произведение искусства.
На Руси наибольшего расцвета вязь достигла в XVI веке при Иване Грозном. Каллиграфы разрабатывали оригинальные шрифты, создавали лучшие образцы письменного искусства. Вязь украшала не только книги и храмы, но и посуду и даже одежду.
Первый русский книгопечатник Иван Фёдоров начиная с издания книги «Апостол» — куда вошли «Деяния и Послания святых апостолов» и «Откровение Иоанна Богослова» — активно использовал декоративное письмо в своих работах.
После реформы 1708 года царём Петром I вводился гражданский шрифт. Он был нужен для печати светской литературы — в отличие от церковных изданий. И вязь постепенно утрачивала свою роль. Но в конце XIX — начале XX века поднялась волна интереса к декоративному письму. Популярность ему вернуло объединение художников «Мир искусства». Иван Билибин, Михаил Врубель, Виктор Васнецов использовали вязь в оформлении книг, афиш, в элементах архитектуры и вдохнули в неё новую жизнь.
После недолгого ренессанса в начале XX века, декоративное письмо снова стало популярным уже в наше время. Вязь используется не только в иконописи и оформлении богослужебных книг, но и в светском дизайне, живописи, архитектуре. Русское декоративное письмо — уникальная часть нашей культуры. К нам приезжают осваивать это искусство каллиграфы со всего мира. Русская вязь — это особое визуальное воплощение нашего языка.
Автор: Нина Резник
Все выпуски программы: Сила слова
Стоит ли давать обещания и как это делать
Поделиться
Иногда мы слышим красивые слова о необходимости обещаний. Но как часто каждый из нас обманывался, доверяя ненадёжным заверениям. Поэтому важно понимать, когда стоит самому давать обещание, а когда стоит от этого воздержаться.
Лучший подход в этом деле — не обманываться насчёт своих возможностей, а смотреть на них объективно. Иногда мы под влиянием эмоций и из добрых побуждений обещаем что-то, а после понимаем, что сделали это зря. Испытываем дискомфорт и угрызения совести, а следом — избегаем общения с человеком, стыдясь своей поспешности. Как же решить данную проблему? Для начала — научиться честно признавать, что вы не можете сдержать данное слово. Лучше осознать свою неправоту, чем обмануть другого человека. Стоит иногда сказать: «Прости, я поспешил с обещанием, именно его я выполнить не могу, но я готов сделать что-то другое» — и в этот момент предложить тот минимум, на который вы способны.
Следующий шаг в борьбе с излишними обещаниями — не давать их. Не говорить «я сделаю», а использовать такие фразы: «я посмотрю, какие у меня возможности», «я хотел бы помочь, но пока не знаю как. Я подумаю и скажу».
Особенно важно использовать подобные формулы, когда от вас добиваются обещаний и клятв. Если вы уже сталкивались с такими ситуациями, то знаете, что последствия могут быть не очень приятны.
Но в жизни есть ситуации, когда обещания давать необходимо. Например, монашеские обеты. Или если вы заверяете человека выполнить его последнюю волю. В такие моменты нужно помнить, что наши желания и цели может укрепить Бог, у него мы просим сил, чтобы сдержать данное слово. Уметь выполнять обещания — это не только следствие воспитания, но и проявление силы духа и веры.
Автор: Нина Резник
Все выпуски программы: Сила слова
