Главная › Программы › Светлый вечер › Седмица

«22-е воскресенье по Пятидесятнице». Прот. Федор Бородин

Протоиерей Федор Бородин в студии Радио ВЕРА

В нашей студии был настоятель храма святых бессребреников Космы и Дамиана на Маросейке протоиерей Федор Бородин.

Разговор шел о смыслах и особенностях богослужения и Апостольского (Гал.6:11—18) и Евангельского (Лк.8:26—39) чтений в 22-е воскресенье по Пятидесятнице, о днях памяти великомученицы Параскевы (Пятницы), преподобномученицы Анастасии Риляныни, бессребреников и чудотворцев Космы и Дамиана Асийских и матери их преподобной Феодотии, священномученика Иоанна Кочурова.

Ведущая: Марина Борисова

М. Борисова

— Добрый вечер, дорогие друзья! В эфире Радио ВЕРА наша еженедельная субботняя программа «Седмица», в которой мы говорим о смысле и особенностях богослужений наступающего воскресенья предстоящей недели. С вами Марина Борисова и наш сегодняшний гость — настоятель храма Бессребреников Космы и Дамиана на Маросейке протоиерей Федор Бородин.

Протоиерей Ф. Бородин

— Добрый вечер, здравствуйте!

М. Борисова

— И мы, как всегда, попробуем разобраться в смысле наступающего воскресенья, исходя из тех отрывков из Апостольских Посланий и Евангелий, которые прозвучат завтра в храме за Божественной литургией. Мы услышим отрывок из «Послания апостола Павла к Галатам», из VI главы, стихи с 11-го по 18-й. И надо сказать, что в этом небольшом отрывке достаточно мест, которые вызывают, ну, желание уточнения, по меньшей мере. Так, например, слова... Вот апостол начитает со слов «желающие хвалиться по плоти принуждают вас обрезываться только для того, чтобы не быть гонимыми за Крест Христов, ибо и сами обрезывающиеся не соблюдают закона, но хотят, чтобы вы обрезывались, дабы похвалиться в вашей плоти». И я когда читаю каждый раз этот отрывок, я думаю: ну вот нет ли здесь параллели с нашим стремлением всех покрестить вокруг, независимо от того, исповедует человек веру во Христа, или нет. Вот пусть обрезывается, пусть крестится — мы будем внутренне испытывать чувство глубокого удовлетворения, но нужно ли это самому этому человеку, нужно ли это Христу?

Протоиерей Ф. Бородин

— Действительно, вы правильно говорите о периоде неофитства человека, который каждый из нас проходил когда-то, о котором лучше всего сказал Борис Леонидович Пастернак в своем стихотворении «Завет»: «Я всё готов разнесть в щепу и всех поставить на колени». Человека, который после долгого перерыва снова осознал себя верующим, найдя и всю ночь вчитываясь в Новый Завет. Действительно, есть такое — пока мы еще не можем явить красоту Божьего присутствия в нашей душе — люди сопротивляются, люди не понимают, считают нас сошедшими с ума, может быть, даже или исказившимися, попавшими в секту какую-то, а мы, поскольку оставаясь страстными, раздражительными, агрессивными, мы, получается, что желаем блага, а на самом деле веру часто очень дискредитируем в этот период. Поэтому, конечно, у апостола Павла, хотя можно и так расслышать его слова, у него изначальный смысл несколько другой. Он всё Послание Галатам посвящает — практически всё — полемике с теми христианами из иудеев, которые не только сами продолжали соблюдать весь ветхозаветный закон, что было, в общем, для них правильно, и это никто под сомнение не ставил, но они и людей, принявших крещение, из варваров и эллинов, то есть, других вер и других национальностей, они заставляли пройти весь путь Моисеева закона, и не просто заставляли — считали, что без этого невозможно быть христианином. И продолжали оставаться вот в этой такой религиозной парадигме, когда есть некий набор того, что надо выполнить, и этим можно похвалиться, сказав, что «я всё выполнил». Вот фарисейство — это такой формализм, доведенный до предела, и в эпоху земной проповеди Спасителя — не всегда так было, до этого не всегда так было. Так вот, формалист — это человек, который прячется от настоящих личных отношений с Богом, от той самой Славы Креста, то есть, от проповеди обезоруживающей, опрокидывающей человека любви Божьей, которую нельзя высчитать никакими правилами, мерилами в ответ. Вот человек, который хвалится законом, это человек, который: «Вот я вычитал правило, вот я соблюл посты, вот я причащаюсь столько-то, я столько-то читаю, я тяжко не грешу, всё нормально, и мне можно не думать о Кресте Христовом, или думать о нем как-то очень красиво и елейно, как о чём-то второстепенном». Вот апостол Павел — он все время пытается всех своих учеников из всех общин, которые им созданы (и мы видим это по посланиям), сдвинуть с вот этой успокоенности и вернуть к настоящему глубокому переживанию новозаветной проповеди.

М. Борисова

— Но, помимо прочего, завершается этот отрывок мыслью совершенно как бы переворачивающей это рассуждение — абсолютно другой ракурс. Он пишет: «А я не желаю хвалиться, разве только Крестом Господа нашего Иисуса Христа, которым для меня мир распят и я для мира. Ибо во Христе Иисусе ничего не значит ни обрезание, ни необрезание, а новая тварь. Тем, которые поступают по сему правилу, мир им и милость, и Израилю Божию. Впрочем, никто не отягощай меня, ибо я ношу язвы Господа Иисуса на теле моем». Вот эта последняя фраза — она как бы сказана в противовес всему, что было сказано выше.

Протоиерей Ф. Бородин

— Ну, нельзя пропустить словосочетание «новая тварь». Мы, христиане — мы новое творение, мы живем по совершенно другим законам — по законам любви, а не по Ветхому закону. Но, тем не менее, апостол Павел тогда, когда это было нужно, сам закон соблюдал. И он пишет, что «для иудеев я был как иудей, а для язычников — как язычник». То есть, для христиан из язычников — как язычник. Для него любая форма исполнения богообщения зафиксирована, она, как и для нас, должна быть, является только инструментом. И тогда, когда нужно, он, не меняя сути своего отношения ко Христу как к любимому Учителю, он может поменять форму. Это, кстати, очень сильно до сих пор. До сих пор людей искушают, когда тот, кто проповедует не таким, как... Вот привычные церковные люди начинают что-то менять. Какая сильная волна была против, допустим, святителя Николая Японского возмущавшихся людей! Причем, вот у меня был такой случай в жизни, когда меня упрекнули наши давнишние прихожане, ряд прихожан, давно воцерковленных, в том, что я печатаю статьи в одном портале, который они считали чрезмерно модернистским. Я им говорю: «А ну вот апостол Павел пришел в ареопаг — ничего так? Он там проповедовал среди языческих философов». И мне человек говорит: «Ты еще вспомни его слова «для иудеев был как иудей, для язычников — как...», вот «для неверных как неверный». То есть... Конечно, я их вспомнил. То есть, человек даже не сомневается, что сейчас эти слова неприменимы. Понимаете, апостол Павел борется с тем, что осталось живо, к сожалению. Плохое слово — что мертво, но оно продолжает жить среди нас, вот это нежелание быть новым творением, а желание спрятаться за форму от вот этого личного богообщения, которое всегда приносит с собой боль, всегда переворачивает твою жизнь, всегда требует от тебя живого и настоящего. А тебе не хочется, тебе страшно, ты прячешься за эту формулу. Так вот, апостол Павел — он, тогда, когда это было нужно, закон исполнял. И он сам был, конечно, обрезанный человек, фарисей из фарисеев и сын фарисея, воспитанный у Гамалиила, одного из самых знаменитых учителей Закона своего времени. Поэтому эти слова вот можно так понять.

Ещё говорят о том, что «язвы Господа на теле моем ношу» — это слова, которые вызвали достаточно большой резонанс через тысячелетие примерно, тогда, когда в западном христианстве появилось почитание стигматов — ран на руках, ногах и на ребре, которые кровоточили, гноились, и почиталось это за великое проявление благочестия и святости, поскольку человек так переживал о ранах Христа, что вот у него открывались эти язвы во плоти. Ни одного православного святого с этими язвами мы не знаем. Вот. Но мы знаем, что у апостола Павла было некое заболевание. Может быть, он это имеет в виду.

М. Борисова

— Обратимся теперь к отрывку из Евангелия от Луки, из VIII главы, стихи с 26-го по 39-й. Это, я думаю, очень хорошо известный всем нашим радиослушателям рассказ об исцелении гадаринского бесноватого и о стаде свиней, в которое попросили отправить их бесы. Стадо спрыгнуло с обрыва в мое, а жители соседнего селения, которому это стадо принадлежало, просило Иисуса удалиться от их селения куда-нибудь подальше, чтобы...

Протоиерей Ф. Бородин

— От пределов, да...

М. Борисова

— ...чтобы не смущать больше. Из всевозможных толкований этого отрывка мне очень понравился отрывок из проповеди протоиерея Вячеслава Резникова. Он писал: «Мы видим хитрость и разум бесов, и в иных случаях они не трогают жителей Гадаринской страны, не терзают их, зная, что они и так им принадлежат». Как однажды, во время недавней борьбы с алкоголем, один человек сказал: «А как же хочет сатана, чтобы мы пришли к нему трезвыми! Пьяный протрезвится и опомнится, освобожденный от бесов сядет у ног Иисуса, одетый и в здравом уме. Но что сказать о том, кто свободно и трезво делает бесовское дело? И ведь так и поступили гадаринские жители, спокойно и вежливо попросив его удалиться от них». Вот мне кажется, что такой взгляд на этот отрывок — он очень приближает евангельский текст к нашим дням.

Протоиерей Ф. Бородин

— Да, это какое-то чудовищное равнодушие к самым главным вопросам жизни человека. Вы знаете, я помню (и вы помните) время, когда Евангелие переписывали от руки, и это было драгоценным сокровищем. Сейчас, в последние 30 с чем-то лет, Библию, Евангелие в любых изданиях, текстах, переводах можно купить в любом книжном магазине, оно доступно в Сети в любых вариантах — текстом, аудио. Но есть все равно люди, которые его принципиально не читают. Причем, я многократно сталкивался с людьми, которые могут быть носителями... которые могут иметь высшее гуманитарное образование (литературоведы, филологи, историки самых разных направлений), которые, изучая европейское искусство или историю, культуру, принципиально не читают Евангелие, прекрасно понимая, что это главный ключ ко всей культуре. Нельзя понять ни Данте, ни Микеланджело, ни Толстого, ни Баха, ни Дюрера, ни Рембрандта — ничего нельзя понять, если ты не прочитал Евангелие, хотя бы из культурологических соображений. Но они не читают. И однажды в разговоре с таким человеком я долго добивался от него честного признания... Я говорю: «Мы с вами больше не увидимся. Ну объясните!» Он, подумав, честно мне сказал: «Я понимаю, что, прочитав Евангелие, я должен буду поменять жизнь. А я не хочу». Это вот эти самые гадаринские, не бесноватые люди, которые страшнее бесноватых. Которые: «Да отойди, Господи, потому что нам хочется вот жить своей жизнью, а Ты нам мешаешь». Причем, здесь как раз есть место рассмотрению формализма с другой стороны, о котором мы говорили чуть выше. Это были люди, которые жили с другой стороны Генисаретского озера — это территория Декаполиса, или Десятиградия, как обычно у нас переводится, где жили вперемешку люди, соблюдавшие закон и не соблюдавшие, язычники-иудеи и люди, которые соблюдали его в разной степени. Так вот иметь свиней категорически запрещено, потому что это самое нечистое животное, по закону Моисея. И когда ты... Причем, это самое легкое из того, что можно в нем соблюдать, самое первое и самое даже последнее, что остается, вот маркер такой принадлежности хотя бы к этой культуре. Но если ты вообще всем пренебрегаешь, даже самым легким, то ты и Бога не узнаешь, когда Он придет к тебе. Поэтому форма, если она не занимает первое место, форма богопочитания как передача опыта предыдущих поколений верующих людей, она тоже важна.

М. Борисова

— Напоминаю нашим радиослушателям: в эфире Радио ВЕРА еженедельная субботняя программа «Седмица», в которой мы говорим о смысле и особенностях богослужений наступающего воскресенья и предстоящей недели. У микрофона Марина Борисова, и наш сегодняшний гость — протоиерей Федор Бородин, настоятель храма Святых Бессребреников Космы и Дамиана на Маросейке.

На этой неделе у нас интересно в календаре совпадает память двух святых, пострадавших в одно и то же время независимо друг от друга. Мы 10 ноября будем вспоминать святую великомученицу Параскеву, нареченную Пятницей, и 11 ноября — преподобномученицу Анастасию Римляныню. И вот удивительно, что в их мучении их подвиг пришёлся на гонения времен императора Декия. А мы (ну, по крайней мере, те из нас, кто интересовался в свое время историей Церкви) помним, что император Декий отличался тем, что ввел специальную комиссию, задача которой была проверить, насколько лоялен человек к языческим установлениям. И человеку выдавали справку, что он вот является вполне законопослушным гражданином, после чего никто к нему не приставал. Чтобы получить эту справку, достаточно было солгать — ну, в общем, дело такое, как многим показалось бы, вполне житейское. Потому что, ну, как бы вот потом покаяться можно. Но почему-то люди и хрупкие девушки предпочитали принять тяжелейшие пытки и даже умереть под пытками, как это произошло с преподобномученицей Анастасией, но не получить эту индульгенцию, эту бумагу, свидетельствующую о том, что они лояльно относятся к языческим установлениям. Вот каким образом, как вам кажется, нам относиться к этому? Понятно, что любой подвиг во имя веры вызывает чувство восхищения, удивления. Но мы так устроены, что мы примеряем очень многие ситуации на себя, и я больше чем уверена, что многие из нас усомнятся, смогли бы они найти смысл в таком противостоянии требования центральной власти.

Протоиерей Ф. Бородин

— Гонения императора Декия были в самой середине III века и длились всего два года, но таким кровавым ураганом пронеслись по всей Римской империи в тот период, когда христиане практически успокоились. И Декий не ставил перед собой задачей, как Диоклетиан, убить всех христиан — ему надо было получить справки с людей, а точнее, дать им вот это свидетельство, прекрасно понимая, что для христианина это очень глубокая рана и очень существенное отречение. Для исполнителя это было совершенно непонятно, потому что Рим был очень толерантен. Мы знаем, что, захватывая новую любую территорию, поглощая какую-то общность, Рим ставил в Пантеоне статую главного бога этого народа, разрешал поклонение, и, в общем-то, нужно было выполнить какие-то свои только ритуалы, и чаще всего это было вознесение фимиама перед статуей императора. Если человек отказывался это делать, это воспринималось как глупость и тупое упрямство, потому что, ну, например, как Иринея Леонского, солдаты даже уговаривают, старца, которого почитает весь город: «Да кинь ты этот ладан! Мы все понимаем, что он не бог, мы все понимаем, что это просто вот пустая формальность». А для него это не формальность. И для этих дев это не формальность. Они не смогут дальше жить, если они поклонятся твари вместо Творца. И, конечно, поскольку у Декия была задача склонить, то в это гонение умирали, в основном, под пытками. Не было задачи убить отсечением головы. Это только уже в конце, когда становилось понятно, что человека не сломать и он уже не восстановится телесно после того, что пережил. Поэтому, конечно, подвиг этот, когда девушки и их современники знали, на что шли, он удивителен совершенно.

М. Борисова

— Но удивительное дело — казалось бы, такой сугубый подвиг, кроме всего прочего, это девы, это люди, которые выбирают совершенно особый осознанно путь, но в почитании той же святой Параскевы Пятницы, ее считали покровительницей семейного очага. Почему? Ну вот совершенно перпендикулярно тому образу, который рисуют её жития. Или почему-то считали ее покровительницей торговли. Вот уж к торговле она точно не имела никакого отношения. Что происходит в психологии нашего почитания святых, когда вдруг они преломляются в каких-то совершенно других людей в нашем восприятии?

Протоиерей Ф. Бородин

— Ну, с почитанием (нрзб. — 20:38) более-менее понятно, потому что пятница — это обычно самый торговый день во всех ярмарках, и вот «Параскева» так и переводится как «пятница» с греческого. Поэтому когда мы говорим «Параскева Пятница», мы говорим «Пятница Пятница», только на разных языках. Хотя это понятно, но это никак не может не расстроить христианина, такое отношение к подвигу и такое желание приспособить все небесное, святое к своим вот каким-то земным таким потребностям, прочитать это так, что вот это — покровительница вот такого рода деятельности, вот эта — такого. Конечно, это довольно тяжело Иногда это приобретает какие-то гротескные совершенно формы — как, там, святой, которому отсекли голову, молится о том, чтобы голова не болела. Вот. Ну, конечно, я думаю, что можно любому подвижнику, любому мученику молиться, со своей бедой, своей проблемой приходить. Но когда он, например, молится Антипе Пергамскому от зубной боли — ну почему? Я не понимаю этого, честно говоря. Может быть, его житие или практика и показывает, что он особо откликается на эти молитвы. Может быть, так это можно объяснить? Не знаю.

Но вот в Житии Анастасии, например, есть совершенно потрясающий эпизод о том, как прежде, чем ей отрубили городу, стражник — даже имя его сохранено — Кирилл пожалел ее, дал ей напиться воды.

М. Борисова

— Его заодно тоже...

Протоиерей Ф. Бородин

— Его заподозрили, да, и ему сразу же отрубили голову. Вот этот человек — он в календаре не указан как святой, но обычно эти безымянные воины — они почитались вместе с мучениками. Это люди, которые не успели пройти никакую катехизацию (а в те времена катехизация была иногда год-полтора-два), которые не прочитали ни одного слова Священного Писания, которые принимали крещение, как Церковь говорит, своей кровью. То есть, вера во Христа, основанная на откровении через другого человека, о том, как это может быть удивительно и как эта истина — и сразу конец жизни. Вот. И жизнь исполнилась смыслом, и мы свидетельствуем. Что такое святой? Святой — это не значит «безгрешный», да? О римском воине, который исполняет обязанности палача, дознавателя, полицейского, тюремщика, если не идет война на оккупированной территории (или уже давно территория занята Римом). Вот такое трудно сказать, но, тем не менее, оказывается, что если человек совершает порыв (вот во многих житиях мучеников просто воин говорит: «Я христианин» — и всё, ему отсекают голову, это всё, последние слова), но, тем не менее, мы его почитаем как святого, потом что он не безгрешный, а он точно попал в Царство Божие. Вот мы об этом знаем. Как разбойник на кресте рядом со Христом — мы о нем уверены. Вот такие удивительные совершенно святые люди, как этот Кирилл, которые дают нам надежду на то, что и мы будем прощены — по жажде нашего сердца.

М. Борисова

— Напоминаю нашим радиослушателям: в эфире наша еженедельная субботняя программа «Седмица», в которой мы говорим о смысле и особенностях богослужений наступающего воскресенья и предстоящей недели. С Вами Марина Борисова и ваш сегодняшний гость — протоиерей Федор Бородин, настоятель храма Святых Бессребреников Космы и Дамиана на Маросейке. Мы ненадолго прервемся, вернемся к вам буквально через минуту, не переключайтесь.

Еще раз здравствуйте, дорогие друзья. В эфире наша еженедельная субботняя программа «Седмица». Мы, как всегда, говорим о смысле и особенностях богослужений наступающего воскресенья и предстоящей недели. У микрофона Марина Борисова, и наш сегодняшний гость — протоиерей Федор Бородин, настоятель храма Святых Бессребреников Космы и Дамиана на Маросейке. Отец Федор, вот... Даже не знаю, с чего начать, потому что, с одной стороны, хочется, конечно, напомнить, что 9 ноября, как раз в воскресенье, мы вспоминать будем Нестора Летописца. Но как же, разговаривая с настоятелем храма Святых Бессребреников Космы и Дамиана, как не вспомнить 14 ноября — День памяти этих святых«!

Протоиерей Ф. Бородин

— Да, это наш престольный праздник. Всех, кто может в Москве прийти, приглашаем в этот день к нам. И, конечно, мы и чтим, и молимся им, внимательно вглядываемся в их житие. И в их житии есть очень много глубокого и важного. На их память читается отрывок из Евангелия от Матфея, где говорится о том, как Христос призывает апостолов и посылает их проповедовать, приводить людей ко спасению, дает им благодатную власть исцелять недуги и воскрешать мертвых. И посылает их по двое. И говорит им, чтобы они не брали с собой ни денег, ни второй одежды, ни второй обуви, ни денег в поясе, ни сумы. Что это такое? Это призыв к апостольскому служению, который требует от человека полного доверия Богу. Можно представить себе — мы приезжаем в другой город, вдруг у нас крадут документы и деньги, и мы находимся на вокзале без ничего, в кармане нет ничего вообще. И знакомых нет. Понимаете, кому мы доверяем, как мы молимся в это время? Совершенно по-другому молимся, чем когда мы, хорошо поужинав, спокойно у себя в теплом доме сидим или стоим перед Красным углом (лучше стоять, конечно). Апостолы и прочитавшие и отнесшие к себе это повеление бессребреники, которых много, которые почти всегда по двое и трудились, это люди, которые сказали: «Господи, ни на что не опираемся, только на Тебя. Ты прокормишь, Ты напоишь, Ты дашь кров». У него не было своего дома даже специально, не было своего хозяйства, чтобы ничем не быть обремененными. Если мы вернемся к рассказу евангельскому о богатом юноше, которому Христос сказал, что надо сделать, чтобы наследовать Жизнь Вечную, он сказал: «Я все это сделаю». «А вот чтобы стать совершенным, тебе недостает пойти и продать все, раздать имение, продать и раздать нищим и следовать за мной». То есть, Христос призывает его стать апостолом, а тот не смог. Вот это то самое требование и та самая разница между просто благочестивым христианином, который входит в Царство Божие, и человеком, который все оставляет, чтобы трудиться ради Христа. По идее, именно это воплощено в монашеском обете нестяжания и послушания. Но прежде всего — нестяжания, чтобы не рассчитывать ни на что: ни на внуков, ни на пенсию, ни на дом построенный. И в этой полной такой, бескомпромиссной отдаче себя Богу эти люди обретали удивительную силу Божию, которая начинала через них действовать. Вот посмотрите — в основном дар прозорливости и чудотворения, такого пророческого служения, он дается подвижникам после долгих лет телесных подвигов. И только — ну, помимо апостолов — только бессребреникам и мученикам он дается в молодости сразу: молодому Георгию Победоносцу, молодому Пантелеймону, молодым Косьме и Дамиану. Он дается сразу, потому что это такое доверие и потому что это сейчас нужно. Наверное, Господь мог бы любому христианину его дать, но им это нужно, потому что это способ проповеди. Потому что они приходят в селения, начинают врачевать души людей, обращать их ко Христу. А чтобы убедить их в истинности проповеди, им дан вот этот дар чудотворения — они исцеляют и людей, и больных животных, и лечат человеческие души. Но для этого они должны быть абсолютно от всего свободны.

М. Борисова

— А что за загадочная история с тремя парами?

Протоиерей Ф. Бородин

— Ну, есть точка зрения, и даже, по-моему, изложена в православной энциклопедии, о том, что это одни и те же люди.

М. Борисова

— Хочу напомнить только нашим радиослушателям, что в месяцеслове православном есть три пары бессребреников по имени Косма и Дамиан.

Протоиерей Ф. Бородин

— Римские, Асийские (то есть, азиатские) и Аравийские. Но дело в том, что у них есть очень важные, существенные различия, которые, скорее всего, не позволяют нам их вот прочитать как одних и тех же людей. Косма и Дамиан Асийские — они умерли своей смертью, Римские и Аравийские — мученически. Это большая очень разница. Церковь к мученическому подвигу относится очень внимательно и чтит его. У Аравийских есть еще братья, у Римских и Асийских нету. Скорее всего, были первые — возможно, это были мученики Римские, потому что в Риме сохранился храм Космы и Дамиана недалеко от Форума, с потрясающими мозаиками — по-моему, даже VI века, если я не ошибаюсь. В честь этих людей матери-христианки называли своих детей и готовили их к этому подвигу. Это нормально, если мать называет своего сына Лукой в честь святителя Луки Крымского и готовит его к пути хирурга — это как раз вот то же самое, понимаете? Поэтому подвиг этих людей, которые, ну действительно, всю вселенную поразили своим служением... Вы представляете — приезжают врачи в ваш город. Скоро всем остальным врачам нету работы, потому что они вылечили всех, вообще всех! И просто сразу пошли в другой город — чтобы слава, во-первых, вокруг них не крутилась, не искушала, и тщеславие, а во-вторых, потому что еще и остальным надо помочь. Потому что эта жалость к человеку, любовь к человеку, страдающему и духовно, и телесно, — она в основе этого подвига. Поэтому у них не было, там, выезда в командировку, потом вернулись и отдохнули — не было такого у них. На самом деле, это очень тяжелый подвиг, когда ничего своего. Если ты... Ну вот, допустим, я только что вернулся из командировки в Минск. Очень благодатное и удивительное время — у меня было там по два выступления в день. Мне хочется сесть и отдохнуть хотя бы день. Понимаете, я дома. А у них такого не было. То есть, они постоянно, всю жизнь, целую жизнь жизни вот этой благодатной помощью Божией. И меня, конечно, эта вера и эта крепость поражает совершенно.

М. Борисова

— А целитель и врач — это синонимы или не обязательно? Ведь тот же целитель Пантелеймон не был врачом, а целителем был.

Протоиерей Ф. Бородин

— Косма и Дамиан, точнее, не они, а их мама Феодосия святая преподобная, которая своими останками почивает в лавре Феодосия Великого недалеко от Иерусалима, вот она их приготовила к этому служению, скорее всего, это было ее решение, ее молитва. И поэтому она отдала их во врачебное обучение. То есть, все-таки святитель Лука Войно-Ясенецкий — он тоже был блестящим хирургом сам по себе и был гениальным врачом, имел колоссальный авторитет как врач. На это накладывалась его благодатная сила врачевания, понимаете? И так же точно здесь. Пантелеймон — немножко другая ситуация. Он, насколько я понимаю, не был врачом профессиональным...

М. Борисова

— Не был.

Протоиерей Ф. Бородин

— ...но просто такая удивительная сила любви к людям, такое сострадание, что он не мог пройти мимо. И для него это был вопрос веры. Если мы вернемся к его житию, там умирал мальчик, по-моему, если я не ошибаюсь, и он стал молиться Христу первый раз за этого мальчика, потому что он был обращенным пресвитером Ермолаем, но еще не до конца считал себя христианином. И Господь сотворил это чудо, чтобы Пантелеймон утвердился в вере.

Кстати, что еще очень важно — простите, немножко отвлекусь — юноша Протолеон (будуший Пантелеймон) шел себе и шел по своей дороге, как вдруг на эту дорогу вышел пресвитер Ермолай и сказал: «Молодой человек, пойдемте, я вам расскажу о самом важном», привел его в гостиницу и там рассказал ему о Христе. Вот если бы он не вышел на улицу, не остановил его и не поговорил с ним, неизвестно, что бы было с Протолеоном, понимаете? Поэтому когда нам говорят, что надо сидеть у себя в храме и разговаривать с теми, кто к тебе приходит, надо показывать на икону великомученика Пантелеймона и сказать, что этот человек пошел другим путем.

А Косма и Дамиан — простите, у них еще совершенно чудный акафист, и там есть очень глубокие, замечательные слова — например, о том, что «радуйтесь, всю жизнь свою в служении Богу и ближним истощивши», то есть, буквально, «растративши». Потому что у них своей жизни ведь не было никакой. Никакой своей жизни не было — ни семьи, ни дома, ничего, только служение Богу через людей.

М. Борисова

— Напоминаю нашим радиослушателям: в эфире Радио ВЕРА наша еженедельная субботняя программа «Седмица», в которой мы говорим о смысле и особенностях богослужений наступающего воскресенья и предстоящей недели. С вами Марина Борисова, и наш сегодняшний гость — протоиерей Федор Бородин, настоятель храма Святых Бессребреников Космы и Дамиана на Маросейке.

Отец Федор, 12 ноября мы будем вспоминать человека, который открывает, наверное, самую трагическую страницу истории Русской Православной церкви — это священномученик Иоанн (Кочуров) Царскосельский. Ну, там трудно, конечно, понять, кто был первым в этом страшном списке, но он был одним из первых священников, которые пострадали в начале гонений в 1917 году, ну, собственно говоря, можно сказать, в процессе самого переворота. Мне много довелось (и сейчас доводится) делать материалов о новомучениках и исповедниках Церкви Русской, и чем больше погружаешься в истории этих жизней, тем труднее и труднее понять, как все окружающие дошли до этого состояния, когда это стало возможно. В особенности, когда читаешь о людях, пострадавших в первые-первые годы революционные, где нету никакого логического объяснения. Если потом можно смотреть на какие-то документы, на какие-то попытки судебных производств, какие-то допросы, пытаться найти хоть какую-то логику в тех обвинениях, против них выдвигались, то первые годы — это просто какой-то потусторонний кошмар. Объяснить, что происходило с людьми, которые всю жизнь... Вот в детстве их крестили, потом они за ручку с мамой ходили на праздники в сельский храм, они причащались, исповедовались... И вдруг такое ощущение, что все они стали бесноватыми, причем, в одночасье. Вот меня всегда потрясало это, и мне очень хотелось понять, как это произошло, чтобы, может быть, подумать о том, что можно сделать, чтобы этого не случилось еще раз.

Протоиерей Ф. Бородин

— Действительно, трагическая смерть отца Иоанна и через три дня его сына от пережитого потрясения, смерти других священников, священнослужителей конца 1917 — 1918 года — это такая темная, инфернальная, адская стихия, которая выплескивается через людей, почувствовавших безнаказанность и имеющих мандаты от новой власти расправляться с любым человеком, которого они посчитают врагом революции. В этом движении ненависти именно к священнослужителям нет, действительно, никакой логики. Потому что можно еще понять, что, там, классовая борьба, вот, там, буржуа, вот дворянин, вот чиновник... Хотя это все беззаконие, безобразие, оправдать это нельзя, но понять, как это возникло, можно. А вот священник, особенно рядовой, особенно сельский священник — это очень бедный человек, который так же пахал, как крестьянин, буквально, на своем наделе и так же кормился от трудов своих рук. И он не был... никогда не принадлежал к господствующему классу. А во времена еще крепостного права он был точно так же унижен, его могли так же выпороть, он не имел никакого права голоса, барин решал абсолютно всё. Вот. Но, тем не менее, вот эта ненависть — она выплеснулась, причем, в зверских убийствах совершенно. Тогда, когда это делали латышские отряды карательные, ну, еще это как-то можно понять, то есть, объяснить, да? Но когда это делали русские крещеные люди, это можно объяснить только одним — что сатана ненавидит всё святое. Когда человек отдается грехам, он начинает служить сатане, вот просто другого объяснения нету. «Мерзость для нечестивого — человек, идущий прямым путём», — Соломон говорит. То есть, в праведном человеке грешник чувствует обличение своему образу жизни, мысли, состоянию своей души. Вот этот свет ему мешает, его надо погасить. В общем, это то, что сделал мир с Самим Христом. То есть, каждый этот человек прошел путь вот этой необъяснимой ненависти толпы — часто очень семьями, на глазах у жен и детей, после лютых мучений, очень, если здесь применимо это слово, изобретательно. И, конечно, не могу не сказать, что удивляет количество людей, которые, оставаясь, как им кажется, в лоне Русской Православной церкви, продолжают оправдывать революцию, красный террор и считают себя при этом сторонниками Владимира Ильича Ульянова (Ленина). Это удивительно совершенно.

М. Борисова

— Там не только оправдать — там невозможно понять ничего. Вот страшная кончина владыки Владимира Киевского... Его потащили в ночь непонятно, куда и зачем, не представляя еще, зачем сами это делают. То есть, его убили просто от того, что не знали, куда его девать и что с ним делать.

Протоиерей Ф. Бородин

— Ну, сатана, который дергал за ниточки этих людей и страстей, понимаете, он знал, что он хочет. Страшная смерть, допустим, вот позднее значительно, владыки Иоанна (Поммера) Рижского, вот когда сожгли его заживо, привязанного к двери, чтобы он не мог шевелиться. Почему, почему просто не убить человека? Никаких сведений он дать не мог. Это как... как просто вот желание боли и крови праведника, как «распни, распни Его!» — это тот же самый крик слышится за этим за всем, понимаете? Вот. И повторюсь, это очень важно: когда мы чтим память новомучеников вот таких ярких, как священномученик Иоанн Кочаров, мы должны понимать, что это несовместимо со словами о том, что «ну, время было такое», «ну, вот они хотели, они боролись... они принесли нам космос, спорт, мороженое», понимаете, вот победа... Нельзя... Какое... какое согласие у Христа и Велиара, да? У Света со тьмою? Если ты почитаешь святых Церкви, значит, ты почитаешь новомучеников. Если ты почитаешь новомучеников, ты не можешь почитать мучителей. Тогда надо почитать Декия, Диоклетиана.

М. Борисова

— Но...

Протоиерей Ф. Бородин

— Они, кстати, были замечательными администраторами и очень успешными императорами. И Адриан был потрясающим императором.

М. Борисова

— Но то, что происходило в 1917-м, 1918-м, 1919-м годах прошлого века, это касалось не только Церкви и священнослужителей, это был морок, ну как... охватывающий абсолютно всех, безотносительно их принадлежности социальной, там, какой угодно. Мы знаем прекрасного писателя Ивана Шмелева, и знаем, как обычно, чаще всего по его прекрасной книге «Лето Господне». Ему было дано передавать атмосферу. Вот он писал о своем детстве, о праздниках, о том, как жила московская купеческая семья в любви и к Богу, и к ближнему, при этом совершенно ее не идеализируя. И по тому, что он пережил в 1917-м, 1918-м, 1919-м, 1920-м годах, он написал книгу, за которую номинировался на Нобелевскую премию вместе с Буниным. Книга называется «Солнце мёртвых». Он с тем же умением передал атмосферу такого ужаса... Причем, там нет никаких специально... хоррора, каких-то картин, там, я не знаю, гоголевского размаха — там просто описание жизни в Крыму после того, как основная гражданская война закончилась...

Протоиерей Ф. Бородин

— ...и туда пришли Бела Кун и Землячка.

М. Борисова

— И эта вот история умирания — такое ощущение, что это умирание спустилось на всю землю. Он описывает Крым, но чувствуешь, что это вот общее ощущение всех людей, которые в тот момент оказались включенными в эту фантасмагорию. Когда читаешь такие вещи, думаешь о том, как избежать повторения и можно ли избежать повторения, и что мы-то можем сделать, чтобы это не повторилось никогда.

Протоиерей Ф. Бородин

— Знаете, когда Христа арестовывали в Гефсимании, Он говорит такие слова: «Теперь ваше время и власть тьмы». Загадочные слова. Потому что Он был в силах разметать этих людей, которые пришли к нему, представить, там, двенадцать легионов ангелов, как Он говорит. Но Он этого не стал делать. Такое ощущение, что на Русь в 1917 году опустилась власть тьмы как раз, это всё померкло. А те, кто руководил этим, они очень умно делали ставку на самых злобных, безответственных и жадных и зависимых людей. Ну, например, как разорить деревню? Надо организовать «комбеды» — комитеты бедноты. Потому что Ленин, а потом Сталин — они русское крестьянство ненавидели, это известно. И на них, на этих людей опираться было нельзя, потому что это были крепкие семьи хороших хозяйственников. Вот надо собрать всю голытьбу, которая всё пропивает, которая не работает — дать им, раздать им револьверы и наганы и дать им власть. И вот что они будут творить тогда с людьми, которые всю жизнь работали? Вот что они творили, то и будут.

И так же во всем остальном, понимаете? Вот самые худшие, в нравственном отношении самые худшие люди дорвались до власти. Ну, это отдельная тема, но человек, который может на деньги страны, которая воюет с твоей Родиной, делать в ней государственный переворот, для меня это просто негодяй из негодяев. И сейчас всплывают все эти документы и становится понятным, но, повторюсь, у этого есть духовное измерение — сатана использует это для того, чтобы погасить светильники Божии. Поэтому когда земной логики не видно, вот эта логика — она проявляется как раз, логика Голгофы, Гефсимании, допроса у Пилата, у Анны и Кайафы. Всё это видно. Есть очень много людей, которые говорят: «Что вы так носитесь с вашими новомучениками? Они все казнены или посажены по политическим статьям. Вот они все занимались контрреволюционной деятельностью, вот у нас есть документы».

М. Борисова

— Да, конечно, местоблюститель патриаршего престола владыка Петр Полянский был объявлен умершим в тюрьме, по нему отслужили панихиду. Он в тюрьме жил еще почти год, и было открыто новое судебное дело против него — за антисоветскую агитацию и пропаганду. Это человек, который...

Протоиерей Ф. Бородин

— ...сидел в одиночке...

М. Борисова

— ...был в одиночке, да.

Протоиерей Ф. Бородин

— ...и которого выводили гулять даже ночью — специально, чтобы он не мог никому ни одного слова сказать. Только кого? — конвоиров только агитировать он мог. Вот. Но вот тем не менее. Тем не менее, это так.

И вот когда нам говорят, что новомученики казнены по этим статьям, что следователи не понимали, что он лгут, когда задают эти вопросы, — конечно, понимали. И сами мученики, что, не понимали, что их казнят за их веру? Конечно, понимали. Просто это было облечено в такую форму — точно так же, как, например, мученик Андрей Стратилат. Его казнили — формально, за то, что он оставил легион, когда он поскакал в Тарс креститься с группой воинов. Формально его за это — он оставил знамена легиона, он дезертир. Хотя, конечно, заранее искали повод, это всё только повод. Поэтому это духовная брань, которая совершается всегда, о которой пишет апостол Павел — «против нас ведется война», но иногда эта война становится кровавой, иногда она выплескивается из обычного течения жизни, и те люди, которые, как вы правильно сказали, могли все детство ходить в храм, они, не желая расставаться со своим грехом, желая завладеть чужим имуществом беззаконно (потому что вот эта беднота — она на это была поднята, что можно у любого что угодно забрать)... Сатана начинает через них действовать их руками — казнить, мучить, пытать и убивать праведников Божиих. Среди духовно прозорливых людей конца XIX — начала ХХ века было очень много голосов (это и Иоанн Кронштадтский, и другие известнейшие праведники того времени), которые говорили о надвигающейся катастрофе революции. Но всем казалось, что это невозможно, что это огромная мощная держава со стремительно растущим населением православных людей. И если бы им сказать, там, еще в 1916 году или в 1913-м, что будет вот то-то и то-то, они бы просто рассмеялись. И те, кто поступал в семинарию, и те, кто принимал священный сан, большинство из них стало мучениками, даже если не прославленными, то потерпевшими очень много горя в жизни и своей, и своих семей, они были бы очень удивлены этому — как это может всё быстро обрушиться. Поэтому вот это лукавое время, за которым надо смотреть, это ведь и для нас тоже напоминание о том, что мы тоже можем сейчас благоденствовать, а что будет через пять или шесть лет, как от нас потребуют сохранить верность Христу или предать Его, мы даже представить себе не можем. Поэтому бодрствование, о котором говорит Христос, это есть единственное нормальное состояние христианина — что быть готовым, если Господь нам промыслил какое-то подобное испытание.

М. Борисова

— Спасибо огромное за эту беседу. В эфире была еженедельная субботняя программа «Седмица». С вами были Марина Борисова и наш сегодняшний гость — протоиерей Федор Бородин, настоятель храма Бессребреников Космы и Дамиана на Маросейке. Слушайте нас каждую субботу. До свидания, до новых встреч!

Протоиерей Ф. Бородин

— До свидания!

Все выпуски программы Седмица

Другие программы

Духовные этюды

«Позёмка»

Скачать

Фото: Ghenadie Cebanu/Unsplash

В ветренные январские дни на улице замечаешь, как около ног вьётся позёмка, как будто из любопытства хочет узнать маршрут пешехода. Не всегда приятна подобная навязчивость, особенно если она исходит от совершенно незнакомых людей. Это называется сегодня в общении нарушением личных границ, ущемлением личного пространства. Христианину должны быть присущи такт и деликатность, подчёркнутое уважение к свободе собеседника.

Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров

Все выпуски программы Духовные этюды

Читать полностью

Другие программы

Частное мнение

Главный по Москве. Екатерина Каштанова

Скачать

Екатерина Каштанова

Управославных христиан есть практика, что копределенным святым прибегают вкаких-то конкретных ситуациях, вкоторые они сами попадали, живя наземле. Святых целителей просят оздоровье. Умногодетных при жизни святых просят опомощи сдетьми. Святых, которые ухаживали заживотными, просят опомощи при проблемах сбратьями нашими меньшими.

Ивот, я, меняя работу, решила обратиться ковсем святым, которым принято молиться опомощи струдоустройством. Молилась имдома. Норешила еще исъездить вхрамы Москвы, где хранятся частицы ихмощей.

Первым, ккому янаправилась, был святой третьего века— епископ города Тримифунта изКипра, Спиридон. Часть его мощей хранится вхраме, куда ярегулярно хожу наслужбы,— Храм Воскресения Словущего наУспенском Вражке, всамом центре Москвы. Еженедельно намолебен кнему приходит множество людей ивсе просят опомощи, кто сквартирой, кто смашиной, акто сработой.

Далее поехала кмученикам Трифону иИоанну воину, тоже известных помощников впоиске работы иобретении чего-то потерянного. Повелению сердца заехала кпочитаемым блаженным Москвы— Матроне Московской иВасилию Блаженному как жившим когда-то встолице святой Руси. Предложения оработе пока непоявлялись, азапас финансовых средств истощался. Язнала, что уБога всё вовремя, нонеполучалось спокойно ждать.

Итут мне напомнили еще ободном Московском святом, как сказали: «главном поМоскве»— сыне святого Александра Невского, князе Данииле Московском.

Ярешила съездить иксвятому Даниилу воснованный иммонастырь. Уже слёзно повторяла только одно: что янаграни. Поклонилась мощам, подала записки намолебен святому князю, который должен был служиться только после Страстной, вдохнула весенний аромат куличей, испеченных кприближающейся Пасхе. Иотдала всё вруки Божьи.

Наступило Светлое Христово Воскресение. Среди множества пасхальных поздравлений наСветлой Седмице прилетело описание вакансии вправославную организацию отзнакомого, скоторым давно невиделись. Япоехала туда, встретилась, познакомилась слюдьми иделом, которым предстояло заниматься. Вышла наулицу уже соспокойным состоянием души, даже тёплым.

Это оказался один изважных проектов социального служения отПатриархии. Японяла, что получила ответ намолитвы ковсем московским святым. Досих пор умиляюсь, когда рассказываю, апокоже бегут мурашки. Всердце— чувство беспредельной благодарности, оттакой чуткой, отеческой помощи Божьей исвятых.

Все угодники Божьи рядом. Иконечно, каждому изних можно молиться олюбых нуждах, ипервым делом— оспасении души! Главное при этом— искренне верить.

Автор: Екатерина Каштанова

Все выпуски программы Частное мнение

Читать полностью

Другие программы

Богослужения вечера

Тексты богослужений праздничных и воскресных дней. Всенощное Бдение. 18 января (вечер 17 января) 2026г.

Вечер 17.01.26

Неде́ля 32-я по Пятидеся́тнице, пе́ред Богоявле́нием.

На́вечерие Богоявле́ния (Креще́нский соче́льник).

Сщмч. Феопе́мпта, еп. Никомиди́йского, и му́ченика Фео́ны волхва́.

Глас 7.

ВСЕНО́ЩНОЕ БДЕ́НИЕ

Вели́кая Вече́рня

Диакон: Воста́ните!

Хор: Благослови́.

Иерей: Сла́ва Святе́й и Единосу́щней и Животворя́щей и Неразде́льней Тро́ице всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Священнослужители в алтаре:

Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́ Царе́ви на́шему Бо́гу.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Ему́.

Псало́м 103, предначина́тельный:

Хор: Благослови́, душе́ моя́, Го́спода./ Благослове́н еси́, Го́споди./ Го́споди, Бо́же мой, возвели́чился еси́ зело́./ Благослове́н еси́, Го́споди./ ... / Вся прему́дростию сотвори́л еси́./ Сла́ва Ти, Го́споди, сотвори́вшему вся.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Вели́кая ектения́:

Диакон: Ми́ром Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)

Диакон: О Свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.

О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии Святы́х Бо́жиих Церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.

О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.

О вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем, Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, честне́м пресви́терстве, во Христе́ диа́констве, о всем при́чте и лю́дех, Го́споду помо́лимся.

О Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, Го́споду помо́лимся.

О гра́де сем (или: О ве́си сей), вся́ком гра́де, стране́ и ве́рою живу́щих в них, Го́споду помо́лимся.

О благорастворе́нии возду́хов, о изоби́лии плодо́в земны́х и вре́менех ми́рных, Го́споду помо́лимся.

О пла́вающих, путеше́ствующих, неду́гующих, стра́ждущих, плене́нных и о спасе́нии их. Го́споду помо́лимся.

О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.

Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко подоба́ет Тебе́ вся́кая сла́ва честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Блаже́н муж:

Хор: Блаже́н муж, и́же не и́де на сове́т нечести́вых.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Я́ко весть Госпо́дь путь пра́ведных, и путь нечести́вых поги́бнет.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Рабо́тайте Го́сподеви со стра́хом и ра́дуйтеся Ему́ с тре́петом.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Блаже́ни вси наде́ющиися Нань.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Воскресни́, Го́споди, спаси́ мя, Бо́же мой.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Госпо́дне есть спасе́ние, и на лю́дех Твои́х благослове́ние Твое́.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Ектения́ ма́лая:

Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко Твоя́ держа́ва, и Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Го́споди, воззва́х, глас 7:

Хор: Го́споди, воззва́х к Тебе́, услы́ши мя./ Услы́ши мя, Го́споди./ Го́споди, воззва́х к Тебе́, услы́ши мя:/ вонми́ гла́су моле́ния моего́,/ внегда́ воззва́ти ми к Тебе́.// Услы́ши мя, Го́споди.

Да испра́вится моли́тва моя́,/ я́ко кади́ло пред Тобо́ю,/ воздея́ние руку́ мое́ю/ — же́ртва вече́рняя.// Услы́ши мя, Го́споди.

Стихиры воскресные, глас 7:

На 10. Стих: Изведи́ из темни́цы ду́шу мою́,// испове́датися и́мени Твоему́.

Стихира: Прииди́те, возра́дуемся Го́сподеви,/ сокруши́вшему сме́рти держа́ву,/ и просвети́вшему челове́ческий род,/ со безпло́тными зову́ще:// Соде́телю и Спа́се наш, сла́ва Тебе́.

Стих: Мене́ ждут пра́ведницы,// до́ндеже возда́си мне.

Стихира: Крест претерпе́л еси́ Спа́се,/ и погребе́ние нас ра́ди,/ сме́ртию же я́ко Бог смерть умертви́л еси́./ Те́мже покланя́емся тридне́вному воскресе́нию Твоему́:// Го́споди, сла́ва Тебе́.

На 8. Стих: Из глубины́ воззва́х к Тебе́, Го́споди,// Го́споди, услы́ши глас мой.

Стихира: Апо́столи ви́девше воскресе́ние Соде́теля, чудя́хуся,/ пою́ще хвалу́ а́нгельскую:/ сия́ сла́ва есть церко́вная,/ сие́ бога́тство Ца́рствия:// пострада́вый нас ра́ди, Го́споди, сла́ва Тебе́.

Стих: Да бу́дут у́ши Твои́// вне́млюще гла́су моле́ния моего́.

Стихира: А́ще и ят был еси́ Христе́, от беззако́нных муже́й,/ но Ты ми еси́ Бог, и не постыжду́ся;/ бие́н был еси́ по плеще́ма, не отмета́юся;/ на Кресте́ пригвожде́н был еси́, и не таю́;/ воста́нием Твои́м хвалю́ся:/ смерть бо Твоя́ живо́т мой,// Всеси́льне и Человеколю́бче Го́споди, сла́ва Тебе́.

Стихиры предпразднства Богоявления, глас 6, подобен: «Тридне́вен»:

На 6. Стих: А́ще беззако́ния на́зриши, Го́споди, Го́споди, кто постои́т?// Я́ко у Тебе́ очище́ние есть.

Стихира: Земля́ и назе́мная, игра́йте и ра́дуйтеся,/ Пото́к сла́дости в реце́ креща́ется,/ излия́ние изсуша́я зло́бы,// и источа́ет Боже́ственное оставле́ние.

Стих: И́мене ра́ди Твоего́ потерпе́х Тя, Го́споди, потерпе́ душа́ моя́ в сло́во Твое́,// упова́ душа́ моя́ на Го́спода.

Стихира: Све́та сый пода́тель Иису́с, не тре́буя крести́тися,/ пло́тию восхо́дит на Иорда́нския струи́,/ просвети́ти су́щия во тьме хотя́.// Ве́рою Сего́ усе́рдно сря́щем.

На 4. Стих: От стра́жи у́тренния до но́щи, от стра́жи у́тренния,// да упова́ет Изра́иль на Го́спода.

Стихира: Поне́с раба́ зрак,/ предгряде́ши крести́тися, Христе́, от раба́/ во Иорда́нских струя́х,/ избавля́я от рабо́ты ве́тхаго греха́,// и освяща́я и просвеща́я нас.

Стихиры мучеников, глас 4, подобен: «Я́ко до́бля...»:

Стих: Я́ко у Го́спода ми́лость, и мно́гое у Него́ избавле́ние,// и Той изба́вит Изра́иля от всех беззако́ний его́.

Стихира: Фео́ну и Феопе́мпта му́дрыя воспои́м:/ Христо́вым бо догма́том повину́ющеся,/ служе́ние вся́ко нечести́вое све́тло упраздни́вше,/ свя́те, и че́стне, и благонаде́жне послужи́ша,/ Еди́наго Бо́га и Го́спода пред лице́м мучи́телей благодерзнове́нно испове́дающе,// и венча́еми свы́ше.

На 2. Стих: Хвали́те Го́спода вси язы́цы,// похвали́те Его́ вси лю́дие.

Стихира: Жития́, до́лу влеку́щая, и пи́щи наслажде́ние,/ и цвету́щую сла́ву, всехва́льнии, оста́вивше я́ко привре́менну,/ Христу́ прилепи́стеся,/ Того́ добро́тою кра́сною распала́еми,/ и принесо́стеся, я́ко сладково́ннии шипцы́,// и венце́м нетле́ннаго Ца́рствия Боголе́пно венча́стеся.

Стих: Я́ко утверди́ся ми́лость Его́ на нас,// и и́стина Госпо́дня пребыва́ет во век.

Стихира: И́же мир возненави́девше,/ преми́рни яви́стеся,/ в Це́ркви перворо́дных совокупи́стеся/ и со А́нгелы поете́ песнь нетле́нную,/ пред Бо́гом предстоя́ще вку́пе,/ скве́рную и́дольскую лесть отри́нувше,// мучи́телей безу́мие му́ченически посрами́сте.

Стихира предпразднства Богоявления, глас 6:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Стихира: Гото́вися, Иорда́не реко́:/ се бо прихо́дит Христо́с Бог крести́тися от Иоа́нна,/ да змие́в неви́димый главы́ сокруши́т Божество́м в вода́х твои́х./ Ра́дуйся, пусты́не Иорда́нская,/ го́ры, игра́йте с весе́лием:/ прихо́дит бо Ве́чный Живо́т воззва́ти Ада́ма./ Глас вопию́щаго, возопи́й, о Иоа́нне Предте́че:/ угото́вайте пути́ Госпо́дни// и стези́ Его́ пра́вы соде́лайте.

Догматик, глас 7:

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Догматик: Ма́ти у́бо позна́лася еси́,/ па́че естества́, Богоро́дице,/ пребыла́ же еси́ Де́ва,/ па́че сло́ва и ра́зума:/ и чудесе́ Рождества́ Твоего́ сказа́ти язы́к не мо́жет./ Пресла́вну бо су́щу зача́тию Чи́стая,/ непости́жен есть о́браз рожде́ния:/ иде́же бо хо́щет Бог, побежда́ется естества́ чин./ Те́мже Тя вси, Ма́терь Бо́жию ве́дуще,/ мо́лим Ти ся приле́жно,// моли́ спасти́ся душа́м на́шим.

Вход с кади́лом:

Диакон: Прему́дрость, про́сти.

Све́те Ти́хий:

Хор: Све́те Ти́хий святы́я сла́вы Безсме́ртнаго Отца́ Небе́снаго, Свята́го, Блаже́ннаго, Иису́се Христе́! Прише́дше на за́пад со́лнца, ви́девше свет вече́рний, пое́м Отца́, Сы́на и Свята́го Ду́ха, Бо́га. Досто́ин еси́ во вся времена́ пет бы́ти гла́сы преподо́бными, Сы́не Бо́жий, живо́т дая́й; те́мже мир Тя сла́вит.

Диакон: Во́нмем.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Проки́мен воскре́сный, глас 6:

Диакон: Прему́дрость во́нмем. Проки́мен, глас шесты́й: Госпо́дь воцари́ся, в ле́поту облече́ся.

Хор: Госпо́дь воцари́ся, в ле́поту облече́ся. (На каждый стих)

Диакон: Облече́ся Госпо́дь в си́лу, и препоя́сася.

Стих 2: И́бо утверди́ вселе́нную, я́же не подви́жится.

Стих 3: До́му Твоему́ подоба́ет святы́ня, Го́споди, в долготу́ дний.

Диакон: Госпо́дь воцари́ся.

Хор: В ле́поту облече́ся.

Ектения́ сугу́бая:

Диакон: Рцем вси от всея́ души́, и от всего́ помышле́ния на́шего рцем.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Го́споди Вседержи́телю, Бо́же оте́ц на́ших, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Поми́луй нас, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды, на каждое прошение)

Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, и всей во Христе́ бра́тии на́шей.

Еще́ мо́лимся о Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, да ти́хое и безмо́лвное житие́ поживе́м во вся́ком благоче́стии и чистоте́.

Еще́ мо́лимся о блаже́нных и приснопа́мятных созда́телех свята́го хра́ма сего́, и о всех преждепочи́вших отце́х и бра́тиях, зде лежа́щих и повсю́ду, правосла́вных.

Еще́ мо́лимся о ми́лости, жи́зни, ми́ре, здра́вии, спасе́нии, посеще́нии, проще́нии и оставле́нии грехо́в рабо́в Бо́жиих настоя́теля, бра́тии и прихо́жан свята́го хра́ма сего́.

Еще́ мо́лимся о плодонося́щих и доброде́ющих во святе́м и всечестне́м хра́ме сем, тружда́ющихся, пою́щих и предстоя́щих лю́дех, ожида́ющих от Тебе́ вели́кия и бога́тыя ми́лости.

Иерей: Я́ко Ми́лостив и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Сподо́би, Го́споди:

Хор: Сподо́би, Го́споди, в ве́чер сей без греха́ сохрани́тися нам. Благослове́н еси́, Го́споди, Бо́же оте́ц на́ших, и хва́льно и просла́влено и́мя Твое́ во ве́ки. Ами́нь.

Бу́ди, Го́споди, ми́лость Твоя́ на нас, я́коже упова́хом на Тя. Благослове́н еси́, Го́споди, научи́ мя оправда́нием Твои́м. Благослове́н еси́, Влады́ко, вразуми́ мя оправда́нием Твои́м. Благослове́н еси́, Святы́й, просвети́ мя оправда́нии Твои́ми.

Го́споди, ми́лость Твоя́ во век, дел руку́ Твое́ю не пре́зри. Тебе́ подоба́ет хвала́, Тебе́ подоба́ет пе́ние, Тебе́ сла́ва подоба́ет. Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Ектения́ проси́тельная:

Диакон: Испо́лним вече́рнюю моли́тву на́шу Го́сподеви.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Ве́чера всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.

Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)

Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.

Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.

До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.

Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.

Христиа́нския кончи́ны живота́ на́шего, безболе́знены, непосты́дны, ми́рны и до́браго отве́та на Стра́шнем Суди́щи Христо́ве про́сим.

Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́, и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко Благ и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Диакон: Главы́ на́ша Го́сподеви прикло́ним.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Бу́ди держа́ва Ца́рствия Твоего́ благослове́на и препросла́влена. Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Лития́:

Поется стихира храма [1] , затем:

Стихиры предпразднства Богоявления, глас 2, подобен: «До́ме Евфра́фов...»:

Стихира: Се Царь,/ се ча́яние Изра́илево прии́де./ Лю́дие, ра́дуйтеся,// Свет бо явля́ется.

Стихира: Узре́ся су́щим/ на земли́ с пло́тию,/ Боже́ственный ны́не Свет/ су́щим во тьме яви́ся,// и всем благода́ть возсия́.

Стихира: Свети́льниче Све́ту,/ заре́ Со́лнцу,/ предтече́ Сло́ву,/ дру́же Жениху́,// проро́че, послужи́.

Стихира предпразднства Богоявления, глас 8:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Стихира: Иоа́нне Крести́телю,/ во утро́бе позна́вый Мя, А́гнца,/ на реце́ Ми послужи́,/ со А́нгелы Ми слу́жбу принеси́:/ просте́р, косни́ся руко́ю твое́ю верху́ Моему́ пречи́стому/ и, егда́ у́зриши го́ры трепе́щущия/ и Иорда́н возвраща́ющся, с си́ми возопи́й:/ воплоти́выйся от Де́вы в на́ше спасе́ние,// Го́споди, сла́ва Тебе́.

Диакон: Спаси́, Бо́же, лю́ди Твоя́ и благослови́ достоя́ние Твое́, посети́ мир Твой ми́лостию и щедро́тами, возвы́си рог христиа́н правосла́вных и низпосли́ на ны ми́лости Твоя́ бога́тыя, моли́твами всепречи́стыя Влады́чицы на́шея Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и, си́лою Честна́го и Животворя́щаго Креста́, предста́тельствы честны́х Небе́сных Сил безпло́тных, честна́го, сла́внаго проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Иоа́нна, святы́х сла́вных и всехва́льных Апо́стол, и́же во святы́х оте́ц на́ших и вселе́нских вели́ких учи́телей и святи́телей, Васи́лия Вели́каго, Григо́рия Богосло́ва и Иоа́нна Златоу́стаго, и́же во святы́х отца́ на́шего Никола́я, архиепи́скопа Мирлики́йскаго, чудотво́рца, святы́х равноапо́стольных Мефо́дия и Кири́лла, учи́телей слове́нских, святы́х равноапо́стольных вели́каго кня́зя Влади́мира и вели́кия княги́ни О́льги, и́же во святы́х оте́ц на́ших: святи́теля Михаи́ла, пе́рвого митрополи́та Ки́евскаго, первосвяти́телей Моско́вских и всея́ Руси́: Петра́, Алекси́я, Ио́ны, Мака́рия, Фили́ппа, И́ова, Ермоге́на и Ти́хона, митрополи́тов Моско́вских Филаре́та, Инноке́нтия и Мака́рия. Святы́х, сла́вных и добропобе́дных му́чеников, новому́чеников и испове́дников Це́ркве Ру́сския: Влади́мира, митрополи́та Ки́евскаго, Вениами́на, митрополи́та Петрогра́дского, Петра́, митрополи́та Крути́цкаго, Иларио́на, архиепи́скопа Вере́йскаго, святы́х ца́рственных страстоте́рпцев, преподобному́чениц вели́кия княги́ни Елисаве́ты и и́нокини Варва́ры, преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших, преподо́бных оте́ц ста́рцев О́птинских, святы́х пра́ведных Иоа́нна Кроншта́дтскаго и Алекси́я Моско́вскаго, святы́х блаже́нных Ксе́нии Петербу́ржския и Матро́ны Моско́вския, святы́х и пра́ведных богооте́ц Иоаки́ма и А́нны (и свята́го имяре́к, егоже есть храм и егоже есть день), и всех святы́х. Мо́лим Тя, многоми́лостиве Го́споди, услы́ши нас, гре́шных, моля́щихся Тебе́, и поми́луй нас.

Хор: Го́споди, поми́луй. (40 раз)

Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о господи́не на́шем высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к и о всем во Христе́ бра́тстве на́шем, и о вся́кой души́ христиа́нстей, скорбя́щей же и озло́бленней, ми́лости Бо́жия и по́мощи тре́бующей; о покрове́нии гра́да сего́, и живу́щих в нем, о ми́ре, и состоя́нии всего́ ми́ра; о благостоя́нии святы́х Бо́жиих церкве́й; о спасе́нии и по́мощи со тща́нием и стра́хом Бо́жиим тружда́ющихся и служа́щих оте́ц и бра́тий на́ших; о оста́вльшихся и во отше́ствии су́щих; о исцеле́нии в не́мощех лежа́щих; о успе́нии, осла́бе, блаже́нней па́мяти и о оставле́нии грехо́в всех преждеотше́дших оте́ц и бра́тий на́ших, зде лежа́щих и повсю́ду правосла́вных; о избавле́нии плене́нных, и о бра́тиях на́ших во слу́жбах су́щих, и о всех служа́щих и служи́вших во святе́м хра́ме сем рцем.

Хор: Го́споди, поми́луй. (50 раз)

Диакон: Еще́ мо́лимся о е́же сохрани́тися гра́ду сему́, и свято́му хра́му сему́, и вся́кому гра́ду и стране́, от гла́да, губи́тельства, тру́са, пото́па, огня́, меча́, наше́ствия иноплеме́нников и междоусо́бныя бра́ни; о е́же ми́лостиву и благоуве́тливу бы́ти благо́му и человеколюби́вому Бо́гу на́шему, отврати́ти вся́кий гнев на ны дви́жимый, и изба́вити ны от належа́щаго и пра́веднаго Своего́ преще́ния и поми́ловати ны.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Диакон: Еще́ мо́лимся и о е́же услы́шати Го́споду Бо́гу глас моле́ния нас, гре́шных, и поми́ловати нас.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Иерей: Услы́ши ны, Бо́же, Спаси́телю наш, упова́ние всех конце́в земли́ и су́щих в мо́ри дале́че, и ми́лостив, ми́лостив бу́ди, Влады́ко, о гресе́х на́ших, и поми́луй ны. Ми́лостив бо и человеколю́бец Бог еси́, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́, и Сы́ну, и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Диакон: Главы́ на́ша Го́сподеви прикло́ним.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Влады́ко многоми́лостиве, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, моли́твами всепречи́стыя Влады́чицы на́шея Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и, си́лою Честна́го и Животворя́щаго Креста́, предста́тельствы честны́х Небе́сных Сил безпло́тных, честна́го, сла́внаго проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Иоа́нна, святы́х сла́вных и всехва́льных Апо́стол, и́же во святы́х оте́ц на́ших и вселе́нских вели́ких учи́телей и святи́телей, Васи́лия Вели́каго, Григо́рия Богосло́ва и Иоа́нна Златоу́стаго, и́же во святы́х отца́ на́шего Никола́я, архиепи́скопа Мирлики́йскаго, чудотво́рца, святы́х равноапо́стольных Мефо́дия и Кири́лла, учи́телей слове́нских, святы́х равноапо́стольных вели́каго кня́зя Влади́мира и вели́кия княги́ни О́льги, и́же во святы́х оте́ц на́ших: святи́теля Михаи́ла, пе́рвого митрополи́та Ки́евскаго, первосвяти́телей Моско́вских и всея́ Руси́: Петра́, Алекси́я, Ио́ны, Мака́рия, Фили́ппа, И́ова, Ермоге́на и Ти́хона, митрополи́тов Моско́вских Филаре́та, Инноке́нтия и Мака́рия. Святы́х, сла́вных и добропобе́дных му́чеников, новому́чеников и испове́дников Це́ркве Ру́сския: Влади́мира, митрополи́та Ки́евскаго, Вениами́на, митрополи́та Петрогра́дского, Петра́, митрополи́та Крути́цкаго, Иларио́на, архиепи́скопа Вере́йскаго, святы́х ца́рственных страстоте́рпцев, преподобному́чениц вели́кия княги́ни Елисаве́ты и и́нокини Варва́ры, преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших, преподо́бных оте́ц ста́рцев О́птинских, святы́х пра́ведных Иоа́нна Кроншта́дтскаго и Алекси́я Моско́вскаго, святы́х блаже́нных Ксе́нии Петербу́ржския и Матро́ны Моско́вския, святы́х и пра́ведных богооте́ц Иоаки́ма и А́нны (и свята́го имяре́к, егоже есть храм и егоже есть день) и всех святы́х. благоприя́тну сотвори́ моли́тву на́шу, да́руй нам оставле́ние прегреше́ний на́ших, покры́й нас кро́вом крилу́ Твое́ю, отжени́ от нас вся́каго врага́ и супоста́та, умири́ на́шу жизнь. Го́споди, поми́луй нас и мир Твой, и спаси́ ду́ши на́ша, я́ко благ и человеколю́бец.

Хор: Ами́нь.

Стихи́ры на стихо́вне:

Стихиры воскресные, глас 7:

Стихира: Воскре́сл еси́ из гро́ба Спа́се ми́ра,/ и совоздви́гл еси́ челове́ки с пло́тию Твое́ю:// Го́споди, сла́ва Тебе́.

Стих: Госпо́дь воцари́ся,// в ле́поту облече́ся.

Стихира: Воскре́сшему из ме́ртвых, и просвети́вшему вся,/ прииди́те поклони́мся:/ от а́дова бо мучи́тельства нас свободи́л есть,/ свои́м тридне́вным Воскресе́нием живо́т нам дарова́вый,// и ве́лию ми́лость.

Стих: И́бо утверди́ вселе́нную,// я́же не подви́жится.

Стихира: Во ад соше́д Христе́, смерть плени́л еси́,/ и тридне́вен воскре́с, нас совоскреси́л еси́,/ сла́вящих Твое́ всеси́льное воста́ние,// Го́споди Человеколю́бче.

Стих: До́му Твоему́ подоба́ет святы́ня,// Го́споди, в долготу́ дний.

Стихира: Стра́шен яви́лся еси́ Го́споди, во гро́бе лежа́ я́ко спя,/ воскре́с же тридне́вен я́ко си́лен,/ Ада́ма совоскреси́л еси́ зову́ща:/ сла́ва Воскресе́нию Твоему́,// Еди́не Человеколю́бче.

Стихира предпразднства Богоявления, глас 6:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Стихира: Да возра́дуется пусты́ня Иорда́нова,/ и да процвете́т я́ко крин,/ глас бо вопию́щаго услы́шан бысть в ней,/ угото́вайте путь Госпо́день./ Го́ры бо поста́вивый ста́вилом, и удо́лия ме́рилом,/ вся исполня́яй, я́ко Бог, креща́ется от раба́,/ обнищава́ти нача́т бога́тныя да́ры да́руяй./ Услы́ша Е́ва, в печа́лех роди́ши ча́да./ Ны́не же услы́ша Де́ва: ра́дуйся, Обра́дованная, Госпо́дь с Тобо́ю,// име́яй ве́лию ми́лость.

Моли́тва свято́го Симео́на Богоприи́мца:

Хор: Ны́не отпуща́еши раба́ Твоего́, Влады́ко,/ по глаго́лу Твоему́, с ми́ром;/ я́ко ви́деста о́чи мои́ спасе́ние Твое́,/ е́же еси́ угото́вал пред лице́м всех люде́й,/ свет во открове́ние язы́ков,// и сла́ву люде́й Твои́х Изра́иля.

Трисвято́е по О́тче наш:

Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.

Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.

Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Тропа́рь, глас 4:

Хор: Богоро́дице Де́во, ра́дуйся,/ Благода́тная Мари́е, Госпо́дь с Тобо́ю:/ благослове́на Ты в жена́х/ и благослове́н Плод чре́ва Твоего́,// я́ко Спа́са родила́ еси́ душ на́ших. (Дважды)

Тропа́рь предпра́зднства Богоявле́ния, глас 4:

Возвраща́шеся иногда́ Иорда́н река́ ми́лотию Елиссе́евою,/ возне́сшуся Илии́,/ и разделя́хуся во́ды сю́ду и сю́ду,/ и бысть ему́ сух путь, и́же мо́крый,/ во о́браз вои́стинну Креще́ния,/ и́мже мы теку́щее жития́ прехо́дим ше́ствие:// Христо́с яви́ся во Иорда́не освяти́ти во́ды.

Благослове́ние хле́бов:

Диакон: Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Иерей: Го́споди Иису́се Христе́ Бо́же наш, благослови́вый пять хле́бов и пять ты́сящ насы́тивый, Сам благослови́ и хле́бы сия́, пшени́цу, вино́ и еле́й; и умно́жи сия́ во гра́де сем и во всем ми́ре Твое́м; и вкуша́ющия от них ве́рныя освяти́. Я́ко Ты еси́ благословля́яй и освяща́яй вся́ческая, Христе́ Бо́же наш, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, со Безнача́льным Твои́м Отце́м, и Всесвяты́м, и Благи́м, и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь. Бу́ди И́мя Госпо́дне благослове́но от ны́не и до ве́ка. (Трижды)

Псало́м 33:

Хор: Благословлю́ Го́спода на вся́кое вре́мя,/ вы́ну хвала́ Его́ во усте́х мои́х./ О Го́споде похва́лится душа́ моя́,/ да услы́шат кро́тции, и возвеселя́тся./ Возвели́чите Го́спода со мно́ю,/ и вознесе́м И́мя Его́ вку́пе./ Взыска́х Го́спода, и услы́ша мя,/ и от всех скорбе́й мои́х изба́ви мя./ Приступи́те к Нему́, и просвети́теся,/ и ли́ца ва́ша не постыдя́тся./ Сей ни́щий воззва́, и Госпо́дь услы́ша и,/ и от всех скорбе́й его́ спасе́ и./ Ополчи́тся А́нгел Госпо́день о́крест боя́щихся Его́,/ и изба́вит их./ Вкуси́те и ви́дите, я́ко благ Госпо́дь:/ блаже́н муж, и́же упова́ет Нань./ Бо́йтеся Го́спода, вси святи́и Его́,/ я́ко несть лише́ния боя́щимся Его́./ Бога́тии обнища́ша и взалка́ша:/ взыска́ющии же Го́спода// не лиша́тся вся́каго бла́га.

Иерей: Благослове́ние Госпо́дне на вас, Того́ благода́тию и человеколю́бием, всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

У́треня

Шестопса́лмие:

Хор: Сла́ва в вы́шних Бо́гу, и на земли́ мир, в челове́цех благоволе́ние. (Трижды)

Го́споди, устне́ мои́ отве́рзеши, и уста́ моя́ возвестя́т хвалу́ Твою́. (Дважды)

Псало́м 3:

Чтец: Го́споди, что ся умно́жиша стужа́ющии ми? Мно́зи востаю́т на мя, мно́зи глаго́лют души́ мое́й: несть спасе́ния ему́ в Бо́зе его́. Ты же, Го́споди, Засту́пник мой еси́, сла́ва моя́ и вознося́й главу́ мою́. Гла́сом мои́м ко Го́споду воззва́х, и услы́ша мя от горы́ святы́я Своея́. Аз усну́х, и спах, воста́х, я́ко Госпо́дь засту́пит мя. Не убою́ся от тем люде́й, о́крест напа́дающих на мя. Воскресни́, Го́споди, спаси́ мя, Бо́же мой, я́ко Ты порази́л еси́ вся вражду́ющия ми всу́е: зу́бы гре́шников сокруши́л еси́. Госпо́дне есть спасе́ние, и на лю́дех Твои́х благослове́ние Твое́.

Аз усну́х, и спах, воста́х, я́ко Госпо́дь засту́пит мя.

Псало́м 37:

Го́споди, да не я́ростию Твое́ю обличи́ши мене́, ниже́ гне́вом Твои́м нака́жеши мене́. Я́ко стре́лы Твоя́ унзо́ша во мне, и утверди́л еси́ на мне ру́ку Твою́. Несть исцеле́ния в пло́ти мое́й от лица́ гне́ва Твоего́, несть ми́ра в косте́х мои́х от лица́ грех мои́х. Я́ко беззако́ния моя́ превзыдо́ша главу́ мою́, я́ко бре́мя тя́жкое отяготе́ша на мне. Возсмерде́ша и согни́ша ра́ны моя́ от лица́ безу́мия моего́. Пострада́х и сляко́хся до конца́, весь день се́туя хожда́х. Я́ко ля́двия моя́ напо́лнишася поруга́ний, и несть исцеле́ния в пло́ти мое́й. Озло́блен бых и смири́хся до зела́, рыка́х от воздыха́ния се́рдца моего́. Го́споди, пред Тобо́ю все жела́ние мое́ и воздыха́ние мое́ от Тебе́ не утаи́ся. Се́рдце мое́ смяте́ся, оста́ви мя си́ла моя́, и свет о́чию мое́ю, и той несть со мно́ю. Дру́зи мои́ и и́скреннии мои́ пря́мо мне прибли́жишася и ста́ша, и бли́жнии мои́ отдале́че мене́ ста́ша и нужда́хуся и́щущии ду́шу мою́, и и́щущии зла́я мне глаго́лаху су́етная и льсти́вным весь день поуча́хуся. Аз же я́ко глух не слы́шах и я́ко нем не отверза́яй уст свои́х. И бых я́ко челове́к не слы́шай и не имы́й во усте́х свои́х обличе́ния. Я́ко на Тя, Го́споди, упова́х, Ты услы́шиши, Го́споди Бо́же мой. Я́ко рех: да не когда́ пора́дуют ми ся врази́ мои́: и внегда́ подвижа́тися нога́м мои́м, на мя велере́чеваша. Я́ко аз на ра́ны гото́в, и боле́знь моя́ предо мно́ю есть вы́ну. Я́ко беззако́ние мое́ аз возвещу́ и попеку́ся о гресе́ мое́м. Врази́ же мои́ живу́т и укрепи́шася па́че мене́, и умно́жишася ненави́дящии мя без пра́вды. Воздаю́щии ми зла́я возблага́я оболга́ху мя, зане́ гоня́х благосты́ню. Не оста́ви мене́, Го́споди Бо́же мой, не отступи́ от мене́. Вонми́ в по́мощь мою́, Го́споди спасе́ния моего́.

Не оста́ви мене́, Го́споди Бо́же мой, не отступи́ от мене́. Вонми́ в по́мощь мою́, Го́споди спасе́ния моего́.

Псало́м 62:

Бо́же, Бо́же мой, к Тебе́ у́тренюю, возжада́ Тебе́ душа́ моя́, коль мно́жицею Тебе́ плоть моя́, в земли́ пу́сте и непрохо́дне, и безво́дне. Та́ко во святе́м яви́хся Тебе́, ви́дети си́лу Твою́ и сла́ву Твою́. Я́ко лу́чши ми́лость Твоя́ па́че живо́т, устне́ мои́ похвали́те Тя. Та́ко благословлю́ Тя в животе́ мое́м, о и́мени Твое́м воздежу́ ру́це мои́. Я́ко от ту́ка и ма́сти да испо́лнится душа́ моя́, и устна́ма ра́дости восхва́лят Тя уста́ моя́. А́ще помина́х Тя на посте́ли мое́й, на у́тренних поуча́хся в Тя. Я́ко был еси́ Помо́щник мой, и в кро́ве крилу́ Твое́ю возра́дуюся. Прильпе́ душа́ моя́ по Тебе́, мене́ же прия́т десни́ца Твоя́. Ти́и же всу́е иска́ша ду́шу мою́, вни́дут в преиспо́дняя земли́, предадя́тся в ру́ки ору́жия, ча́сти ли́совом бу́дут. Царь же возвесели́тся о Бо́зе, похва́лится всяк клены́йся Им, я́ко загради́шася уста́ глаго́лющих непра́ведная.

На у́тренних поуча́хся в Тя. Я́ко был еси́ Помо́щник мой, и в кро́ве крилу́ Твое́ю возра́дуюся. Прильпе́ душа́ моя́ по Тебе́, мене́ же прия́т десни́ца Твоя́.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Го́споди поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Псало́м 87:

Го́споди Бо́же спасе́ния моего́, во дни воззва́х, и в нощи́ пред Тобо́ю. Да вни́дет пред Тя моли́тва моя́: приклони́ у́хо Твое́ к моле́нию моему́, я́ко испо́лнися зол душа́ моя́, и живо́т мой а́ду прибли́жися. Привмене́н бых с низходя́щими в ров, бых я́ко челове́к без по́мощи, в ме́ртвых свобо́дь, я́ко я́звеннии спя́щии во гро́бе, и́хже не помяну́л еси́ ктому́, и ти́и от руки́ Твоея́ отринове́ни бы́ша. Положи́ша мя в ро́ве преиспо́днем, в те́мных и се́ни сме́ртней. На мне утверди́ся я́рость Твоя́, и вся во́лны Твоя́ наве́л еси́ на мя. Уда́лил еси́ зна́емых мои́х от мене́, положи́ша мя ме́рзость себе́: пре́дан бых и не исхожда́х. О́чи мои́ изнемого́сте от нищеты́, воззва́х к Тебе́, Го́споди, весь день, возде́х к Тебе́ ру́це мои́. Еда́ ме́ртвыми твори́ши чудеса́? Или́ вра́чеве воскреся́т, и испове́дятся Тебе́? Еда́ пове́сть кто во гро́бе ми́лость Твою́, и и́стину Твою́ в поги́бели? Еда́ позна́на бу́дут во тьме чудеса́ Твоя́, и пра́вда Твоя́ в земли́ забве́нней? И аз к Тебе́, Го́споди, воззва́х и у́тро моли́тва моя́ предвари́т Тя. Вску́ю, Го́споди, отре́еши ду́шу мою́, отвраща́еши лице́ Твое́ от мене́? Нищ есмь аз, и в труде́х от ю́ности моея́; возне́с же ся, смири́хся, и изнемого́х. На мне преидо́ша гне́ви Твои́, устраше́ния Твоя́ возмути́ша мя, обыдо́ша мя я́ко вода́, весь день одержа́ша мя вку́пе. Уда́лил еси́ от мене́ дру́га и и́скренняго, и зна́емых мои́х от страсте́й.

Го́споди Бо́же спасе́ния моего́, во дни воззва́х, и в нощи́ пред Тобо́ю. Да вни́дет пред Тя моли́тва моя́: приклони́ у́хо Твое́ к моле́нию моему́.

Псало́м 102:

Благослови́, душе́ моя́, Го́спода, и вся вну́тренняя моя́ и́мя свя́тое Его́. Благослови́, душе́ моя́, Го́спода, и не забыва́й всех воздая́ний Его́, очища́ющаго вся беззако́ния твоя́, исцеля́ющаго вся неду́ги твоя́, избавля́ющаго от истле́ния живо́т твой, венча́ющаго тя ми́лостию и щедро́тами, исполня́ющаго во благи́х жела́ние твое́: обнови́тся я́ко о́рля ю́ность твоя́. Творя́й ми́лостыни Госпо́дь, и судьбу́ всем оби́димым. Сказа́ пути́ Своя́ Моисе́ови, сыново́м Изра́илевым хоте́ния Своя́: Щедр и Ми́лостив Госпо́дь, Долготерпели́в и Многоми́лостив. Не до конца́ прогне́вается, ниже́ в век вражду́ет, не по беззако́нием на́шим сотвори́л есть нам, ниже́ по грехо́м на́шим возда́л есть нам. Я́ко по высоте́ небе́сней от земли́, утверди́л есть Госпо́дь ми́лость Свою́ на боя́щихся Его́. Ели́ко отстоя́т восто́цы от за́пад, уда́лил есть от нас беззако́ния на́ша. Я́коже ще́дрит оте́ц сы́ны, уще́дри Госпо́дь боя́щихся Его́. Я́ко Той позна́ созда́ние на́ше, помяну́, я́ко персть есмы́. Челове́к, я́ко трава́ дни́е его́, я́ко цвет се́льный, та́ко оцвете́т, я́ко дух про́йде в нем, и не бу́дет, и не позна́ет ктому́ ме́ста своего́. Ми́лость же Госпо́дня от ве́ка и до ве́ка на боя́щихся Его́, и пра́вда Его́ на сыне́х сыно́в, храня́щих заве́т Его́, и по́мнящих за́поведи Его́ твори́ти я́. Госпо́дь на Небеси́ угото́ва Престо́л Свой, и Ца́рство Его́ все́ми облада́ет. Благослови́те Го́спода вси А́нгели Его́, си́льнии кре́постию, творя́щии сло́во Его́, услы́шати глас слове́с Его́. Благослови́те Го́спода вся Си́лы Его́, слуги́ Его́, творя́щии во́лю Его́. Благослови́те Го́спода вся дела́ Его́, на вся́ком ме́сте влады́чествия Его́, благослови́, душе́ моя́, Го́спода.

На вся́ком ме́сте влады́чествия Его́, благослови́, душе́ моя́, Го́спода.

Псало́м 142:

Го́споди, услы́ши моли́тву мою́, внуши́ моле́ние мое́ во и́стине Твое́й, услы́ши мя в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м, я́ко не оправди́тся пред Тобо́ю всяк живы́й. Я́ко погна́ враг ду́шу мою́, смири́л есть в зе́млю живо́т мой, посади́л мя есть в те́мных, я́ко ме́ртвыя ве́ка. И уны́ во мне дух мой, во мне смяте́ся се́рдце мое́. Помяну́х дни дре́вния, поучи́хся во всех де́лех Твои́х, в творе́ниих руку́ Твое́ю поуча́хся. Возде́х к Тебе́ ру́це мои́, душа́ моя́, я́ко земля́ безво́дная Тебе́. Ско́ро услы́ши мя, Го́споди, исчезе́ дух мой, не отврати́ лица́ Твоего́ от мене́, и уподо́блюся низходя́щим в ров. Слы́шану сотвори́ мне зау́тра ми́лость Твою́, я́ко на Тя упова́х. Скажи́ мне, Го́споди, путь во́ньже пойду́, я́ко к Тебе́ взях ду́шу мою́. Изми́ мя от враг мои́х, Го́споди, к Тебе́ прибего́х. Научи́ мя твори́ти во́лю Твою́, я́ко Ты еси́ Бог мой. Дух Твой Благи́й наста́вит мя на зе́млю пра́ву. И́мене Твоего́ ра́ди, Го́споди, живи́ши мя, пра́вдою Твое́ю изведе́ши от печа́ли ду́шу мою́. И ми́лостию Твое́ю потреби́ши враги́ моя́ и погуби́ши вся стужа́ющия души́ мое́й, я́ко аз раб Твой есмь.

Услы́ши мя, Го́споди, в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м.

Дух Твой Благи́й наста́вит мя на зе́млю пра́ву.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

После Шестопсалмия