Лечить больного, а не болезнь — такого принципа придерживался в своей практике и научной деятельности врач Алексей Александрович Остроумов. Профессор Московского университета, в конце XIX-го века он стал основателем терапевтической школы. Доктор Остроумов был уверен: одного, даже самого точного, определения болезни недостаточно для успешного лечения. За диагнозом нужно видеть человека. Знать, как он живёт, о чём беспокоится, в чём нуждается. Чтобы помочь пациенту, важно понимать, что способствовало возникновению и развитию заболевания, считал Остроумов.
Из-за индивидуального, человечного и сострадательного подхода к больным, доктора часто сравнивали со священником. Журналист и писатель Александр Амфитеатров, семью которого лечил Алексей Александрович, писал: «Остроумов был похож на кафедрального протопопа, переодетого в сюртук». Впрочем, он и вправду мог бы стать священнослужителем, пойдя по стопам отца, настоятеля московского храма Пимена Великого в Новых Воротниках. Алексей окончил Московскую духовную семинарию. Однако на последних курсах увлёкся медициной, и решил посвятить себя служению людям в качестве врача. После семинарии Остроумов поступил на медицинский факультет Московского университета.
В 1871-м году он получил диплом. Талантливого выпускника оставили при факультете — Остроумов был назначен лекарем госпитальной университетской клиники. Там Алексей погрузился в исследования, и через три года защитил докторскую диссертацию в Московском университете. Молодого учёного откомандировали стажироваться за границу. Остроумов провёл там несколько лет, набираясь опыта в лучших европейских клиниках. В 1879-м вернулся в Москву, в стены родного университета и начал преподавать. А через год возглавил госпитальную клинику при Московским университете. На этом посту Остроумов оставался 20 лет — до самой своей кончины. Благодаря Алексею Александровичу небольшая университетская клиника превратилась в мощную научно-исследовательскую базу. Остроумов добился разрешения на строительство целого Клинического городка на Девичьем поле в Москве. В оборудование новых лабораторий и лечебных корпусов доктор вкладывал и собственные средства. В обновлённой клинике появился физиотерапевтический кабинет — на тот момент первый в России. Вскоре госпитальную университетскую клинику в народе стали называть «Остроумовская». Со всех концов России съезжались туда не только пациенты, но и врачи — чтобы учиться у Алексея Александровича помогать больным.
Помимо научной и преподавательской деятельности, Остроумов вёл обширную врачебную практику. Пациенты искренне любили доктора и неспроста прозвали его «Пантелеимоном-целителем». Алексей Александрович обладал даром приносить облегчение даже безнадёжным пациентам. Александр Амфитеатров вспоминал, как за неделю до кончины его матери Остроумов приехал на очередной осмотр. Помочь женщине было уже нельзя; но доктор говорил с нею настолько добродушно, по-приятельски, что оставил больную весёлой и счастливой. Сам журналист лечился у Остроумова от запущенного дифтерита, и так описывал визиты доктора: «Приехал, нахохотал, наострил, развеселил меня, мать, отца, поднял настроение в доме и — исчез. И так, затем, каждый день». Амфитеатров писал, что доктор Остроумов покорял больных способностью сразу делаться другом и родным. То же самое отмечал и Антон Павлович Чехов, который был студентом Остроумова, а впоследствии — и его пациентом.
Остроумов старался избегать обезличенного медицинского термина «случай». Он видел перед собой, прежде всего, человека. Характерными чертами терапевтической школы Остроумова стал личностный подход к каждому больному; глубокое изучение среды, в которой тот живёт.
В 1900 году больным почувствовал себя сам доктор. Алексею Александровичу было тогда пятьдесят, много сил отдавал он работе — организм износился, истощилась нервная система. В надежде восстановиться, Остроумов отправился на Черноморское побережье. Однако и там не смог сидеть без дела. В Сухуме он продолжил принимать больных, на пожертвования благотворителей и собственные средства открыл больницу и родильный приют. В Москву доктор вернулся в 1908-м. Уже неизлечимо больным — у него развивалась саркома. Жить ему осталось считанные месяцы. В июле того же года Алексей Александрович Остроумов скончался. Последний земной приют московский доктор нашёл на кладбище Новодевичьего монастыря, что недалеко от Девичьего поля. А память о нём жива до сих пор — имя Остроумова сегодня носит клиника госпитальной терапии Московского Сеченовского университета.
Все выпуски программы Жизнь как служение
«Память смертная». Протоиерей Андрей Рахновский
У нас в гостях был настоятель храма Ризоположения в Леонове протоиерей Андрей Рахновский.
Разговор шел о том, почему святые отцы часто призывают помнить о часе смертном, как это помогает в духовной жизни, что ждет человека после смерти и как в христианском учении говорится о вечной жизни.
Ведущая: Марина Борисова
Все выпуски программы Светлый вечер
Троицкая церковь (село Бёхово, Тульская область)
В одном из стихотворений поэтесса Белла Ахмадулина делится впечатлением о своём пребывании в городе Тарусе: «И белый парус плыл. То Бёховская церковь, чтоб нас перекрестить, через Оку плыла». Речь идёт о Троицком храме села Бёхово Тульской области, которое находится на противоположной от Тарусы стороне реки. Бёховская церковь, стоящая на высоком берегу, и впрямь похожа на белый парусник, готовый пуститься в путь по воде.
История этого храма связана с именем Василия Поленова. В 1890 году художник приобрёл имение в километре от Бёхова. Для местных крестьян он был не столько известным деятелем культуры, сколько добрым барином. Поленов построил школу, сам учил крестьянских детей рисованию и устраивал для них праздники. Когда в Бёхове обветшала старая деревянная церковь, прихожане обратились за помощью к Василию Дмитриевичу.
И художник откликнулся! Он лично составил проект, взяв за основу эскизы древних храмов Пскова и Новгорода. А внутреннее пространство Поленов устроил по подобию одного из приделов Иерусалимского храма Гроба господня — церкви Святой Елены. Василий Дмитриевич бывал на Святой Земле и сделал там много набросков.
Расписывать храм в Бёхове художнику помогали друзья-художники — Илья Репин, Александр Головин и Мария Якунчикова. В 1907 году здание было готово и его освятили во Имя Святой Троицы. Поленов часто бывал здесь на богослужениях. Отразился образ Бёховской церкви и в творчестве художника. Особенно проникновенно Троицкий храм вписан в окский пейзаж на картине «Золотая осень».
Прожил Василий Поленов в своём имении до самой смерти в 1927 году. Художника похоронили в ограде созданной им Троицкой церкви. После этого она оставалась действующей ещё семь лет. В 1934-ом храм закрыли и разорили безбожники. Через тридцать лет здание признали объектом культурного наследия и взяли под охрану государства. Оно стало частью «Музея-усадьбы Поленово». К 1985 году Троицкую церковь отреставрировали, но по-настоящему она ожила спустя пять лет, когда под её сводами вновь зазвучала молитва.
Храм в Бёхове и сейчас действующий. Если вам доведется побывать там на богослужении, помяните раба Божия Василия — создателя Троицкой церкви, замечательного русского художника Василия Дмитриевича Поленова.
Все выпуски программы ПроСтранствия
Самара. Святой праведный Александр Чагринский

Фото: PxHere
Праведный Александр Юнгеров — местночтимый святой Самарской епархии. Он родился в 1821 году в селе Аблязово Саратовской губернии. Окончил духовную семинарию, принял священный сан. С 1843 года служил в Троицкой церкви села Балаово, между Саратовом и Самарой. Здесь жили в основном беспоповцы. Они не признавали Православную церковь и совершали обряды по домам без священников. Горячая проповедь, отзывчивость и доброта молодого иерея помогли многим вернуться в лоно Православной церкви. С годами в скромном сельском пастыре открылись благодатные дары, которые он скрывал. Но утаить все чудеса было невозможно. Так, однажды батюшка спешил к умирающему плотнику Мартемьяну Кудрякову, чтобы напутствовать в жизнь вечную. И пришёл, когда болящий уже умер. Тогда священник с дерзновенной верой произнёс: «Мартемьян Фаддеич, встань, тебе надобно исповедаться и причаститься». И покойный воскрес! Он покаялся, принял Святые дары и мирно отошёл ко Господу. Немало доброго для людей отец Александр совершил и став духовником Чагринского женского монастыря в шестидесяти километрах от Самары. К нему отовсюду приезжали за советами. Паломничество не прекратилось и после смерти старца. Верующие молились на его могиле и в безбожное советское время, когда Чагринскую обитель закрыли. В 2000 году православные обрели мощи праведника. Ещё год спустя Церковь прославила отца Александра Чагринского в лике святых.
Радио ВЕРА в Самаре можно слушать на частоте 96,8 FM
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов











