Поделиться
Фото: Павел Королев / Пресс-служба Патриарха Московского и всея Руси
Всего несколько десятилетий назад людям, у которых находили религиозную литературу, грозил реальный тюремный срок. Были под запретом и воспоминания о мучениках за веру, пострадавших в советское время.
Сегодня мы говорим о священномученике Серафиме Чичагове и книге Анатолия Краснова-Левитина «Лихие годы».
Место действия — Ленинград.
Время действия — 30-е годы XX века.
Известный правозащитник и церковный писатель Анатолий Эммануилович Краснов-Левитин несколько раз подвергался аресту по обвинению в антисоветской агитации за так называемый «церковный самиздат». Воспоминания Краснова-Левитина о церковной жизни в годы гонений советской власти на Церковь, у верующих ходили по рукам.
В середине 70-х мемуары Краснова-Левитина были изданы в Швейцарии в виде нескольких книг. В одной из них, под названием «Лихие годы», автор рассказывает о священнослужителях, с которыми ему довелось встречаться в довоенном Ленинграде.
В этой книге Краснова-Левитина есть строчки о литургии в Преображенском храме на Литейном, которую служил владыка Серафим Чичагов, только что назначенный на ленинградскую митрополичью кафедру
Вспоминая митрополита Серафима, я ловлю себя на том, что невольно им любуюсь: яркая индивидуальность всегда импонирует. В нём не было ничего искусственного, натянутого, деланного. Когда владыку облачали посреди храма, когда он стоял в полном облачении перед престолом, он держался так, как будто был один в комнате, а не перед несколькими тысячами человек, которые не спускали с него глаз.
Митрополит Серафим Чичагов был личностью легендарной. Потомственный военный, герой русско-турецкой войны 1877-1878 годов, духовный сын святого праведного Иоанна Кронштадского. Овдовев, Леонид Михайлович Чичагов принял монашество с именем Серафим в честь преподобного Серафима Саровского и полностью посвятил свою жизнь служению Богу.
После большевистского переворота владыка Серафим подвергался многочисленным репрессиям со стороны советской власти, был арестован, пережил архангельскую ссылку. В феврале 1928 года Серафим Чичагов был назначен на митрополичью кафедру в Ленинграде. Это были годы, когда советская власть с новой силой начала борьбу с религией, и любое публичное выступление с упоминанием Бога и святых грозило арестом.
Вот что вспоминает писатель Краснов-Левитин о мужественных проповедях митрополита Серафима Чичагова:
По пятницам в Знаменской церкви, у Московского вокзала, митрополит Серафим читал акафист преподобному Серафиму. Читал наизусть, а после беседовал с народом. В одну из таких бесед он подробно рассказал историю прославления преподобного Серафима, причём всячески подчеркивал роль императора Николая II.
В 1933 году церковное руководство, в надежде уберечь митрополита Серафима от ареста, отправило его на покой. Несколько лет владыка прожил на даче под Москвой возле станции Удельная Казанской железной дороги. Арест последовал в ноябре 1937 года. Прикованного к постели 82-х летнего владыку вынесли из дома на носилках, чтобы доставить в Таганскую тюрьму.
11 декабря 1937 года по решению тройки НКВД святитель Серафим Чичагов был расстрелян на Бутовском полигоне и погребён в безвестной могиле.
Воспоминания Краснова-Левитина содержат свидетельства о том, что владыка Серафим верил в особую миссию Русской Православной Церкви, пережившей в XX веке время гонений.
Митрополит постоянно говорил о Божией Матери, указывал на образ преподобного Серафима, отстаивал идею русского народа богоносца. Народ богоносец должен пройти через горнило испытаний, чтобы, очистившись в нем, явить миру чистое золото веры Христовой.
Слова о горниле испытаний и золоте веры священномученик Серафим Чичагов говорил и о себе самом.
Все выпуски программы Прообразы
Псалом 138. Богослужебные чтения
Поделиться
Когда-то, в далёкой юности, я очень увлекался рисованием. И моей маме ну прям не терпелось увидеть, что же у меня получается. И как же это меня просто выводило из себя! Любой художник — даже самый начинающий! — знает: невозможно рисовать, когда за тобой наблюдают. Ну, конечно, если только ты уже не маэстро экстра-уровня.
Сегодня в храмах читается 138-й псалом царя и пророка Давида, где вопрос «жизни под наблюдением» ставится предельно остро.
Псалом 138.
Начальнику хора. Псалом Давида.
1 Господи! Ты испытал меня и знаешь.
2 Ты знаешь, когда я сажусь и когда встаю; Ты разумеешь помышления мои издали.
3 Иду ли я, отдыхаю ли — Ты окружаешь меня, и все пути мои известны Тебе.
4 Еще нет слова на языке моем, — Ты, Господи, уже знаешь его совершенно.
5 Сзади и спереди Ты объемлешь меня, и полагаешь на мне руку Твою.
6 Дивно для меня ведение Твоё, — высоко, не могу постигнуть его!
7 Куда пойду от Духа Твоего, и от лица Твоего куда убегу?
8 Взойду ли на небо — Ты там; сойду ли в преисподнюю — и там Ты.
9 Возьму ли крылья зари и переселюсь на край моря, —
10 И там рука Твоя поведёт меня, и удержит меня десница Твоя.
11 Скажу ли: «может быть, тьма скроет меня, и свет вокруг меня сделается ночью»;
12 Но и тьма не затмит от Тебя, и ночь светла, как день: как тьма, так и свет.
13 Ибо Ты устроил внутренности мои и соткал меня во чреве матери моей.
14 Славлю Тебя, потому что я дивно устроен. Дивны дела Твои, и душа моя вполне сознаёт это.
15 Не сокрыты были от Тебя кости мои, когда я созидаем был в тайне, образуем был во глубине утробы.
16 Зародыш мой видели очи Твои; в Твоей книге записаны все дни, для меня назначенные, когда ни одного из них еще не было.
17 Как возвышенны для меня помышления Твои, Боже, и как велико число их!
18 Стану ли исчислять их, но они многочисленнее песка; когда я пробуждаюсь, я всё ещё с Тобою.
19 О, если бы Ты, Боже, поразил нечестивого! Удалитесь от меня, кровожадные!
20 Они говорят против Тебя нечестиво; суетное замышляют враги Твои.
21 Мне ли не возненавидеть ненавидящих Тебя, Господи, и не возгнушаться восстающими на Тебя?
22 Полною ненавистью ненавижу их: враги они мне.
23 Испытай меня, Боже, и узнай сердце моё; испытай меня и узнай помышления мои;
24 И зри, не на опасном ли я пути, и направь меня на путь вечный.
Не правда ли, как пронзительны прозвучавшие сейчас слова Давида о том, что от Бога никуда не скрыться — как ни пытайся? Неизбежно возникает вопрос: а как жить-то тогда? Если Он — повсюду, а ты себя ощущаешь словно лабораторная мышь под пристальным наблюдением учёного-экспериментатора? И под этими со всех сторон направленными на тебя лампами можно только что с ума сойти? Разве это — жизнь?..
Но в самом тексте псалма мы всё же слышим совершенно иную тональность. «Божественное наблюдение» — это совсем не холодный, отстранённый взгляд. Взгляд Господа действительно может быть останавливающим и отрезвляющим — но только если ты собрался не туда, куда следует. Когда человек руководствуется законом Бога, Его заповедями — то происходит эффект, прямо противоположный «эффекту наблюдателя» при работе художника: взгляд Бога не смущает, а, напротив, вдохновляет и поддерживает — даже тогда, когда, казалось бы, ещё и поддерживать-то совсем нечего.
Известный французский учёный и мыслитель Блез Паскаль говорил о «пугающем молчании бесконечных пространств». У Давида космос, напротив, не молчит: он не «заброшенный холодный зал с полированными стерильными стенами», а «обжитый дом», с уютной печкой посередине и запахом сушёных трав для чая. Это я, конечно же, немного «посвоевольничал» в интерпретации текста — но не безосновательно. Ведь в псалме Давид переходит от ощущения Божественного всеведения к искреннему восторгу: это уже не просто «вовлечённый взгляд» в жизнь человека, а такой взгляд, которым видится человек ещё задолго до того, как он появится на свет. Взгляд созидающий, «ткущий» самого человека ещё до рождения.
И очень интересно, как псалом заканчивается. Если в самом начале Давид утверждает: «Ты испытал меня», то в конце мы слышим просьбу, причём усиленную повтором: «Испытай меня, Боже, и узнай сердце моё; испытай меня и узнай помышления мои; и зри, не на опасном ли я пути, и направь меня на путь вечный». Другими словами, автора псалма не только не смущает присутствие Божественного взора — но он молит о том, чтобы этот взор был ещё пронзительнее, ещё тщательнее, ещё сильнее — чтобы на жизненном пути не осталось никаких шероховатостей, препятствующих проявлению воли Творца!
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«Псковская иконописная традиция». Лилия Евсеева
Поделиться
У нас в студии была заместитель директора «Музея Русской иконы» по научной работе, кандидат искусствоведения Лилия Евсеева.
Разговор шел об истории русской иконы, в частности об особенности Псковской иконописной школы, а также о выставке одного памятника «Псковская икона «Распятие — Воскресение (Сошествие во ад)» в Музее русской иконы.
Ведущий: Алексей Пичугин
Все выпуски программы Светлый вечер
«Жизнь с Богом». Евгений Чесноков
Поделиться
Гость программы «Светлый вечер» — координатор общественных движений «Спаси жизнь» и «Русская община» Евгений Чесноков.
Разговор начинается с личной истории гостя. Евгений рассказывает о тяжёлой болезни, пережитой коме и о том, как именно через это испытание начался его путь к вере и воцерковлению.
Далее речь идёт о деятельности движения «Спаси жизнь». Евгений Чесноков говорит о просветительской работе, лекциях в школах и вузах, социальной рекламе и работе с молодёжью. Отдельно обсуждают, почему важно говорить с подростками о любви, различать любовь и влюблённость, а также поднимать тему семьи и ответственности.
Во второй части программы гость рассказывает о «Русской общине» как о пространстве взаимопомощи и объединения людей. Речь идёт о поддержке семей в трудных ситуациях, о мужском сообществе, совместных делах и участии в церковной жизни.
Также Евгений Чесноков говорит о значении русской культуры, традиций и личного участия каждого человека в сохранении жизни и помощи другим.
Ведущая: Кира Лаврентьева
Все выпуски программы Светлый вечер
