Новый Афон в Абхазии неспроста носит славное имя великой греческой монашеской горы. В конце девятнадцатого века иноки русского Афонского Пантелеймонова монастыря, опасаясь закрытия обители, ходатайствовали перед царем о выделении «уголка земли для устройства скита». В ответ монахам предоставили возможность самим выбрать на Черноморском побережье Кавказа место для будущей обители.
Выбор пал на гору, которая по очертаниям напоминала Афонскую. К тому же здесь, по преданию, принял мученическую кончину апостол Симон Кананит. Братия дружно взялась за непростое дело. Чтобы выровнять склон, расчистить площадку для строительства, предстояло убрать часть горы и вывезти многие тонны камней. Монахи валили деревья, засыпали пропасти и ровняли скалы. В немыслимо короткие сроки было расчищено плато и заложены фундаменты сразу нескольких церквей.
Монастырь рос на глазах, богател и поражал своим размахом. К вершине горы, которая усвоила имя Афонская, была проложена канатная дорога. На берегу моря монахи устроили грузопассажирскую пристань. От пристани к воротам обители вела каменная мощеная дорога. Поднимаясь по ней, путники любовались монастырскими садами и оранжереями.
В долине реки Пцырха монахи разбили парк, в прудах разводили зеркальных карпов. На Пцырхе устроили одну из первых в России гидроэлектростанций, искусственный водопад, которой использовался к тому же как холодильник – густые струи скрывали от солнца пещеру, и лед не таял в ней все лето. В монастыре была своя железная дорога. Паровоз, подаренный императором, доставлял с гор ценную древесину.
Монастырь полностью обеспечивал себя. Здесь были многочисленные мастерские, в том числе переплетная, часовая, кожевенная, позолотная. Конезавод использовал и укреплял кавказские традиции коневодства. Мед с Ново-афонских пасек славился повсюду. В садах обители созревали не только персики и виноград, но и оливки, лимоны, апельсины и даже бананы.
Из всех храмов монастыря всегда выделялся собор целителя Пантелеимона. Этот храм был и остается крупнейшим в Абхазии – простираясь на 53 метра в длину и 33 в ширину, он возвышается на сорок метров над землей. Но не размерами своими он славится, а богатой росписью стен. Голубые, золотистые и коричневые тона фресок поражают своей насыщенностью и глубиной. Манера росписи уникальна – это один из последних образцов предреволюционной русской иконописной школы.
Ново-Афонский монастырь всегда щедро делился своим богатством – как духовным, так и материальным. Здесь не только охотно принимали паломников, но и оказывали помощь всем нуждающимся.
После потрясений двадцатого века в Новом Афоне не найдешь былой роскоши. Но обитель восстанавливается, монахи трудятся и молятся – даст Бог, вернется и благоденствие.
Благовещенская церковь (г. Яранск, Кировская область)
«Церковь в Горсаду» — так жители Яранска, городка в Кировской области, называют храм Благовещения Пресвятой Богородицы. Один из древнейших на Вятской земле, он стоит в городском парке уже более трёхсот лет. Впрочем, парк не всегда был парком. Когда-то на его месте располагался мужской Вознесенский монастырь, основанный в середине 17 века. По преданию, именно в нём отбывал ссылку опальный боярин Василий Никитич, родной дядя первого царя из династии Романовых — Михаила Фёдоровича. Благовещенская церковь была одним из двух монастырских храмов. При императрице Екатерине Второй, в 1764 году, обитель упразднили. Из всех строений остался только Благовещенский храм и стал приходским. Сохранились данные начала ХХ века, согласно которым в 1912 году его прихожанами были жители 12-ти окрестных поселений.
Но скоро наступила эпоха гонений на верующих и Церковь. Не миновала она и Яранск. В богоборческие 1930-е Благовещенский храм закрыли. Здание передавали то одной, то другой организации. Здесь в разные годы были библиотека, контора «Госкинопроката», потом — отделение городского жилищного хозяйства, которое использовало церковь как склад. Внутри хранили уличные лавочки, мусорные урны и арсенал дворников — мётлы и лопаты. Церковь ветшала и разрушалась. Жителям Яранска казалось, что долго она не простоит.
И всё это при том, что Благовещенский храм уже тогда был признан архитектурным и историческим памятником регионального значения. Небольшая церковь — яркий образец каменного зодчества середины 17-го столетия, архитектурного стиля «московское барокко». Храм выстроили так, что его единственный купол одновременно являлся и крышей здания. Фасад Благовещенской церкви был богато украшен: на окнах — лепные наличники и изящные решётки с кованными цветами. Великолепная резная арка обрамляла центральный вход, а по периметру здания — подобного же рода карнизы. Увы, эту красоту в советские годы совсем не щадили.
Но пришли новые времена. В 2000-м году церковь вернули верующим. Отремонтировали. И сегодня, глядя на чудесный, нарядно расписанный Благовещенский храм, трудно представить, что ему пришлось пережить. Вокруг него скоро снова вырастет монастырь. Власти Яранска передали территорию Городского парка женской монашеской общине. Молитвенная жизнь возвращается.
Все выпуски программы ПроСтранствия
26 марта. «Тайна младенчества»

Фото: Vitali Adutskevich/Unsplash
«Из уст младенцев Ты приемлешь хвалу, Господи», — многие помнят это изречение святой Псалтири. Что оно означает? То, что Господу приятен наш младенческий лепет, исходящий из кающегося и сокрушённого сердца; краткая, но сердечная молитва мытаря: «Боже, милостив буди мне, грешному» — приятна более, нежели затверженные или механически, без должного внимания, произносимые пространные молитвы с обилием прошений и многословных обращений к Божеству. Из этого, конечно, не следует, что подобные молитвы не хороши. Главное — произносить их должно неспешно, внимательно, разумея значение каждого слова.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Анонимная приятность

Фото: Yaroslav Shuraev / Pexels
Как-то утром хотел оплатить мобильную связь дочери, однако поторопился и случайно перепутал номер. Досадно, но наверняка есть повод не расстраиваться. Скоро Рождество, и пусть незнакомец, которому я пополнил баланс, порадуется... Такая маленькая анонимная приятность. Эта мысль взбодрила меня лучше утреннего кофе, и я занялся важным делом. Нужно было выбрать подарок для отца.
Он увлекается рыбалкой. Я хотел подарить ему спиннинг определённой фирмы и модели, но такого, как хотел папа, нигде не было. Что же делать, задумался я. И в этот момент раздался звонок в домофон. Пришёл сосед.
— Старик, будь другом, помоги разгрузить вещи, машина у подъезда.
Спускаюсь вниз и принимаюсь за работу. Пока разгружаем коробки узнаю́, что эти вещи соседу достались от деда, который был рыбаком. Коллекция снасте́й и удочек впечатляла. Присматриваюсь и не верю своим глазам! Среди спиннингов был именно такой, о каком мечтал мой отец.
— Забирай себе, если что приглянулось, — неожиданно произносит сосед, заметив мой взгляд, — я к рыбалке равнодушен и планирую всё раздать родственникам.
Я с радостью соглашаюсь. Спиннинг как новый. Папа будет счастлив. Но что это? На рукоятке замечаю металлическую пластинку с надписью: «Сделал добро — бросай его в море, и оно вернётся...». Я улыбнулся. Что-то мне подсказывало, что подарок соседа и моя анонимная приятность связаны невидимой нитью... Одна маленькая случайность потянула за собой другую, и во всём этом чувствовался непостижимый Промысл Божий.
Текст Клим Палеха читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе











