Поделиться
Выдающийся просветитель Карелии Дмитрий Васильевич Островский родился в тысяча восемьсот семьдесят пятом году в старинном селе Ведлозеро Олонецкой губернии. Окончив Московскую духовную академию в тысяча восемьсот девяносто девятом, он вернулся на родную карельскую землю и посвятил всю свою жизнь проповеди Православия и научной работе.
Дмитрий Васильевич преподавал в Олонецкой духовной семинарии, а также регулярно читал открытые лекции в качестве члена просветительского Александро-Свирского братства. В тысяча девятьсот третьем году он был рукоположен во священника и назначен на должность олонецкого епархиального миссионера.
Ещё с юных лет отца Дмитрия волновала проблема старообрядческого раскола в Православии. На олонецкой земле жило немало старообрядцев и различных сектантов. Задачей миссионера было, с одной стороны, оградить паству от их влияния, с другой стороны, помочь самим старообрядцам и сектантам преодолеть свои заблуждения относительно Православной Церкви.
Священник Островский постоянно ездил в приходы, на территории которых жили старообрядцы, и проводил с ними диспуты, собиравшие до трёхсот человек. Отец Дмитрий опровергал типичные аргументы своих оппонентов, которые критиковали реформы патриарха Никона и обвиняли Православную Церковь в ересях. При этом отец Дмитрий был очень доброжелателен к оппонентам. Он с юных лет изучал старообрядчество и сектантство, стремился понять его дух. «Отнести поголовно всех современных нам раскольников к ожесточённым изуверам, — писал священник, — неспособным внимать голосу пастырского увещания, не позволяют факты обращения к церкви бывших раскольников под влиянием проповеди пастырей и миссионеров». Ежегодно в епархии до восьмидесяти старообрядцев и сектантов присоединялись к Церкви.
Большое значение отец Дмитрий уделял улучшению просветительской работы на приходах, побуждал к этому настоятелей: ведь порой просветительская деятельность после кратковременных визитов миссионеров замирала. «Дай Бог, — писал он, — чтобы приходские пастыри глубже сознали своё великое миссионерское значение, и тогда можно надеяться, что тяжкий недуг раскола будет ослабевать».
Ещё одним важным направлением работы было просвещение карелов, особенно в условиях активной лютеранской проповеди, шедшей из Финляндии. Отец Дмитрий стал одним из создателей Карельского православного братства во имя святого Георгия Победоносца, начавшего работу в тысяча девятьсот седьмом году. Братство занималось изданием православной литературы на карельском языке и переводом на него Священного Писания, строительством храмов, школ и библиотек для карелов, благотворительностью. По свидетельству отца Дмитрия, который сам в совершенстве знал карельский язык, слышание Священного Писания на родном наречии производило неизгладимое впечатление на карелов, вплоть до слёз умиления. В карелах миссионер отмечал «детски православное сердце».
Отец Дмитрий также внёс выдающийся научный вклад в историю и этнографию. Большое значение имеют его труды о старообрядчестве и древностях карельской земли. Как заведующий хранилищем церковных древностей священник проделал колоссальную работу по поиску и сохранению памятников карельской старины. В тысяча девятьсот восемнадцатом году отец Дмитрий стал заведующим Олонецкого церковно-исторического музея.
Скончался выдающийся миссионер от тифа второго марта тысяча девятьсот двадцатого года в Петрозаводске.
Вся его жизнь отмечена самопожертвованием во благо родной карельской земли, или Олонии, как её ещё называли.
«Мы верим, — писал отец Дмитрий Островский, — что наша Олония таит в себе много творческих сил и талантов, они в своё время выйдут на работу во благо дорогого отечества и в частности на пользу родной Олонии — и все увидят, что она очень интересная страна, а вовсе не „Галилея языческая“».
«Доктор Лиза — врач, жена, мама». Глеб Глинка
Поделиться
Гость программы «Светлый вечер» — Глеб Глинка, председателем совета фонда «Доктор Лиза» адвокат, супруг Елизаветы Глинки.
Гость вспоминает жизнь в США и год, проведённый в Свято-Троицком монастыре в Джорданвилле, рассказывает о желании быть ближе к Богу и о своём «двойном зрении» — опыте человека, который способен видеть Россию и изнутри, и со стороны. Отсюда — размышления о переменах последних десятилетий и о возрождении церковной жизни.
Отдельная тема разговора — память о Елизавете Петровне: её скромность и подлинность, народная любовь и день прощания, который особенно запомнился Глебу Глинке. Он говорит о художественном фильме «Доктор Лиза» и о короткой песочной анимации Ксении Симоновой из Евпатории, которую считает одним из самых точных рассказов о жизни супруги.
Во второй части беседы — о новом, расширенном издании книги «Я всегда на стороне слабого»: предисловии Евгения Водолазкина, рисунках Сергея Голербаха, новых текстах и фотобиографии. Гость рассуждает о разнице между благотворительностью и милосердием, о праве каждого на защиту и о том, как после гибели Елизаветы Петровны он заново «собирал себя из кусков».
Ведущая: Кира Лаврентьева
Все выпуски программы Светлый вечер
Что такое декоративное письмо
Поделиться
Фото: PxHere
Вязь — это древнее искусство декоративного письма. Зародилось оно в Византии в XI веке, а на Русь пришло в XIII столетии и стало уникальным стилем, сочетающим выразительность и компактность.
Название «вязь» дано неслучайно: оно указывает на главную особенность письма — переплетение букв, слияние их в единую композицию. Суть вязи в том, чтобы не только передать содержание текста, но и сделать его визуально привлекательным и гармоничным.
Вы наверняка видели на иконах надписи, созданные вязью. Один из ярких приёмов вязи — лигатура. Это соединение двух или нескольких букв, имеющих общую часть. Ещё один приём — уменьшение одних букв и распределение их в промежутках между другими буквами.
Зачем же древние писцы и составители книг использовали вязь? Дело в том, что средневековые рукописи были дорогими и трудоёмкими в изготовлении, поэтому и возник способ размещать максимальное количество текста на ограниченной площади. Вместе с тем, использование декоративных элементов превращало письмо в произведение искусства.
На Руси наибольшего расцвета вязь достигла в XVI веке при Иване Грозном. Каллиграфы разрабатывали оригинальные шрифты, создавали лучшие образцы письменного искусства. Вязь украшала не только книги и храмы, но и посуду и даже одежду.
Первый русский книгопечатник Иван Фёдоров начиная с издания книги «Апостол» — куда вошли «Деяния и Послания святых апостолов» и «Откровение Иоанна Богослова» — активно использовал декоративное письмо в своих работах.
После реформы 1708 года царём Петром I вводился гражданский шрифт. Он был нужен для печати светской литературы — в отличие от церковных изданий. И вязь постепенно утрачивала свою роль. Но в конце XIX — начале XX века поднялась волна интереса к декоративному письму. Популярность ему вернуло объединение художников «Мир искусства». Иван Билибин, Михаил Врубель, Виктор Васнецов использовали вязь в оформлении книг, афиш, в элементах архитектуры и вдохнули в неё новую жизнь.
После недолгого ренессанса в начале XX века, декоративное письмо снова стало популярным уже в наше время. Вязь используется не только в иконописи и оформлении богослужебных книг, но и в светском дизайне, живописи, архитектуре. Русское декоративное письмо — уникальная часть нашей культуры. К нам приезжают осваивать это искусство каллиграфы со всего мира. Русская вязь — это особое визуальное воплощение нашего языка.
Автор: Нина Резник
Все выпуски программы: Сила слова
Стоит ли давать обещания и как это делать
Поделиться
Иногда мы слышим красивые слова о необходимости обещаний. Но как часто каждый из нас обманывался, доверяя ненадёжным заверениям. Поэтому важно понимать, когда стоит самому давать обещание, а когда стоит от этого воздержаться.
Лучший подход в этом деле — не обманываться насчёт своих возможностей, а смотреть на них объективно. Иногда мы под влиянием эмоций и из добрых побуждений обещаем что-то, а после понимаем, что сделали это зря. Испытываем дискомфорт и угрызения совести, а следом — избегаем общения с человеком, стыдясь своей поспешности. Как же решить данную проблему? Для начала — научиться честно признавать, что вы не можете сдержать данное слово. Лучше осознать свою неправоту, чем обмануть другого человека. Стоит иногда сказать: «Прости, я поспешил с обещанием, именно его я выполнить не могу, но я готов сделать что-то другое» — и в этот момент предложить тот минимум, на который вы способны.
Следующий шаг в борьбе с излишними обещаниями — не давать их. Не говорить «я сделаю», а использовать такие фразы: «я посмотрю, какие у меня возможности», «я хотел бы помочь, но пока не знаю как. Я подумаю и скажу».
Особенно важно использовать подобные формулы, когда от вас добиваются обещаний и клятв. Если вы уже сталкивались с такими ситуациями, то знаете, что последствия могут быть не очень приятны.
Но в жизни есть ситуации, когда обещания давать необходимо. Например, монашеские обеты. Или если вы заверяете человека выполнить его последнюю волю. В такие моменты нужно помнить, что наши желания и цели может укрепить Бог, у него мы просим сил, чтобы сдержать данное слово. Уметь выполнять обещания — это не только следствие воспитания, но и проявление силы духа и веры.
Автор: Нина Резник
Все выпуски программы: Сила слова
