Поделиться
На левом берегу реки Волги, в двадцати верстах от города Кашина, в густом лесу стоял монастырь. Его основал в середине 15 века монах по имени Макарий, пришедший на это место и построивший здесь уединённую хижину. Жители окрестных селений скоро узнали об отшельнике; к Макарию стали сходиться люди, желавшие молитвенного уединения. Так, постепенно, вырос целый монастырь, названный Калязинским — по имени прежнего владельца здешних земель, который пожертвовал их обители и сам принял в ней монашеский постриг. Макария же братия избрала главой монастыря — игуменом.
Однажды утром в келью к Макарию пришли монахи. Они были чем-то сильно расстроены.
— Батюшка игумен! — перебивая друг друга, взволнованно проговорили они. — Монастырское стадо украли! Прямо с пастбища увели. Мы всю округу обегали — не нашли!
Игумен успокоил монахов.
— Вы всё, что могли, сделали, — сказал он. — Будем теперь на Божью волю уповать, Господа о помощи просить.
Вместе с монахами игумен Макарий долго молился.
Время близилось к вечеру, когда, проходя мимо открытых монастырских ворот, игумен вдруг увидел, что перед ними толпится... украденное монастырское стадо! Тут же стояли два незнакомых человека. Вид у них был странный — они трясли головами и всё время тёрли глаза.
— Благодарствую, что стадо пропавшее назад привели! — сказал им Макарий.
Незнакомцы явно опешили.
— Мы, что в монастыре? — изумлённо спросили они.
— Да, а я — здешний игумен, — ответил Макарий.
И тут незнакомцы, не сговариваясь, стали просить у Макария прощения.
— Это ведь мы, мы стадо украли! Но как только отошли в лес, вдруг поразила нас обоих слепота. Тут-то мы поняли, что это Бог нас наказывает за злодейство наше. Долго мы блуждали, а теперь вот, видно, сам Господь к монастырю вывел. Прости нас, отче!
Макарий принял искреннее раскаяние грабителей. И в тот же миг зрение к ним вернулось! Бывшие воры остались в обители и стали монастырскими пастухами.
«Преблагой Бог не хочет смерти грешника, а жизни и обращения его ко спасению, и Ему одному ведомыми судьбами приводит его ко спасению через покаяние», — говорил Макарий Калязинский, прославленный Церковью в чине преподобного.
15 июня. «Девятый вал»
Поделиться
Фото: Art Institute of Chicago/Unsplash
Все опытные мореходы знают об этом опасном для судов явлении, о котором мы ведаем по шедевральному живописному полотну Айвазовского. Проходят первая, третья, пятая волны и наконец является он — девятый вал, несущий с собой гибель, встреть он на своём пути борт небольшого корабля. В жизни духовной, всеусердно храня мир сердца, мы, тем не менее, должны быть всегда настороже, памятуя об «огненном искушении», которое норовит застигнуть врасплох христианина, потерявшего бдительность и вознамерившегося «опочить на лаврах» мнимого преуспеяния.
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
15 июня. Об одиночестве
Поделиться
О важности человеческого общения — клирик московского храма Иерусалимской иконы Божией Матери за Покровской заставой священник Вадим Бондаренко.
Православная модель назидания уделяет много внимания тому, чтобы описать соблазны, которые ждут христианина на пути к Богу. Здесь всё понятно и на поверхности. Никому не удастся совместить следование за Христом с развратом, воровством, злом другому человеку. Всё это всегда было в жизни человечества, поэтому не теряет актуальности.
Но что-то и меняется. Уклад общества, сама модель жизни очень изменились за последние десятилетия. Я бы сказал, что это сформировало другой, гораздо более опасный соблазн, неплохо накладывающийся на внешнюю модель благочестия и религиозности. Этот соблазн — выбор одиночества.
Другой человек воспринимается нами как проблема, как лишнее обстоятельство, как то, что выводит нас из равновесия, покоя и гармонии. Мы ограничиваем контакты, оценивая их необходимостью и функциональностью. Мы забываем, что не можем видеть Бога и что-либо сделать для Него, но зато Он разговаривает с нами через других, которые Его образ и творение.
Все выпуски программы Актуальная тема:
15 июня. О мечтах
ПоделитьсяО вреде пустых мечтаний — настоятель Спасо-Преображенского Пронского монастыря в Рязанской области игумен Лука (Степанов).
Мечтательность, несомненно, относится к признакам нашей падшей природы. «Мечтательность, способность к воображению, — называет святитель Феофан, — самой чернорабочей стороной нашей души». Мечтательность может привести человека к необыкновенным заблуждениям, из которых очень трудно возвращаться, если эту свою чернорабочую способность воспринимает он за некоторую духовную реальность.
Представляя что-либо желанное, он воспринимает это за действительное в отношении самого себя и своего состояния, в отношении невидимого духовного мира, в отношении невидимых сторон жизни и близких людей: «а я-то знаю, а я-то подозреваю, что на самом деле кроется за теми или другими словами или действиями близких моих».
Так вот, эта самая мечтательность, эта склонность к воображению, оказывается, заполняет душу человека необыкновенным мусором, хотя с виду и благообразным. Поскольку это не реальность, которая открывается особым образом проницательному и чуткому, а это как раз порождение собственного падшего разума, собственной вот этой способности строить воздушные замки и какие-либо конструкции и концепции внутри своей души.
Потому святые отцы призывают и при наших молитвенных трудах, и при общении с ближними, и при уповании на какие-то будущие свершения всяко беречься мечтательности, вот этой способности к воображению, которая в результате определённым образом формирует и наши чувства, ибо то, что ты себе намечтал, тем ты потом либо восхищаешься, либо боишься, либо, наоборот, вдохновляешься этими совершенно неосновательными плодами твоего собственного воображения.
Все выпуски программы Актуальная тема:
